Мародёры и Дары Смерти

— Он был Пожирателем смерти, — сказал Гарри. — Сириус рассказывал мне о нем. Вступил в Пожиратели совсем молодым, потом перетрусил, хотел уйти — и они его убили. Его Убили, его убили эхом раздавался голос Лили в голове Сириуса. Убили. Он любил брата. Ни смотря ни на что - любил. -Чего вы так смотрите? -натянув фальшивую улыбку спросил он, -Эванс, читай дальше. Лили хотела ещё что-то сказать, но передумала. — Все сходится! — выдохнула Гермиона. — Если он был Пожирателем, то имел доступ к Волан-де-Морту, а разочаровавшись, мог пожелать его падения! Она выпустила руку Гарри, перегнулась через перила и крикнула: — Рон! РОН! Поднимайся сюда, скорее! Минуту спустя появился запыхавшийся, державший наготове палочку Рон. — В чем дело? Опять больших пауков увидела? Дай позавтракать, а уж потом… Нахмурив лоб, он прочитал табличку, на которую молча указала ему Гермиона. — И что? Это ведь брат Сириуса, так? Регулус Арктурус… Регулус… Р. А. Б.! Медальон… Ты думаешь?.. — Надо выяснить, — сказал Гарри. Он толкнул дверь — она оказалась запертой. Гермиона ткнула в дверную ручку палочкой и произнесла: — Алохомора! -Она думает всё так легко, -хмыкнул Блэк, -не тут-то было. Раздался щелчок, и дверь отворилась. -Какого Мерлина? -воскликнул Сириус. -Почти все, даже самые сильные чары со временем с падают, - пояснила Лили, так будто перед ней сидит несмышлёный малыш. -Вот именно, что почти, -тем же тоном, что и Эванс начал объяснять Блэк, -этому дому очень много лет, и всё это время использовать заклинания по отношению к самому дому могли только домовики или те в чьих жилах течёт кровь Блэков, то есть Малфои, Поттеры и ещё несколько чистокровных родов. Ну уж точно не магллорождёные. -Значит, в Гермионе есть что-то от эльфа, - ухмыльнулся Джеймс. -Очень смешно, Сохатый, -пробурчал Сириус, -мне серьёзно интересно! Если бы это сделал Гарри или Рон, я бы и слова не сказал. -Может прекратите болтать, -попросила Алиса, -иначе мы до конца седьмого курса не дочитаем. Все трое переступили порог и заозирались по сторонам. Спальня у Регулуса была меньше, чем у Сириуса, но также наводила на мысль о былом великолепии. Однако если Сириус старался показать свое отличие от всех прочих членов семьи, то Регулус норовил подчеркнуть противоположное. Изумрудно-серебристые цвета Слизерина встречались здесь на каждом шагу — на покрывале постели, на стенах и окнах. Над кроватью был старательно изображен родовой герб Блэков и их девиз: «Чистота крови навек». Под ним висели пожелтевшие вырезки из газет, склеенные таким образом, чтобы получился коллаж, теперь уже сильно обветшавший. Гермиона пересекла комнату, чтобы разглядеть его. — Все вырезки посвящены Волан-де-Морту, — сказала она. — Похоже, Регулус был его поклонником задолго до того, как вступил в Пожиратели. -Сириус, ты всё ещё уверен, что твой брат должен знать о книге? -неуверенно спросила Алиса. -Более чем. Я уверен в нём. -Но ведь… -Мы всегда хорошо ладили, а когда я ушёл из дома, он стал вести себя так, будто меня не существует. Сегодня он заговорил со мной впервые за долгое время. -Мы можем ему доверять? -поинтересовался Ремус. -Безусловно, -кивнул Блэк Гермиона присела, подняв облачко пыли, на кровать, чтобы прочесть вырезки. А Гарри попалась на глаза обрамленная фотография, с которой улыбались и махали руками члены хогвартской команды по квиддичу. Он подошел к ней поближе и увидел на груди каждого игрока изображение змея: слизеринцы. В мальчике, сидевшем в середине первого ряда, мгновенно узнавался Регулус — темными волосами и немного надменным выражением лица он очень походил на брата, хоть был пониже и похудощавее Сириуса, да и красотой его не отличался. Сириус не успел открыть рот чтобы прокомментировать последнее предложение, как его прервала Лили: -Блэк, давай ты просто промолчишь. -Желание дамы-закон, -шутливо поклонившись, отчеканил он. -Лучше бы выдал очередную шутку, — раздражённо пробурчала Эванс. -Я могу. -Не надо! -хором ответили Лили и Марлин. — Он был ловцом, — сказал Гарри. — Что? — рассеянно откликнулась полностью ушедшая в чтение Гермиона. — Он сидит в середине первого ряда, а это место ловца… Ну ладно, не важно, — сказал Гарри, сообразив, что никто его не слушает: Рон стоял на четвереньках, заглядывая под платяной шкаф. Гарри оглядел комнату в поисках возможных тайников, подошел к письменному столу. Однако и стол кто-то уже обыскал. Содержимое ящиков переворошили совсем недавно, стерев кое-где пыль. Ничего ценного в них не было: пожелтевшие гусиные перья, устаревшие, со следами неласкового обращения учебники и совсем недавно разбитый пузырек чернил, еще липкие остатки которых покрывали содержимое одного из ящиков. — Есть способ попроще, — сказала Гермиона, увидев, как Гарри вытирает о джинсы измазанные чернилами пальцы. Она вскинула палочку и произнесла: — Акцио, медальон! -Не думаю, что на крестражи действуют такие заклинания. -Эванс у нас эксперт в тёмной магии, -ухмыльнулся Сириус. Неодобрительно фыркнув, она продолжила читать. Однако ничего не произошло. -Эванс, ты вообще когда-нибудь ошибаешься? -полюбопытствовал Джеймс. -Ты же знаешь, что нет, -ответила за Лили Марлин. -Просто это было ожидаемо. Такая тёмная магия, как крестраж, не может подчиняться обычным заклинаниям. Рон, перебиравший складки выцветших штор, разочарованно оглянулся: — Вот так, значит. Его здесь нет. — Может, и есть, только на него наложены контрзаклятия, — ответила Гермиона. — Ну, знаешь, чары, не позволяющие приманивать его посредством магии. — Да, вроде тех, какие Волан-де-Морт наложил на чашу в пещере, — сказал Гарри, вспомнив, как ему не удалось приманить поддельный медальон. — И как же мы его тогда найдем? — спросил Рон. — Вручную, — ответила Гермиона -Как у неё всё просто, -нахмурился Блэк.  — Роскошная мысль, — сообщил, выкатив глаза, Рон и снова занялся шторами. В течение часа они обшаривали каждый дюйм спальни и в конце концов пришли к выводу, что медальона в ней нет. Тем временем встало солнце, ослепительный свет его пробивался даже сквозь покрытые копотью окна. — - Вообще-то он может быть где угодно в доме, — словно ободряя Гарри и Рона, сказала Гермиона, когда все трое спускались по лестнице: чем в большее уныние они впадали, тем, казалось, большей решимости она преисполнялась. — Пытался он уничтожить его или не пытался, ему нужно было спрятать медальон от Волан-де-Морта, правильно? А помните, сколько жутких вещей нам пришлось выбросить, когда мы были здесь в последний раз? Часы, которые стреляли во всех арбалетными стрелами, старые мантии, пытавшиеся придушить Рона. Регулус мог разместить их здесь для защиты тайника, в котором лежал медальон, хотя мы еще не знали в то… в то… Гарри с Роном обернулись к ней. Гермиона стояла, подняв одну ногу и вообще походя на человека, которого только что саданули заклятием Забвения — глаза ее явно утратили способность фокусироваться на чем бы то ни было.<b> -Похоже на Бродягу, когда он… — начал Джеймс, но потом понял, что за то, что он сейчас скажет, Сириус его по головке не погладит. Да и чужие тайны раскрывать не в его правилах, -не важно. <b>-…в то время, — шепотом закончила она. — Что с тобой? — поинтересовался Рон. — Там был медальон. — Что? — в один голос спросили Рон и Гарри. — В шкафчике, который стоял в гостиной. И никто этот медальон открыть не смог. И мы… мы… Гарри показалось, что из груди его прямиком в желудок рухнул кирпич. Он вспомнил: медальон передавался из рук в руки, и все пытались по очереди вскрыть его. А потом медальон бросили в мусорный мешок заодно с табакеркой, заполненной Бородавочным порошком, и музыкальной шкатулкой, вгонявшей всех в сон. …— Хозяин, — квакнул Кикимер голосом бычьей лягушки и низко поклонился, бормоча себе в колени: — Снова в старом доме моей хозяйки вместе с осквернителем крови Уизли и грязнокровкой… — Я запрещаю тебе называть кого бы то ни было «осквернителем крови» и «грязнокровкой»! — рявкнул Гарри. -Молодец, Гарри, с ним только так и можно. -Какой ты добрый, Сириус, -с сарказмом произнесла МакКиннон. -А что я сделаю, если с ним по-другому никак? Кикимер с его носом-рыльцем и налитыми кровью глазами казался ему существом на редкость непривлекательным и до того, как он выдал Сириуса Волан-де-Морту. -Всегда знал, что этот эльф меня в могилу сведёт, -пробурчал Блэк — Я собираюсь задать тебе вопрос, — продолжал Гарри, чье сердце при виде эльфа забилось быстрее, — и приказываю ответить на него правдиво. Ты понял? — Да, хозяин, — ответил Кикимер и снова поклонился. Гарри заметил, что губы эльфа беззвучно шевелятся, наверняка изрыгая оскорбления, которые вслух ему произносить запретили. — Два года назад, — сказал Гарри, сердце которого колотилось уже о самые ребра, — в гостиной наверху был найден большой золотой медальон. Мы его выбросили. Ты после украл его? На миг наступило молчание — Кикимер выпрямился и взглянул в лицо Гарри. А затем сказал: — Да. — Где он сейчас? — ликующе спросил Гарри. Лица Рона и Гермионы радостно просветлели.Кикимер зажмурился, похоже, реакцию на следующее его слово видеть ему ничуть не хотелось. — Пропал. — Пропал? — повторил Гарри, чувствуя, как сникает весь его восторг. — Что значит «пропал»? Эльф задрожал. И даже закачался. — Кикимер, — свирепо произнес Гарри. — Приказываю тебе… — Наземникус Флетчер, — проквакал, не открывая глаз, эльф. — Наземникус Флетчер украл все: картинки мисс Беллы и мисс Цисси, перчатки моей хозяйки, орден Мерлина первой степени, кубки с родовым гербом и… и… … — Кикимер глотал воздух, его впалая грудь быстро поднималась и опускалась, потом он открыл глаза и издал леденящий кровь вопль: — …и медальон, медальон хозяина Регулуса, -Вот же… — заорал Джеймс. -Спокойно, Сохатый, дыши. Вдох-выдох, -принялся успокаивать друга Сириус. -Этого ещё не произошло, а ты уже так изводишься, -покачал головой Ремус. Ты сказал «медальон хозяина Регулуса». Почему? — спросил Гарри. — Откуда он взялся? Что собирался сделать с ним Регулус? Сядь, Кикимер, и расскажи мне все, что ты знаешь о медальоне и о том, что связывало с ним Регулуса! Эльф сел, сжался в комок, опустил мокрое лицо между коленей и принялся раскачиваться взад и вперед. Когда он заговорил, голос его звучал приглушенно, но в тихой и гулкой кухне различался достаточно ясно. — Хозяин Сириус сбежал, скатертью дорога, он был плохой мальчик, -Спасибо, Кикимер, мне очень приятно слышать это от тебя. Ты мне тоже всегда был не приятен. разбил своим беззаконным беспутством сердце моей хозяйки. -А у неё есть сердце? -притворно удивился Блэк. А хозяин Регулус был истинной гордостью семьи, знал свой долг перед именем Блэка, знал, в чем величие чистой крови. … — Волан-де-Морту понадобился эльф? — переспросил Гарри и оглянулся на Рона с Гермионой, которые выглядели не менее озадаченными, чем он. — О да, — простонал Кикимер. — И хозяин Регулус предложил ему Кикимера. Это высокая честь, сказал хозяин Регулус, честь для него и для Кикимера, который должен сделать все, что прикажет ему Темный Лорд, а потом вевернуться домой. Кикимер закачался совсем уж быстро, теперь дыхание его перебивалось рыданиями. — И Кикимер отправился к Темному Лорду. Темный Лорд не сказал Кикимеру, что они станут делать, но взял Кикимера с собой в пещеру у моря. А за той пещерой была другая, гораздо больше, и в этой пещере было огромное черное озеро… У Гарри поднялись волосы на загривке. Ему казалось, что квакающий голос Кикимера долетает до него через простор той темной воды. Дальнейшее он видел так ясно, словно сам присутствовал при всем, что там происходило. — …и там была лодка… Конечно, там была лодка; Гарри знал ее, крохотную, призрачно-зеленую, заколдованную так, чтобы она могла нести к центру озера лишь одного чародея и одну его жертву. Вот, значит, как Волан-де-Морт проверил средства защиты своего крестража — позаимствовав никому не нужное, бросовое существо, домового эльфа… — На острове стояла ча-чаша, полная зелья. И Тё-тёмный Лорд велел Кикимеру пить его… — Эльфа трясло с головы до ног. — Кикимер пил, и пока он пил, он видел страшное… Кикимер горел изнутри… Кикимер кричал, молил хозяина Регулуса спасти его, молил хозяйку Блэк, но Темный Лорд только смеялся… он заставил Кикимера выпить все зелье… и бросил в пустую чашу медальон… и опять наполнил ее зельем. А потом Темный Лорд уплыл, оставив Кикимера на острове… Гарри видел все как наяву. Видел белое змеиное лицо Волан-де-Морта, исчезавшее во тьме, видел безжалостные красные глаза, не отрывавшиеся от сотрясаемого корчами эльфа, которому оставалось до смерти лишь несколько минут, потому что по истечении их он уступит безумной жажде, насылаемой жгучим зельем на своих жертв… Но дальше воображение Гарри идти отказывалось, он не понимал, как Кикимеру удалось спастись. — Кикимер хотел воды, он подполз к берегу острова и пил из темного озера… и руки, мертвые руки, высунулись оттуда и утащили Кикимера под воду… -Как же он выбрался? — ужаснулась Лили. — Как же ты выбрался? — спросил Гарри и нисколько не удивился, обнаружив, что задал этот вопрос шепотом. … — Высший закон домовика — приказ хозяина, — нараспев сообщил Кикимер. — Кикимеру велели идти домой, Кикимер пошел домой… — Вот видишь, ты сделал, что тебе велели, ведь так? — ласково сказала Гермиона. — Значит, в невыполнении приказа ты не повинен! Кикимер, раскачиваясь все с той же скоростью, потряс головой. — Что произошло, когда ты вернулся? — спросил Гарри. — Какими словами ответил Регулус на твой рассказ о случившемся? — Хозяин Регулус очень встревожился, очень, — заквакал Кикимер. — Хозяин Регулус велел Кикимеру спрятаться, из дома не выходить. А потом… это было немного позже… хозяин Регулус ночью пришел к чулану Кикимера, и хозяин Регулус был странный, не как обычно, в расстройстве ума, сказал бы Кикимер… и он попросил Кикимера отвести его в ту пещеру, в пещеру, где Кикимер был с Темным Лордом… И они отправились в путь. Гарри снова видел все совершенно ясно — испуганного старого эльфа и худого смуглого ловца, так похожего на Сириуса. Кикимер знал, как открыть потаенный вход в пещеру, знал, как поднять со дна крохотную лодчонку, и на этот раз к острову, на котором стояла чаша с ядом, с ним плыл его обожаемый Регулус.— И он заставил тебя выпить зелье? — спросил охваченный отвращением Гарри. Но Кикимер лишь покачал головой и заплакал. Гермиона прижала ладонь ко рту — похоже, она что-то поняла. — Хохозяин Регулус достал из кармана медальон, такой же, как у Темного Лорда, — сказал Кикимер, слезы уже текли по обеим сторонам его рыльца. — И он велел Кикимеру взять его и, когда чаша опустеет, поменять медальоны… Рыдания Кикимера обратились в подобие скрежета, Гарри приходилось напрягать слух, чтобы разобрать его слова. — И он приказал… Кикимеру уйти… без него. И он велел Кикимеру… идти домой… и никогда не говорить хозяйке… что он сделал… но уничтожить… первый медальон. И он выпил… все зелье… а Кикимер поменял медальоны… и смотрел, как хозяина Регулуса… утаскивали под воду… и… Голос Лили становился всё тише и тише, срываясь на писк. Сириус сидел ни живой, ни мёртвый. Нет. Это не может быть его будущее. Он не может умереть так рано. Он не может потерять всё. Потерять Джеймса, Лили, к которой уже успел привязаться, не может потерять брата, потерять её. Он посмотрел в сторону Марлин. Всё время подкалывал Джеймса из-за его влюблённости в Лили, а сам… Если бы раньше кто-нибудь сказал ему, что он Сириус Блэк, будет влюблён в одну девушку больше трёх дней, то он бы посчитал этого человека чокнутым. А теперь… Из мыслей его вырвал вновь зазвучавший голос Лили. …Кикимер кивнул, поднялся на ноги, а на Гарри вдруг накатило вдохновение. Он вытащил из Хагридова мешочка поддельный крестраж, медальон, в котором Регулус оставил записку для Волан-де-Морта. — Кикимер, я, ээ… хотел бы, чтобы ты взял эту вещь, — сказал он, вкладывая медальон в руку эльфа. — Она принадлежала Регулусу, и, я уверен, он был бы рад, если бы ты владел ею, как знаком его благодарности за все, что ты… — Перебор, дружок, — сказал Рон, когда эльф, взглянув на медальон, одурело и горестно взвыл и снова бросился на пол. -Согласен. Это уже перебор, -кивнул Ремус. -А как по мне он поступил верно, -возразила Лили, -Гарри просто хотел наладить отношения с Кикимером. -Наладить отношения? С Кикимером? Это невозможно! Почти полчаса ушло у них на то, чтобы успокоить Кикимера, до того потрясенного переходом наследия рода Блэков в его полную собственность, что он и на ногах-то стоять не мог. Когда Кикимер наконец обрел способность хоть как-то передвигаться, все трое проводили его к чуланчику, посмотрели, как он старательно прячет медальон среди грязных одеял, и заверили, что в его отсутствие у них не будет дела важнее, чем охрана этого сокровища. Он отвесил два глубоких поклона Гарри и Рону и даже как-то смешно дернулся в сторону Гермионы — возможно, то было попыткой уважительного прощального привета. А потом раздался обычный громкий хлопок: Кикимер трансгрессировал. -Кто будет читать дальше? -спросила Лили. -Давай я, -ответил Сириус