С тобой мы изменим мир

Двенадцать лет спустя.       Табачный дым стоит в воздухе, пока я не смахну рукой. Он лезет куда-то вверх, медленно. Как водопад, только в другую сторону. Окно закрыто. Дверь закрыта. Музыка кричит в уши. Отовсюду. Мои колонки скоро взорвутся от такой громкости. Ничего, у меня есть еще, как раз для таких случаев. Именно с прошлого раза я купила запасные. Снова выпускаю клубы дыма изо рта. Дымка такая плотная, что я едва могу рассмотреть трещину на потолке, оставшуюся от головы Кайла, который любил попрыгать на надувном матраце. Я могу смахнуть дым рукой. Но не делаю этого. Я смотрю, как все вокруг растворяется в этом чертовом дыму. И надеюсь, что я сама растворюсь в нем когда-нибудь.       Сигара дотлела в руке. Чувствую легкое головокружение. Скоро пройдет. Кровать скрипнула, наверное, когда я встала с нее. Выключаю музыку и слышу, как в дверь кто-то долбится с громкими матами. Ну что ж… Снова делаю музыку громче. И прежде, чем этот кто-то выносит дверь с петель, я спускаюсь по карнизу дома на землю. Все внутренности перемешались, когда ноги достигли земли. Я, наконец, поднимаю глаза к хреновому серому небу, поправляю чехол гитары и иду через проулок на улицу. Вижу, что люди пялятся на меня, на мои синие волосы, надеваю капюшон. Один, два, три, четыре…       Четыреста восемьдесят один. Четыреста восемьдесят два. Кайл. Грета. Четыреста восемьдесят пять. Эндал. Ох, Эндал. Сегодня твои очки бликуют еще ярче, а веснушки на щеках, кажется, светят, как лучи солнца. Откуда мне знать, как светит солнце? Но этот рыжий паренек такой теплый и яркий, что я могу уверенно сказать, что он солнце. Он держит в руках очередную книгу, в которой написана всякая ерунда о выдуманных существах, или о чертовых заговорах белого города. Читает ее с таким воодушевлением, что не замечает, как я с ним поздоровалась. Сраная книга. Грета чихнула, привлекая в себе внимание. Чихает она люто, как пьяный Борам, обнюхавшийся крепкого порошка. Кайл глотнул еще пива, но я заметила, как он едва не подпрыгнул от страха.       Эти двое созданы друг для друга. Но что-то пошло не так, когда Кайл взял слишком много пива. И он продолжает его пить. На что он вообще надеется? Грета вытерла сопливый нос салфеткой и бросила ее мимо урны, но так и не встала, чтобы исправить содеянное. Местная шпана сидит за столами, и пьют «адский грог» в надежде поскорее опьянеть и пойти дебоширить. А ведь небо только потемнело. Эндал осмотрелся вокруг, заметил-таки меня и неловко поздоровался. Парнишка засобирался домой, и с испугом в глазах начал проверять сообщения. Пропустил ужин, мать в ярости. Синяки тоже мама поставила, заботясь о тебе, да? Рыжик заметил, мой пристальный взгляд на его руки, и опустил рукава трикотажной кофты.       Кто-то шумит справа и слева от меня, от них несет за километр «соломой» и «школьницей», но в этом заведении, единственном в черном городе где я могу играть, такие препараты разрешены. Амбал на втором этаже раздает почти за даром те вещи, которые в белом городе пытаются запретить. Пока ничего не выходит.       Эндала остановил на входе какой-то высокий хрен на стиле и потряс его за плечо. Парень замялся, замотал руками и поспешил уйти. Хрен выглядит как «во мне был весь черный город, а может и больше». Он фыркнул, подошел к барной стойке, заказал «поцелуй чистильщика» и пил его пока не вырубился.       Грета глянула на Кайла, нахмурилась и подошла ко мне. Я уже по ее лицу вижу, чего она хочет, но просто не могу позволить ей этого сделать. Девчонка достала из кармана деньги, посчитала их и чуть было не зарычала. - Сегодня «роксана» тебе не по карману, - я обвела Кайла взглядом, что пялится на Грету. - Займешь?       Я мотаю головой, но знаю, что если не я, то ей займет Лоу. Грета оглянулась, ища взглядом высокую блондинку. Девушка нахмурилась. Лоу опаздывает. В бар зашел высокий мужчина в синей рубашке, на всю комнату пахнуло мятой и бензином. Я закашляла, выпив воды, которую дал мне бармен. Сколько лет тут торчу, но имени его не знаю. Мужчина прошел по заведению, оглянулся. Он совсем слепой? Кого он тут из себя строит? Все шипят на него и прячут по карманам «школьницу». Страж порядка оглядел толпу, поймал на себе мой взгляд и приблизился ко мне. Господин хренов Коул. - Ну что, Нара, надеюсь, ты помнишь, что следует после третьего нарушения? – из его рта пахнет чертовой жвачкой, у меня аж глаза щипит. - У меня только одно, - парирую я, отвернувшись от мудака. - Борам позвонил недавно. Вынужден дать тебе второе нарушение. - Какого хрена? – Грета развернулась к нему, не замечая острой вони жвачки. - Нара, ты снова дебоширишь дома. Так нельзя. Подумай об этом. - Я кажется, память временами теряю. Напомни-ка мне, что я сделала? – я скрыла пол-лица за стаканом с водой. - Дверь, Нара. Твоя зависимость, - Коул глянул на шпану с руками в карманах, - не принесет ничего хорошего. - А, это, - я ставлю стакан. – Я сегодня вышла из окна, так что вообще не ебу о чем ты.       Мужчина закатил глаза. Он достал свой планшет, натыкал там что-то и, вздохнув, взглянул на меня. - Еще одно, и тебе придется отправиться в старый город. Всего хорошего.       Он отошел достаточно далеко, чтобы не услышать «козел» из уст Греты. Веселье снова продолжилось, будто жизнь поставили на «плэй». Бармен убрал мой стакан с водой. Грета заметила, что Кайл куда-то слился, и отправилась на ненавязчивые поиски лесбийского укротителя. Хотя, если так посмотреть, то как-то хреново он ее укротил.       Лоу зашла в бар, пахнущая сладкими духами. Она будто парит среди пьяных и обкуренных людей черного города. Идет к бару. Я и уже чувствую, что она ищет взглядом меня, но еще не видит. Лоу оглядела недоразумение, спящее на барной стойке и, вскинув своими клевыми подведенными бровями, уткнулась в меня взглядом. Ее глаза тут же заблестели, но когда она подошла ко мне, ее пыл вдруг поубавился. Она обняла меня, гитара чуть съехала с колен. Странно знать, что она влюблена в меня, но еще больше странно знать, что она не знает о том, что знаю я. Сегодня ее волосы заплетены в косу, что делает ее лицо еще более вытянутым. Когда она уже перекрасится обратно в свой наикрутейший черный? Лоу попросила бармена дать ей пиво «ветерок» и села рядом со мной. - Какие вести ты несешь, о дева серого города, приверженка культа любви к женщинам? – я подняла руки вверх. - Много каких, - она прикрыла рот рукой, усмехнувшись. – Но все они не для тебя. - Жаль. Не занимай сегодня Грете. У нее снова… - Отстань от нее, это ее выбор, - Лоу нахмурила свои аккуратные брови. – Конечно, в этом есть и моя вина тоже. - Скажешь то же самое, когда у нее поедет крыша? Она хочет «роксану», - Лоу потерла лоб, - опять. И в прошлый раз она чуть не отсосала тому парню за нее. - Поэтому я заняла ей, - Лоу легонько хлопнула по столу. – Порочный круг. - За порошок хотя бы не дают нарушения…       Лоу пропустила мое высказывание мимо ушей, припав губами к пивасику. Ну и почему у меня такие друзья?       Когда заиграла живая музыка, половина бара были уже готовы к дальнейшим действиям, а другая половина приступила с танцевальным телодвижениям, путь даже ритм не тот, им плевать. Одной группе разрешено играть по две песни за вечер. А так, как нас всего двое, что группой назвать не повернется язык, то только одну. Барабаны, почти мертвые, стоят здесь с тех времен, как родилась моя мать, а может даже бабушка. Ими Кайл, и все остальные самоучки-барабанщики пользуются во время выступлений. Кайл вообще на кастрюлях учился играть. Но это не важно, если ты чувствуешь ритм. А те ребята, которые играют сейчас, кажется, вообще об этом никогда не слышали. Но пьяным посетителям плевать. Лишь бы было под что дрыгать своими костлявыми задницами.       Я стучу по гитаре, чтобы разнообразить ритм барабанов этих парней, но Кайл остановил меня, указав на Грету, что поднимается на второй этаж. Лоу фыркнула и направилась за ней. Наша дружба после того случая трещит по швам. Кайл, какого хрена ты так напиваешься?       Прокуренные музыканты сошли со сцены и наконец владелец бара позвал меня и Кайла. Народ слабо поаплодировал двум подросткам. Кайл вступил, я подхватила. Эту песню мы играем здесь уже десятый раз, а люди так и не заметили подвоха. Мы выучили ее наизусть, и даже если у меня не будет пальцев, чтобы сыграть ее, я все равно смогу это сделать ногами. Пою я, но мой голос звучит здесь грубо и приглушенно. Из-за дыма, окутавшего всех, и полностью наполнившего помещение, звук будто глушится. Я не вижу лиц посетителей, и от этого мне становится не так… страшно.       Лоу спускается по лестнице, она бросила взгляд на Кайла, и тот сбился. Грета осталась наверху. Надеюсь, не отсасывать тому амбалу из номера 6, который барыжит «роксаной». Песню мы закончили скомкано, я даже не допела последний куплет. Да ну и хрен с ним. Я спрятала гитару в чехол и, закинув ее себе на плечо, пошла за Лоу. Она стоит почти у выхода, мерит взглядом парня, что пытается к ней пристроиться. Кайл поднимается на второй этаж. Что же вы двое наделали?       Лоу отмахнулась от «ухажера», схватила меня за руку и потащила из бара. Вывеска, яркая, неоновая, ослепила меня. Розовый. Такой пошлый. Такой ужасный. Ненавижу розовый. - Что с Греттой? – спрашиваю я, пока Лоу достает самокрутку из рюкзака. - Она в номере 6. Боузман не впустил меня, не знаю, что он с ней сделает, - ее руки дрожат. - В смысле? Она там с ним одна? Почему ты не позвала Роуна? – я стою прямо перед ней. - Ты вообще знаешь, кто такой Боузман?! Что о нем тут говорят? Что о нем говорят в сером городе? – Лоу закурила, пахнет очень тяжелой травой. - Это не повод бросать Грету! – я развернулась ко входу в бар, но Лоу остановила меня. - Кайл пошел туда. Ты там ничем не поможешь.       Я отдернула руку от хватки блондинки. Чувствую, как меня колотит. Будь я на месте Греты, Лоу бы тоже курила свою траву, надеясь, что какой-то амбал не тронет меня? Или что Кайл, которому вообще похуй на все, что не начинается на Г или на Л, придет мне на помощь? Лоу выдохнула, отведя от меня взгляд. Я снова зашла в бар. Чистый, или почти чистый, воздух на улице слишком сильно ударил мне в голову, а теперь вновь придется вдыхать запах травы и алкоголя, и мне снова поплохело. Я иду на второй этаж на негнущихся ногах, держась за шатающиеся перила. Слышу какой-то ор. Коридор грязный, мусор валяется прямо на полу, на стенах стремные подтеки, даже представлять не хочу кто это мог сделать и при каких обстоятельствах, но чертово обоняние говорит мне все о каждом сраном пятне, которое хоть мало-мальски пахнет. Мусор цепляется за ноги, я даже стряхнуть его не успеваю. Вижу, что дверь номера 6 приоткрыта. Но ор не из него. А из пятого. Хрен с ним, что там, в пятом. Я распахиваю дверь и замираю, как будто мусор не дает мне пройти.       Мрачная комната поглощает свет из коридора, сжирая его скользкими тенями. Комната будто стерильная. Вокруг все вымыто до блеска, единственная кровать заправлена белой простыней, окно завешено плотной коричневой тканью. Стены выкрашены белой, кажущейся серой в темноте, краской. На кровати сидит Грета, за руку ее держит Кайл. У стола с какими-то приборами стоит широкоплечий черный мужчина с короткими дредами. Он внимательно наблюдает на Греттой, что не может отвести взгляд от красной жидкости. Кровь капает в прозрачную стеклянную бутылку. Из-за чертового запаха мочи и рвоты, я не смогла почувствовать этот въевшийся в мое сознание запах. Но может, оно и к лучшему. Трубка тянется от запястья девушки к бутылке. Как красный провод. По-видимому, Боузман, уставился на меня, из-за темных линз очков, я не могу взглянуть ему в глаза. Он неодобрительно хмыкнул. Кайл глянул на меня и испуганно дернулся. Он встал с кровати, приблизился ко мне и закрыл за собой дверь. - Где Лоу? – грозно спросил парень. - Что за хуйня там происходит?! – я оттолкнула его от себя. - Не твое дело, Нара! Вечно ты суешь нос, куда тебя, блять, не просят! – Кайл пнул банку, что оказалась под его ногами.       Я схватила Кайла за его кофту и прижала к двери. Сучонок. - Еще раз: что там происходит?! - Боузману нужна кровь, Грете нужны деньги, а мне нужно, чтобы Грета была счастлива. Ясно? - Счастлива?! Так извинись перед ней, - я дернула Кайла, отпустив кофту. – Из-за тебя она села на эту дрянь! Из-за тебя и Лоу! - Лоу сама этого хотела! – Кайл сильно ткнул мне в ключицу. – Если бы не ты, Грета никогда бы не узнала об этом! - Дружба не строится на вранье, придурок! – я снова оттолкнула его от себя прямо в дверь. - Хватит толкать меня!       Я толкнула его снова, на этот раз так, что сам Боузман не выдержал и открыл дверь в свой номер. Кайл расстелился на полу, ударившись всем, что было дорого. Мужчина вышел в коридор, я отступила на шаг. Ноги задрожали еще сильнее, я смотрю в темные линзы его очков. Из-за того, что я не вижу его глаз, захотелось провалиться в чертов мусор. Дредастый сделал еще несколько шагов, пока я не уперлась в противоположную стену, гитара звонко ударилась о нее, и постучал в 5-ый номер. Ор не прекратился. Я отшатнулась от мужчины, обошла его и направилась в 6-ой номер. Грета вытащила из себя иглу, залила красную точку на своей коже спиртом. Я переступала через Кайла, который потирает ушибленную голову и подошла к девушке, не смотря на сильный запах спирта. Она даже не смотрит на меня. Грета берет со стола пакетик с сине-зеленым порошком и встав на ноги, чуть пошатнулась. - Грет? – я взяла ее за руку. - Пусть Кайл и Лоу идут в жопу, - прошипела девушка, выдернула руку и быстрым шагом, на шатающихся ногах, вышла из номера.       Кайл соизволил подняться на ноги, обиженно взглянул на меня и скрылся в коридоре. Я поспешила выйти из номера барыги, который сейчас ногой вынес дверь своим соседям. Ор стал еще громче. Похуй. Мне похуй. Похуй…       Лоу курит не первую самокрутку, стоя у стены бара. Ее глаза уже покраснели, а губы стали бледными. Она застегнула куртку, бросила недокуренную траву и подошла ко мне. Ее запах не сможет перебить запах крови и мочи… Я согнулась пополам и из меня вырвалось все, что было в желудке. Прямо на убитый тротуар. Хуже от того он уже не станет. Лоу вытащила бутылку с водой из своего рюкзака и подала мне. Блондинка устремила взгляд на дорогу, куда должны были уйти Кайл и Грета, пока полоскаю рот. Пустую бутылку пришлось выкинуть. Мы развернулись и пошли в другую сторону. - Зачем ты переспала с ним? – не выдержала я. - Честно? Я не помню. - То есть, ты потрахалась с парнем, младше тебя на два года, зная, что он любит девушку, зная, что ты стопроцентная лесбиянка? Что? - Если тебе станет лучше – мне не понравилось. - О, ну вот это ты помнишь, - я развела руками. – И ты даже не спросишь, что там случилось? - Грета и Кайл живы, значит и смысла спрашивать нет.       Лоу подняла голову к темному, почти черному небу, поросшему тучами. Ни звезды, ни луны, нихрена. Только серо-черные пятна. Как и весь серый город. Людей на улице нет. Все сидят дома, в тепле. В отличии от нас, двух дур, которые морозят свои ноги. Я слышу, как далеко кричит птица и что кто-то кричит на эту птицу. Слышу, как вздохнула Лоу. Ее руки задрожали. - Пойдешь ко мне? – спрашивает она. - Чтобы я потом говорила, что мне не понравилось? - Я не об этом. Тебе наверняка не хочется услышать нотацию от Монар и Борама из-за второго предупреждения? - Чем скорее я ее услышу, тем быстрее я об этом забуду.