Руками не трогать

      28 июля. Прибытие близнецов Уизли       — Что за чёрт? — раздался знакомый голос с первого этажа.       Поттер вздрогнул и, не выпуская из левой руки волшебной палочки, побежал вниз.       — Фред, Джордж! Немедленно за мной наверх! Срочно!       На счастье, близнецы вопросов не задавали, а сразу пошли на второй этаж. Наверное, они поняли серьёзность ситуации. Развороченный первый этаж дома, повсюду кровь, и сам Гарри выглядели далеко не лучшим образом.       Когда близнецы зашли в комнату, Поттер заклинанием запер дверь и заявил:       — Услышите звуки аппарации, говорите мне. Если через несколько секунд не будет никаких опознавательных криков, берите меня и аппарируйте отсюда куда-нибудь.       — Хорошо, Гарри, — Джордж кивнул с серьёзным лицом. — Но, может, объяснишь, что тут произошло?       — И что у тебя с рукой? — Фред тоже задал вопрос.       — На нас напали Пожиратели Смерти. Андромеду убили, Финч-Флетчли, Нимфадора и Тед в Больнице Святого Мунго. Грюм сейчас пытается спасти последнего. На правой руке у меня пальца не хватает. В бою отрубили.       — Боже, Гарри, нам жаль, — Фред сказал это с сочувственным выражением лица, так что у Поттера не оставалось сомнений в его искренности. Речь шла явно не про палец.       — Спасибо, я… — Поттер решил как-нибудь описать свои отношения с Андромедой Тонкс, чтобы не выглядело, будто бы он скорбит, однако какой бы эпитет он не собирался использовать, выглядело всё так, как будто он врёт. — Я не позволяю чувствам взять верх, и…       Сказав это, Гарри понял, что это не совсем так, ведь десять минут назад он изо всех сил старался не заплакать.       — Вернее, я просто стараюсь не думать об этом, о том, как меня приютили, забрали от Дурслей… К слову, Тед тоже, скорее всего, погибнет, ему слишком поздно оказали помощь. Грюм был удивлён, почему тот ещё жив, когда пришёл за ним… Я просто стараюсь думать о чём-то другом, о мести, например, и о ненависти… К Джастину и Тонкс. Это их вина, что всё так вышло. И Грюм тоже! И Фадж! Все, кроме меня! Аластор сказал, что ему как-то глаз заколдовали, но ведь бдительность не только же на глазе основывается?! Только я заметил Пожирателей в невидимости! Только я оглушил одного из них и заподозрил неладное! Но даже так мне никто не поверил! А ведь, если бы они хоть немного подумали, то жертв вообще можно было избежать! Идиоты! Конченные идиоты!       Поттер старался не выплёскивать на близнецов всё то, что у него накопилось за это время, но это у него получалось не очень хорошо. Гарри принялся обшаривать глазами свою комнату, начал искать что-нибудь подходящее для того, чтобы это с треском сломать. Выбор пал на самую ненавистную вещь в доме. Дневник Тома Реддла. Гарри схватил его и начал со всей силы бить о шкаф. Разумеется, так уничтожить его не получилось, но это было хотя бы было приятно. Грустные мысли не отступали, но хотя бы притуплялись.       Близнецы не пытались вмешиваться в терзание дневника, и лишь когда Поттер закончил, Фред подал голос:       — Нам жаль, Гарри, правда жаль. Я хочу отправить письмо родителям, рассказать им. Дашь сову?       «Сова! Стихия! Я совсем забыл про неё»       Бросив дневник на пол, Гарри, не говоря ни слова, заклинанием открыл дверь и побежал на первый этаж. У входной двери он остановился. Он не хотел открывать её. Если он увидит мёртвую сову, то может не выдержать…       Надо подумать. Перед обедом он положил клетку с совой на улицу и… использовал на ней заглушающие чары! Точно! Пожиратели Смерти не могли услышать сову! Вряд ли они её заметили. А даже, если заметили, то зачем им её убивать? Это же сова! Что сова может сделать такого? У них не было времени на убийство совы, они пришли за ними, а не за совой. И вообще, учитывая их маскировку, убийство совы могло их только выдать! Вот заметит кто-то мёртвое животное и всё, маскировка раскрыта. Пожиратели Смерти явно готовились к этому налёту очень долгое время, не могли же они поставить на карту всё, что у них было, ради обычной совы?       Поттер открыл входную дверь и огляделся.       Клетка стояла на том же месте, в котором он её и оставил. Маленькое тельце мёртвой белоснежной совы лежало на её дне.

* * *

      17 августа. Том Реддл в компании приспособлений по его уничтожению.       Поттер завёл дрель и начал сверлить дневник. Вернее, начал не сверлить, а пытаться это сделать. Потому что дрель отказывалась пробить тонкие страницы дневника, как бы Гарри ни старался. Быстро осознав провальность своей очередной попытки, Поттер использовал «Эванеско» на дрель, а затем начал пытаться изгонять воспоминание из дневника.       Вновь провал. Заклинания отказывались идентифицировать Реддла как воспоминания или духа. Поттер нахмурился и продолжил попытки, теперь он пытался состарить страницы дневника, чтобы они развалились.       Гарри, может, всё же договоримся? — появилась надпись на странице, которую Поттер пытался состарить.       Тот как обычно проигнорировал предложение и сконцентрировался на заклинании.       Мы же можем объединиться. Забудь про прошлые условия, я передумал. Мы можем вполне объединиться против меня будущего! Он же убил твоих приёмных родителей, я всё слышал, не хочешь отомстить? Я великолепный маг. Не считая первых шестнадцати лет, я всё время был тут, изучал магию. Мой характер не изменился, я тут не старею, так что мы с тобой практически ровесники. Из нас получится отличный тандем!       В этот раз Гарри решил не игнорировать Реддла, а ответить:       Я знаю, что ты врёшь, Том. Твоё внезапное радушие говорит лишь о том, что ты боишься. Может, страницы твоего дневника всё же можно состарить?       Состарить страницы невозможно; если бы ты внимательно изучал бы заклятия, то знал бы, что оно работает только на неживые объекты, а я живой. Ты просто идиот, раз ещё не понимаешь, что мы похожи! Мы могли бы завоевать мир! Может, будущий я и собирается всех уничтожить, но я лишь собираюсь править! Я всю жизнь хотел владеть миром! Править им, а не уничтожать! Маглы должны знать своё место, они же Мерлиновы животные, которые только и могут, что... да ничего они не могут. Я отменю Статут и поставлю магов во главе маглов, так будет лучше для самих маглов, Гриндевальд был не так уж и неправ! Я — лучший вариант в качестве правителя мира, неотёсанные маглы будет жить у себя в примитивном мирке и работать во благо волшебников, я их даже убивать не намерен! Разве я не справедлив и милосерден?       Поттер закрыл дневник и продолжил эксперименты. Увы, Том Реддл был прав. Заклятие старения воспринимало страницы дневника как живой объект. Оно не работало.       Поняв, что и так от Реддла избавиться не получится, Гарри вышел из комнаты и направился во двор.       — Эй! — Поттер позвал упорно игнорирующее его человекоядное растение. — Я знаю, что ты ешь только людей, и только тех, кого нет в защите, но я тебе честно заявляю, что вот этот дневник на самом деле человек. Хочешь перекусить?       К удивлению Гарри, растение-убийца всё же обратило внимание на него с дневником в руке, схватило Тома Реддла и начало его грызть своими зубами.       — Приятного аппетита! — Гарри отвернулся от обедающего растения и пошёл в дом.       Завтра он посмотрит, получилось ли у этого существа уничтожить дневник. Если же нет, да почти наверняка нет, он придумает что-нибудь ещё.

* * *

      Последний день в доме Тонксов.       Гарри бродил и внимательно осматривал дом, который несколько лет был его единственным пристанищем. Без людей и вещей тот казался покинутым и опустевшим, исключая, разве что, кухню и спальню. Там до сих пор витал призрак прошлого боя, хотя сломанные стулья, столы и двери, кровь и части тела Андромеды Тонкс, кровь и части тела Пожирателей Смерти, всё было убрано. Но призрак сражения оставался всё равно, убрать все напоминания — недостаточно. Для того, чтобы изгнать этот призрак, нужно будет привести всё здесь в первоначальный вид, отсутствие дверей, стен, ободранные обои — всё напоминало о смерти двух близких людей и одной совы.       Дом Тонксов, на удивление, не оставил после себя много приятных воспоминаний; наиболее радостные чувства Гарри испытывал в Хогвартсе, у приёмных же родителей он в основном проводил время с Грюмом. Самые приятные воспоминания в этом доме были связаны именно с Нимфадорой Тонкс, в самый первый год, когда та ещё не ходила на работу и веселилась с ним.       Гарри не жаль было покидать дом. Ему жаль было живых существ, которые остались в этом доме, они, как и он, уже не смогут отсюда уйти. Андромеда и Тед Тонкс.       Похороны Поттер проигнорировал. Это было не его решение, на нём настоял Грюм, он сказал, что за ним могут туда наведаться Пожиратели, а Гарри особо и не сопротивлялся, что ему делать на похоронах? Его приёмные родители мертвы, от одного из них даже тела не осталось, а если бы и осталось, то ничего не изменилось. Тело лишь оболочка.       В гостиной комнате Поттер нашёл свой подарок на прошлый день рождения: человеческий — или, что более вероятно, лишь похожий на человеческий — череп, который, согласно инструкции, должен был светиться, если на владельца готовится покушение. Гарри был уверен, что подарок выбирала Андромеда, та всегда разбиралась лучше в том, чем забита его голова. Было бы неплохо, если бы она решила подарить подарок на денёк-другой раньше, может, на том обеде череп бы засветился, и смертей удалось бы избежать.       Записки к подарку не было, Тонксы явно собиралась вручить череп лично в руки имениннику, лишь надпись на крохотной бумажке женским почерком — «Гарри». Вероятно, написано рукой Андромеды.       Бросив череп в сумку, Гарри поднялся на второй этаж в свою комнату; большая часть вещей уже была вывезена, однако их в комнате оставалось еще много. Поттер не был уверен в том, какая судьба будет ожидать этот дом; с одной стороны, он должен достаться по наследству Нимфадоре, однако никто об этом ни разу не обмолвился, поэтому Гарри не был в этом так уверен и решил, что всё, что осталось после него — перенесёт в дом Грозного Глаза.       На столе в своей комнате Поттер обнаружил письма Фреда и Джорджа Уизли, которые он прочитал только после смерти приёмных родителей. Гарри наугад взял одно из них и ещё раз прочитал.       «Раз ты нас различаешь, то попробуй угадать, Джордж я или Фред? Вместе с письмом к тебя должна прийти коробочка, там твой подарок на день рождения. Когда мы пишем свои письма, мы ещё не знаем, получится ли у нас приехать к тебе на день рождения. Вообще, дел у нас особых-то и нет, но нас могут не отпустить.       Мы провинились, тут во время еженедельного выдворения гномов решили использовать наше устройство, которое само ловит и перекидывает гномов через забор, но устройство вышло из-под контроля и немного запустило вместо гномов нашу сестру — Джинни. А потом ещё и отца, который попытался атаковать наше изобретение. В общем, мы наказаны, и нас могут не отпустить, так что подарок пришлём совой, благо она у тебя умнее Перси и сама сюда прилетела, догадалась, что мы тебе кое-что готовим.       Итак, открывай коробку и восхищайся! Та-дам! Ты типа открыл только что коробку, ага. Смотри, эту штуку мы изобретали для того, чтобы тот, кто эту звёздочку прилепил себе на голову, не мог думать ни о чём, кроме шалостей, но идею мы так и не доработали, поэтому решили переделать её для твоих нужд. В общем, я хотел, чтобы звёздочка прилеплялась к коже и полностью блокировала ощущения боли с участка тела, на который она прикреплена. А мой брат попытался сделать нечто более глобальное — заставить мозг просто игнорировать любые магические сигналы извне. Мне его идеи нравятся больше, только тс-с. Представляешь, приходишь ты к себе пьяный, а тебя встречает кто-то из Тонксов, спрашивает: «Ты пил?», а ты такой «нет!», и никакой легилименцией от тебя правды не добьются! Крутая идея, в общем!       Однако у нас не получилось реализовывать эту идею, так что держи тестовый образец моей идеи, вроде рабочий, но это не точно. Если хочешь, чтобы шрам не болел — меняй стиль, твоя молния устарела. Теперь ты как царица из русской народной сказки — во лбу звезда горит.       П.С. Кто в здравом уме пользуется Постскриптумом? Впрочем, если ты вдруг не знал, нас с братом дисквалифицировали из Турнира. Ну, в судьи, очевидно, не по чувству юмора людей набирали, так что шутку с подменой они не оценили. Стоило ожидать подобного на самом деле, в судьях был Перси».       Изобретение близнецов сейчас лежало в его комнате в доме Грюма. Его Гарри ещё не тестировал, банально не было времени. Успеет ещё.       Положив письма в карман, Поттер принялся обшаривать свою комнату в поисках мусора, однако ничего, кроме чёрной банановой кожуры под кроватью, он не обнаружил, Гарри, в отличие от Финч-Флетчли, старался держать свою комнату в полном порядке, наверняка и за банановую кожуру тоже был ответственен Джастин. По крайней мере, сам Гарри не помнил, чтобы в последнее время ел бананы, и кожуру под кровать тем более не выбрасывал.       Поттеру предстояло ещё полчаса походить по дому, собирая в сумку свои вещи с разных углов. По прошествии этого времени он вышел к Грюму, охранявшему в это время дверь.

* * *

      Поттер вынырнул из воспоминаний. Омут памяти работал, как и должен был работать. Воспоминания притуплялись.       Вскоре в чашу отправилась половина жизни Поттера: его детство, все воспоминания, связанные со старшими Тонксами, само нападение, куча Снейпов на кладбище, и наконец тот час, когда Поттер ещё не знал, что станет с Тедом Тонксом. Немного подумав, Гарри решил закинуть в Омут вообще все воспоминания, которые хоть как-нибудь причиняли ему душевную боль. Сыворотка правды в его чаше. Тролль и решение Поттера не вытаскивать Гермиону, провал во втором испытании Турнира трёх волшебников, провалы в квиддиче, диалог со шляпой, Чжоу с повреждением головы в Больничном крыле и прочее... прочее... прочее...       Завтра ему надо будет постараться, чтобы его попытка вступить в Орден Феникса не стала одним из таких отброшенных воспоминаний.