Экспресс в чистилище, дайте билет в один конец

От успокоительного Гарри становился сонным и вялым, поэтому почти сразу же от него отказался. В итоге Поттера частенько теперь ломало. Его мысли то и дело скакали, мешая сосредоточиться на уроке или хотя бы простой беседе за завтраком. Друзья не могли не беспокоиться, но Гарри не был готов объясняться с ними. Он и сам пока не представлял, как быть дальше. Для Малфоя он был пустым местом, но оставаться таковым Гарри не планировал, тем более что их второй раз неумолимо приближался. Напускное спокойствие Малфоя раздражало. Иногда у Гарри даже складывалось впечатление, что он один страдает, а высокомерному слизеринцу вообще глубоко плевать и на метку, и на самого альфу. Раздражало. И манило. О да! Поттера так и тянуло к Малфою. Украдкой разглядывая его, Гарри про себя отмечал горделивую осанку, стройное, идеально сложенное тело, чистую аристократически бледную кожу, гладкие мягкие волосы, тонкие черты лица… Такого хотелось завоевать и влюбить в себя. Совсем-совсем редко (не чаще трёх раз в неделю) Поттер позволял себе самую-самую маленькую слабость… Вот и на этот раз он зашёл в душ, торопливо разделся и подставил пылающую кожу прохладным струям. Опершись левой рукой на стену прямо перед собой, он опустил правую к ногам, медленно провёл по внутренней стороне бедра, постепенно подвигаясь выше, и наконец, коснулся паха. Малфой представился ему полностью обнажённым, с горящими страстью глазами, из его полуоткрытого рта вырывались приглушённые стоны. Таким Гарри его никогда не видел, да и был более чем уверен, что никогда не увидит, но в мечтах ведь всё возможно? Почему-то хотелось, чтобы хотя бы сейчас Малфой был ласковым и податливым, а не холодным и заносчивым, каким Гарри видел его день ото дня. Движения, сперва медленные и томительные, ускорялись и становились более рваными, дыхание сбивалось, наслаждение волнами подкатывало, заставляя стонать почти в голос, пока не наступала разрядка. – Ты станешь моим, Малфой! – прорычал альфа, окропляя руку белоснежной тягучей жидкостью. После такого ненадолго легчало и появлялась возможность заниматься привычными делами без ежеминутных мечтаний о Малфое. Каждый день Драко думал, что сильнее ненавидеть Поттера уже нельзя. И каждый день убеждался в обратном. И если раньше он думал, что Гарри Поттер создан для того, чтобы мучить Драко Малфоя, то теперь он был совершенно уверен в этом. Святоша Поттер оказался тем ещё альфой. Ненасытный и до отвращения притягательный, он то и дело раздевал Малфоя глазами. Возможно, для других это было незаметно, но омега буквально кожей ощущал, когда его альфа смотрит. И этот взгляд обжигал, пробуждал низменное желание подчиняться. В такие моменты Малфоя буквально трясло. Более того, каждый раз (каждый чёртов раз!) Драко чувствовал, что Поттер дрочил. Запах альфы едва уловимо менялся, дразня и соблазняя, посылая невидимое послание от Великого Гарри Поттера: «Смотри, какой я нетерпеливый, ты ведь тоже этого хочешь, я знаю, так отдайся же мне прямо здесь и сейчас!» Драко даже в итоге не знал, чего он хочет сильнее: убить Поттера или отдаться ему вот «прямо здесь и сейчас». И если первое желание было объяснимо и во всех отношениях Малфоя устраивало, то второе откровенно пугало.

***

Профессор зельеварения был мрачен как никогда. Он сидел в своём подземелье, сцепив руки в замок и устремив взгляд в одну точку. Его тяготили две мысли. Во-первых, месяц подходил к концу, а значит, скоро у этой альфа-омега парочки всё повториться, при этом главной обязанностью Снейпа становился поиск укромного места для их «встреч». Профессор поморщился, чувствуя себя если не сводником, то, по меньшей мере, заговорщиком. Во-вторых, он понимал необходимость сообщить о случившемся родителям Драко. И эта мысль тяготила его гораздо больше первой. Он прекрасно знал о нравах в этой семье и вовсе не был уверен, что отец в приступе ярости не отречётся от сына, не проклянёт, не лишит наследства или не сотворит чего ещё похуже. Но если насчёт второй мысли у Снейпа были только опасения и никаких идей, то насчёт первой появились некоторые соображения. А причиной послужило то, что недавно Снейп стал свидетелем некоторых весьма пространных рассуждений профессора Дамблдора: «Не далее как сегодня утром отправился я в туалет, свернул не туда, и очутился в прелестной, совершенно незнакомой комнате с превосходной коллекцией ночных горшков. Позже я вернулся получше осмотреть её, а комнатка-то исчезла». Зная природную склонность Дамблдора ко всякого рода намёкам, Снейп не мог не прийти к выводу, что это завуалированная подсказка. Но что это за комната? Как её отыскать? Снейп просмотрел все карты – ни на одной из них комната не была обозначена, освежил в памяти историю Хогвартса – ни в одной из книг комната не упоминалась.

***

Гарри лежал на своей кровати и никак не мог заснуть. Рон уже давно посапывал, да и остальные ребята мирно спали. Гарри уже зарёкся совершать ночные прогулки, поэтому сейчас просто лежал и бесцельно глядел в потолок. Внезапно: – Что-то тревожит Гарри Поттера? – Добби! – Гарри резко сел и тут же встретился глазами с домовиком, – Рад тебя видеть, – Поттер улыбнулся. – Добби тоже рад, сэр, но Добби пришёл не просто так. Добби пришёл помочь Гарри Поттеру. – Надеюсь, ты не собираешься спасать мне жизнь? – Гарри озорно посмотрел на эльфа. – Что Вы, сэр! – Добби замахал руками, – Ни в коем случае! – Тише, Добби. я же просто пошутил. – На самом деле, Добби пришёл рассказать про выручай-комнату, сэр. – Выручай-комнату? – Гарри Поттеру может понадобиться выручай-комната. Про выручай-комнату почти никто не знает – в неё попадают случайно. – Но если в неё попадают случайно, как я найду её? – Добби расскажет Гарри Поттеру! Выручай-комната находится на восьмом этаже, напротив гобелена. Мимо неё нужно пройти три раза, и появится дверь. Внутри будет всё, что нужно Гарри Поттеру. Гарри пока слабо представлял для чего ему может понадобиться выручай-комната. Непонятно было также, почему Добби пришёл рассказать ему о ней, но он не хотел показаться неблагодарным: – Спасибо, Добби, – Гарри улыбнулся. – Добби всегда рад помочь Гарри Поттеру, сэр, – домовой эльф исчез с лёгким хлопком.

***

Месяц был на исходе. Драко нервничал сильнее с каждым днём. Он пропускал уже второе сдвоенное с гриффиндорцами занятие, лишь бы не видеть ненавистного Поттера снова. Бесцельно бредя по опустевшему коридору, он совершенно не ожидал наткнуться на причину своего угнетённого состояния при первом же повороте. – Пот-тер, – раздражённо прошипел он, – Почему ты всегда оказываешься именно там, где я меньше всего хочу тебя видеть. – А разве есть такое место, где ты бы хотел меня видеть? – Изумился его собеседник. На сей раз Гарри специально искал встречи с Малфоем, предварительно опустошив запасы успокоительного. – В гробу, например, – Драко устало потёр переносицу. – А я уж думал, в постели, – Поттер почему-то невесело усмехнулся. – Голубая мечта! – фыркнул Драко. – Если ты забыл, то течка у тебя начнётся уже послезавтра, – гриффиндорец выглядел явно обеспокоенным. – О, Поттер, так ты волнуешься за меня? – Драко изогнул бровь в своей излюбленной манере, в голосе прозвучала насмешка. – Представь себе такую странность! – съязвил Поттер, – Ладно, это всё неважно. Думай себе какие угодно гадости, если нравится. Я к тебе вообще-то по делу. – Что, уже не можешь сдержать рвущийся из штанов член? – Прекрати пошлить, Малфой! – Гарри поморщился – Поттер, если ты забыл, то это я пострадавшая сторона. И это я сейчас имею неудовольствие говорить с тобой не по собственной воле, заметь! – глаза Драко недобро сузились и, как показалось, сверкнули. Гарри сглотнул. Ну почему с этим блондином всегда всё так сложно. Ненависти он не чувствовал. Только зудящее раздражение и вновь подступающее желание. – Так, Малфой, ты сейчас не в том положении. Слушай меня внимательно, – с трудом совладав с собой, Поттер говорил быстро и чётко, – На восьмом этаже напротив гобелена есть выручай-комната. Чтобы дверь в неё появилась, ты должен трижды пройти мимо стены. В этой комнате тебя никто не потревожит, – завершив тираду и не давая Малфою времени на ответ, Поттер бросился прочь из коридора. – Чушь какая-то! – Драко нервно передёрнул плечами и направился в противоположную сторону.