Любимый защитник

Карлайл Каллен Я думал, что давно уже умер. Что давно остановившиеся сердце никогда не почувствует этой боли от утраты любимой женщины… Но нет… Даже не бьющееся, оно чувствуется, как сдавленное в тиски металлической клетки… И хотя дышать мне не нужно… Если бы мог… Скорее всего мне пришлось бы постараться, чтобы не умереть от удушающих объятий скорби. Я не смог бы сделать вдох, потому что воздух кажется огненным и жалящим… Эсми… Моя милая, добрая Эсми… Мне казалось, что всё человеческое давно для меня недоступно. Мы не нуждаемся в отдыхе, не чувствуем усталости. Наши чувства заперты в ледяной темнице смерти… Однако в последнее время… Я чувствую, как становлюсь тем вампиром, которым был Эдвард, которому Джейкоб сказал о смерти Беллы. Я хочу спать… — Отец, тебе надо поесть… — мне на плечо ложится рука Элис. Поворачиваюсь лицом к дочери, замечая в её глазах грусть и печаль. А также мимолётный страх за меня. Она боится, что может потерять ещё и отца. — Хорошо, я сейчас отправлюсь на охоту. Возможно на несколько дней. — после моих слов на лице дочери замечаю облегчение. Уже на выходе из дома меня настигает шепот: — Папа, всё будет хорошо. На охоте я провёл несколько дней. И видимо, так сильно ушёл в свои переживания, что неожиданно даже для себя оказался незнакомом для меня городе. Я уже собирался вернуться домой. Как услышал чей-то плач. И понимая, что не смогу так просто уйти. Пошёл в ту сторону, где слышался плач, который с каждой секундой становился всё более душераздирающим. Мишель Мою жизнь можно описать двумя словами «полное дерьмо». Видимо, судьбе было угодно, чтобы с самого рождения я стала ненужной своим родителям. От меня отказались сразу после моего рождения, и я попала в дом малютки. А спустя время меня определили в детский дом. Где я нахожусь и по сей день. Моя жизнь среди остальных детей была несладкой. Каждый старался сделать мне больно и подставлял на каждом шагу. За год ко мне приклеилась кличка «вечный нарушитель спокойствия». Сначала я не могла понять в чём кроется причина ненависти остальных детей ко мне. Но спустя время я поняла, что всё из-за моей внешности. Смешно, правда? Моя внешность, а вернее одна прядь волос, которая отличалась от остальных. Наверное, других детей я пугала своей седой прядью. Но ладно дети, но и воспитатели относились ко мне не лучше. На момент, когда мне исполнилось тринадцать лет, я полностью утратила веру в людей. И не могу сказать, что смогу хоть кому-то доверяться.. В дальнейшем. Я привыкла полагаться только на себя. Одиночество мой вечный спутник. А иногда так хочется, чувствовать, что я кому-то нужна. Ощутить поддержку другого человека. Но… Чего нет того нет.

***

Сегодня впервые за всё время пребывания в детском доме я просто сбежала оттуда. Знаю, что поступила неправильно и по возвращении меня ждёт нагоняй. Возможно меня даже изобъют в качестве наказания. Мне было всё равно. Мне так захотелось, хоть на миг почувствовать себя свободной. Хотелось увидеть, что же кроется за стенами детдома. От куда нас очень редко выпускали. Порой было ощущение, что я находилась не в детском доме, а в колонии для малолетних преступников. Много чего увидеть мне хотелось. И если вы думаете, что уйдя от воспитателей я отправилась туда, где много всяких магазинов и кафе, где много людей. То нет вы ошиблись. Я просто пошла в то место, где меня никто не сможет найти. В ближайшее время. А именно в лес. Мне хотелось побыть одной и подумать о своей жизни. Решить, что делать дальше. Ведь не долго мне осталось жить в детском доме. Ещё пару лет и здравствуй взрослая жизнь. Мне уже пятнадцать лет, а я практически нигде не была и нечего не видела. Медленно бредя по тропинке я думала о своей жизни и не заметила, как по лицу потекли слёзы и спустя пару минут тихий плач перерос в громкие рыдания. Занята душевными переживаниями я не сразу заметила, что не одна на поляне. Мое уединение было нарушено...