Руками не трогать

      — Ладно… — протянул Гарри. — Возможно, меня перенесли в Хогвартс с помощью портала.       На самом деле, насколько помнил Гарри, это была именно аппарация, иначе зачем Северусу Снейпу было снимать антиаппарационный барьер? Впрочем, Гарри не очень помнил, что там было после того, как они со Снейпом ушли с кладбища, в Хогвартсе он почти сразу лёг спать, а дальше он несколько дней лежал в Мунго, что тоже не особо благоприятно сказалось на запоминании всех деталей. Впрочем, у него есть омут памяти, он всегда может пересмотреть этот момент позже. Но точно не сейчас. Сейчас перед ним стоит куда более важная задача — не угодить под суд, а следом и в тюрьму. Вряд ли Дамблдора получится убедить в его невиновности, но надо хотя бы заставить его сомневаться.       — Портал, говоришь, Гарри… А знаешь, что я думаю?       — Не знаю, но Вы мне сейчас расскажите, правда?       Если тот сейчас предположит, что Гарри обнаружил дневник с крестражем Волдеморта, который и научил его ставить чёрную метку, то это будет перебор даже для Дамблдора.       — Я думаю, что на кладбище ты заключил сделку с Волдемортом. Он тебя отпускает, а ты присоединяешься к нему и вербуешь для него новых сторонников.       …       «Чего?»       …       «Он это серьёзно?»       «Ладно, видимо предел догадливости Дамблдора всё-таки есть. Ну слава Богу».       — Эмм… Это абсурд, директор, — Гарри даже не знал с чего начать. — А то, что в Отделе Тайн Орден Феникса и Отряд Близнецов сражались вместе? Это ничего?       — В Отделе Тайн мы угодили в засаду. А позвал нас именно ты, Гарри, если я правильно понимаю.       Бред.       — Меня пытался убить Селвин! И Долохов! Я сражался против них. Они мне чуть пол головы не отрубили на Ваших же глазах.       — Возможно они тебя ранили специально, чтобы я отвлёкся на то, чтобы вылечить тебя, и дал им уйти…       Прямо теория заговора.       — И да, извини, если это тебя заденет, но когда я пришёл, ты сражался не против Пожирателей, а заодно с ними.       — Я был под Империусом! Вы сами с меня его сняли!       Дамблдор думает, что он по своей воли убил Чжоу! Да как он смеет!       — Ты мог распознать моё заклинание и изобразить возвращение в сознание. Малфои тоже убеждали всех, что действовали под Империусом.       Как только Гарри почувствовал, что теряет над собой контроль, то сразу же успокоился. Он обещал себе не совершать ошибок, и потеря контроля над своими эмоциями определённо будет считаться ошибкой. А с Дамблдором нужно тщательно следить за своими словами.       — А Джастин! Джастин был свидетелем, что…       Ну да, он же был без сознания… впрочем в начале битвы он был в строю… Нет, Дамблдор не послушает никого из близких к Гарри людей.       Вообще, так-то если посмотреть глазами Дамблдора — всё сходится. «Близкий» к Тёмному Лорду человек вдруг ни с того ни с сего использует тёмные проклятия налево-направо, затем умирают враги детства этого человека… И убивают их тем способом, который может претворить только Волдеморт…       А смерть этих маглов была выгодна только ему. Ставить чёрную метку может только Волдеморт. А значит, есть только два варианта: либо Волдеморт зачем-то решил убить парочку маглов в Литтл-Уингинге, либо их убил Гарри Поттер, но вместе с Волдемортом.        Да, и то, и то звучит абсурдно, но это единственные варианты… Впрочем, в концепцию союзников Поттера и Волдеморта не вписывается нападение на дом Тонксов. Точно.       — А что с нападением на дом Тонксов? Если Вы говорите, что мы с Волдемортом союзники, то почему он решил убить моих приёмных родителей вместе со мной? Причём там я уже не мог сражаться вместе с Волдемортом. Грюм же входит в ваш круг доверия, верно?..       Грюм же знает про дневник Реддла! Если Дамблдор спросит у него, то всё кончено! Чёрт!       — …И он подтвердит, что я сражался против Пожирателей Смерти, а не за них, — продолжил Гарри, стараясь особо сильно не останавливаться на Грозном Глазе. — И меня там почти убили. Не правда ли это странно, если мы и Волдеморт заодно?       — Ты прав, Гарри, это странно. Возможно ты действительно действуешь отдельно от Волдеморта. Теми же методами, но отдельно. Такая вероятность тоже есть. Может, ты заново изобрёл заклинание, ставящее чёрную метку. Может, в одном из видений ты увидел, как тот ставит чёрную метку, и смог запомнить заклятие. Я не знаю. Я могу лишь только догадываться. Поэтому я спрашиваю тебя в надежде, что ты признаешься и облегчишь душу, но, кажется, ты собираешься биться до последнего.       — А что если Вы ошибаетесь? Вы никогда не допускали, что Вы можете что-то не так понять? Я тут не причём, я попросту не могу знать про черную метку. Почему бы Вам не рассмотреть возможность того, что меня пытались подставить? Или что Волдеморт пытался завербовать против меня тех, кто меня ненавидит? Но что-то пошло не так, вот он их и убил.       — Он пытался завербовать маглов?       — Да. Зингфред говорил, что в его армии теперь есть маглы. Тот как-то нашёл способ.       — Боюсь, Гарри, ты хватаешься за соломинку. Тебе следовало признаться в убийстве и добровольно сдаться в руки Министерства. В связи с гибелью твоих друзей и твоей любимой девушки ты мог даже избежать тюрьмы, хотя из Хогвартса бы тебя исключили и палочки лишили бы тоже. Но сейчас… Тебя ждёт Азкабан, Гарри.       — Не выйдёт. У Вас нет доказательств, — Гарри незаметно нащупал в рукаве волшебную палочку.       — Да, я уверен, что ты не оставил следов. Но идёт война. Доказательства нам не нужны. Каждая жизнь важна, а убийцы должны сидеть в тюрьме. Я сам виноват в том, что с тобой произошло. Ты попал на Пуффендуй и показывал себя как добрый и честный мальчик. Я не знаю, как ты в это превратился. Я отказывался верить, что ты станешь вторым Волдемортом, простил тебе убийство Пожирателей. И сейчас я понимаю, что это была моя ошибка. Мне нужно было сразу начать действовать, как только ты оступился, попробовать вернуть тебя обратно, но я всё спускал с рук, а теперь уже поздно.       — Вы собираетесь отправить меня в Азкабан без суда и следствия? — Гарри напрягся. Он был готов атаковать в любой момент.       — Именно, а сейчас дай мне свою волшебную…       — Секо! Силенцио! Ступефай!       Как показал покойный Северус Снейп — кого угодно можно победить ударом в упор, застав при этом врасплох.       И это был единственный шанс Поттера. Первым ударом закончить битву.       Но Дамблдор не подходил под определение «Кого угодно», у него был феникс, который, появившись из ниоткуда, принял в себя все три заклятия.       — Ивуэ! Авис! Шейкл! Фолс!       И вновь грёбаная птица испортила атаку Гарри: верёвки опутали Дамблдора, но были мигом сожжены фениксом.       Дамблдор начал действовать ещё после первой же атаки, тот оживил пол под Поттером и понавыпускал сразу десяток разных обезвреживающих заклинаний.       Директор действовал медленнее Долохова, однако комбинировал во много раз лучше, тот смог сделать так, чтобы каждое из этих заклятий летело в цель со своей стороны, и, таким образом, от атаки нельзя было защититься выставив лишь «Протего», необходимо было сразу 3-4 магических щита, на выставление которых у Поттера времени не было, Дамблдор смог сделать так, чтобы все заклятия прилетели одновременно.       Но от того, чего нельзя заблокировать, можно просто сбежать, поэтому Поттер прыгнул в другой конец комнаты избегая сразу всех заклятий.       Однако он тут же лишился палочки. Замаскированный «Экспеллиармус», отправленный ещё до атаки Поттера «Связкой, хорошее название, да?», угодил в парня и палочка вылетела у него из руки. Директор в точности знал, что сделает Гарри и с лёгкостью поймал его.       — Теперь, Гарри…       — Гладиус! — выкрикнул Поттер, секундой ранее вытащив палочку из рукава.       Гладиус — одно из самых последних выученных заклятий. Потенциально одно из самых серьёзных заклинаний для дуэлей один на один. Вызывает меч, питающийся силой заклинателя, который обладает своей собственной волей и следует единственному приказу выданному в начале призыва. Несмотря на то, что чисто теоретически меч может «высушить» владельца, использовав все его силы, обрести самосознание, воспротивиться воле заклинателя, а также без команды убивать любых живых существ, по непонятным причинам заклятие относилось к категории светлых.       Гарри ни разу не использовал магический меч, и он не рискнул бы использовать что-то непроверенное в битве, но сейчас у него не было выбора, он понимал, что обычными способами Дамблдора ему не победить.       Но риск оправдался, заклятие у него получилось с первого раза. Появившийся в воздухе меч полетел на директора Хогвартса. Приказ, который отдал Поттер — обезвредить Дамблдора.       Альбус ничуть не удивился наличию у Гарри второй палочки, точно так же как и такому применённому заклятию. Директор немного загустил воздух, раза в два замедлив полёт меча, а затем выпустил в Гарри сноп больших красных искр, дополнив это дело двумя (или сколько их?) оглушающими и Архитектором, чьи шары почему-то были красного цвета, кроме того, в атаку также ринулся феникс, который сжался в комок и слился с красными искрами, также полетев в Поттера.       Гадать, где оглушающие, где феникс, где шары Архитектора, а где простые искры, Гарри не стал, накрыв всю эту воинственную братию «Кигхн Сэптом». Этим ходом Гарри защитился от атаки и выключил из боя феникса, поскольку из-под костей переместиться вроде никак нельзя.       Дамблдор же тоже времени зря не терял и вызвал свой собственный меч, который за счёт более высокой скорости расправился с мечом Поттера и уже летел в атаку на парня.       — Конфундо! — закричал Гарри, отпрыгивая в сторону от летящих со стороны Дамблдора сонного, оглушающего и обезоруживающего заклятия.       Он был почти уверен, что меч законфузить не удастся, ведь Конфундус и Гладиус находились явно в разных весовых категориях, да и сам меч вроде как работал от силы призывателя. Но заклятие получилось настолько мощным, что меч завис в воздухе и передумал куда-либо двигаться. Теперь тот будет висеть и высасывать силы из Дамблдора всё оставшееся время. Отлично.       Директора такое положение, разумеется, не устраивало, и он временно прекратил высылать в Поттера армаду детских заклятий, Дамблдор отправил в меч белую вспышку (точно такую же, которая сняла с Поттера Империус), и ничего не произошло. Чтобы там Дамблдор не использовал, мечу было плевать с высокой колокольни. Он по-прежнему висел в воздухе.       — Рапидо! — выкрикнул Гарри и меч, рукояткой вперёд, рванул в Дамблдора. Ровно как и шкаф с омутом памяти.       Директор взмахнул палочкой и оба предмета остановились в воздухе, Гарри же отправил в атаку птиц, трансфигурировав некоторые из них в ножи.       Директор спрятался от ножей и птиц за шкафом с омутом памяти, после чего испарил птиц и заклинанием толкнул шкаф в сторону Поттера.       Легко увернувшись от шкафа, Гарри поднял палочку и…       Ловушка!       Неожиданно, шкаф с омутом схватил его сзади за шею и заблокировал его руку с палочкой. Шкаф не только ожил, но ещё и вырастил себе рот, нос и глаза.       — Не балуй, — прошептал шкаф, крепко держа руку Поттера с палочкой.       Вырвать руку было нереально, но Гарри со всей силы вмазал по глазам шкафа свободной рукой, и тот закричал(!) и отпустил его.       Но того времени, которое выиграл шкаф, хватило Дамблдору, чтобы обезоружить Гарри уже во второй раз.       Два — ноль в пользу директора. Время третьего, финального раунда.       — Неплохо, но…       — Авада Кедавра! — закричал Гарри.       Последняя палочка, и последний шанс не сгнить в тюрьме. Жизнь Дамблдора стоит этой свободы.       Феникса у директора не было, поэтому тот трансфигурировал птиц, одна из которых и приняла смертельное проклятие.       — Бомбарда максима! Арчитект! Финд фаер!       Рассеяно, рассеяно и всосано в палочку Дамблдор. Контратаковать тот не спешил.       — Империо!       Уворот. Несмотря на свой возраст, Альбус неплохо прыгает.       А что если так же только с замаскированными оглушающими, точно так же, как Дамблдор победил его в первом раунде?       — Круцио! Империо! — закричал Гарри и сразу же подумал: «Ступефай инви, ступефай инви».       Бесполезно. Дамблдор увернулся и, заметив замаскированные оглушающие, спокойно принял их на щит.       На ещё одну попытку времени у Поттера не было времени, Дамблдор атаковал. Опять куча всякой мелочи, и Гарри собирался отпрыгивать в сторону вместе с щитом, но неожиданно из стены подул ветер, снеся его прямо в угол комнаты. Бежать было некуда. Только блокировать.       Семнадцать заклинаний насчитал Гарри. Они влетели в Поттера в разные мгновения, в этот раз Директор не стал калибровать их по времени, благодаря этому у Поттер появился шанс. Десять заклятие он заблокировал, три рассеял, два отправил обратно, а с двумя ничего сделать не успел.       Первое было обезоруживающие, и в таком случае шансы у Гарри ещё оставались, ведь и Тонкс, и Джастина он побеждал без палочки, но вторым был Петрификус тоталус.       Все мускулы отказали в одно мгновение и Гарри упал на пол.       Всё, конечная.       ...       ...       Дамблдор подошёл к поверженному Поттер и открыл рот, чтобы наконец договорить, что он там хотел сказать во время битвы, но сразу же закрыл, и тут же упал сверху на Гарри.       ?       Позади директора стоял Джастин Финч-Флетчли.       — Что, говоришь, без доказательств он действовать не станет? — спросил тот, нервно оглядывая комнату.