Superpowers don't make you powerful

Южная Корея, Сеул, 3 мая 2018 года, Больница Святой Софии, 10:00

      Поначалу Юнги думал, что провести время в больнице — это значит хорошо отдохнуть, особенно, когда твой счёт так вежливо оплатил какой-то неожиданный спонсор. Юнги весь первый день потратил на то, чтобы понять, кто же это мог быть, но всё тщетно. Стены больницы давили на него сильнее с каждым часом, пусть его каморка на окраине города и несказанно мала, но там было куда лучше, чем в огромной палате, в окно которой всегда светило солнце. Юнги его так не любил, а сейчас, как на зло, оно светило прямо в его белоснежное лицо.       Каждый день парень ощущал немыслимую боль, и уже думал отказываться от уколов обезболивающего, толку, если они не помогают, но пожалел о своем решении уже в первый же день, терпеть было невозможно. Тем не менее, Юнги видел, что ему всё-таки лучше. Лицо почти пришло в норму, только раны остались на губе, скуле и рассеченная бровь тоже не радовала, но, определенно, лучше того, что было. Ещё не сбежал отсюда Мин только по двум причинам: ему не вернули его личные вещи и одежду, и ему с ума сойти, как нравилась забота местного доктора.       Юнги никогда не получал заботу, собственно, никогда в ней не нуждался, и всех друзей, которые пытались хоть как-то ему помогать посылал куда подальше, он же не слабый маленький мальчик, в конце то концов, но почему-то когда доктор Пак поправлял на нём одеяло или же сам делал перевязку, Мину это очень нравилось, он не чувствовал себя слабым или беспомощным, всё как будто так и должно быть. Юнги долго не мог понять, почему всё происходит именно так, но затем до него дошло — всё дело в этом докторе. Он заботится о всех и обо всём, причем, абсолютно без каких-то задних мыслей. Юнги сам не заметил, как дал своему доктору прозвище: «Плюшка», потому что он был настолько милым, что каждый раз Юнги хотел прикоснуться к этим пухлым щечкам, слегка ущипнуть нежную (а Мин был уверен, что она нежнее шелка) кожу, провести пальцем по пухлым красноватым губам, которые Чимин всегда кусал или облизывал, когда думал о чем-то, приоткрыть этот божественный ротик и…       На этом моменте Юнги мысленно давал себе десяток пощечин. О чём он думает вообще? «Так, спокойно, просто у тебя давно никого не было, — каждый такой раз бормотал Мин себе под нос. — Это нормально, никого последние месяца три… Даже рукой ты не удосужился воспользоваться, конечно, теперь сознание всячески требует того, чего ему так не хватает. Ну, потерпи, Мин Юнги, вот вылечишься, и переспишь с каким-то умопомрачительным красавцем». И после этих слов, шатен успокаивается, представляя, как пойдёт в клуб и оторвётся по полной.       Но с каждым разом мысли становились всё развратнее и развратнее, а фантазия красочно рисовала картины веселого времяпровождения с доктором, из-за этого Юнги часто бурчал и срывался на докторе, ругая его, но, что бесило его больше всего — Чимин никогда не обижался, он всего-то улыбался своей тёплой солнечной улыбкой, и нежным голосом, с самым, что ни есть понимающим видом говорил: «Я зайду попозже», и скрывался за дверью, а Мин тогда ругал себя за несдержанность. — Добрый день, как себя чувствуете? — с обычной улыбкой зашел к Юнги доктор, и сел на стул у его койки, а Мин в очередной раз чувствовал, что воздух резко начинает весить тонны так три. — Я хочу уйти отсюда, — холодно произносит шатен, и доктор поднимает на него уставший взгляд. — Мы же говорили об этом, как ваш лечащий врач, я не могу этого вам позволить. Вам нужен уход, а сам вы не справитесь. — С чего вы взяли, что я сам? Может, у меня девушка есть. — Не думаю, — для Юнги такая фраза была несколько обидна, и он уже открыл рот, чтобы облить ядом этого, через чур правильного доктора, как он продолжает. — Она бы вас навестила. Как и друзья.       Мин замолкает под стальными доводами логики. Обычно, так быстро его не затыкал никто в этом мире, но, почему-то, с этим парнем Юнги спорить до драки не хотелось, возможно, это потому, что за те дни, пока он лежит в этой больнице он совсем разленился, а может и потому что… А, чёрт его знает, почему. Шатен приподнимается на руках, принимая сидячее положение. — Но я уже не могу тут находиться. Хоть бы соседа мне какого дали, поговорить и то не с кем, а ещё эти дурацкие белые стены и всегда открытое окно, это солнце выжигает мне глаза, — Юнги и сам не понимал, почему он всё-таки выговаривается доктору, но поделать ничего не мог, он скоро от скуки на стену полезет, раньше он хотя бы свои эмоции вкладывал в музыку и песни, которые писал, но какое вдохновение в этих четырёх стенах, когда они давят и слепят, и доктор, кажется, сейчас понял Юнги, по крайней мере, взгляд его точно изменился. — Господин Мин, я понимаю. Но, совсем скоро, вам уже можно будет вставать и прогуливаться, будет не так скучно, — Юнги решил умолчать о том, что уже шастал по больнице, и из весёлого нашел только кофейный автомат с запретным для него сейчас напитком. — В конце концов, мы с вами можем и так поговорить. У меня сейчас окно, давайте побеседуем пока я сделаю перевязку.       С каждым разом оголять торс перед доктором становилось только сложнее, прикосновения этих, всегда горячих, пальцев, иногда сводили с ума, и Юнги было стыдно, что он совсем разучился контролировать себя. Юнги снял футболку (наконец-то ему вернули его одежду) и прикрыл глаза. Горячие пальцы Чимина всегда, как бы невзначай, касались его кожи, и от этого Мин иногда глухо рычал, а доктор извинялся, решив, что сделал больно. Если бы он только знал, насколько больно он делал его джинсам, которые чудом ещё не треснули между ног.       Было и нечто странное — после каждой такой перевязки Юнги невероятно хотел спать и, он готов поклясться, что температура его тела становится выше на несколько градусов точно. И, если второе могли объяснить его страдающие джинсы, то первое Мин никак не мог понять, впрочем, особо и не углублялся. Швы уже давно были сняты, наверняка, останется шрам, но шатену стоило сказать спасибо и за то, что на нём всё заживает как на собаке, а в этот раз и вообще с невозможной быстротой, наверное, весь его организм протестовал, чтобы он находился здесь и пытался как можно скорее поправится. — Кхм... — не выдержал такого молчания Пак, — Как тебя вообще угораздило попасть в такую ситуацию?       Чимин не знал как завязать разговор, а это первое, что пришло ему в голову, но он уже успел отругать себя за настолько глупый вопрос, как Юнги немного расслабляется, оставаясь сидеть на краю койки — Не знаю. Сколько себя помню — всегда влезал в драки, заводил не те знакомства, ходил не по тем местам, вообще, делал всё не то. Но так далеко не заходило. — Тебя могли убить, — Чимин не заметил, как перешел на "ты", не заметил этого так же и Юнги, горько улыбнувшись — Не думаю. — В смысле? — Драка была в каком-то тёмном переулке, а нашёл ты меня посреди улицы. Так что убивать они не собирались. Точно говорю. — Странно это, — Пак нахмурился, кивая самому себе — Знаешь, мне кажется, полиция ничего не сделает. Я хочу найти этих ублюдков. Хочу мести. А тот детектив больше не приходит и вообще никак даже не связывается со мной, а с виду был такой честный...

Южная Корея, Сеул, 28 апреля 2018 года, Больница Святой Софии, 11:40

      Дверь палаты Юнги открывается и в неё заходит высокий широкоплечий парень с стаканчиком кофе в руках. То, что это детектив можно понять только по висящему на шее удостоверению, ведь одет он крайне пестро — Добрый день, детектив Ким Сокджин, — поклонился парень, посмотрев на Юнги, — Ваш доктор под пытками взял с меня обещание, что это недолго, поэтому я сразу перейду к делу. Есть подозрения? — Нет. Никого. — Хорошо, расскажите подробно что случилось, — детектив достал блокнот, готовый записывать — Я гулял, было уже поздно. Около одиннадцати. Не знаю куда я забрел, но вдруг меня ударили, потом завязалась драка, но их было много, больше трёх точно. Я не увидел ни одного лица, они слишком быстро меня вырубили, очнулся я уже в больнице. — Доктор сказал, что нашёл вас на перекрёстке. — Да, но драка была не там, не знаю, как я оказался на той улице. Я ничего больше не запомнил, — Юнги опустил голову — Ничего, спасибо, я пойду, поправляйтесь, обещаю, мы их найдём.       Сокджин вышел из больницы, нахмурившись, это дело не на шутку безнадёжно, но бросить его он просто так не может. Дело в том, что Джин поспорил с другими детективами, что раскроет это мелкое никому не нужное дело, но всё оказалось куда сложнее, были только вопросы и совсем не было ответов. Чтож, пара бессонных ночей точно ожидают детектива.

Южная Корея, Сеул, 1 мая 2018 года, Полицейский участок, 05:00

      Уже три дня Джин не спит. Совсем. Темные круги под глазами стали размером почти с его лицо, даже начальник открыто говорил Джину, что пора бросить эту затею, но упертости у этого детектива, хоть отбирай, он ведь пообещал, что найдёт, а значит найдёт. Он смотрел в экран компьютера не жалея глаз, как внезапно камера видеонаблюдения у какого-то дома засекла ту самую драку. Джин пытается увидеть лица, но эти парни, видимо, чёртовы профессионалы и свои личика просто так не откроют. Тут на записи резко вспыхивает огонь, заставляя всех головорезов отбежать врассыпную, но дальше ещё интереснее — какой-то незнакомец берет Юнги под плечи и утаскивает из поля видимости камеры. Джин удивлённо моргает, делает глоток кофе и пересматривает видео ещё раз. Этот парень... Такой же как Джин? Детектив нервно сглатывает, он всю жизнь думал, что странные способности есть только у него одного во всём мире, как тут...       Сокджин пересматривает видео ещё и ещё раз, как вдруг его взгляд цепляет маленькую деталь на запястье одного из головорезов — татуировка белого тигра. Джин отодвигается от стола и достаёт толстую папку, на ней большими буквами написано "Белый тигр", он открывает папку и сверяет фото тату с тем, которое увидел на записи — идентичны. Вот это да, неужели найдется управа на самого Ким Намджуна? Этот парень всегда бесил его. Абсолютно все знали, что он виновен, но доказать это было невозможно, чистый как стекло, а Джина от одного вида этого "ангела" хотелось вырвать. Джин быстро открывает досье на Намджуна, а вот и адрес, отлично. Детектив срывается с места и, накинув своё пальто, выбегает из участка.

Южная Корея, Сеул, 1 мая 2018 года, Дом семьи Ким, 07:30

      Машина Джина остановилась у огромного особняка, детектив уж было хотел позвонить, но дверь во двор открылась сама и парень вошёл внутрь, он подошёл к двери, удивлённо заметив возле неё звонок, по этому двору шастать кто угодно может что ли? Сокджин надавливает на кнопку звонка, ждет несколько минут, но ничего, он звонит ещё раз и снова ничего. Детектив уже решил, что ему повезло не застать хозяина дома и уже складывал план того, как залезет в дом через окно и найдёт кучу улик на этого ублюдка, как дверь открывается и перед Джином предстаёт молодой парень, в одних только широких штанах, которые чудом не сползали с бёдер парня вниз, его каштановые волосы были в таком беспорядке, что Сокджин даже задумался возможно ли вообще их расчесать, юноша сонно тёр глаза, без стеснения зевнул, не прикрыв рот. Хотя без стеснения тут и Джин, совсем рано же для допросов, детектив посмотрел на оголённый торс незнакомца и прошипел, затолкнув его в комнату и прикрыв дверь. Хоть уже поздняя весна, но сегодня было очень даже холодно. — Доброе утро, простите, что так рано, но я ищу Ким Намджуна, не подскажите? — Ммм, брата нет со вчера, — сонно потянулся парень, а детектив пытался вспомнить что-то про семью мафиози, — Он скоро должен придти, не хотите подождать? — Оу, нет, спасибо, на самом деле я забыл у него телефон, он положил его себе в карман, а я и забыл, он должен быть где-то там, можно зайти к нему? — Ау, ну да       Тэхён пожал плечами, жизнь в Америке сделала его очень открытым и доверчивым, он остановился вместе с Джином у двери брата и облокотился о стену, решив, что оставлять совсем незнакомого парня одного в комнате брата будет неправильно и Сокджин нервно осматривается, его взгляд падает на какую-то огромную вазу, цепляет её и опускается в пол. Ваза падает с ужасным грохотом, Тэ аж подпрыгивает от неожиданности — Айгу, простите!       Парень уходит и Джин быстро заходит в комнату, закрыв за собой дверь. Дальше уже дело времени — он обыскивает все ящики, ища хоть какую-то зацепку, но ничего. Чист, как ангел, ну уж нет. Детектив открывает шкаф и находит в ней непонятную записку, но на ней был какой-то адрес, а это уже хоть что-то, Сокджин выходит из комнаты и показывает Тэ свой телефон, улыбнувшись — Нашёл, большое спасибо, не пораньтесь.       Произнёс детектив и быстро покинул дом, оставив Тэ собирать осколки. Джин запрыгивает в машину и заводит её, он изо всех сил жмёт педаль газа, мало ли, вдруг его засекут, такие люди как Нам в живых не оставят.

Южная Корея, Сеул, 1 мая 2018 года, Тайное убежище 09:15

      Чтобы найти этот дом пришлось неплохо так покружится, он абсолютно без номера и улицы, да и с виду не похоже чтобы там кто-то жил, но Джин всем своим нутром чувствует, что он попал именно туда, куда надо, он осторожно забирается в разбитое окно и оказывается в абсолютно пустой комнате, он осторожно толкает дверь и она поддается, заставляя Джина закрыть рот рукой, потому что наркотиков тут, наверное, хватит чтобы заполнить целый грузовик, детектив тихо ступает по коридору дальше, как чувствует глухой удар по затылку, краски блекнут и мир окутывает черная пелена, а затылок жгучая боль.

***

      Джин открывает глаза и видит перед собой темноту, голова болит как после хорошей вечеринки, детектив тянет руку к больному затылку, но это сделать не удаётся, что-то сковывает его движения. Наконец-то разум возвращается к Сокджину, как и осознание того, что его руки и ноги крепко привязаны к стулу, а глаза плотно завязаны чёрной тканью. К затылку детектива прижимается что-то холодное и откуда-то сзади доносится стальной мужской голос: — Уже очнулся? Как спалось?       Джин поворачивается на источник звука и делает рывок руками, ещё не потеряв надежду разорвать сдерживающие его путы, но голову детектива разворачивают, снова прикладывая к его голове холодный компресс — Тише ты. Если будешь паинькой, — рука Намджуна опускается в карман пленника, вытаскивая оттуда документы, — То всё закончится быстро и без боли, Ким Сокджин. Знаешь ли, убивать я не люблю. И, кстати, делаю это редко, так что будь зайчиком и мне не придётся пытать тебя до смерти, договорились? — Ублюдок, — сжал челюсть Джин, — Я лично позабочусь о том, чтобы ты сел далеко и надолго. — И за что мне такая честь, детектив? Знаешь, пара моих звонков и тебя отстранят. Ещё пара и я буду невинным, как ребёнок. Боюсь, одному человечку никак за решётку меня не упрятать, к тому же, не факт, что этот человечек выйдет отсюда целым, а главное, живым. — Перед законом все равны. Вот увидишь, твой черёд тоже придет.       От затылка Джина наконец-то был убран холод, а комната наполнилась заливистым смехом Намджуна. Звук переместился левее и немного дальше — Да ты только что спас себе жизнь, детектив. Мне нравится твоя глупая вера в справедливость. У меня даже появилось желание присоединить тебя к своей команде. Не хотел бы зарабатывать по сто миллионов в день? — Статья 133 Уголовного Кодекса Республики Корея: Предложение взятки и тому подобные действия. До пяти лет. — Вот как... Значит нет. Жаль, ты так-то высокий и плечи вон какие широкие. Но раз не хочешь ко мне, то я могу отдать тебя Хи Шу. У него как раз освободилось место в его притоне, так что "Клубника в сахаре" откроет для тебя двери, — Намджун самодовольно хмыкнул, — Ты как раз в его вкусе, дружок. — Статья 288 Уголовного Кодекса Республики Корея: Похищение человека с целью совершения акта непристойности и в других подобных целях. До десяти лет. — Обиделся, — голос теперь звучал прямо перед Джином, — Мне нравится. Ты прав, такую принцессу отдавать в грязные лапы жаль. Чтож, я дам тебе достаточно времени, чтобы обдумать моё предложение, удачи.       Дверь хлопнула и Намджун покинул помещение, оставив детектива в комнате одного. Правда, ненадолго...

Южная Корея, Сеул, 1 мая 2018 года, Дом семьи Ким, 08:00

      Намджун зашел в дом, с полной уверенностью, что Тэ ещё спит, он никогда не был жаворонком и предпочитал поваляться в кровати подольше, но на кухне мафиози ждал сюрприз в виде Тэхёна, который разобрал кофеварку, что-то там подкручивая и орудуя паяльником. — Доброе утро, — Намджун сел рядом, внимательно смотря на брата, ох не зря у него было плохое предчувствие, — Ты чего так рано встал? — Твой друг заходил. Он забыл у тебя телефон и зашёл забрать. Кошмар, какие нелюди так рано встают, — Тэ, конечно, понимая, что брат уже взрослый мужчина, интересоваться где он провел ночь не стал, лучше сохранить свою здоровую психику и спокойный сон, — Так что разбудили меня в мой выходной. — Ясно, телефон, говоришь, забыл, — Намджун сжал под столом кулаки так, что костяшки побелели, а короткие ноготки больно впились в ладонь, — Ладно, поешь без меня, я вспомнил, что у меня есть одно дело.       Намджун быстро зашёл в свою комнату, осматривая её на изменения. Пачка долларов под матрасом, в принципе, подозрений вызывать не должна, мало ли, кто как сбережения хранит. А вот... Намджун резко вспомнил про записку своего помощника и его обдало жаром, когда он не обнаружил её на месте. Мафиози вылетел из дома и запрыгнул в машину, отправившись к своему убежищу, которое стало временным складом для наркотиков.

Южная Корея, Сеул, 1 мая 2018 года, Тайное убежище 11:35

      Долго побыть одному Джину не дали — спустя минут десять дверь снова хлопнула. Детектива обошли, он даже чувствовал на себе оценивающий взгляд, а потом грубый бас прямо перед его лицом заставил одуматься и дернуться ещё раз — Прости, парень, Тигр не в духе, так что сказал немного с тобой поиграть.       Сокджин ощутил жуткую боль в боку, потом во втором. Удары по ногам уже вообще, кажется, не приносили никакой боли, по сравнению с тем, что ощущал его торс. Ком подступал к горлу, но Ким держался. Ещё удар в живот и кровь струей капает со рта на рубашку, наверное, так плохо Джину ещё никогда не было. Ещё несколько ударов кулаками в нос и челюсть, как его оставляют в покое. Дверь хлопает, снова оставляя детектива в одиночестве.

Южная Корея, Сеул, 1 мая 2018 года, Дом семьи Ким, 10:00

      Сделав из кофеварки ещё и микроволновку Тэхён уже изрядно устал от стандартного рингтона IPhone Джуна. Брат ушёл и оставил телефон в своей комнате, и звонили ему без остановок. В конце концов Тэ не выдержал и поднял трубку, мужской голос на том конце быстро и коротко оповестил: — Тигр, у нас проблема. Убежище рассекретили, я сменил его данные в навигаторе, адрес теперь другой, скину тебе смс. До связи.       Человек отключился, оставив Тэ в недоумение смотреть на телефон, на который, сразу же после звонка пришло смс с координатами. А вот и приключения, которых Тэхёну так не хватало. Найти это здание оказалось ещё той проблемой, ведь этот район Сеула Тэ не помнил, а значит, никогда там не был.       Машина остановилась недалеко от здания с виду совсем нежилого, но пара людей, которые ходили вокруг, давали понять, что здесь явно что-то не то. Тэ осторожно пробрался внутрь, пытаясь обогнуть незнакомцев.

Южная Корея, Сеул, 1 мая 2018 года, Тайное убежище 12:30

      Джин уже едва держал себя в сознании, в его голове то и дело крутилось "Только не отключайся, только не отключайся, не отключайся". Дверь снова хлопнула, от этого звука всё тело отдавало жгучей болью, он готов поклясться, что вся его рубашка спереди пропиталась кровью. Звуки шагов были угрожающе близко, на щеках у Джина были слёзы, когда последний раз к нему заходил вышибала детективу вывихнули плечо, теперь шевелить им было невозможно, оно совсем вылетело из сустава и непрерывно болело. Джин изо всех сил старался не потерять сознание от болевого шока. — Ууу... Как всё плохо, — снова прозвучал голос Намджуна и лица детектива коснулась холодная мокрая ткань, — Прости, я немного опоздал с приказом.       И ни капли сожаления в голосе. В рот Джина резко вставляют кожаный ремень и не успевает он выплюнуть его, как Намджун развязывает больную руку и выпрямляет её. Джин сжимает зубами кожу и вскрикивает, боль невероятная, жгучая, снова до слёз, но спустя несколько секунд она затихает, давая возможность Сокджину выдохнуть наконец-то спокойно. — Вот так лучше, я надеюсь, ты достаточно умный и не будешь сейчас двигать этой рукой, иначе всё повторится и помогать я тебе больше не буду, — Намджун начал перематывать плечо детектива эластичной повязкой, — И всё таки, что ты решил насчёт моего предложения? — Джун? — дверь снова хлопнула, знакомый детективу голос звучал совсем растерянно. Тэхён застыл на месте, смотря на брата в полном изумлении. — Тэхён, спокойно, — Намджун делает осторожно шаг вперед, а Тэ тут же делает шаг в сторону, — Я тебе всё потом объясню, пожалуйста, выйди. — Сейчас. Я жду объяснений сейчас же! — Тэ, успокойся. Я работаю. Я не хочу втягивать тебя в эти дела. Иди домой и забудь обо всём. — Ну уж нет. Сколько ещё ты собирался меня обманывать? Пусти его, — Тэхён приблизился к Джину, на улице в это время разразился гром, надвигается гроза, — Джун, пусти его. Ты мой брат и я всегда буду на твоей стороне, несмотря на то, что я здесь увидел, но это слишком.       Тэ подошёл к пленнику, развязывая его руки, а Намджун так и остался стоять в стороне, он не думал, что их братская любовь сильна настолько, что Тэхён когда всё узнает не врежет ему по лицу. А тут, вдруг, ещё и поддержка. Может, это Америка его так изменила?

***

      Сокджин отключился таки в дороге, так что Джун из машины выносил его на руках. Тэхён всё щебетал, что нужно вылечить детектива и иногда ругал мафиози за такие методы убеждения. Гроза так и не началась, гром довольно быстро затих.       Джина уложили на постель в гостевой, Тэ же начал колдовать над детективом с мазями и повязками, бормоча про себя ругательства. За всю свою жизнь Тэхён никогда не видел настолько искалеченное тело. Юноша отложил мазь на поднос и поднялся, но его запястье обхватили длинные пальцы — Если ты будешь его покрывать тоже сядешь, — прохрипел Джин, — Брось его, ты же ничего не знал. — Он мой брат, я не могу его бросить.       Тэ убрал свою руку и ушёл, вот так, никаких замков, верёвок и повязок. Впрочем, Джин настолько устал, что единственным желанием сейчас было поспать. Потом. Всё потом, а сейчас полноценный сон, которого всё это время так не хватало детективу.