Руками не трогать

      Штаб квартирой Ордена Феникса оказался дом Сириуса Блэка, находящийся по адресу «Гриммо, 12». Именно здесь мог бы жить Гарри, если бы он выбрал бы своим опекуном Сириуса Блэка вместо Тонксов, а потом и Грюма. Поттер чувствовал небольшую вину перед своим крёстным за то, что отказал ему уже второй раз: тот относился к нему хорошо, подарил «Молнию», болел на испытаниях Турнира трёх волшебников. Однако после того нападения Гарри в качестве своего опекуна и слышать ни о ком ни хотел, кроме Грюма, у него в доме он точно будет в безопасности.       Сегодня Сириус Блэк был в числе тех, кто пришли посмотреть на будущего — по крайней мере, Гарри на это надеялся — нового члена Ордена Феникса. Кроме Дамблдора, Блэка и Грюма, в комнате на площади Гриммо находились ещё трое: Артур Уизли, Нимфадора Тонкс с синими волосами, и незнакомая Поттеру шатенка в возрасте сорока лет. Тонкс старалась поймать его взгляд, однако Поттер старался не смотреть в её сторону, из-за неё(от автора - Да, Гарри винит Тонкс в смерти старших Тонксов, прекращайте исправлять ошибку в ПБ) погибли её родители.       — Познакомься, Гарри. Это Роза Макмиллан, — представил женщину Дамблдор. — Она недавно стала нашим новым членом. Ты должен знать её сына.       — Здравствуйте, — Поттер кивнул худой женщине с пучком на голове. — Мы хорошо ладим с Эрни, живём в одной комнате.       — Кажется, недостаточно хорошо. Его вы с собой в Турнир не взяли.       По ничего не выражающему лицу миссис Макмиллан нельзя было точно сказать, шутит та или упрекает его. Ни Дамблдор, ни Гарри, ни Роза не пожелали развивать эту тему, так что слово взял Грюм:       — Гарри Поттер хочет вступить в Орден Феникса. Я ручаюсь за его боевые навыки и психологическое состояние. Долгое время я курировал его и могу совершенно точно сказать, что парень, несмотря на свой юный возраст, готов к борьбе. Учитывая наши недавние потери и маленькое число членов, я настоятельно вам рекомендую принять его в наш состав.       Такая длинная и установленная речь Грюма немного смутила Поттера; он полагал, что в Ордене Феникса нет места подобным официальным моментам.       — Аластор, ты репетировал, да? — на лице Блэка была жизнерадостная улыбка. — К чему эта официальщина? Все мы видели Поттера на Турнире. Лично мне тоже очевидно, что парень — способный. Я — за.       — Боюсь, Сириус, не всё так просто, — ответил ему Дамблдор, именно от него Гарри ждал какого-нибудь нехорошего подвоха. — Одно дело выступать на Турнире на глазах множества зрителей, зарабатывая себе славу. Юные сердца обожают подобное. И совершенно другое — участвовать в настоящей войне. Не стоит забывать, что Гарри в этом году ожидает учёба, а от каждого студента требуется максимальная отдача в этом вопросе. В этом году идёт сдача «СОВ», и, несмотря на превосходно сданные экзамены на третьем курсе, на четвёртом курсе он мог малость порастерять свои навыки, посещение чемпионами занятий не было обязательным, а желание учиться у самого Поттера возникает не так часто.       Поттер помрачнел. Дамблдор явно заглядывал в его статистику посещаемости за прошлый год. На зельеварение, историю магии и астрономию он ходил едва ли два раза за весь год.       — Это не проблема. Поттер справится, — вступился за него Грюм. — У всех у нас есть дела, помимо битвы с Тёмным Лордом, у многих есть семьи, дети, — Аластор посмотрел на Розу и Артура. — Работа и многое другое. И каждый из нас готов приложить все силы для участия в делах Ордена Феникса. Поттер в том числе. Он может аппарировать…       У него получилось всего один раз.       — …Из Хогвартса в любое место, проблем с этим не будет. Он уже дважды сражался с Пожирателями Смерти и дважды выходил победителем из битвы…       На кладбище всех развалил Северус Снейп, в доме Тонкс — Грюм, Гарри очень слабо представлял, каким образом он может считаться победителем в этих битвах.       — …Он способен на равных сражаться с большей половиной Ордена Феникса…       Гарри очень сильно в этом сомневается. Да его навыки достигли небывалых высот, но против Дамблдора он продержится едва ли секунду.       — Иногда он даже меня побеждает!       Да, такое было. Правда один раз и то с помощью «Связки, хорошее название, да?».       — Да ну? Шестнадцатилетний парень? — Роза Макмиллан явно не верила ни одному слову Грозного Глаза. И правильно делала.       — И, конечно, Гарри готов показать свои навыки прямо сейчас? — спросил Дамблдор.       — Именно. Ради этого я всех и собрал.       Как говорил Грюм, к этому всё и свелось. Без наглядного представления никто его не примет. Ну что же, теперь остаётся вопрос, кто будет его противником. Дамблдор и Грюм — явно нет, первый слишком силён, второй — заинтересованная сторона. Оставались трое. Тонкс, Блэк и Макмиллан. Роза была сундуком Пандоры, о её существовании Поттер услышал только что. Эрни никогда не упоминал ничего о своей матери, была ли она сильной волшебницей или слабой, Гарри не знал.       А вот Сириус Блэк был точно сильным магом. Он сражался против Тёмного Лорда ещё в первой войне, а два года назад его вообще называли третьим магом по силе после Дамблдора и Волдеморта. Эти сведения доверия не заслуживали, Блэка считали правой рукой Тёмного Лорда и всячески превозносили, как опасного противника. Но и Грюм как-то упоминал, что Блэк — очень силён и, если прекратит валять дурака, то через десять лет достигнет уровня Дамблдора. С Блэком встречаться не хотелось. Хотя тот относился к Гарри достаточно хорошо и мог немного поддаваться, так что спорно.       А вот против Тонкс он бы сразился. Год назад он ей в хлам проиграл, а после этого битвы не получилось, он выпустил ей оглушающее в лицо. Теперь он стал гораздо сильнее, чем был раньше, а Тонкс лишилась родителей, одумалась и вступила в Орден Феникса, тоже не сидела без дела. Интересно, чем закончится их следующая битва, если она вообще, конечно, состоится. Пора бы ей уже перестать воспринимать его как недоразвитого ребёнка и объект, которым все, по её мнению, манипулируют. Если он её победит, то в следующий раз она уже будет внимательно его слушать, а не заявлять, что все его слова — неуклюжая попытка копировать Грозного Глаза.       — Хорошо, — кивнул Дамблдор. — Гарри, если тебе есть, что нам показать, и ты ещё не отказался от своей идеи, то ты можешь выбрать себе среди нас противника.       «О, так мне самому можно выбрать себе соперника? Отлично».       — Я выбираю Нимфадору Тонкс, — на мгновение что-то внутри Поттера захотело выбрать противником — Дамблдора. Дабы просто посмотреть, что тогда будет. Хорошо, что разум не дал этому побуждению увидеть свет.       Грюм кивнул, он одобрил выбор Поттера, Артур и Роза никак не отреагировали, а вот Сириус помрачнел, кажется, он хотел, чтобы хоть здесь выбрали его.       — Я тебя услышал. Тогда, Сириус, можешь выделить нам какую-нибудь просторную комнату под дуэль?       — Да можно прямо здесь, — Сириус окинул взглядом помещение, тут на его лицо появилась еле заметная улыбка. — Хотя нет, у меня есть вариант получше, комната моей кузины подойдёт. Можете громить всё, что пожелаете.       — Подождите, — внезапно воскликнула Нимфадора Тонкс, не показывавшая до этого никаких эмоций. — Я бы хотела переговорить с Поттером.       — Наедине, да? — уточнил Грюм.       — Именно.       — Хорошо, не вижу проблемы, — сказал Дамблдор.       — Мы будем вас ждать в комнате Беллатрисы, она прямо над нами, — промолвил Блэк.       — Не слушайте его, там наверняка нет места. Потом идите в гостиную, — сказал Грозный Глаз.       Поттер помрачнел, он с Тонкс не особо хотел говорить. Может, после победы, тогда она, вероятно, уже будет более сговорчивой. Но никак не до. Что она собирался ему сказать?       Не дожидаясь Гарри, Нимфадора зашла в соседнюю комнату. Когда же Гарри пошёл следом, он проходил мимо Сириуса, который прошептал:       — Уговори её слить тебе бой.       Поттер наклонил голову и краем глаза посмотрел себе за спину; никто из присутствующих, включая Грюма, ничего не услышал. Идея была действительно неплохой, и в другой раз он бы ей, возможно, даже воспользовался, но сейчас он был уверен в своей победе. Даже если каким-нибудь непостижимым образом он начнёт проигрывать, то просто использует «Связку, хорошее название, да?».       Гарри зашёл и закрыл за собой дверь.       — Привет, — сразу сказала Нимфадора, она нервничала.       — Привет.       — Как поживаешь? Как у Грюма? Неплохо живётся в бункере?       Тонкс сама поняла, что шутка про бункер была ужасной и сильно смахивала на циничный чёрный юмор, она покраснела и быстро начала произносить следующую реплику:       — Слушай, мы с тобой так нормально и не поговорили. У нас с родителями не всегда складывались отношения, но я тоже очень сильно скорблю по ним. Я тоже опечалена их смертью.       Гарри продолжал молчать. Всё то, что говорила ему Тонкс, он знал и так.       — Знаешь, я хотела сказать «спасибо», Грюм сказал, ты спас меня, дал мне безоар. Спасибо, в общем. И ещё я тебе прощаю за то, что ты напал на меня в прошлом году.       «О, чудно, меня простили. Поздновато, правда, мне уже теперь всё равно».       — Спасибо, а я тебя — нет.       — Что?       «Не понимает? Ладно, я уточню».       — За смерть Теда и Андромеды. Я тебя не прощаю. Не подумай, в их смерти виновата не только ты, ещё Джастин и Грюм, но Финч-Флетчли, в отличие от тебя, осознаёт свою вину, а Грюм сам сокрушается, хоть и не показывает.       — Подожди, это не так! Я… Я знаю, что я виновата! Я это понимаю, просто и ты тоже пойми меня! Откуда я могла знать? Я ещё со сдачи СОВ постоянно слышу про эту бдительность, но она никогда не помогала, я только ругалась со всеми из-за неё. Она никогда не работала, никогда! Откуда я могла знать, что спустя столько времени она может пригодится?       — Да ниоткуда. Однако, если бы ты хоть немного слушала меня или смотрела по сторонам, то твои — наши? — родители были бы живы, а если бы не стремилась пойти наперекор мне, то не отравилась бы и мне не пришлось тратить на тебя безоар, а значит, и Тед бы выжил. Может, ты и не могла знать о том, что бдительность — не бред, может, твои действия даже вполне обоснованы, однако, если бы не ты, и Тед, и Андромеда были бы живы.       Своими словами Поттер причинял ей боль. Он это видел. Его совесть, внутри его головы, достала огромную пилу и пилила его прямо во время того, как он произносил эти слова. Но Гарри всё равно говорил, он долгое время думал о том, что произошло, и был уверен в своих словах. Совесть была неправа. К чёрту её.       — Я… Я понимаю, но я ничего уже не могу сделать с этим. Всё, что можно делать — я делаю. Я вступила в Орден Феникса, я доношу на Фаджа, я всячески ищу новых членов для Ордена. Я делаю всё, чтобы избежать будущих жертв. Я виновата в смерти родителей, я этого не отрицаю. Но неужели ты правда считаешь, что если бы я знала, к чему приведёт моё невежество, то я бы ничего с этим не сделала? Ты думаешь, я бы не пожертвовала всем, чтобы спасти их?       — Нет, я этого не говорил, — Гарри немного стушевался.       Конечно, если бы Тонкс знала, к чему приведёт тот обед, то она бы вела себя совершенно по-другому. Да и вообще… А кто он вообще такой, чтобы осуждать Нимфадору? Для неё Тонксы были настоящими, родными родителями, для него лишь приёмными. И ошибка Нимфадоры была не такой уж страшной, несмотря на то, к каким последствиям она привела.       Он сам тоже ошибся недавно. Грюм говорил ему не участвовать в третьем испытании, а он всё равно пошёл кому-то что-то доказывать. Из-за его действий Волдеморт и возродился, после чего тот и убил Тонкс. Чёрт, так ведь выходит, что он сам виноват в смерти приёмных родителей… Нет, не так. Они все виноваты. Отличие лишь в том, что он почему-то решил построить из себя ребёнка, обидевшегося на весь мир.       — Хорошо, я тебя прощаю. Я тут подумал, наверное, я тоже виноват, если бы я не пошёл на третье испытание…       — Гарри, нет! Уж ты-то точно в этом не виноват! Не вздумай винить ещё и себя, это всё мы с Джастином. Но мы исправимся, честно. По крайней мере, я… Мир? — синие волосы Тонкс стали светло-синими. Хоть на её лице улыбка и не появилась, но Гарри чувствовал, что та сильно улучшила своё настроение.       — Да, мир.       Ладно, всё же диалог с Нимфадорой прошёл великолепно. Хорошо, что Тонкс решилась на него. Именно этого их отношениям и не хватало весь этот год. А может даже и не год, а всё время. Теперь, вне зависимости от результата боя, они признали друг друга.       — Отлично, Гарри, я правда рада. Я плохо себя чувствовала из-за того, что ты со мной не хотел разговаривать. Я думала, ты хоть сову мне отправишь, но нет, — Нимфадора явно не знала, какая судьба постигла Стихию. — У меня же, кроме тебя и Грюма, никого не осталось. Да, есть друзья, подруги, но мы давно уже не общаемся. А теперь и вы с Грюмом отдалились.       — Да, я тоже рад. Ладно, раз уж мы всё решили, пойдём?       — Подожди. Я ещё хотела предложить тебя ещё кое-что. Что скажешь, если я специально тебе проиграю?       «Ничего себе! Она сама это предложила!»       — То есть ты тоже хочешь, чтобы я вступил в Орден Феникса?       — Конечно! Тебе здесь самое место! Вряд ли будешь просто отсиживаться у Грюма во время войны. Да, может, по настоянию Грюма ты и пользуешься не самыми честными методами, но после смерти моих родителей я это только одобряю. Я теперь понимаю, что и тогда была неправа, в битвах нужно использовать любую возможность, вне зависимости от того, насколько она бесчестная.       «Интересно, почему Тонкс не может быть такой всегда?»       — Тонкс, блин, ты великолепна! Чего же ты раньше вела себя по-другому! Вот только сливать бой не надо. Я справлюсь своими силами. Может, это и не видно, но за этот месяц я стал во много раз лучше.       — Да ну, а мне кажется, что против такого могучего мага, как я, у тебя нет шансов, — своё смущение Тонкс пыталась спрятать за бахвальством, но её палили покрасневшие волосы.       — Нет, Тонкс, это у тебя нет шансов. Хочешь спор, кто выиграет дуэль — тот и побеждает.       — Да, давай, только на что?       Гарри на несколько секунд задумался. В голову ничего не приходило.       — Не знаю, давай просто на услугу, кто проигрывает — будет должен выполнить просьбу победителя.       — В другой раз я бы, наверное, не стала спорить, но поскольку я точно не проиграю, то давай. Пожмём руки?       — Не обязательно. Мы договорились. Готовься к поражению.