Руками не трогать

      — Ладно. Теперь я смогу вздохнуть спокойно, — Джастин Финч-Флетчли улёгся на заранее трансфигурированную Андромедой Тонкс кровать.       — Да, теперь ты можешь хоть всё время отдыхать, — Поттер старался изо всех сил, чтобы не дать своему голосу показать его истинные чувства. Он был обижен на Финч-Флетчли. Тот, можно сказать, бросил его в трудный час, и как бы Гарри своего друга ни оправдывал, это было именно так. — Тебе сюда лучше больше не приезжать, раз уж ты решил держаться от всего этого подальше. Сегодня сюда Фред с Джорджем приедут, и Чжоу ещё, будет небольшая тусовка по поводу моего дня рождения. Первого августа они уедут, а потом Грюм собирается оградить это место заклятием доверия; мы пришли к мнению, что лучше не дожидаться действий от Тёмного Лорда, а защититься заранее. Тед пока ещё не согласился, но к этому всё идёт.       — Понятно. Печально, ну что поделать. Тебе в особняке всегда рады, ты приезжай, если вдруг тоже устанешь от всего… этого самого. Твоя комната тебя ждёт. Кстати, вот ещё, пока помню. Тебе Бабушка привет передал.       — Бабушка? Вы с ним виделись? Он не в тюрьме?       — В тюрьме, в тюрьме, я пытался отговорить его от мести, но он вроде тогда в нетрезвом состоянии был, ну, как и всегда, в общем. Сказал, чтобы я передал тебе «привет» и бутылку водки, в благодарность за твою помощь и за то, что ты отомстил за него в лабиринте.       — Я пожалею, что спрошу, но что стало с бутылкой водки?       — Ну, выпили мы её. Я и близнецы Уизли праздновали успешное завершение Турнира. Мы четверо решили нарушить правила и, можно сказать, все четверо заняли призовые места, я — второй или третий, а ты или один из близнецов на первом месте; так или иначе, первые три призовых места за нами. Жалко, тебя не было, там весело было.       Финч-Флетчли замолчал, встал с кровати, открыл дверь и куда-то пошёл.       Гарри же остался лежать на кровати. Когда он решил достать книги и продолжить попытки создания нового заклинания, в его окно залетела Стихия.       — А ты какими судьбами? — поприветствовал её Гарри. Его сова довольно быстро куда-то улетела после того, как Тед принёс её из Хогвартса. — На день рождения подарок мне принесла?       Стихия радостно ухнула и сбросила на стол небольшую коробочку и три письма. Поттер посмотрел на имена отправителей: Дред, Чжоу и Фордж. Замечательно.       — Спасибо, Стихия, я знаю, это не от тебя, но ты, можно сказать, приложила к поздравлению свою руку… коготь… лапу… В общем, помогла доставить посылки. Ты что сейчас? Пойдёшь в клетку или ещё полетаешь?       Стихия ещё раз ухнула, Гарри счёл такой ответ за «Я налеталась» и понёс сову в клетку, стоящую на дворе. По дороге он встретил всех временных обитателей дома Тонксов: Грозный Глаз что-то колдовал с окном на кухне — наверняка опять меры защиты какие-то; Финч-Флетчли с Нимфадорой о чём-то болтали; рядом с Тонкс лежала книжка, очевидно, она её читала до прихода Джастина; Андромеда резала овощи и готовила суп, вернее, управляла ножом, который резал овощи, и ложкой, которой помешивала суп; Тед жарил мясо и одновременно с этим читал газету. Увидев Поттера, он окликнул того:       — Поздравляю, Гарри. Тебя признали чемпионом Турнира трёх волшебников.       — Правда? — ужасно обрадовался Поттер.       Он подошёл к газете и бросил взгляд на заголовок.       «Комиссия приняла решение. Гарри Поттер — победитель».       — Потом почитаю, хорошо?       Поттер был действительно в восторге. Он уже попрощался со своим первым местом на Турнире, однако вот оно как в итоге вышло. Теперь ему полагалось огромное денежное вознаграждение, это хорошо, так как деньги из своего сейфа он не мог брать до своего совершеннолетия, лишь небольшую сумму. Однако теперь у него будет три тысячи галеонов — призовой фонд был увеличен сразу же после объявления об участии пятнадцати чемпионов. Можно было купить Нимфадоре какой-нибудь дорогой подарок, чтобы та сочла его за извинения и перестала обижаться.       — Ага, после обеда дам почитать.       Гарри кивнул и вышел в коридор, а оттуда на улицу. Поместив Стихию в клетку и на всякий случай набросив на неё заглушающие чары, он вернулся обратно домой.       Поднявшись в свою комнату, Поттер лёг на кровать, открыл первое попавшееся письмо и начал читать:       «Гарри, привет, извини, но двадцать восьмого я приехать не смогу, Мариэтта пригласила нашу семью на какую-то вечеринку в Министерстве Магии. Ты знаешь меня, я такое никогда не любила, но отказаться не могу, родители будут настаивать. Обещаю тебе, что послезавтра я обязательно приеду. Даже если родителей ещё куда-то пригласят, я всё равно буду, вызову «Ночной Рыцарь» и приеду. Ещё за эту неделю я прочитала все правила Турнира трёх волшебников! Там ясно сказано, что, тот кто первый коснётся кубка — победитель. И не важно, как, из-за чего и насколько это справедливо. Они не могут присудить победу кому-то другому, кроме тебя. Также там ни слова про возрастные ограничения, Министерство само придумало это правило. Если тебе дадут второе место, то я поговорю с мамой и напишу официальную жалобу!       С любовью, Чжоу.       P.S. Ты сову вообще кормишь? Она такая худенькая прилетела, я не удержалась, скормила ей весь запас вафель Камыша. Тот теперь грустит».       Поттер с улыбкой на лице ещё раз прошёлся взглядом по маленьким буквам, написанными рукой Чанг, достал бумагу и думал уже начать писать ответ, как его снизу позвал Джастин:       — Гарри! Меня попросили тебя к столу позвать!       Поттер отложил бумагу и, решив, что ответ напишет чуть позже, отправился вниз.

* * *

      Гарри не знал почему, но с прибытием Тонкс их совместные, можно сказать, семейные обеды стали практически нормальными. Если Грюм и подозревал какую-то пищу на наличие в ней яда или чего-то там ещё, то лишь тихо указывал Поттеру на неё, а тот кивал, сообщая, что всё понял и это он есть не будет. Он полагал, что с прибытием Джастина Грюм станет ещё незаметнее, но вышло всё как раз наоборот.       Они вшестером собрались в гостиной за большим накрытым столом. Ничего не предвещало беды, как вдруг:       — Приятного аппетита, — объявила Андромеда Тонкс       Нет, не это стало причиной конфликта. Вот это:       — Поттер, Финч-Флетчли, мясо не есть. Я не видел, как оно готовилось, возможно, отравлено, — вместо пожеланий приятного аппетита у Аластора был свой ритуал.       Гарри с небольшим удивлением посмотрел на Грозного Глаза. Поттер подметил две странности в решении Грюма громко озвучить свои подозрения. Во-первых, он думал, что тот специально в последнюю неделю не проявлял явных признаков постоянной бдительности. Поттер думал, что тот не хочет злить Тонкс, но теперь, после прихода Джастина, Аластор вернулся к своему прежнему состоянию. Вторая странность заключалась в том, что Грюм подозревал, что отравили именно мясо. Обычно за готовкой мяса тот внимательно следил, да это и не особо было сложно, достаточно, чтобы плита была закрыта, а подозрение у него вызывали какие-нибудь обычные блюда, состоящие из множества ингредиентов: салаты, супы и прочее.       Да и как вообще можно в мясо подбросить яд? У Гарри закралось подозрение, что Аластор просто испытывает Финч-Флетчли, называя самую вкусную еду — отравленной. А ведь Грюм даже не знал, что Джастин несколько часов назад «вышел из игры», а значит, теперь не обязан был следовать правилам Грозного Глаза.       — О нет, вы опять? — подала голос Нимфадора.       — Они постоянно это делали до твоего прибытия, — сразу же нажаловался на них Тед. — И, между прочим…       Андромеда с явной угрозой посмотрела на своего мужа, и тот быстро запнулся, потерял мысль, а потом и вообще передумал что-либо говорить.       Несколько секунд тишины; Поттер показалось, что конфликт потух, даже не успел разгореться, как вдруг о своей новой позиции решил заявить Джастин:       — Наверное, Гарри ещё не успел никому сказать. Я решил, что не буду сражаться против Сами-Знаете-Кого!       Худшую реплику для того, чтобы успокоить Аластора Грюма, было сложно придумать.       — Ты бросаешь своего друга на растерзание убийце-психопату?! И ты считаешь, что это нормально?! Ты будешь сидеть как крыса в своём особняке, пока все остальные будут сражаться?!       — Давайте, может, каждый останется при своём мнении? — Андромеда сделала жалкую попытку разрешить конфликт.       — Именно это я собираюсь сделать! — Джастин повысил голос. Кажется, он собирался выплеснуть, всё, что у него накопилось за всё время. — Мы с Гарри всё обсудили, и он меня понял! Так что я не собираюсь больше соблюдать эти тупые предосторожности. Вот!       Финч-Флетчли прямо руками взял кусок горячего мяса с тарелки и засунул себе в рот.       — Кхе-кхе, умираю! Помогите! — он захрипел. — А нет, стоп! Подождите-ка! Я жив? Неужели мясо не было отравлено?! Вот это да! Какая неожиданность! Я просто в невероятном удивлении! — сарказм так и сквозил в словах Джастина.       Грюм медленно начал подниматься со своего места.       — Аластор, мы действительно всё обсудили! — Поттер схватил Грюма за рукав. Всё хорошее настроение от письма Чжоу быстро испарилось. — Давай мы потом всё ещё раз обсудим, но не сейчас, пожалуйста. Я правда считаю, что у каждого есть свой выбор, сражаться или нет, да и его всё равно в Орден Феникса не примут, ты сам говорил… Давай потом это всё обсудим, хорошо?       Невероятно, но Грюм молча согласился с Поттером и уселся обратно на место. Гарри и подумать не мог, что сможет в такой ситуации убедить Аластора не устраивать разнос Джастину. Да он прирождённый переговорщик: уговорить Грозного Глаза не заставлять соблюдать правила бдительности всё равно что убедить Тёмного Лорда завести себе розового котика!       Андромеда незаметно улыбнулась Гарри, и у того вновь потеплело на душе. Его приёмная мать точно так же, как и он, старалась избежать конфликта. И у него, в отличие от неё, получилось! Джастин угрюмо смотрел в тарелку и перебирал вилкой картофелины. Грюм же злобно пялился на Финч-Флетчли, но, слава богу, молчал.       Мир, дружба, жвачка.       Пять минут прошло спокойно.       — Нет, серьёзно, вы правда продолжаете свои… Я даже не знаю, как это назвать? Зачем вы это делаете? Не можете же вы всерьёз считать, что Тёмный Лорд по-настоящему возродился, тихо проник в наш дом и, вместо того, чтобы всех убить, отравил мясо? Я уверена, что Гарри уже явно прошёл всевозможные испытания на осторожность, зачем тогда всё это?       «Тонкс, ну, а ты куда?! Да твою мать!»       На Нимфадору уставились сразу три разозлённых человека. Грюм с Поттером, которых она задела, и Андромеда, которая постоянно и без особого успеха пыталась всех помирить.       — Джастин, ты молодец, что решился на такой шаг! — Тонкс показала тому большой палец.       Она не могла не заметить обстановку за столом. Эта была очевидная провокация. В этот раз не выдержал уже сам Гарри, он до сих пор не одобрял решение Финч-Флетчли отказаться от битвы.       — Прекрати, Нимфадора, — Поттер нарочно назвал её Нимфадорой, а не Тонкс. Он старался её разозлить, хотя пять минут назад радовался, что все живут мирно. — Тёмный Лорд возродился! И никто не застрахован от того, чтобы быть отравленным! Если бы я внимательно слушал Грюма, то Снейп мне не подлил бы сыворотку правды.       — И какие у тебя есть доказательства того, что Тёмный Лорд возродился?! Ты сам не понимаешь, что тебе Грюм просто промыл мозги?! До того, как он с тобой поговорил, ты Министру Магии сказал, что Лорд — мёртв, а после, что жив. Ты же такой у нас бдительный, ты не подумал о том, что на тебе «Обливиэйт» просто применили, вот ты и помнишь то, чего не было!       — Ты говоришь, что это я Поттеру память изменил?! — подал голос Грюм.       «Кажется, этот обед закончится их всеобщей потасовкой».       — Да! Я так думаю! — волосы Нимфадоры окрасились в красный цвет. — Тебе же так не хватает врагов! Одно заклятие, и у тебя есть не только непобедимый враг, но и повод всех напрягать со своей постоянной бдительностью. Ты же без этого жить не можешь!       — Слушай, может, мы пойдём отсюда? — обратился Тед к жене. — Вижу, им тут и так нормально всем, мы им не нужны, а я в принципе уже поел, как и ты, собственно. Чего нам тут сидеть?       Андромеда вновь посмотрел грозно на мужа, и тот вновь передумал и затих. Поттер всегда замечал, что именно миссис Тонкс была главой семейства, но такое полное подчинение Теда видел впервые.       — Послушай меня, Тонкс, — в спор вмешался Джастин. — Среди нас шестерых только ты подверглась промыванию мозгов. Фадж завербовал тебя, пообещал место и подал тебе историю так, чтобы ты была на его стороне. Лично я, даже несмотря на то, что собираюсь отсиживаться, уверен, что Грюм говорит правду.       — Ты? Ты же на моей стороне! — возмутилась Нимфадора.       — Я на стороне правых. В данном случае на стороне Грюма и Поттера. Если ты не веришь первым двум, то что ты скажешь насчёт слов Дамблдора? Он также, как и Грюм, считает, что Лорд возродился. Или ты считаешь, что Альбус убил Северуса Снейпа и подделал его записку для того, чтобы захватить власть?       — Нет, я считаю, что Снейпа убил Грюм. А Дамблдор просто ошибается.       — А мне ты веришь? — вновь подал голос Гарри. — Если бы на меня наложили Обливиэйт, то я бы об этом знал. Не мог же я заметить, что у меня пропал кусок воспоминаний.       — Нет, это не так, — это был уже Грюм. — Если бы я действительно подкорректировал тебе память, то ты бы об этом даже не догадывался бы. Ты никогда не можешь быть уверен, что ты не подвергался Обливиэйту. Тут мы не можем никак убедить Тонкс.       — А что насчёт имён? — Поттер вспомнил аргумент, который почти убедил Фаджа. — Что насчёт мертвецов? Малфой с компанией, около десяти человек, «резко», а главное «неожиданно» куда-то пропали. Если мне стёрли память, то как ты объяснишь их поведение? Их тоже всех Грюм убил?       Тонкс задумалась и замолчала. Гарри принялся ждать ответа от Нимфадоры. Финч-Флетчли раскашлялся и пошёл в туалет, очевидно, решил скрыться, раз уж его пока что не касались. Странно, обычно он от конфликтов не сбегал... Неужели ему внезапно стало стыдно за то, что он собирается не участвовать в войне? Грюм злобно сверлил Тонкс взглядом, но молчал.       — Я не знаю, — наконец соизволила ответить Нимфадора. — Грюм должен был действовать в одиночку, это точно, но он не мог всех убить. Может, они просто поехали куда-то… Если так подавать дело, то… Ладно, может, вы и правы. Я не подверглась промывке мозгов и не уверена, просто допускаю мысль, что в словах Фаджа есть доля истины; чтобы найти правых, нужно всем собраться и всё как следует обсудить, однако суть совершенно не в этом. Вся эта ситуация не даёт вам причину вести себя так, как вы себя ведёте. Это просто неадекватно.       — Что неадекватного в бдительности? — не согласился Гарри.       — В бдительности нет ничего неадекватного. Но то, что вы делаете, это не бдительность, это паранойя. Тотальное преувеличение. Бдительность может быть разной, можно просто осторожно относиться к незнакомцам, а можно кидать во всех встречных заклятиями, а то вдруг они Пожиратели Смерти! Можно носить всегда с собой волшебную палочку, а можно отрубить себе руки…       — Тонкс! — Тед счёл реплику про отрубание рук довольно грубой.       — …Чтобы в них не попало убийственное проклятие. Везде есть граница, предел. И вы очень сильно перегибаете палку.       — Разумная осторожность — это не перегибание палки, — заметил Грюм.       — Ты слышал вообще, что я пытаюсь до вас донести? «Разумная» и «параноидальная» осторожность — это разные вещи.       — Забудем про осторожность, — Поттер поспешил не дать развиться этому спору, чтобы начать новый. — Давай про тебя. Разве ты ведёшь себя нормально? У меня день рождения через три дня, почти все мои друзья приезжают, а ты уезжаешь послезавтра. За эту неделю ты со мной едва двумя фразами перебросилась, это совпадение?       — Нет, это не совпадение! Как ты думаешь, почему я так себя веду? Может, потому, что ты так и не удосужился извиниться за то, что атаковал меня полгода назад?       — Это к вопросу о бдительности. Ты сама сказала, что существует «разумная» и «параноидальная» осторожность, но ты первая напала на Грюма с параноидальным обвинением. Я же просто защищал тех, кому верю!       — Потому что он сам так себя вёл! Подожди, то есть ты даже не считаешь, что сделал ужасную вещь, когда неожиданно напал на меня?!       — То есть ты даже не считаешь, что сделала ужасную вещь, когда неожиданно напала на Грюма?!       — Может, вы уже перестанете ругаться? — устало попросила Андромеда.       Как обычно, её просьба была проигнорирована.       — Тогда это было обоснованно, Аластор вёл себя подозрительно. Вы же совершаете не подкрепленные ничем действия. Вот с мясом, например. Да, допустим, мясо кто-то отравил, допустим, Тёмный Лорд собственной персоной, да, давайте сделаем вид, что такой вариант — возможен. Но Джастин взял на себя смелость съесть кусок, с ним ничего не произошло. Я ела мясо, мама с папой тоже. Все, кроме вас. И ничего ни с кем не произошло. Мы провели эксперимент, убедились в том, что мясо не отравлено, а Тёмный Лорд не прячется у нас под столом. Но вы продолжаете отрицать реальность и все факты! Упорно не реагируете на то, что все ваши предосторожности ещё ни разу ни к чему не привели. Никто и никогда не пытался напасть на вас из-за спины. Я имею в виду мирное время, а не во время войны, Грюм. Никто и никогда не пытался никого из нас травить. Ну, кроме Снейпа, но у того были мотив и возможность. Но вы всё равно ищете предателей в своих собственных тенях! Это нормально?       Поттер открыл рот, чтобы ответить, но Тонкс не закончила с обвинениями.       — Теперь конкретно ты, Гарри. Ты уже не тот, кем я тебя помню. Ты другой человек. Ты что-то жжёшь, взрываешь в своей комнате… — Гарри зло посмотрел на Тонкс: он надеялся, что она не будет рассказывать об этом родителям, которые жили на первом этаже и ничего не слышали. — Ведёшь себя странно, аморально, неправильно. Тебя твои собственные друзья чуть не изгнали из Пуффендуя. Со мной такого никогда не было, да ни с кем такого никогда не было. На Турнире ты спокойно нападаешь со спины, нападаешь на своих друзей, предаёшь, обманываешь! Прошлый ты никогда бы не напал на меня, а даже, если бы напал, то никогда бы не посчитал, что ему не за что извиняться. Что ты на это скажешь?       — Эм-м… У меня тут вопрос один, что за… — подал голос Тед.       Один взгляд Андромеды, и у того больше вопросов не осталось. Хотя в этот раз он, кажется, собирался спросить что-то более важное; Поттер надеялся, что не про взрывы.       Гарри секунд пять думал над ответом. Он хотел помириться с Тонкс, сильно хотел, но упорно считал, что та во всём неправа. А эти беспочвенные обвинения. Нападения со спины, как его в этом можно обвинять? Что ему нужно было сделать, крикнуть: «Крам, я тебя сейчас оглушу!» или что? Он был абсолютно не согласен с Нимфадорой. Поэтому к тому, чтобы послать Нимфадору в жопу, Гарри был ближе, чем к извинениям, однако не хотел ещё усиливать конфликт. Поэтому в итоге он выбрал нейтральный вариант.       Поттер махнул рукой и промолчал.