Отныне ты — бандит

ЧЗО, подземелья к северу от Армейских складов, два часа спустя Меткий никогда не любил подземелья. Особенно, подземелья Зоны. Бетонные стены давным-давно были исполосованы трещинами с крошащимися краями, ясно давая понять, что в любой момент может быть послан знак свыше, в виде отвалившегося куска бетона. Кроме того, что из трещин, что из щелей сочилась смердящая вода. Всё подземелье было наполнено мерзким смрадом разложения и запахом метана. Под стенами текли грязные ручейки, омывая всякий различный мусор и ржавую арматуру, что в избытке была натыкана в тоннеле.       Бандиты старались ступать осторожно и смотреть по сторонам. Тоннель был мало освещённым и на каждом углу таил опасности в виде аномалий и скользких плиток. Сухарь уже начинал жалеть, что уговорил тогда отряд не брать тяжёлую экипировку — думал, бронежилетов на случай спуска в лабораторию под Тёмной долиной вполне будет достаточно. Что ж, все время от времени ошибаются.       Внезапно по коридору эхом разлетелся хруст. Лучи налобных фонарей сразу-же стали метаться туда-сюда, пытаясь выловить в непроглядной темноте источник шума. — Осторожней! — прошипел Меткий, — Под ноги смотри, а то так и пулю схлопотать недалеко! — Ну извини! — показательно развёл руками Сухарь, — Откуда ж я мог знать, что в подземельях сухие ветки на полу валяются!.. — Эх, Вован, — Андрей покачал головой, — Балда ты… — Почти на месте, — сообщил Осведомитель не оглядываясь. Его речи сопутствовал шум капель, падающих с потолка. Через пару секунд послышался хлопок «Карусели», насторожив вновь. Одна из капель, видимо, попала в аномалию.       Впереди отчётливо был виден поворот направо. Стена и её угол тускло освещались чем-то с той стороны. За поворотом оказалась развилка туннелей. Ни один из них не был освещён, из-за чего свет, падающий на ходы от старой лампочки над гермодверью, только прибавлял им таинственности и чувства скрытой опасности, что в любой момент на тебя выскочит какая-то тварь. Обманчивая тишина в темноте лишь нагнетала обстановку. «Не дай бог кому-нибудь остаться запертым в этих ходах.» — думал Меткий. Поставить себя на место какого-нибудь бедолаги было слишком страшно. — Вон-та дверь, — Осведомитель указал на неё рукой. Да было, в общем-то, и ясно: дверь всем своим видом давала понять, что за ней что-то находится. Рукояти и вентиль на двери были заржавевшими; стало видно, что дверью уже очень давно никто не пользовался. «Хоть бы открылась вообще…» — не без нотки досады подумала Алина, взглянув на ржавые разводы на полу перед дверью. Стоило ей только отвести взгляд, как из соседнего тоннеля донеслись звуки шагов. Сразу стало понятно, что потенциальные противники не осторожничали и скорее всего знали, что тут кто-то находится. Бандиты направили оружие в сторону тоннеля, готовясь принимать незваных гостей. Меткому сразу бросилось в глаза, как резко и испуганно дёрнулся Осведомитель, по-гангстерски, дрожащими руками направил свой Walther P99 в темноту. Бандиты замерли в своих позах, направив всё внимание на тёмный проход. Ожидание длилось несколько секунд; шаги были слышны всё отчётливее. Наконец, по отрывками английской речи стало понятно, что из туннеля приближаются натовцы. Через секунду один из них, ничуть не думая об осторожности вышел из-за угла. Вероятно, он и понять-то ничего не успел, как был расстрелян из шести стволов — Осведомитель какого-то чёрта не стрелял. Звуки стрельбы оглушительно громко раскатились по тоннелям. Голоса по ту сторону бетона стали громче, вслед за чем на развилку вылетела дымовая шашка. Клубящийся дым мигом заполонил развязку тоннелей и зрительно отрезал их друг от друга. — Чёрт! — крикнул Меткий, — Живо все в укрытие! Бегом! Все, кроме Осведомителя тут-же сорвались с места и ретировались за угол. В пелене белёсого дыма показались несколько силуэтов, вслед за чем в коридоре повисла стрельба. Осведомитель несколько раз дёрнулся, на стены брызнуло алым, и мёртвое тело упало на спину. Визг рикошетов болезненно разрезал фоновый шум. Спустя несколько секунд стрельбы прекратилась; видимо бойцы НАТО также видели не очень хорошо, хоть и пользовались фонарями. — Вот ведь твою мать! — сцепив зубы выдавил Андрей, — Осведомитель!.. Сухарь, обойдя друга, прислонился к самому краю угла и не прицельно высадил пол-магазина из P-90 в дымовое облако. На удивление бандита, с той стороны раздался крик, сопровождающийся английским матом. Все остальные натовцы моментально исчезли за углом; только раненный остался корчиться на полу. Вова, уловив момент, быстро высунулся и короткой очередью добил врага, силуэт которого был хорошо виден. Вслед за выстрелами вновь послышалась английская речь и шум шагов: натовцы отступали, причём быстро. — Что за?.. — сказал себе под нос Сухой, прячась обратно. И через секунду он понял: цель натовцев была определена — нейтрализовать Осведомителя. Остальная группа их, видимо, не интересовала. Почувствовав, что противник не пальцем делан, враги и поджали хвост. — Хорошая работа, друг, — услышал Вова. После этих слов он немного задумался, после чего с удивлением обнаружил, что не слышал их. А Меткий продолжал: — Но вот почему ты нам вообще помогаешь? — Андрей делал это так, чтобы другие не чувствовали их «ментального обмена». — Нашёл время спросить, — мысленно ответил Сухарь, — Что ты вообще имел ввиду? — Ну, ты вроде говорил, что хочешь сопротивляться сталкерству, так почему ты помогаешь именно нам? Натовцы вроде неплохо так сталкерству препятствуют… — Хм… — бандит задумался, — Да, если честно, не плевать ли уже? Что толку-то, миров, судя по всему, существует многое количество, во всех не поработаешь. Да и, тем более, я помогаю в первую очередь нам всем, — Сухарь бросил быстрый взгляд на остальных, — И тебе в частности. Эти семь месяцев, что мы знакомы, я жил так, как никогда ранее. И это мне устроил ты, Меткий. Вова добро улыбнулся, посмотрев на друга. Единственного настоящего друга. Только лишь в такие моменты он мог понимать, насколько крепкой стала их дружба за полгода. И ведь Андрей тоже всё прекрасно понимал. И тоже улыбнулся, просто радуясь жизни. Многие думают, что Зона — уж ни в коем случае не место для любой радости. Что здесь царят только алчность, хитрость, подлость, страх, но только не радость. Однако могут ли они понять, разделить те чувства, что пришлось испытать Сухарю и его лучшему другу Меткому? Для этих двоих Зона стала единственным местом на планете, где один человек может понять другого. Так, как нигде больше. «Я сержусь всё больше, неверные, и вам не стоило делать того, что вы делаете! Сердить меня, Зону, — это подписывать себе смертный приговор, черви! У вас ещё есть немного времени подумать над тем, что вы делаете! А иначе поздно будет!» — Вы тоже это слышали? — выдержав секундную паузу спросил Прозрачный, по очереди переводя взгляд с одного на другого. — Что думаешь? — с ехидной улыбкой спросил Меткий, глядя на Сухаря. — Что думаю? — перехватил тот, — А на хер его! Оба друга засмеялись, как будто не было Зоны вокруг. Шприц, Алина, Прозрачный, Фраер… Каждый из них понимал, что эти двое — особенные. Не сразу они это поняли, не сразу смирились вообще со всем, что происходит. Казалось, это просто сон, нереалистичная искажённость того, что может наворотить чья-то фантазия. Потихоньку начинало доходить до каждого понимание того, как они все вместе изменились за последнее время. А также то, что каждый из них что-то значит и имеет свою роль. И у каждого есть свои тараканы в голове… — Эмм, — отвлёкся от группового рассуждения первым Фраер, — Странно как-то это. Или мне одному… Кажется? Должно быть, со стороны это выглядело странно: шесть людей, прислонившись к стене, молча пялятся друг на друга с пустыми взглядами. Но кого, в конце концов, уже волновали остальные? Всё равно ведь ничего не поймут — только сумасшедшими посчитают. А существую такие вещи, которые только определённым людям доступны. И остальные, как бы того не хотели, ничего не смогут в этом понять. Оттого и находило потихоньку ощущение абсолютной неважности всех вокруг — только ты и твои друзья понимают полную картину происходящего. И нечего другим вмешиваться. — Осведомителя кондрашка хватила, — безразлично заметил Прозрачный, отряхиваясь от пыли, за многие годы успешно накапливающаяся на стенах. — Вёл он себя странно, — сказал Меткий, оторвавшись наконец от созерцания друга, — Просто стоял как истукан, не стрелял даже. Обыскать бы его, а то пароль к дверце-то мы так и не знаем. — Нечисто здесь что-то, — хмурясь бросил Сухарь, подходя к телу. Андрей подошёл к нему, держа ухо востро. Кто знает, что за твари притаились за углом?       Пулевые ранения были ещё свежими (что удивило бандита — Осведомитель не обзавёлся даже бронежилетом) и продолжали кровоточить. Алые пятна на свитере медленно расползались. Фыркнув, Сухой принялся обшаривать карманы убитого. Почти ничего интересного не нашлось, только пара запасных магазинов к пистолету и несколько гильз от патрона 9X19 миллиметров, которые хозяин, видимо, использовал в качестве раздражителя аномалий. Лишь только в последнем из обыскиваемых карманов нашлось кое-что полезное — записка. — Так-так, и что у нас тут?.. — выдал Вова, разворачивая жёлтую бумагу. Увидев текст, он стал зачитывать его вслух: «Чёрт, эти проклятые натовцы сегодня будут штурмовать завод… Лишь бы суметь побыстрее убраться с «Ростока» — заказчик ждать не станет. Надо бы проверить мою тайную лазейку, а то мало ли… Код, вроде, помню, но лучше записать для верности: 7259. Теперь главное — выбраться… Подземелья за дверью ведут прямиком на Радар. Есть ещё ответвление в Рыжий лес, но мне там определённо делать нечего.» — Вот так номер, — констатировал Фраер, — Интересно, почему этот кадр заметку в ПДА не сделал. — Видимо, подозревал, что его прослушивают, — сказал Сухарь, вставая в полный рост, — Или что-то ещё. Да и что за клиент?.. Одни загадки. Тип-то он мутный был, тут без вопросов, но чтобы так… Впрочем, нам не привыкать. — Натюки-то, падлы, небось всё просекли, — в голосе Фраера были нотки какого-то фальша, что было странно — зачем ему врать? — Что ж, попробуем открыть дверь, — заключил Меткий, через спину глядя в сторону двери, — попытка, как говорится, не пытка. — С чего ты взял, что это именно к той двери код? — со скепсисом в голосе сказал Сухарь, — Разве он бы нас повёл через личный ход? — А что ему мешало? — парировал Андрей, — Нам на Радар надо, куда ход и ведёт. К тому же, только он, наверное, знал код от двери. — Так и будете трепаться? — кинула Алина и подошла к двери. Меткий, подняв брови и покачав головой, двинулся следом за ней. — Какой там, говорите, код? — Семь, два, пять, девять, — быстро проговорил бандит, скрестив руки на груди. Девушка, неслышным шёпотом повторив комбинацию, протянула тонкие длинные пальцы к панели на стене. Та была уже совсем старой и побитой; кнопки больше не светились и непонятно, работали ли. Тем не менее, набор кода таки дал результат: дверь, хоть и жутко скрипя и сыпля на пол ржавчиной, открылась. За ней оказался тот-же непроглядный мрак, что и в остальных тоннелях. Лампочки, видимо, почти везде во всём подземелье были разбиты, а каких-либо других источников света оно просто-напросто было лишено. Лишь время от времени на пути попадались редкие «Холодцы», что зелёными смертоносными парами кое-как давали немножко света.       Луч налобного фонаря молнией рассёк пространство за проёмом. Взору предстала небольших размеров комната с ходом в длинный бетонный коридор, а также металлической вертикальной лестницей наверх. — Тут и разделимся, — сообщил Меткий, — Я, Алина, и Шприц — в коридор к Выжигателю; Вова, Прозрачный и Фраер — наверх в Рыжий лес. Не справится одна команда — пойдём в обход со второй. — Ясно, — синхронно сказали Прозрачный и Шприц. — А где, кстати, твой молчаливый друг? — поинтересовался вдруг Фраер, посмотрев на командира. Андрей сделал ехидную улыбочку, после чего сказал: — Как час пробьёт — я ему сигнал подам, а он в Припяти с натовцами отплясывать будет, пока мы незаметно просочимся к станции. — Хороший план, — Фраер явно язвил. — До встречи, Андрей, — взявшись за лестницу сказал Сухарь, — Увидимся на станции. — Уж надеюсь… — ответил тот и вошёл в тоннель. Сухарь же, Фраер и Прозрачный полезли наверх. ЧЗО, Рыжий лес, тоннель у моста в Лиманск, пять минут спустя — Ух-х! — Фраер размял плечи, — Свежий воздух, неужели?.. — Ага, — сказал Сухарь, вылезая из бетонной трубы с лестницей, — Вот только твой этот «свежий воздух» смердит гнилью и сыростью. — Да ладно вам, — пожал плечами Прозрачный, — Воздух, как воздух. Можно и потерпеть. И, кстати, какой там у нас вообще план? — Не очень сложный, — Сухарь подошёл ближе, закинув нарезной SPAS на плечо, — Если пройти немного по лесу, наткнёмся на старую хижину Лесника, если такого помните. Что случилось со стариком, я не знаю, но одно скажу — теперь там натовцев — как селёдок в бочке. К тому же, база охраняется мощным силовым полем на основе действия гравиконцентратов. Помогает в этом деле передатчик, что стоит на самой верхушке башни. С помощью его-же аномалии и перекрывают вход в Лиманск. Помните, я говорил про развилку тоннелей под Рыжим лесом и лабораторию? Так вот: энергию установка берёт как раз из той самой лаборатории. Пока не отключим купол — не сможем попасть в башню, поэтому первым делом стоит найти лабу и взорвать там всё к чёртовой матери. Только так мы сможем попасть в Лиманск. — Погоди-погоди, — вмешался Фраер, — А нельзя-ли сразу после взрыва лаборатории драпать в город? — Наверняка не успеем, — с досадой в голосе сказал Сухарь, — Где-то сто процентов есть запасной генератор, пусть и недолговременный. У нас будет максимум пара минут — до Лиманска добежать не успеем, плюс — эти козлы наверняка будут стрелять вдогонку. Так вот: после взрыва сразу бежим к башне, проникаем внутрь, отключаем передатчик — и путь на Лиманск открыт. — А как мы от говнюков-то избавимся? — спросил Прозрачный, — Их же там тьма тьмущая! Плюс, почему спуск в лабу тоже не накрыт полем? — Поле туда не добивает, — улыбнулся Вова, — Мощности не хватает. А насчёт натовцев… Мы с Метким подготовили кое-какой совместный план, хе-хе, пока шли по подземелью. Короче: установка блокирует и отражает почти все виды волн, кроме света. А потому — как отключим антенну, Меткий передаст на неё мощное пси-излучение, которое и убьёт этих петушков. Спросите, как мы останемся живы? Так всё просто: Андрей отдал мне тот артефакт — «Архипелаг», кажется, — с помощью которого мы отплясывали на базе Долга под выбросом. Он-то нас и защитит. — Да, — сказал Прозрачный, — Но вот только как мы проникнем в башню после взрыва? Враги будут со всех сторон… — В этом деле нам Синтезатор артефактов поможет, — Сухарь вытащил из рюкзака стальной контейнер, положил его на ближайший ящик и откинул крышку, — Так-так… Ага, вот, что нужно — «Купол». Он создаст мощное гравитационное поле, что будет сдерживать пули, летящие в нас. Радиус действия: примерно пять метров. Но есть и минусы… Например, он не даст возможности стрелять — пули просто будут биться о внутреннюю оболочку. Да и с каждой попавшей в защитный слой пулей, энергия артефакта будет падать. То-есть, при интенсивном обстреле со всех сторон он сможет прослужить лишь пару минут. Позже превратится в «Булыжник» и станет на фиг не нужен. Итак, я закончил. План понятен? — Понятен, — синхронно ответили два бандита. — Вот и хорошо. Пошли, я проведу вас к шахте, — сказал Сухарь и спрятал контейнер.       По лесу приходилось продвигаться потихоньку, не спеша. Аномалии здесь было видно хуже, да и про мутантов забывать не стоило. Облака нагнетали обстановку: стали совсем тяжёлыми, стоящими на месте, даже синевой налились, что бывает довольно редко. Этот бесконечный и бескрайний туман всё кружил вокруг деревьев, обволакивал их. А сырость-то какая была… Но, тем не менее, погодные условия не помешали бандитам добраться до входа в шахты, где, по мнению Сухаря, и располагалась лаборатория. — Ох, ну и сырость! — сказал Фраер из кустов, — Кости от неё болят… И плащ весь влагой пропитан, да ещё и холодный. — Понимаю, — ответил Сухарь из соседнего куста, — Только вот свои нытьём ты рискуешь нас выдать. — Тихо! Они идут! — сообщил шёпотом Прозрачный, и все трое притихли. Небольшой отряд бойцов НАТО, держа оружие наготове, продвигался по туннелю. До выхода им оставалось десятка два, по подсчётам Фраера, метров. — Чёрт, приближаются! — прошипел Сухарь, думая, что делать. Экипировка у них и так не очень, а тут ещё и хорошо вооружённый отряд. — Сухарь, — сказал Фраер, — Тот артефакт… Ну, это, «Серебряный светляк». Он у тебя? — Не-а. Хоть и восстанавливает здоровье прилично, я такие арты недолюбливаю: из-за ускоренного деления клеток жрать охота — жуть! — Есть план, — Прозрачный аккуратно достал винтовку, — Видите ту вагонетку на холме над входом? Она на соплях держится; если вон-ту, — он указал стволом винтовки, — ржавую балку простелить — вся эта хрень вниз свалится. — Предлагаешь натовцам на бошки вагонетку свалить? — со скепсисом спросил Сухой. Прозрачный хитро улыбнулся: — Не совсем. План таков: Фраер пускает очередь в натовцев, заставляя заныкаться, я шмаляю в балку; Вован, а ты выкатываешь на землю перед входом активированный грави-артефакт. Ну и потом — бум! — натюки готовы. — Ага, и мы с ними заодно, — съязвил Сухарь. Прозрачный задумался, и в небе сильно грохнуло — начиналась гроза. — Выбора нет, — сказал, наконец, бандит, — Или так — ли никак. Второго шанса у нас всё равно не будет. — Где наша не пропадала, — выдал Фраер, — Ну что, пока вы тут трепались, они уже успели подойти, сучки. Так как, действуем? — Вперёд! — скомандовал Сухарь и полез за артефактом. Фраер, медленно выдохнув, крепче сжал AH-94 и кувырком оказался на середине тропы. — Хавайте маслины, падлы!!! — заорал он, казалось, на весть лес, вслед за чем издал длинную очередь из автомата. Натовцы, отменно среагировав, быстро укрылись за бетонными блоками и ржавыми вагонетками. Что показалось странным — бандит ни в одного врага так и не попал, хоть расстояние было меньше шести метров. В любом случае, думать об этом сейчас не было времени — ситуация стремительно накалялась. Прозрачный, не покидая пределов своего куста, дал короткой очередью по ржавой металлической детали, благодаря которой старая вагонетка ещё держалась, тяжко нависая над входом. Пули запросто пробили слои трухлявой коррозии, лишив вагонетку последней опоры. К тому времени Сухарь уже был готов: активировав «Золотую рыбку», он выбросил вибрирующий сгусток аномальной энергии прямо под падающий металл. Доля секунды — и в тени образовалась мощная, но одноразовая аномалия. — В укрытие! — крикнул Сухарь, сопутствуя жуткому, режущему уши звуку разрывающегося железа. В стороны с огромной скоростью разлетелись покорёженные шматы ржавчины и земли. Вихрь воздуха создал ударную волну, превысив скорость звука. Под раздачу попало всё: деревья, бетонные блоки, и, конечно же, четыре бойца НАТО, не успевшие сообразить залечь на землю. Аномалия сработала — и тут-же исчезла, как и не бывало. Только четыре мёртвых тела, прошитых осколками, навсегда прислонились к стене. — Ух-х! — сказал Фраер, поднимаясь с земли, — Вот это было!.. А нельзя было сразу кинуть артефакт в них? — Пнули бы, — ответил Сухарь, отряхиваясь, — Только металл, пусть и ржавый, может почти мгновенно активировать аномалию. Кинули-бы, как лимонку — получили бы презент обратно. Ну да не будем об этом; все целы? — Ага, — кивнул Прозрачный, отряхивая колени. — Фраер? — Вова посмотрел на бандита. — Да тоже, вроде, всё окей. Слушай, давай не затягивать со всем этим, а? Пошли скорее. Бандитов терзали не слишком приятные чувства, когда они проходили мимо мёртвых тел. Как-никак, а личного зла на бойцов НАТО никто держать не мог, и вид прошитых насквозь осколками развороченных тел оставлял неприятный осадок в душе. «Интересно, я вообще заметил, с каких пор меня стали волновать вопросы о морали?» — подумал Сухарь. За всё это время и Зона, да и все сталкеры вокруг довольно сильно изменились. Раньше бы никто из группы Меткого и не предположил бы, в какой водоворот событий их вкинет судьба, — а может, и не судьба вовсе? — причём в гуще событий заставит вдруг вспомнить о морали…       Терзая сознания подобными мыслями, Сухарь, сопутствуя Фраеру и Прозрачному, вошёл внутрь пещеры. По-другому её было и не назвать — это была именно пещера, причём с неровными скалистыми стенами и потолком. Деревянные доски, подпирающие потолок, уже успели прогнить, а рельсы, находящие свой путь на полу, давным-давно заржавели. Во всей шахте стоял запах сырой земли и, как ни странно, каких-то едких химикатов. Связано это было, видимо, с тем, что на нижнем уровне ходов располагалось довольно много химических аномалий, отравляющих воздух на уровне и разнося гадкий запах по другим. — Т-с-с! — шепнул Сухарь, приподняв свободную руку, — За поворотом кто-то есть; оттуда идёт шум. — Нагнём уродов? — с азартом спросил Фраер. Прозрачный хихикнул, кладя оружие поудобнее в руки. Сухарь, выдохнув, вынужден был согласиться: — Идёт, вали их, — дал он команду, вслед за чем сам показался из-за укрытия и дал короткой очередью из пистолета-пулемёта по ближайшему врагу. Бронебойные пули, калибра 5,7 миллиметров в упор пробили бронежилет и боец, харкнув кровью, упал на землю. Бандит тут-же ушёл с линий огня, спрятавшись назад за стену, в которую со стороны помещения ударили сразу несколько очередей. «Странно, что они не услышали разрыва аномалией вагонетки… Хотя… Тут-же раньше водились полтергейсты; возможно, что натовцы подумали на мутантов, подозревая, что они здесь ещё водятся.» — пронеслось в голове и Сухаря, после чего он услышал крик Фраера: — Чёрт! Автомат заклинило, пацаны, я сейчас! — Вот ведь дерьмо, — стиснув зубы прошипел бандит, — Только этого не хватало… Бой разразился уже не на шутку, хотя количество бойцов — что радовало — было равным. — Одного снял! — крикнул Прозрачный, меняя магазин SIG-а, — Вован, завали третьего урода! Сухарь перекатом оказался с другой стороны прохода, увидев коричневые столбики, что выбили из земли пули, пытаясь достать его. Быстро сменив P 90 на дробовик, бандит сделал несколько выстрелов, казавшихся оглушительно громкими в замкнутом пространстве шахты. В унисон последнему выстрелу донеслись английские маты и скулёж. — Happy journey to hell, motherfucker! — вспомнил Сухарь одну из немногочисленных фраз, что он знал на английском, и последним выстрелом снёс голову врагу. Перед бандитом образовалось небольшое дымное облако от пороховых газов, а стены и пол вокруг забрызгало кровью, вперемешку с костяной крошкой и мозгами. — Готов, сука, — констатировал Вова, сменив оружие обратно. — М-да, теперь-то уже не до мыслей о морали… — слегка осипшим голосом сказал Прозрачный, опустив голову. — Мы не договаривались, что будем в чужих мыслях рыться, — заявил Сухарь и обернулся к Фраеру, который всё ещё безуспешно пытался исправить поломку. — От ведь сучара! — ругался тот на свой автомат, дергая затвор, — Ну и вовремя же! Наконец, механизм поддался, и погнутая гильза вылетела наружу, звонко брякнув о рельсу. — Нужно спуститься в нижнюю часть шахты, — сказал Сухарь, — Надевайте противогазы, господа, там много «Газировок».       Хоть нижние уровни и наполняли ядовитые едкие пары аномалий, полтергейстов уже и в помине не было. Никто не знает, куда они делись, но это было уже и неважно — главное, одна из опасностей исчезла. Само-то помещение было не слишком большим. Раньше оно было чем-то на подобии развилки, промежуточным уровнем между ходами, которые давным-давно были завалены. Остались не засыпанными только пара металлических ржавых дверей, причём путь к одной из них преграждала электрическая аномалия. — Вот и наша цель, — Сухарь указал рукой в сторону открытой герметичной двери, — Там и лаборатория. — Надо проникать внутрь? — спросил Прозрачный. — Не обязательно, — мотнул головой бандит, — Заряд можно установить прямо здесь; всё равно вход в шахту засыплет, и лаборатория обрушится. — Заряд? — поднял бровь Фраер. — Два килограмма динамита. Хватит, чтобы всю шахту разнести. — В таком случае, приступай. Сухарь, вдохнув-выдохнув, вошёл в дверной проём — взрывчатку надо было устанавливать подальше от химических паров. Присев на корточки, Вова достал из рюкзака герметичный полиэтиленовый пакет и извлёк оттуда небольших размеров ящичек, обладающий, однако, огромной взрывной силой. — Та-ак, — Сухарь поставил на пол взрывчатку и принялся разматывать катушку с огнепроводным шнуром, — Готово. Пошли отсюда. — И откуда он такие вещи доставать может?.. — неслышно буркнул себе под нос Фраер и зашагал вслед за Сухарём, который шёл медленно, аккуратно разматывая шнур. Катушка была рассчитана на несколько десятков метров, и как раз кончилась к тому моменту, когда бандиты вышли из шахты. Сухарь взял в руку конец шнура, после чего принялся подсоединять его к капсюлю-детонатору. Через несколько секунд всё было готово ко взрыву. — Значит, так, — начал Сухой, — Сейчас я поджигаю фитиль, и мы бежим со всех ног к башне. Когда лаборатория разрушится, питание на пару минут исчезнет, и мы сможем просочиться на территорию. — Не забудь про артефакт, — напомнил Прозрачный. Сухарь лишь фыркнул: — Я себе ещё старческий маразм не нажил, чтобы одну из ключевых частей плана забывать, — бандит открыл крышку контейнера, дабы ещё раз взглянуть на артефакт, — Поехали. Вова нажал на кнопку детонатора, вслед за чем раздался хлопок, и шнур выскользнул из устройства. Быстрый жёлтый огонёк, пробегая по шнуру, исчез в тоннеле. — Побежали!!! — крикнул Сухарь, и бандиты пустились бегом вдоль забора, стараясь держаться ближе друг к другу. Когда они уже почти настигли прохода в кирпичном заборе, земля содрогнулась от взрыва, как при землетрясении. Все трое по несчастью упали; из тоннеля шахты вырвался сноп ослепляющего пламени, обдав жаром бандитов. Земля на пригорке над входом просела, свалилась внутрь, а сам вход навеки завалило валунами. Эффекты на этом, однако, не закончились: всю площадь перед башней исполосовали трещины, асфальт просел. Натовцы, охраняющие башню, также не удержались на ногах и попадали. — Ух, вот так бум, — поднимаясь, сказал Прозрачный, — Ты, Сухарь, со взрывчаткой явно переборщил… — Нормально, — ответил, отряхиваясь, тот, — Эффект достигнут, и… Он не успел закончить: послышался громкий шум, вслед за чем башня Лесника покосилась, как Пизанская. Кирпичи нижнего этажа стали крошится, после чего массивная антенна повалилась наземь. Поднялось облако пыли, заволакивая всю охраняемую территорию. — Ну ни фига себе! — попятился назад Фраер, — Теперь-то путь на Лиманск точно открыт!.. — Ага, — сказал Сухарь, глядя на облако пыли, — открыт. Нет смысла здесь задерживаться. — Погоди, Вован, — одёрнул Прозрачный, — А что нас там вообще ждёт в городе? — Мёртвый пейзаж, — уверенно ответил бандит, — Натовцы просто перекрыли путь в город, но их самих там быть, по логике, не должно. После войны группировок там даже мутанты не снуют. Только он закончил, как на ПДА пришло сообщение: «Сухарь! План сорвался, одна из антенн Выжигателя рухнула, мы не сможем накрыть территорию пси-полем!» Вова, улыбнувшись уголком рта, отстрочил ответное сообщение: «Это и не нужно, у нас уже всё готово. Позже расскажу.» — В чём дело? — поинтересовался техник. — У Меткого, по ходу, проблемы, — ответил Сухой, пряча наладонник, — Но оба отряда свою часть плана выполнили.