0 3 7 2

Ты понимаешь, что влюбился, когда не можешь уснуть, потому что реальность наконец-то становится лучше любых снов.

По всему периметру квартиры разносятся треки из плейлиста, сменяясь один за другим. В воздухе веет нотками кокосового крема для тела, крепким кофе, шоколадным шампунем и палёными волосами от плойки. Типичный женский набор во время сборов. Мешки под глазами невозможно замазать ни консилером, ни тональником. Испробовав лед и самодельные маски, она забегает в ванную, хватая в ящике первую попавшуюсь пачку с патчами. Это, конечно, вряд ли поможет, но самовнушение порой помогает в жизни. Дурацкая привычка не вешать и не складывать свои вещи, а просто пихать их в шкаф, сейчас очень сильно подставляет девушку. Обматерив себя, долго включающийся утюг и часы, которые, как ей кажется, меняют минутную стрелку слишком быстро, она наконец-таки ныряет в любимый вязаный свитер и кожаную юбку. Второй день весны за окном пробуждает откинуть скованые джинсы и напялить на себя что-то такое, что может оголить ноги. Хотя, если вспомнить причины её ангин этой зимой, то она особо и не прятала свое тело за теплой одеждой в морозные дни. Трюмо вмиг заваливается косметикой. Хайлайтеры, основа, праймеры, кисти и спонжи, подводки, палетки, корректоры, пудры и ещё куча разной нужной фирменной штукатурки заполняет каждый квадратный сантиметр поверхности. А чуть позже это всё оказывается на девичьем лице, но в умеренном количестве. Валяющиеся на краю туалетного столика патчи лишь немного осветлили темные зоны вокруг глаз. Выглядит уже не так устрашающе. Да и на её лице что-то выглядеть плохо просто не может. Природа не одарила её веснушками или родинками на лице, хотя это смотрелось бы очень лаконично. Среди мелодии нового трека в своём списке она улавливает совершенно постороний звук, причем дважды. Обработав вывод в туманном рассудке, она шагает ко входной двери. Вариант с гневными соседями подходит как нельзя кстати. － Ты что здесь делаешь? — он не ожидал столь грубого приветствия. Она же просто не ожидала его тут видеть. － Я просто подумал, что сегодня хочу видеть тебя раньше всех. Но ты, видимо, не рада, — пожимает плечами, склоняя голову вниз. Косички забавно спадают на лоб, ей так и хочется поправить их в привычное положение. У него внутри кроется сликом много того, что нужно рассказать ей в эту же минуту. Но он напал на любимую мысль:"всему своё время и место». － Кир, я очень рада вашему возвращению. Я уже приросла к дому и конспектам за эти чертовы две недели, — приподнимает уголки губ, ведь сам уже и не упомнит, когда в последний раз брал ручку и тетрадь для конспектов. Эти предметы лежат в его квартире лишь для музыки. Как и всё его время. В квартире запахло стойким запахом табачного дыма, что отменно разбавляет ароматы, которые появились в воздухе во время сборов Кучмы. Следует пологать, что Фэст выкурил не меньше двух сигарет перед звонком в дверь. Обычно, такое происходит лишь в случиях нервной тряски белого. － Ты вообще готова? — дверной косяк играет роль опоры под худощавым мужским телом. Проходит пристальным взором по телу, оставляя излишнее внимание на каждом сантиметре, — куда ты в таком виде вообще собралась на баскетбольный матч идти?! Так либо группа поддержки, либо телки игроков приходят. Её так смешит ворчливое лицо Кира, а смех вообще начинает разрушать некомфортную атмосферу между ними. Оба не так представляли встречу после его отъезда. － Пошли уже, — тянет под руку за собой в подъезд. Но там особо ничего и не меняется, он также опирается на стенку, следя за тем, как брюнетка улыбается самой себе. Время будто и не прошло, да и что вообще может измениться за две недели? － Ты отрада для моих усталых глаз.

***

Темная ночь с едва горящими фонарями. Особо чувствительным соседям не дает спать рык из-под капота заведенной машины. В салоне слишком жарко, не смотря на выключеный климат контроль. Характерный звук поцелуя, кажется, разносится громче двигателя. Волосы брюнетки пропахлись вишнёвым Richmond'ом, собственными духами и посторонним одеколоном. Винный оттенок губной помады вовсе не остался на губах, если считать только разводы на её и его губах. － Стой, хватит с меня этого, — силой отталкивает девушку от себя, делая вид, что она присосалась как пьявка. Но, чёрт, стоит глянуть на её шею, и Настя смело может оспаривать данное мнение. － Мы кайфово провели время и это я не только за этот вечер. Но всё, хватит, блять, мне надоело. Уже не интресна… проваливай. Голос Кирилла не излучает ровным счетом ничего. Лишь глаза показывают хоть какую-то эмоцию. Но ведь темное время суток забирает себе все возможности что-либо понять. － Долго будешь включаться? Мне ехать нужно, — передаёт с заднего сиденья куртку и сумку в неподвижные руки. Всё вскрывается. Настоящее нутро явно перебивает девичий ступор и влюблённость. </i>－ Без проблем</i>, — секунды, и силуэт скрывается за железной дверью подъезда. Минута, и руль дребезжит от трёх ударов по корпусу, а следом ещё какое-то время выдерживает натиск блондинистой головы, внутри которой вот-вот взорвётся бомба. － Так нужно, — снимает тачку с парковки, давя по газам. Серьезный парень. Оберегал девушку от всего, но теперь решил уберечь и от самого себя. В эту ночь спидометр превышал отметку под сто напротяжении двух часов без перерыва. Встречные полосы, одностроннее движение и полицейские посты вовсе не были помехой. Ведь выпустить пар было легче именно так, чем по привычному — через музыку.

***

Телефон трещит от трёхминутной вибрации вызова, но какой смысл брать, если она сбросит её первой? Глоток налитого в стакан виски жжёт хриплое горло, заставляя зажмурить глаза от давки звонка. Порядком устав от жужания, Кирилл снимает вызов, прикладывая к уху холодный экран с горячим корпусом. － Что это всё значит? Ты можешь мне объяснить… — девушка на проводе делает глубокий вдох, стоя на грани истерики. Ей хотелось плакать, но глаза её были сухи. Слёзы жгли ей грудь, душили её, но никак не могли пролиться. － Перестань, зачем эти звонки и этот головняк? — в голосе полнейшая зима, но это скорее тянет на осенний холод. Он не может переступить через себя и сделать всё, как выстроил в своей голове. － Ты сейчас серьёзно? — девушка вдыхает воздух, как будто это последний глоток. Кирилл отключает вызов, зарывая пальцы между косичек. Днями ранее так делала она, но сейчас она продолжает настырно названивать. Момент, и телефон летит вибрацией на пол. Экрано вниз, после чего смартфон не отображает больше ничего, кроме как картинки вызова абонента «Анастейша». Знает? как не любит, когда коверкают её имя. Да и эта кличка самая тупа, среди всех форм имени. Но подписать по—другому, допустим «Настя» или «Малая» было бы слишком банально. Улыбка озаряет его лицо лишь на время, а после идёт агрессия. Стакан летит в стену, задевая настенные часы и превращая их в кучку мусора под ногами. Стеклянная бутылка с грохотом разбивается о наливной пол. Буть там плитка, то её бы несомненно пришлось менять. Удар за ударом по стене, пока по руке не катятся капли крови. Алые капли гармонируют с черным полом, зрелище не самое приятно, будем честны. － Сука, — рык проходит по кухне, когда разбитые костяшки в последний раз терзают стену. Кажется, обои тут явно придётся менять. Что стрельнуло ему в голову, если он бегом выскакивает с квартиры, напрочь забыв о куртке?! Радует только то, что обувь на автомате успел обуть. *** Черные следы от туши под глазами. Красный нос и опухшее лицо. Волосы давно выбились из хвоста, превращая девушку в пациентку клиник со смерительными рубашками. Вздрагивает от звонка в дверь, не сразу понимает значения непонятного звука в пространстве. Сейчас абсолютно нет желания видеть кого-то кроме кота. Животное в свою очередь расположилось в дрожащих руках хозяйки, грея внешне душу. Трель домофона уже звучит вместе с громкими ударами, вероятно, ноги об дверь. Не пугает её, даже наоборот, Настя улыбается. И держится эта улыбка на лице строго, даже с открытием двери. － Ещё не всё сказал? Я поняла, что я нахуй тебе не нужна была и всё между нами была лишь дурацкое время провождение. － Мне предложили контракт с лейблом, я уезжаю в Москву. Дыхание. Пауза. Стоп. － Что?! Кирилл делает неуверенный шаг вперёд, боясь вызвать неоднозначную реакцию Насти. В его голову закралась мысль «может не стоило, а?», но ведь он мужик, знает как будет лучше. Что если так только хуже? Осознание этого пришло лишь сейчас. － Я в Москве подписал контракт с Газгольдером… － Мне не интересно, — перебивает, когда тянется выпроводить гостя из дома напрочь и с больной головы. Тонкая рука подталкивает Кирилла к шагу назад, но свитер от жестов лишь оголяет шею ещё больше. Он смотрит на свои фиолетовые метки с искренней улыбкой, вспоминая причину их появления. Но её теле слишком много его отпечатков. － Вот и едь в Москву, меня только не трогай, окей?

«Только ничего не говори, прошу». «Идиоты».

Он хоть и не слышит её мыслей, но выполняет сторого. Ничего не говорит, лишь раскрывает руки для обьятья. － Пошел вон, — и если в душе обратное, то голова толкает на правильный путь. На её глазах ломается собственная душа, видя, как человек уходит из её жизни, забирая треснутое сердце. Скатывается по захлопнутой двери, уровновешивая баланс внутри себя. Усердно старается не выдыхать, дабы не пустить эмоции на свет. Как жаль, что это просто не может длиться долго. В её собственный слух не врезаются всхлипы. Попросту это самое последнее, волнующее её. Она полностью разбивает. Он ушел без извинений, с глупыми ответами и недосказанностью. Оставив её здесь, с очередным комом в горле и бессильно опущенными руками вдоль тела. Да, нельзя позволять чувствам и людям загонять себя в клетку. Но что, если сие чувство — любовь? Мы любим не самых лучших и достойных. Мы любим тех, кто задевает душу и до крови царапает сердце. И в случае с Настей, он и бил этим самым задевающим человеком, что загнал в клетку, а возможно и на дно. Сейчас на её впалых щеках красуются именно те слёзы, которые надо выплакать обязательно, в любое время дня и ночи, выплакать, чтобы внутри всё перегорело. Хотелось бы девушке сказать самой себе только одно:"скоро боль превратится в смех, а печаль уйдет невпопад». Это ведь всегда так. Всегда?! Но голова забита другим, твердый голос крутится в голове, создавая новый круг ада. Сил нет на элементарно выпить воды и попытаться её не разлить на себя из-за трясущихся рук. Она невинно поглядывает сквозь приглушенный свет на сейф в шкафу, но инстинкт самосохранения вмиг отводит голову от в противоположную сторону от пагубной мысли.