Все было хорошо

Тэн знает, что он милый и что ему прощается многое, когда он закусывает губу и выглядит действительно расстроенным. Ему нравится флиртовать с парнями, даже если этого делать не стоило бы, и, вообще-то, он действительно немного смущен, когда кто-то флиртует с ним в ответ. А еще Читтапон знает, что обожает быть в центре внимания. В том самом центре, где тебя все любят и хотят обнять, потому что ты замечательный из-за того, что просто дышишь. И, возможно, Тэн немного более язвительный, чем нужно для того, чтобы это получалось совсем просто. Он успокаивает себя тем, что в любом случае он остается важным, но на его глазах Тэён просит Доёна оценить новую песню, и Тэну хочется возмутиться. Его салат не нанимался терпеть вот это все прямо перед его носом, но ему приходится, потому что Читтапон даже не может четко сформулировать претензии. Он просто долго смотрит на Доёна, который вдумчиво читает, а потом рассказывает Тэёну о том, что чувствует по поводу песни и какие она заставляет испытывать эмоции. Тэн думает, что это ненормально и что в таких случаях лучше было бы просто отшутиться, а не двадцать минут подряд рассказывать о том, насколько это все прекрасно. Но Читтапон, в целом, согласен с каждым словом Доёна, просто не сказал бы это вслух. Как будто Тэён сам не в курсе, что пишет замечательно. — Какой ты мягенький, — тянет Тэн, расплываясь во вредной улыбке, и тыкает Доёна в щеку. — Мягенький мальчик, который готов расплакаться от текста песни, такая прелесть. Донён смотрит на него так, как обычно смотрят на придурков в баре, а потом отпихивает руку и просит не мешать. Салат Тэна в его воображении радостно сообщает, что да, пора бы не мешать уже человеку спокойно пить чай, а еще не формировать вот здесь непотребные зрелища, потому что ощущения от этого как-то так себе. Читтапон мысленно велит салату заткнуться, а потом одергивает себя — только придурки говорят с салатом, которого даже нет. От Доёна Тэн в тот вечер все же отстает, но для себя решает, что это в последний раз. Донён со всеми милый, мягкий, понимающий, возится с Дримами, потому что ему не лень, разговаривает с Тэёном и Джэхёном, когда им плохо, и умудряется поладить с Куном, несмотря на языковой барьер. И не то чтобы Тэна бесит, как они вдвоем смотрят на него осуждающе, но да, бесит и очень сильно, можно было бы поддержать во время очередной тупой шутки. Тэн понимает, что его злит то, что он не входит в тот самый круг людей, на которых Доён смотрит почти с обожанием, водит в парки развлечений и обнимает при любом удобном случае. Читтапон даже как-то вылавливает Чону, укладывается ему на колени и тяжело вздыхает. — Скажи мне, — начинает Тэн, пытаясь строить предложение не оскорбительно, но салат в его голове качает своими листьями и откровенно издевается. Читтапон с ним согласен. Не оскорблять людей в такой ситуации, да и в любой ситуации вообще, в целом, довольно тяжело. — Вот ты такой мягкий, очаровательный, но ты ведь та еще стерва. Чону гладит Тэна по голове и слегка дергает за пряди, но все равно улыбается. Это выходит даже тепло, и Читтапон не может понять, насколько искренен младший сейчас и насколько на самом деле хотел бы спихнуть его со своих коленей. — Не понимаю, к чему ты ведешь, хён, — Чону не отрицает, и Тэн решает, что это хороший знак. — Почему Доён тебя любит? Ты ведь можешь лицо откусить, если вдруг до тебя докопаться, а он предпочитает пушистых, — Читтапон щурится и, вроде бы, даже формулирует не совсем провально. Чону смеется и качает головой. — Я милый, хён. Мне нравится быть милым с окружающими, даже если я и знаю, что ты прав, я могу ответить, когда меня пытаются обидеть, — ласково продолжает младший. Он проводит пальцами по щеке Тэна и щелкает по носу. — Но я не просто милый, я не скрываю того, что чувствую и что хочу нравиться окружающим. А еще я не пытаюсь их задеть, когда понимаю, что у меня не выходит с ними флиртовать. Читтапон фыркает и думает, что Чону слишком умный для своего возраста. То ли дело Марк, потрясающий мальчик — исполнительный, веселый, немного неловкий и сидит часами в студии за работой, а не делает какие-то там выводы про флиртующих вокруг него парней. — Спасибо за пояснения, Чону, твои слова невероятно важны, — Читтапон съезжает с чужих коленей сам и мягко душит Чону в своих объятиях. Может быть, внутренний салат Тэна симпатизирует этому человеку. Но с Доёном понятнее не становится. У Читтапона хорошо с флиртом, с растяжкой и с рэпом, но у него очень сомнительно с проявлением чувств. Конечно, он радуется и расстраивается, даже особенно этого не скрывает, но подойти и заявить Донёну в лоб, что он не может вот так просто взять и нравиться всем безнаказанно, Тэн все равно не может. Это, в конце концов, заставит его признать прилюдно, что Доён и ему тоже нравится, а это так себе развлечение, Читтапон не одобряет. Тэн решает, что лучшим вариантом будут тупые подколы, как и всегда. Он даже добивается того, чтобы Доён согласился с тем, что он похож на кролика (возможно, Читтапон не был решающим фактором, но он предпочитает об этом не думать), и еще многих мелочей, которые, кажется, доводят Донёна окончательно, но шанса убедиться в этом предоставляется исключительно случайно. — Ну что я тебе сделал? — Доёна сложно представить выглядящим так, будто он сейчас расплачется, но Тэну не приходится, потому что он видит все вживую. Внутренний салат осуждающие пихает куда-то в легкие и фыркает. — Я правда не понимаю, что я делаю такого, чтобы ты просто… Я не знаю. У меня ощущение, что ты меня ненавидишь. — Кто в этом мире ненавидит кроликов, ну скажи мне? — Тэн закатывает глаза и вздыхает, потому что как вообще можно подумать, что он кого-то ненавидит. Тем более, кого-то, кому только мягких ушек с хвостом и не хватает для того, чтобы вызвать у кого-то сердечный приступ (ну или можно обойтись приподнятой футболкой, Читтапон, конечно, не смотрел специально, но видел все же достаточно). — Я не ненавижу тебя, ты просто такой мягкий, что тебя хочется укусить. Тэн обнимает Доёна раньше, чем тот успевает посмотреть на него осуждающе. И это не то чтобы решает все проблемы, потому что Читтапон не говорит ничего больше, но он решает, что, возможно, в следующий раз он попробует рассказать Донёну немного больше о том, что чувствует.