1.
1 мая 2018 г., 13:20
***
Чимин, правда, славный малый. Даже несмотря на его застенчивость, природную скромность и зажатость, друзей у него много, можно сказать, больше, чем надо. Только они все в интернете. Там он душа компании, там он открытый. При любой возможности заводит новые знакомства и общается, общается, общается. Пак учится на заочном, в дальнейшем хочет связать свою жизнь с изучением языков и, возможно, преподавать. Он прекрасно знает, что для этого нужно, как минимум, на шаг переступить через себя, подавить животный страх публики и заговорить перед сотней учеников. Но это потом, думает он, со временем все пройдет. Нужно немного пообщаться с людьми, и все ок. Только Чимин понятия не имеет, как избавиться от огромной кучи комплексов: от кривого носа до коротких пальцев и толстых ног — чтобы с этим справиться. Ну, вот вроде есть все: деньги имеются и даже с избытком, родители часто дают, ну так, на перекус, как они сами выражаются, да и он уже работает, опять-таки, в интернете. Погруженный полностью в компьютер он выходит на чистый воздух только по субботам, когда в магазине новый завоз еды еще совсем свежий, и покупает горячие булочки — единственное, что он позволяет себе из вредной пищи. В остальном парень отнекивается доставкой. Лишний раз выходить на улицу — пытка. Насчет настоящих друзей и живого общения… Надо напрячь мозги, чтобы вспомнить, когда это было в последний раз, если не брать в расчет родителей. Но Чимину, откровенно говоря, без всего этого даже лучше. Да, мечта стать преподавателем существует, да, нужно выходить в свет, но пока же ему нормально и так. Зато руки у него не из жопы, ибо столько клиентов ежедневно ему пишут, что, ох, тут и до конца жизни не справишься. Он работает фрилансером: от какой-то неприметной статейки до почти профессионального текста. Также может баловаться написанием манги, но тс-с, об этом никто не должен знать. — Ах, — Чимин встает со стула и хрустит затекшими костяшками, то сгибая, то разгибая их. Очередной заказ от уже заезженной, довольно-таки продвинутой фирмы. Зачем им реклама, — удивляется про себя Чимин и встает, направляясь на кухню. И вот ему вроде все нравится в его жизни, и всем он доволен, только той самой частички, которая бы дополнила его до целостного человека, не хватает. Пак знает, то есть он уверен, что любить такого, как он, никто не будет. Да, пишет он неплохо, ему даже самому нравится, да, у него большая популярность в интернете. Но не то. Это не то. Чимин думает, что другие люди любят красивых, умных (это теперь вроде не так важно), а главное — общительных. А он только по второму, как сам считает, подходит. Парень отпивает из стакана холодную воду и морщится — слишком явно ощущает, как она переправляется по проходу прямо в желудок, даже мурашки пробегают. Светящее в глаза яркое летнее солнце заставляет просто улыбнуться и отстранить на задний план мысли о скором экзамене, к которому, на минуточку, он не начинал еще готовиться. Пак переводит взгляд на настенные часы и мысленно приходит в ужас — два часа дня, а он и не засыпал. — Да уж, — вздыхает он. — Сегодня суббота, но, бля, так лень, — Чимин жмурит глаза, вставая под теплые лучи. В душ. Почистить зубы. Заказать пиццу — сегодня можно. Чимин мысленно построил план действий и поплелся, шаркая усталыми и будто онемевшими ногами, в ванную. Те все еще болят, а руки и подавно. Ну да, оно и понятно, меньше в компьютере надо сидеть. Он берет в руки зубную щетку и чистит тщательно, убирая между зубов частички еды. Пак смотрит хоть куда, но старательно отводит взгляд от напротив висящего зеркала, не хочет в очередной раз убеждать себя, что это опухшее лицо с синяками под глазами на пол-лица — это он. Да, сейчас ведь внешность важна, а душа так-то особо никого не волнует. Ну и Чимин на ней зациклен. Даже когда ответственные работодатели собираются звонить по вотсапу — Пак придумывает миллионы причин, чтобы этого не произошло. Вот и сейчас смотреть на себя, да еще и такого страшного после бессонной ночи, вообще не в кайф. Он легко освобождается от домашней одежды и лезет под горячий, как говорят, бодрящий душ. Стоит там минуту, размышляет над чем-то, одновременно не думая вообще, и достает телефон. Смотрит на экран несколько минут, разрываясь перед тяжелейшим выбором: позвонить и заказать пиццу, а потом стать пухлым до жути, или отказаться и просто мечтать о ней, но быть худым. — Была не была, — шепчет он одними губами и набирает. Ну, не станет же он пышкой от одной пиццы? И потом просто позанимается подольше, чтобы избавиться от ненавистных килограммов. Да, однозначно, он делает правильный выбор. Чимин мотает головой в воздух, стоя под горячей водой уже весь покрасневший, и слышит гудки. Потом женский приятный голос его перенаправляет на другую линию и… ответили. — Да, мы вас слушаем, что бы вы хотели заказать? — и Чимин готов впасть в кому. Голос настолько приятный, звонкий и неимоверно-неимоверно красивый. Ему бы в певцы. Он на минуту подвисает, желая еще раз услышать обладателя этого голоса, и смотрит сначала в потолок, потом руками сжимает телефон и только собирается ответить, как… — Извините? — голос на том конце слегка взволнованный и напряженный, но все такой же бодрый и… красивый. И тут Чимин уже наплевал на свой страх людей, ибо желание преодолевало все его принципы и устоявшиеся годами комплексы. Одним словом, перевернуло все. Может, конечно, это из-за слишком большого промежутка в общении. Но Пак сейчас не думает, Пак застрял. — Я хочу пиццу «три сыра», и чтоб вы приехали мне ее доставлять, — Чимин поразмыслил недолго и добавил вежливо. — Пожалуйста. Тишина. Такого, наверное, не ожидал, не то что тот человек, сам Чимин. Он буквально только сейчас понял, что наговорил. — Извините, мы вам перезвоним, — и гудки. Чимин готов поклясться, что была бы возможность, он бы с радостью провалился сквозь землю. Пусть тот парень и не видел покрасневшего лица Чимина, но и не надо — хуже уже и так некуда. Пак еле смог помыться под гложущие его мысли, так и не расслабившись. «Зато взбодрился, — подумал он про себя. — На все сто». У него сердце бешеным стуком заливается, вот-вот выпрыгнет и улетит за земли далекие. Чимин еле себя собирает, всем богам успевая помолиться, чтоб никто не перезвонил, и плетется снова на кухню. В холодильнике скудно, тут и не поспоришь — пустая банка молока, два яблока и масло. Ну да, а чего еще стоило ожидать. — Ладно, просто позвоню в другую доставку, в конце концов, это была не единственная на весь Сеул, — он вскидывает брови, заметно распрямляясь во всю длину, и вновь лазит по интернету. — Вот, эта тоже неплохая, — поднимает указательный палец вверх, а потом смотрит и, о Господи, вспоминает, что этим тупым пальцем парень нажал на кнопку вызова, вновь оседает, теряя весь свой запал. — Ну что за бред, — хнычет он. — Что за день-то такой. Чимин вздрагивает, когда телефон в руке начинает сначала вибрировать, потом и вовсе играет мелодия. Перезвонили. — Служба доставки, здравствуйте! — голос, конечно, приятный, но совсем отличается от прошлого. Не тот. А на что Чимин рассчитывал? Что, вообще, была за глупая просьба? Он бегает пальцами по прозрачной поверхности стола и немного скрючивается, навалившись на него всем телом. — Можно мне пиццу «три сыра» и колу. Большую, — Чимину нужно это запить, срочно. Не то чтобы он расстроился. Ладно, он расстроился, но… в его жизни ведь еще много прекрасных голосов будет. — Хорошо, ваш заказ принят, оставьте в приложении свой адрес и ожидайте. Пицца будет готова через тридцать-сорок минут, до свидания! — Гудки. И Чимин готов тут же расплыться лужицей. Ему радоваться, что этот парень не ответил, или грустить? Ну что за… Чимин с психом кидает банку от воды в холодильник и, так и не прибрав ничего, уходит обратно в комнату. Пошло все в жопу, у него там друзья, они его ждут, и пусть весь мир остановится. Он садится на привычное место и быстро вводит пароль, мгновенно заходя в аккаунт. Там его встречают несколькими сообщениями и заявками в друзья. Да, у него стоит не своя фотка на аватарке, но его таким любят, значит можно. Нет. Нет-нет-нет. Опять эти мысли и пресловутый голос в голове. Он не дает сосредоточиться. Чимин отшвыривает мышку в сторону, включает музыку на телефоне и долго, мучительно долго смотрит на шкаф. — Да нет! Зачем мне красиво одев… — он точно головой дернулся, раз это делает. Чимин встает и будто в спешке роется в шкафу, пару раз психует и останавливает свой выбор на деловом костюме. В нем, он думает, выглядит более менее солидно и, о Господи, сексуально. Что вообще за бред? Собравшись и покрутившись вокруг зеркала минут десять, еще раз почистив зубы, высушив волосы и даже надев галстук, он вновь присаживается на стул и сверлит глазами часы на руке. Прошло двадцать пять минут. Ждать еще, как минимум, пять. Чимин впервые готов выть дома от скуки. Стоп. Если там ответила девушка, значит, возможно, и приедет она. Пак вновь расплывается по стулу и прикрывает глаза. Какой же он дурак, что мечтает о встрече с обладателем столь прекрасного голоса. Да и пофиг на все, насрать, покакать, хоть как выражайся, ему все рав-но! Да! Чимин резко подрывается с места, ерошит собственные мягкие, шелковистые блондинистые волосы и расстегивает рубашку. Что вообще он хочет? Даже если бы встретил его, и что… Ой, все. Он присаживается за стул, открывает электронную почту, продолжая расстегивать рубашку, и натыкается на сообщение. Я скоро буду, жди. Чимин вчитывается в сообщение, совершенно недоумевая, кто бы это мог быть, потом смотрит на ник отправителя, но и там ничего. Какой-то «pjho». Может, ошибся, думает он и выходит из диалога, сворачивая все страницы. Стоило только перестать думать о прекрасном голосе, как навязчивая мелодия дверного звонка давит на и так кипящие мозги. Чимин, забыв про все рамки приличия, устало шаркает по паркету и открывает, только потом догадываясь уже по реакции парня напротив, что он как бы психанул и сейчас находится не в лучшем виде. Черт! — Здравствуйте, — парень улыбается немного нелепо и, как бы того ему не хотелось, бегает глазами по полуобнаженному торсу Пака. То ли против воли, то ли вообще забыв, что он доставщик. Темноволосый по инерции, по заученным движениям протягивает пиццу и бутылку газировки, не сводя глаз с такого зрелища. — С вас пятьдесят четыре тысячи вон, — и ни разу не посмотрев в глаза. Собственно, и не надо, потому что Чимин готов молиться всем, кто вообще существует, — это тот голос, тот парень, и если они встретится ненароком глазами — беды не миновать. Пак до ужаса красный. Он стоит, сминая в руках коробку пиццы, смотрит то на слегка пухлые губы, то на по-доброму детские глаза, наивные и до ужаса милые. Единственное, что выдает этого парнишку с потрохами — взгляд. Он какой-то… непристойный, что ли. Возможно, Паку кажется, но… — Спасибо! — Чимин чуть ли не трясущимися руками протягивает купюры и робко улыбается в ответ. Он перевел взгляд. Блять! Нет! И тут еще кто сильнее засмущается — парень напротив тоже начинает неистово краснеть, принимая деньги. — Приятного аппетита! — добавляет он в заключение и кланяется. — Стой! — Да, — тут же отзывается он. — Я вас слушаю, — но взгляда, слава Богу, больше не поднимает. — У тебя такой красивый голос! — и это заставляет его покрутиться на месте. Только минуту постояв, он понимает, что Чимин говорил ему. — Что? Ну, э… спасибо, — парень кланяется, совершенно не зная, куда еще можно смотреть, когда светловолосый всем своим видом сводит с ума. Да и сам не меньше смущается. Он быстро насчитывает сдачу, кладет в руки Чимину и убегает. Вот серьезно, он убегает. Бежит так, что можно заметить облако пыли на лестничной площадке. Но Чимин не спешит закрывать дверь — сам еще не отошел. Когда он стал таким… прямолинейным? Светловолосый, придя в себя, захлопывает дверь и прикладывается головой об стену — слишком много он испытал эмоций за пять минут, если не меньше. Чимин берет края рубашки, размахивая ими в разные стороны, слишком жарко. Блин, он даже не спросил его имени. Но есть же следующий день… Чимин, заметно повеселев от этой мысли, снова идет в душ, делает упражнения, кушает пиццу. Да, доставщиков они набрали хороших, а вот вкус пиццы — ну, так себе. Пак едко ухмыляется, дожевывая очередной кусок. Ну ничего, можно будет потерпеть ради этих темных глаз, широких плеч и, охх… красивого голоса. У Чимина еще много времени в запасе.***
Яркие лучи светят прямо в глаза, а спина уже успела затечь, находясь в неудобном положении — опять уснул за компьютером. Но, удивительно, сегодня у него настроение просто великолепное, лучше, чем в предыдущие двадцать один год. Он потягивается, разминает мышцы и заваливается, как обычно, в ванную. А с лица так и не сходит довольная ухмылка. Чимин выбирается, полностью взбодрившись, из душа и мчится, сам не зная почему, на кухню. Там он ставит завариваться кофе и набирает знакомый номер. — Вот так! — Чимин довольно тыкает по экрану и, делая номер доставки первым в важных вызовах, удобнее устраивается на стуле. — Я буду слушать тебя… постоянно! — и нажимает на зеленую кнопочку вызова. На том конце снова знакомый голос женщины перенаправляет его на нужную линию. — Здравствуйте, можно мне пиццу… на ваше усмотрение, — Чимин слышит, как девушка только хочет что-то сказать, как Пак тут же перебивает ее. — Я оставлю номер в приложении. — Хорошо, ожидайте, ваш заказ принят и будет привезен в течение тридцати-сорока минут, — Чимин готов поклясться, что они вновь опоздают. Ну, это даже хорошо — можно будет привести себя в порядок и мысленно подготовиться. Странной идеей было влюбиться, хоть он это и не до конца осознавал, в прекрасный голос и надеяться на еще одну встречу. Если судьба-злодейка не дает их случайным путем, Пак будет добиваться их сам. Чимин чешет затылок, смотря на огромный гардероб, и бегает глазами по одежде. Нет, думает он, сегодня нужно что-то простое, незамысловатое, но чтоб сочеталось. Он несколько минут копается в вещах, пока не достает слегка потертую желтую футболку на несколько размеров больше, спортивные штаны и тут же примеряет. Опозориться нельзя. А вот узнать имя — можно. Чимин, уверенно построив план разговора у себя в голове и полностью собравшись, сидит и отсчитывает минуты до звонка. Они опаздывают по времени уже на семь минут, что за беспредел. А потом снова вспоминает тот приятный голос и легкий аромат мужского парфюма, детскую наивную улыбку и скромность. Однако, этот парень не выглядит младше самого Чимина, поэтому он думает, что разница в возрасте либо несколько месяцев, либо, максимум, два года. Я могу называть его хёном? — Пак мысленно смущается и тихо хихикает в ладошку, больше склоняясь ко второму варианту. Надо же, одни только мысли о нем заставляют румянец обосноваться на щеках. И ему даже хочется, чтоб тот был старше него, ведь можно называть того ласково. Он даже на мгновение представляет, что, если бы был девушкой, смело назвал бы этого парня «оппой». Стоп. Чимин, что за мысли? Тебе просто не хватает общения, а этот парень с приятным голосом попался под руку и, кажется, тоже не против общения. Хотя это, конечно, вряд ли, исходя из того сгустка пыли, оставшегося после вчерашнего визита. «Наверняка испугался моего вида», — думает он. — Что вообще со мной не так? Как я мог не заметить расстегнутой рубашки?» А, ну, Чимин не любит смотреться в зеркало. Окей, простительно. Кстати, если не смотреться в ненавистное зеркало, то можно представить себя Бредом Питом и расхаживать по квартире, соблазняя парней накачанными мышцами. Да, мышцы — единственное, чем Пак гордится в себе. Остальное просто не вышло природой. За всеми думами он не замечает звонка в домофон и повторного, только уже в квартиру. Все-таки услышав, парень подрывается с места, чуть не приложившись лбом об пол и поправляя съехавшую футболку, открывает. Да, фортуна на его стороне, потому что тот парень стоит напротив с огромной коробкой пиццы и разглядывает порог квартиры. Когда же переводит взгляд на карамельные глаза Пака, мысленно делает фейспалм, ибо как он мог забыть того развратника. Блять, ну, конечно, какой дебил будет голым перед доставщиком расхаживать? Чимин почему-то весь расплывается в улыбочке и пытается даже что-то сказать, только, прерванный, заходит в тупик. — А, это ты? — безразличным тоном спрашивает парень напротив, и, кажется, это даже похоже на утверждение, нежели на вопрос. Темноволосый осматривает парня с головы до ног и фыркает, прищурив глаза. И всем планам конец. Чимин слегка морщится от обидного тона, но одновременно хочет пищать, потому что среди множества покупателей этот парень запомнил его. А то, что он может запомнить кого-то еще, Чимин и думать не хочет. — А, что? А, да… — вылетает слишком робко и, вообще, наигранно. Блин, а в голове он думал, что сможет нормально говорить, все-таки страх сдавил его в своих лапах. — А ты тот доставщик? — глупо, конечно, но Пак всеми силами пытается поддержать разговор. Однозначно, по телефону говорить легче. «Да ты что», — думает парень, закатывая глаза. Он протягивает еще горячую пиццу и оговаривает цену. — Спасибо! — Чимин видит, что парень уже начинает злиться, но поделать со своей природной скромностью и нелепыми попытками познакомиться ничего не может. — Как тебя зовут? — Что? — парень звучит слишком резко и грубо, уже собираясь уходить, проигнорировав вопрос, разворачивается обратно. — Ты что, следить за мной будешь? Уверен, ты не из-за пиццы звонишь второй раз. — Почему же, мне понрав… — Нам еще никто не звонил два раза, а пицца отстойная, не надо гнать, — парень слегка покраснел от злости, выпаливая все на одном дыхании. Чимин от его слов весь съежился и от пола глаз поднять не может, тихо сглатывая. — Прости… Парень лишь фыркает, злобно уставившись на Чимина. Он выглядит подавлено, словно загнанный щенок. Кажется, Чон перегнул палку, может, этот блондин, и правда, не гей и… ой, да пофиг. Темноволосый разворачивается, шикнув, и бросает тихое: «Чонгук», — а потом скрывается уже спокойным шагом за лестницей, ведущей вниз. Но Чимин услышал. Кажется, его счастью нет предела, потому что этот Чонгук… волшебный, ненастоящий. Он же только вид делает, что злой, на самом деле пусечка. Пак давно изучил людей, их поведение, читая множество книг по психологии, поэтому сейчас понять его действия не составляет труда. Пак вновь давится безвкусной пиццей и засыпает, желая, чтоб следующий день поскорее начался.***
Какое же потрясение его ждет, когда Чимин в доставщике на следующий день видит опрятную, чуть пухлую женщину со светлыми прядями, явно строящую глазки ему. И если раньше Чимин думал, что Чонгук стал ему интересен из-за недостатка внимания и общения в реальной жизни, то теперь нет. Потому что с этой девушкой общаться неинтересно от слова совсем. Значит, зависит все именно от человека. Но даже на следующий день он не видит Чонгука, полностью потеряв надежду на хорошее общение. И ведь ни номера телефона, ни даже заядлой визитки у него нет. Что, если что-то случилось? Или, может, Чонгук просто не хочет приезжать к Чимину? Даже на третий день Пак совсем теряет свой пыл, впадая в летнюю мини-депрессию. Даже искусно написанные тексты его не вдохновляют, и сам он пишет, ну, вообще, никак. Но все-таки стоит попытать удачу, позвонив третий раз в службу доставки и попросив доставить тому колу, потому что есть это дерьмо уже невыносимо. Чимин неверующий, но придерживается правила «Бог любит троицу». А еще своего предчувствия, покалывающего на кончиках пальцев. To be continued…
Примечания:
Хотела сразу все написать, но не вытерпела.
Мне интересно узнать ваше мнение, и, вообще, стоит ли продолжать эту работу?
