Давай навсегда?

Чимин гулял по парку, находящемся в центре города. Повсюду простор, деревьев мало, трава все еще выглядит по весеннему свежо. Мысли Пака блуждали где-то далеко в облаках, но голову так и не покидал Мин Юнги. Казалось бы, что в нём такого? Почему Чимин думает о нём? Знал бы Пак сам ответ. У Юнги очень цепкий взгляд, проникновенный, смотрящий в самую душу. А еще этот взгляд притягивает Пака, как магнит притягивает металл.

Взгляд.

Чимин не мог сказать, что он опасен. Пак думает, что у Юнги взгляд старика, усталый и всё знающий. Взгляд наученного жизнью человека, говорящий о некой мудрости, опыте. У Юнги над чувствами главенствует разум - это омега понял сразу. Для Чимина важно равновесие между разумом и чувствами - так его учил Хосок. Хотя сам Пак плохой ученик, больше прислушивается к чувствам, от чего вечно страдает.

Никогда

. Никогда бы Пак не думал в таком русле о Мин Юнги, но теперь... "Внешность обманчива" вновь и вновь думает омега. Все представления об этом альфе разрушены, похоронены. Мин Юнги - загадка, никому неизведанная, непонятная. Что с ним не так? Почему так непонятны его поступки? Кто он: друг или враг? Чимин не знает, но отчего-то очень хочет, чтобы Мин оказался действительно хорошим человеком, а не подлецом, коим он считал его последние полгода.

Реальность уже превратилась в игру. Самые прекрасные люди находятся в мечтах, но после, когда просыпаюсь ото сна Они уже нереальны.

Неделя пролетела слишком быстро, Чонгук только и успевал менять простыни. К счастью (или к сожалению), течка Тэхёна не может длиться вечно. И вот спустя неделю она прошла. Это был безудержный дикий марафон. Они не вылазили из своей квартирки все это время, пробуя друг друга во всех позах и на всех поверхностях. -Ты же понимаешь, что тебе все равно придется однажды быть снизу? - Спросил Тэхен. - Не ты, не я, не можем находиться долго в одной роли. Иначе чем тогда мы отличаемся от альф и омег? - Они лежали на кровати, растрепанные, но впервые выспавшиеся за целую неделю. За окном было раннее утро, лучи ласкали обнаженные тела гамм. - Я думаю, что, возможно, меня тоже это ждет. Течка, я имею в виду. - Чонгук прикусывает нижнюю губу, задумываясь о том, что должен же быть в мире врач, изучающий и лечащий гамм. Если бы они нашли такового, им стало бы легче втройне. Они же сами о себе ничего не знают, можно сказать. - Кукки, нам надо идти в универ. - Чонгук лениво потянулся рукой за телефоном, чтобы посмотреть время. Кажется он неделю к нему не прикасался. - Тэ, может побудем еще денёк вдвоём? - Жалобно попросился Чон, обнимая Тэ со спины. - Гук, прекрати. Надо собираться. - Тэхён развернулся лицом к младшему. - Кукки. - Прошептал Тэ, касаясь губами чужих губ. - Собирайся. - Резко отрываясь от Чонгука и вскакивая с кровати, говорит старший и первый забегает в душ. Чон разочарованно стонет, лёжа на кровати. Лень-матушка губит и не хочет никуда отпускать бедного брюнета. Однако старшему все-таки удается поднять Чона с кровати и собрать того в универ, чему Гук был непременно рад, иначе кто знает когда бы он поднялся. В универе так ничего и не поменялось за неделю, что они оба пропустили. Правда, кажется, за время их отсутствия Юнги и Югём смогли как-то свести свои компании вместе. Однако напряжение все еще чувствуется. На удивление Чонгука, Чимин реагировал на Юнги абсолютно спокойно, а вот Намджун, который обычно самый спокойный, уверенный и всегда все продумывающий, волком смотрел на Мина. Два альфы никак не могли свои территории поделить, каждый защищал омег. Ну или вернее, Намджун защищает Чимина, а Джин защищает Юнги, хотя по идее должно быть наоборот. Чонгук плохо знал друзей брата и еще хуже знал друзей Юнги. - Ну что, голубчики? - Югём появился очень внезапно, обнимая парней за плечи. - Возвращаетесь к нам, али будете только вдвоём? Братец снова предпочитает быть вне компаний. Раньше был один, теперь только с Тэхён-хёном. Счастья вам, друзья мои. - Югём, - Позвал Чонгук, когда альфа хотел было уже уходить. - Ты-то как? - А что со мной могло произойти? Я в порядке. - Но голос предательски дрогнул, Чонгук видел брата насквозь. Всё далеко не в порядке. - Гём, пойдем поговорим. - Произнёс Чон, извиняюще смотря в глаза Тэхёну. Югём молча пошёл к выходу из столовой, где парни находились, Чонгук пошел следом. - Гук, не знаю о чём- - Не ври мне, Гём. - Перебил его брюнет. - Я вижу, что с тобой что-то не так. Скажи мне, в чем проблема. - Югём замялся. Они с братом всегда делились переживаниями, как двойняшки, они чувствовали состояние друг друга. И сейчас Чонгук знал точно, что внутри его брата ведется война. - Гук, это сложно- - Сложно произнести вслух? - Чонгук попадал прямо в цель, прижимая Югёма прямо к стенке. - Говори, не надо ходить вокруг да около. - Бэмбэм. Моя единственная проблема - это он. Я не знаю. Я не знаю, что делать, думать..чувствовать. Гук, помоги разобраться. - Югём неуверенно прикоснулся к Чонгуку, а затем сам потянулся к брату, обнимая и вдыхая родной аромат карамели и кофе. Они друг для друга всегда будут тихим пристанищем, где можно отдохнуть, расслабиться, побыть собой и набраться сил, уверенности. - Югём, просто слушай сердце. Делай то, что ты хочешь. Если чувствуешь, что Бэмбэм - твой омега, держи его, наплюй на всех и всё. Не сопротивляйся чувствам, если они есть. - Чонгук чувствовал, как дрожит альфа в его объятиях. Казалось бы, Югём же альфа, он должен быть сильным, но не сейчас и не с Чонгуком. - И почему наши родители никогда нам не говорят, кто родился первым?- Спросил, успокоившийся Югём, отодвигаясь от Чона, но не выпуская из объятий. - Что бы мы вечно мучились и играли роль старшего брата по очереди. - Усмехнулся Чонгук,видя, что его брату стало легче. - Спасибо, Гук, мне полегчало. - Не за что, брат. Не кисни. - Чон улыбнулся своей мальчишечьей улыбкой и получил в ответ такую же.

Старший брат никогда не обидит, Он поможет тебе в беде, И не скажет, что ненавидит, Он поддержит тебя везде!

Джину надоело скитаться по городу, а еще ему, капец как, надоел светлый цвет волос, поэтому он направлялся в парикмахерскую. Он не часто эксперементировал с волосами, но у него была любимая парикмахерская, где он всегда осветлял волосы и красился. Вот и сейчас он шел именно туда. В этот раз, он хотел перекраситься в более темный цвет. Теперь, когда Чимин стал частью их великолепной и дружной компании, они стали двумя блондинистыми омегами, а Джин до сих пор презирает Пака. Пак Чимин не умеет бороться. Слабак. Не достоин Юнги. Именно так о нём думает Джин. Сестру он не видит вообще, она всегда в своей комнате, не выходит даже на завтрак. Прислуга говорит, что та вообще мало ест. Джину бы забить, но он волнуется. Не должен, ведь его сестра давно решила жить самостоятельно своей жизнью, но все равно переживает. Несмотря ни на что, Джин любит свою сестру и понимает, что не просто так она поселилась у него. Но он ждет...ждет, когда она сама переступит через свою гордость и пойдет просить прощение. Его сестра мастер делать себе хуже, и как ей помочь - Джин, честно, не знает. Что вынудило Джису приехать к нему - вот главный вопрос. Чего она хочет?

Нагрубить никогда не сможет, Принесет водички в жару. И в проблемах твоих поможет, Все поймет, не осудит сестру.

Знаете это долбанное ощущение, когда не хочется идти домой? Когда хочется исчезнуть. Забыть все, как страшный сон. Когда хочется улететь из страны, стереть все воспоминания. Никогда не помнить этого предательство. Зачем оно все надо вообще? Когда именно начинаешь чувствовать себя одиноким? Когда родители оказываются против тебя и чувство, что ты один против целого мира заполняет до краев, того гляди затопит все внутри тебя. Возвращаться домой приятно, когда тебя там ждут. А если не ждут? Если вспоминают только, когда уже слишком поздно. И вот наступает то чувство, когда уже все равно: видит кто-то твои слёзы или нет. Всем насрать, плачешь ты или нет, люди просто проходят мимо. Посмотрят,но не спросят, даже старые бабушки или старые знакомые. В мире есть только ты. Хорошо, если рядом окажется друг, который готов вместе с тобой идти против целого мира. Вот откуда берется чувство, что ты один. Ты сам о себе должен заботиться, сам себя утешать, давать советы, защищаться от происков судьбы.. Когда друзья становятся ближе семьи? Когда понимаешь, что друг готов идти с тобой против целого мира, а семья привыкла выполнять правила, диктуемые этим миром. Где находится та грань, когда уже становится все равно? Когда не волнует ни мнение окружающих, ни мнение семьи. Вот только как жить одному никто не знает. Невозможно бороться с целым миром совсем одному. Он начинает поглощать тебя, полностью затягивая в темноту, откуда нет выхода. Как итог, самоубийство - вот к чему чаще всего приходят одинокие люди. Джису думала и думала, что же ей делать. Ей очень нужен друг, прямо сейчас она как никогда нуждается в поддержке. Она может совершить шаг, последствия которого, будут преследовать её на протяжении всей жизни. Но ведь это никому не нужно. Она обуза для всех. Единственный выбор, что она для себя видит - это аборт. Прервать жизнь, которая только-только зародилась в ней кажется выходом. Ведь кому она такая нужна? Отец ребёнка, родные родители, родители альфы - все твердят об аборте. - Мы же еще так молоды, так юны, зачем нам этот ребёнок? - С сарказмом и злостью спрашивает Джису, кидая подушку куда-то в стену. -Дорогая, я же даже не люблю тебя.. - Повторяет она слова альфы. - Заделал мне ребенка и выставил за дверь. Урод! - Джису хотела было кинуть какую-то сверх дорогую вазу, что попалась так не вовремя под руки, в окно. Но сквозь свой собственный крик, девушка услышала звонок в дверь. Джин бы не звонил, сразу же вошел бы. Он мог увидеть её такой. Родители выставили из дома со словами "Позор семьи", что скажет Джин для Джису - неизвестно. - Джису... - Этот до боли знакомый голос... Лалиса стояла прямо на пороге в комнату. - Лиса? - Вот теперь Джису не могла сдерживаться, от гнева эмоции быстро переменились на страх, отчаяние... надежду. Омега бросилась к ничего не понимающей бете в объятия и заревела. Лалиса лишь сильнее стиснула объятия. Она пришла вовремя. Комната была в беспорядке, примерно в таком же, в каком была душа хозяйки этой комнаты. Её душит истерика, но она теперь не одна. Лиса с ней, Джису чувствует это.

На самом же деле реальность очень жестока и очень уродлива. Всё… всё не то вижу в своих снах: Скрываю себя настоящего. Эта жизнь, где ты должен носить маску, Ради выживания?

- О, Джин, ты сменил имидж? Тебе идет. - Усмехнулся Намджун. Его слова звучат для омеги оскорбительно. - Отстань. - Строишь из себя недотрогу? - Зло оскалился альфа, придвигаясь слишком быстро к Джину. - Боюсь тебя разочаровать, но я никогда не был шлюхой. - Выплюнул прямо в лицо Намджуну немного пьяный омега. - Хочешь сказать, ты девственник? - Усмехнулся альфа, вдыхая аромат роз. По телу Джина пронеслись мурашки. Это всё алкоголь! Определённо. - Нет, но это была ошибка молодости. - Ответил Джин, отводя взгляд в сторону, словно вспоминая те самые дни молодости. - Еще скажи, что по пьяне- - Нет. По глупой влюбленности, что хуже алкоголя. - Перебил его резко омега, переводя взгляд прямо в глаза напротив. Намджун усмехнулся как-то совсем невесело и даже опасно. - Что ж, значит по пьяне будет впервые. - Альфа резко подался вперед, накрывая своими губами губы Джина, резко врываясь языком. Омега сопротивляется, но под натиском альфы устоять сложнее. Что это? Джин больше не отбивается, наоборот - отвечает. Совсем не помня как, они оказываются у Джининого дома. Омега трясущимися руками открывает дверь, альфа выдыхает в самую шею старшего, вызывая табун мурашек. Мозг опьянён, ничего не соображает, оба парня поддаются своим плотским желаниям.       И кто знает, чем бы все кончилось, если бы Джин не услышал плачь в раскрытой комнате сестры. Очередной ошибкой? Возможно. Джин слышит сквозь туман в голове чей-то всхлип, до здравого смысла не сразу доходит, что это был за звук. А уже потом никто не может остановить омегу. Ни альфа, пытающийся в очередной раз обнять омегу и прижать к стене, ни алкоголь, разливающийся по венам. - Что случилось, Джису? - Джин замирает. Он знает этот голос - Лалиса - это она сейчас в комнате сестры. - Лис.. - Голос омеги дрожал, она была сломлена, разбита. Никогда он еще не слышал у нее такого голоса. Одним словом - отчаяние. Джин почувствовал, как вздрогнула бета. - Я хочу сделать аборт....- Джину послышалось.. Нет, такого точно не может быть. Нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет....Только не его маленькая сестренка. Было слышно, как Лалиса сглотнула и попыталась прочистить горло. - Джису, ты хорошо подумала? Ты не обязана это делать, ты можешь- - Родители отказались от меня! - Истерика снова накрывала её, Джин чувствовал это, страх парализовал его. - Но не я! - Твердо сказала Лиса, - Никогда, слышишь? Ты идиотка, но я тебя не брошу! Пусть хоть весь мир треснет, я буду рядом. Так что не смей сдаваться. - Она права. - Раздался голос Джина, который не смог стоять в стороне. - Ты будешь идиоткой, если сделаешь аборт. Я тебе не дам. Мало было нашим родителям моего ребёнка, они и за твоего взялись. - Эти слова были сказаны сквозь зубы, Джин был в ярости. Что-то переломилось внутри, и вместо этого "что-то" появилась стальная решительность. - Что значит..твоего ребёнка? - Спросила опешившая Джису, глядя на брата. - То и значит. Они заставили сделать меня аборт, я не дам поступить с тобой так же. - Джин подошел к сестринской кровати, Лалиса встала и пошла на выход, она сделала достаточно. - Джису, я буду рядом. Я поддержу тебя. Только не бойся, прошу. - Джин обнял её, как ни обнимал ее уже очень давно.

И потом, может быть, когда время пройдет Он спросит совета у друга, У младшей сестренки, с которой сам Никогда не общался грубо …

- Лиса... - Раздался голос в коридоре, принадлежавший Намджуну. - Что? - Что это только что было....