Темное пророчество

Отряд направился через степь к своим землям. Через час Тиер увидел, что дорогу им преградил очередной отряд орков, орки чёрной длинной линией виднелись на белом снегу. В их составе теперь были тролли, огры и орки-берсерки. «Огры, похоже, из тех, кого я потрепал у Арбайта», - чуть похолодел внутри Тиер. – «Не потянуть нам эту бойню, маловато нас, да и мана подходит к концу». Командир трупов приказал остановиться, тут обнаружилось, что маны было слишком мало, чтобы вызвать туман мора. Прорываться с боем невозможно – силы слишком неравны: около пяти сотен бойцов со стороны зеленокожих против пятидесяти изрядно потрёпанных скелетов, и то неизвестно все ли они здесь. Так-то орков здесь бесчисленные множества, но холодов они не любят и уходят в Великие Степи, где зима немного теплее (или жилища у варваров надёжней?). Тиер решил использовать всю ману жизни, почти полный мешочек, и посмотреть, что получиться. Он сделал так, что мана повисла в воздухе, парень многому научился за дни путешествия и удивлялся сам себе – ведь действовал так, как будто всё это давно знал. Глядя на голубоватый порошок, парящий в воздухе, парень произнёс заклинание. Наёмнику заложило уши и выбросило из седла. Грохот молнии был так силён, что у некоторых скелетов треснули черепа, а одного так просто разметало по косточкам, так как стоял он рядом с командиром. Голова Тиера избежала участи быть расколотой напополам, но парень вновь получил ожоги на лицо, к тому же молния оплавила волосы на лбу, торчащие из-под шлема. Зато досталось Посвящённому и ребёнку: они были сметены взрывной волной с лошади. Упав, Тодлих сломал шею, Тиер даже как-то довольно улыбнулся, узнав про это, девочка, к счастью для нежити, отделалась ссадинами и ожогами, так как тоже находилась вблизи Тиера под прикрытием Тодлиха, когда наёмник накладывал заклятье. Девочка вновь начала плакать, в первый раз после того, как очутилась в окружении мертвецов. Тиер, кряхтя, поднялся и подошёл к ней. Он не знал, как её успокоить, и поэтому стоял в растерянности. Парень бросил взгляд на то место, где находился отряд орков – там все было в дыму, виднелись разбросанные тела, некоторые зеленокожие были разорваны на части, также виднелись силуэты убегающих прочь. Остальные оставшиеся в живых расползались в разные стороны. «Это шанс!» - промелькнуло быстрее молнии в голове. Тиер с лёгкостью подхватил и посадил плачущую девочку на своего коня, а затем приказал скелетам начать прорыв через поредевшие силы неприятеля: - Не останавливаться! – рявкнул он, ещё больше напугав ребёнка. – Прорываться, особо не воюя. Наша цель - добраться до наших земель! Такова воля Мортис! – добавил он к своему удивлению. Двадцать воинов Тиера рванулись вперёд, расчищая путь командиру, остальные прикрывали фланги и тыл. Человек же мчался среди своей «маленькой Орды» с девочкой в одной руке с мечом в другой. Орки не оказали особого сопротивления: отряд потерял всего двух воинов. Быстро пройдя, скорее пролетев ветром, через строй зеленокожих, скелеты также быстро начали удаляться от него. Тиер теперь ехал впереди отряда, а ребёнок, наконец, примолк и уткнулся заплаканным лицом ему в куртку. Вечером Тиер на привале в движении, как называл теперь это действо наёмник, когда есть приходится на ходу, дал девочке кусок хлеба. Избранная, не церемонясь, жадно съела его. «Они тебя что не кормили?» - удивился парень и вдруг вспомнил, что некромант ни разу за эти дни не давал ребёнку ничего съестного. – «Вот паскуда!» - рассвирепел Тиер. – «Мы бы не довезли её!» - ему вдруг страшно захотелось ударить некроманта ногой, даже его мёртвое тело. Но вот незадача - труп Тодлиха и его живого коня наёмник оставил на растерзание обозлённым оркам. Девочка доверчиво прижималась к прислужнику нежити, думая, что этот человек, пусть и страшный, защитит её от опасностей. Она вспоминала маму, папу, брата, но потом мысли её очернились, когда она вспомнила как в их уютный одиноко стоящий домик вломились страшные и воняющие существа, наподобие тех, что сейчас окружают их, и убили всех кроме неё. Тут же вспомнились детские кошмары, в которых ей являлась «ужасная женщина в чёрном, у которой горели зелёным светом глаза». Женщина была очень худа и состояла будто из полосок, как скелет рыбы. Откуда было знать пятилетнему ребёнку, что являлась к ней сама Мортис. - Кто же ты? – спросил девочку Тиер. - Фердамунг, - ответила она, подняв на него свои голубые глаза. – Куда мы едем? - Далеко, - лишь ответил наёмник. «Что же они с тобой сделают?» - ему вдруг стало жалко девочку. Доля человечности проснулась в холодной душе Тиера, но холод был слишком силён, поэтому искорка человечности и сострадания мгновенно затухла. К утру отряд добрался до гор. Тиер приказал скелетам самим добираться до форта, а сам припустил Мертвяка что есть силы. Через день они были на месте. Майстер выхватил из рук Тиера девочку и куда-то унёс, наёмник услышал лишь слабые всхлипывания юного создания. «Прощай, Фердамунг», - мысленно сказал он ей, зная, что больше её теперешней не увидит. Лагерь мгновенно оживился и стал похож на гигантский муравейник мертвецов, некроманты и оккультисты начали выходить из домов и сновали туда-сюда, скелеты начали готовить повозки. Парень молча следил за приготовлениями, думая, а не отправится ли ему поспать? - Тиер, - послышался знакомый голос. Тиер обернулся, позади стоял Нигош. - Я слушаю, лорд Нигош, - склонил голову наёмник. - Мортисс отблагодарит тебя, ссмертный, - сказал рыцарь. - Церемония начнётся через несколько часов. Ты назначаешься начальником охраны на это время. Кланы уже попытались подпустить шпиона. Сскоро Мортис будет ссвободна и мы отомсстим эльфам. Твоя мессть тоже ссвершиться, можешшь отдыххать пока что. - Значит, мне нельзя находиться на церемонии, - чуть раздосадовано сказал парень, хотя ему и не очень хотелось видеть, что некроманты сделают с девочкой – в памяти остался момент вырывания личом сердца имперца в замке Некрополиса. - Нет, - отрезал Нигош. - Ты будешшшь охххранять вход в долину. Мортисс хочет этого. - Слушаюсь, лорд Нигош. Тиер направился в дом, чтобы наконец по-хорошему поспать, приказав своему помощнику проверить посты.