Сделав вид, что Кот это просто кот

Последние недели, а, может быть, месяцы или годы, этот зверь все больше тревожил его. Мирное время усыпляло внимание, каждая черта Страны казалась менее Чудесной, но более размытой, будто на фотокарточку пролили чай и повозили ладонью. Кстати, чай давно утратил свою ежедневную новизну. Шляпник плеснул прозрачную коричневую жидкость из чашки на салфетку с красивым тиснением, кажется это были цветы или листья, бумага сначала впитывала чай, затем просто напросто расползлась, словно обвалившись в собственную середину. Но под салфеткой, конечно же, не было ни кратера, ни даже хоть немного заинтересовавшей бы его черной дыры, только подвыцветшая скатерть в давних разводах чая, заменявших орнамент. Чеширский Кот накручивал на коготь тонкий белый хвост спящей Марьямкин, совершенно не обращая внимания на своего рыжеволосого сотоварища. Это почему-то безумно злило его. Как будто этот серо-бирюзовый комок шерсти хоть самую малость его заботил. Но ведь это было не так! Шляпник досадливо смахнул мокрые хлопья, еще пять минут назад бывшие салфеткой, на землю. - Что же мы не танцуем? - лениво мурлыкнул Чешир, но не потрудился даже поднять на него глаза, якобы наблюдая за Мышью. Вообще, после Бегства Алисы, как называли это те, кто знали ее еще малышкой, Кот принялся говорить о Шляпнике исключительно "мы", это так раздражало! И льстило. Рыжеволосый ответил на вопрос Чешира чуть мутным взглядом, затем запустил в него ложкой, совсем не целясь, поэтому попал Мыши в плечо; Марьямкин всхрапнула и, свернувшись калачиком, укрылась сухой салфеткой, хвост она спрятала, оставив Кота без развлечения. С недавних, а, может быть, давних, пор она сменила камзол на платье, которое сшила из носового платка Алисы. По легенде, этот платок освободительница подарила ей перед уходом, утерев перед этим слезинку; на самом деле платок либо был Алисой случайно обронен, либо же, что звучало чуть вероятнее, Марьямкин просто стащила его, потому что ее привлекло нежное кружево. Чешир хрипло рассмеялся и, по-львиному перекатывая лопатками под темной недлинной шерстью, прошествовал по столу поближе к Шляпнику; тому на мгновение подумалось - а какого цвета кожа под серой шерстью? кот ли на самом деле Кот? что связывает его с Мышью? а что связывает их - Шляпника и Чешира? почему все так сложно? Последний вопрос, кажется, он задал вслух, или, может быть, Кот прочитал его в зеленых глазах. Он, конечно же, ничего не ответил, сделав вид, что Кот это просто кот, перебираясь на колени Шляпнику, скользя ухом - он задорно им шевелил, будто прислушиваясь, - по груди рыжеволосого, слева, прямо под сердцем. Каждый раз это казалось слишком интимно, но оба делали вид, что это совершенно нормально - да и кто бы стал говорить о нормальности в этой Стране Безумцев? Марьямкин во сне смешно вытягивала задние лапы как фарфоровая балеринка, застывала и по полчаса лежала, не шевелясь, только на лужице чая подле ее головы рябь выдавала ее размеренное дыхание. Они были как будто одни.