Зависимость.

- Скайп? Серьёзно? Может быть просто отправим ей почтового голубя? - Катя удивленно таращилась на мельтешащую вокруг кровати Марго. Покрепче стиснув в руках айпад, Катя боязливо втягивала голову в плечи, когда очередное платье летело в её сторону. - Будешь умничать - получишь по первое число. - Марго на мгновение вынырнула из-за дверей шкафа и погрозила подруге кулаком. - Мамой клянусь. - Просто… - Катя вновь принимается теребить края накинутого на ноги пледа. - Не понимаю, зачем это нужно. Я всего лишь хочу прослушать голосовые сообщения с автоответчика. Для этого совершенно не обязательно… - Заткнись! Ты едва не выебала подружку своего брата у него на глазах! Ты что, не понимаешь в какой ты заднице? Катя нахмурилась, однако спорить не стала. То, что положение у неё было весьма неприглядное - не вызывало сомнений. Но если посмотреть с другой стороны - всё могло бы быть и хуже. В ту злополучную ночь всё сложилось как нельзя удачно. Прежде чем возникнуть в дверях спальни Вайс, Гоша где-то удачно накидался, так что едва ли мог трезво оценить масштабы трагедии. Если о какой-то трагедии вообще могла быть речь. К большому облегчению Кати, проспавшись к утру Гоша решил, что всё увиденное было сном. Само собой, парень вовсе не торопился делиться весьма непристойными моментами этого самого "СНА". И если бы не его задумчивые, косые взгляды, которые бросал он в сторону Кати в моменты их редких встреч - Катя бы не сделала первый шаг на пути прощупывания почвы. Ей было стыдно, противно, временами она и вовсе желала провалиться сквозь землю, ибо так ей и надо. Гоша смотрел на неё с долей сомнений и всякий раз размышлял о чём-то своём. Он нехотя поделился с сестрой, что ему вроде как приснился странный сон, который к утру он может и позабыл в деталях, однако общий смысл вот уже целую неделю оставался с ним. По началу Катя облегченно выдохнула, отпуская крепкие щупальца волнения. Ей даже показалось, что беда миновала, что ей каким-то чудом удалось избежать проблем. Но с каждой новой встречей взгляд брата становился всё тяжелее, всё угрюмее. И очередная волна усталости набросилась на её плечи словно пуховое одеяло посреди жаркого лета. Ей было душно. Она задыхалась. Она не понимала, что именно следует сделать. Боялась ляпнуть нечто неподходящее. Боялась смотреть брату в глаза. И всё, что способна была она предпринять после случившегося, так это не видеться с причиной всевозможных катаклизмов в её жизни. То ли дело было в Кате, у которой теперь было две локации - квартира Марго и съемный номер в отеле города, то ли Вайс просто больше не искала встречи с ней. Что-то из всего перечисленного привело в итоге к тому, что они не виделись вот уже почти три с половиной недели. Катя мысленно проклинала себя за то, что действительно считает дни отсутствия Вайс. Но поделать с этим всё равно ничего не могла. А может не хотела. - Ты прихорашиваешься, чтобы понравиться моей бывшей жене? - Выбираясь из собственных мыслей интересуется Катя, подушечкой указательного пальца набирая в строке поиска давно забытый ник. - Конечно. По сути, я сейчас пытаюсь склеить разбитую чашу любви. Чаши любви не склеивают люди в дранных подштанниках от пижамного комплекта из древней коллекции интимиссими. - У них действительно существуют какие-то коллекции? Марго вот уже в пятый раз выбирается из своего укрытия. Представ перед Катей в простеньком, однако весьма красивом бордовом сарафане, Марго удовлетворенно кивает головой и делает пару витков вокруг своей оси. Подол платья плавной волной рисует неровный овал вокруг её бедер. - Что? Сложно представить, что у кого-то кроме Фурлы и Гуччи имеются коллекции? Даже Ашан подобным не брезгует. - У тебя ко мне какие-то претензии? На ходу вдевая в уши серьги, Марго смерила Катю серьезным взглядом, без слов высказывая целую тираду о том, какая на самом деле Катя неудачница. Спорить было бессмысленно. В ответ на уничижающий взгляд подруги, она лишь устало вздохнула и опустила взгляд к планшету. С маленькой фотографии на экране на Катю уже смотрел человек, такой родной когда-то, но теперь почти недосягаемый. Это ничуть её не расстраивало, скорее наоборот успокаивало, придавало уверенности, что грядущий видео звонок в Испанию не обернется для нее очередным фатальным провалом. Всё должно было пройти гладко. Она до последнего в это верила. - Мы можем уже приступать? - Поторапливает Катя подругу, пока та вертится перед зеркалом словно уж на сковороде. - Нет, не можем. До тех пор пока я не усядусь и не достану разговорник английского - не трогай мой айпад. Слышишь!? - Мэй по-английски говорит так же как ты по-испански. - Превосходно. Значит я смогу найти с ней общий язык. - Очень надеюсь, что ты с этим не перестараешься. Последние две недели её жизнь по умолчанию была поставлена на паузу. Такая очевидная капитуляция казалась почти позорной. Совсем недавно она невольно наступала по всем фронтам, иногда терпя неудачи, но в основном все же поднимаясь на новые уровни. Нельзя быть до конца уверенным, что попытки вернуть равновесие в собственную жизнь были столь убедительны. Она поняла это постфактум. Когда жизнь вокруг неё застыла и каждый день повторялся как мелодии на заезженной пластинки. Она отчетливо ощущала пустоту внутри и полнейший крах своих несмелых начинаний. До сих пор она так и не решилась поговорить с отцом, отчаянно избегая его, возвращаясь домой лишь для того, чтобы сменить одежду или поболтать с дедом. Она потеряла всякое взаимопонимание с братом, который смотрел на неё волком, но сам до конца не понимал почему именно он это делает. Она всячески избегала малейшего контакта с Марли, забрасывающей её звонками, стыдливыми извинениями в смс и цветами, поступающими на адрес Марго. Но хуже всего Катя переносила отсутствия голубоглазого существа, в отсутствии которого жизнь и превратилась в бесконечную вереницу однообразностей. Она гнала прочь всякие мысли о том, что она скучает или что-то ещё более омерзительное. Что-то другое гнало её мысли в эту сторону. По крайней мере она надеялась на это. Марго водрузила на колени крохотный разговорник. Текст в нем можно было разглядеть только при помощи увеличительного стекла или уткнувшись в книжечку носом. - Ты меня представишь? Как она вообще - дружелюбная? - Подталкивая подругу, Марго тем самым дает отмашку действовать. - Может мне вообще уйти? Разберетесь как-нибудь сами. - Послушай, это практически знакомство с родителями. Веди себя прилично. Катя вынуждена оглядеть себя, мысленно подмечая как неряшливо на самом деле она сейчас выглядит. Мешковатая толстовка, которую она совершенно случайно отрыла на дне своего шкафа. Волосы, собранные в неопрятный пучок на затылке. Видавший виды клетчатый плед, накинутый на голые ноги. В отражении экрана планшета на неё устало взирали карие глаза на бледном, безжизненном лице. Интересно, Мэй вообще узнает её? Всё произошло быстро. Вот заиграла давно забытая мелодия набора контакта. Экран потух на секунду, а потом Катю до самой макушки заполнило давно забытое тепло. И ей показалось, что нет ничего роднее этой светлой улыбки с экрана планшета. Искреннее этого пронзительного, сквозящего нежностью взгляда. Нет ничего прекраснее тонкого силуэта, скованного в тесное офисное платье. И никого ещё она не была рада видеть так, как свою бывшую подругу. По крайней мере за последние три недели. Мэй счастливо улыбнулась и прильнула к экрану рабочего ноутбука. С минуту девушка просто рассматривала картинку перед собой, и Катя ощущала как этот взгляд скользит по её телу. Молчание нарушила Марго, восторженно замахавшая рукой. Бессвязная речь полилась рекой сквозь её губы, отскакивая от глянцевого экрана айпада и удивленного лица Мэй на нём. - Окей. Я рада с тобой познакомиться. - Отозвалась она, когда фонтан Марго наконец иссяк и она жадно уставилась в экран. - Видишь! И представлять не пришлось. - Прошептала Марго в самое ухо подруге, после того вновь расплываясь в блаженной улыбке. Катя старалась не думать над абсолютной нелепостью происходящего и внимательно посмотрела в окно диалога. - Привет. - Привет, сладкая. - Воодушевленно откликнулась Мэй. Слышно было, как на её столе надрывался стационарный телефон. - Как ты? - У меня… кхм, у меня всё хорошо. - Ты придешь к нам в гости?! Катя даже опешила от такого смелого заявления Марго. Удивленно выпучив глаза, она подалась ближе к подруге. - Можно немного сбавить обороты? - Погоди! - Отмахивается Марго, уже ловя каждое слово своей новой знакомой. - Если Кейти пригласит меня, то я уже завтра буду у вас. Всё ещё под натиском остекленевших карих глаз подруги, Марго удивленно отпрянула от экрана и теперь удивленно хлопала ресницами. Аккуратно пихнув Катю в бок, Марго произнесла так тихо, как только позволяло ей волнение в груди. - Что она сказала, Кать? - Чтоб ты шла отсюда к черту и не забыла сжечь свой гребанный разговорник в адском пламени. - Нет, нет. Я знаю как по-английски будет огонь! - Отлично! - Катя торопливо прижала планшет к груди, надеясь не засветить в камеру свои голые ноги, и спрыгнула с кровати. - Ты пока подтяни свой английский, а я пойду поговорю о делах! Всю дорогу до кухни Катя так и не отнимала от груди нагревшийся планшет. Какая-то часть неё жалела, что теперь ей предстоит остаться с Мэй практически наедине. Ведь изначально замысел был весьма понятен. Марго должна была отвлекать внимание, не давать Мэй переступить черту, коснуться тем весьма болезненных для неё самой и для Кати. Но в итоге вся эта затея грозилась перерасти в настоящее цирковое представление. И это бы слишком затянуло и без того сложный процесс общения. Аккуратно взгромоздив планшет на обеденный стол, она дважды пригладила волосы и столько же одернула мятую толстовку. Извечно безупречный образ Мэй слишком грубо контрастировал с внешним видом Кати. - Не надо. Не волнуйся. Ты выглядишь прекрасно. - Окликнул голос с экрана, заставляя её щеки пылать. - На самом деле, я должна была позаботиться об этом. Даже не подумала, что это может быть так волнительно. - Я слишком соскучилась по тебе, чтобы обращать внимание на мелочи. Катя не сразу нашлась с ответом. Просто молча изучала мягкие черты лица напротив и надеялась, что её глаза не выдают истинных чувств. - Как там твоя выставка? - Пытается сменить тему Катя. Слишком сложно ей находить реакцию на аккуратные комплименты и признания подруги. - Наверно километры очередей? Её бархатный смех отзывается медленной пульсацией внизу живота и Катя смущенно сводит ноги. - Конечно. За последние три дня я спала часов шесть. Это жутко выматывает. - Надеюсь полученные эмоции восполняют нехватку сна. Возникшая пауза показалась Кате слишком томительной. Но даже ощутив это, она не смогла подобрать слов. - Скоро осень. Октябрь. - Всё же нарушает молчание Мэй. - Да, это я знаю. - Беатрис готова принять тебя в любое время дня и ночи. Ждет, пока ты вышлешь ей план занятий. Она не глядя утвердит их и ты сможешь приступить к… - Мэй. Пожалуйста. - Что? Думаешь мне легко говорить это? Я отбросила десятки подходящих фраз. Ведь куда проще просто спросить тебя когда ты вернешься? - Ты уже миллион раз спрашивала об этом. - Верно. И миллион раз ты не дала ответ. - Пора бы сделать выводы. Мэй тяжело вздыхает и поправляет бриллиантовый кулон на груди. За всё время разговора она впервые разорвала зрительный контакт с Катей. - Я думала, что успею вернуться домой к твоему звонку. Но я что-то напутала со временем совещаний. Поэтому… - Голос сквозил сожалением и чем-то ещё, отдаленно напоминавшим недовольство. - Да, я всё понимаю. - Я могу переформатировать голосовые и отправить тебе на электронку. - Отлично. - Слушай… - Несмело подала голос Мэй, вновь приблизившись к монитору ближе, чем было необходимо. - Даже не знаю, оправдались ли твои надежды с этим отъездом на родину. Не хочу тебя расстроить, но ты выглядишь совершенно несчастной. Катя невольно осунулась и втянула голову в плечи. До сих пор греющий её румянец щек испарился и тело сковал неуютный холод. Этот разговор был заранее провальной затеей. И Кате хотелось бы винить в этом кого угодно, но не был в этом виноват никто кроме нее. Она корила себя за неумение обрывать контакты с людьми, которые причиняли ей боль. И за отсутствие смелости уходить навсегда от тех, кому сама причиняла страдания. Был ли это страх одиночества? Фобия, багажом волочившаяся за ней из той, прошлой жизни. Или же она просто была непоправимой идиоткой, чья жизнь состояла из одних ошибок. - Кейти, не впадай в депрессию, да? У тебя нет ни малейшего на то повода. Потому что, если отбросить всякие мелочи, ты - совершенно свободна в своих решениях. Понимаешь? - Прости меня. - Ну да. Самое время задеть меня за живое! - Вновь возвращая своему голосу веселые нотки Мэй едва сдерживает смех. - Через три минуты у меня самое ответственное за месяц совещание, а ты хочешь довести меня до слез. Прости, но моя тушь не водостойка. Может быть в следующий раз. Да? - Да, да. Тебе пора. Я рада была тебя услышать… Увидеть. - Передавай от меня привет своей прекрасной подруге! На прощание Мэй послала воздушный поцелуй и вскоре связь оборвалась. Катя еще смотрела в потухший экран, вновь изучая себя в отражении. Глухой, беспомощный стон сорвался с губ как раз в тот момент, когда теплые руки Марго погрузили её в свои объятия. Катя устало прикрыла глаза и чуть откинулась назад. Марго молчаливо изучала пустой стеклянный стол. - Ты такая у меня глупая… - Тихонько шепчет Марго в самое ухо подруге. Она уже ощущает эту мелкую дрожь в хрупком теле под собой. - Да. Да. - Упираясь подбородком в чужую руку на своей груди, Катя ещё надеется отогнать прочь медленно подступающие слёзы. - Ведь в действительно, что такого? Все живы, здоровы. Разве можно переживать о чем-то в таком случае? - Думаю да. Только когда все живы и здоровы у тебя есть время устроить собственную жизнь, а значит и переживать о ней. Первая слезинка уже скользит по щеке. Неоправданно торопливо скользит. - В моем случае лучше не пытаться ничего устроить. Всё получается ровно наоборот. - М… - Марго целует подругу в висок и чуть сильнее стискивает свои объятия. - Только из гроба нет выхода. Из всего остального можно выкрутиться. В основном для этого друзья и существуют. Наклоняясь вперед, Марго пытается взглянуть в покрасневшие глаза Кати. - Знаешь, чего бы мне сейчас хотелось? - Произносит она быстрее, чем успевает понять смысл сказанного. - Я догадываюсь. Только боюсь тебе это не понравится. - Но ведь у меня есть подруга, которая в случае фиаско поможет мне это пережить. - Впервые за последние пол часа Катя улыбается. Кривовато, натянуто, но всё же. - Ты ведь знаешь где она ошивается сейчас? - Ну, у меня уйма повод её ненавидеть, но я слишком толстокожая, чтобы воспринимать её выходки всерьез. - Значит выезжаем через пол часа. *** Любой другой на её месте решил бы: зачем усугублять то, что и так слишком сложно? С головой погружаясь в безысходность, остатки сознания упрямо твердили остановиться, взять себя в руки и всё же найти в себе силы остановить падение. Но не было сил сопротивляться такой манящей возможности скинуть с плеч груз, забыть о сложностях и о том, что жизнь в общем-то ни для кого не готова делать поблажек. Она столько раз разбивалась в дребезги, что со временем стало нечего собирать. Каждый новый проступок приносил ещё больше проблем и разочарования в себе. Постепенно это вошло в привычку - крушить собственную жизнь даже не моргнув. Уже не волновало, что вновь и вновь собирая себя по кусочкам - то и дело на хватало какой-то частички. Она чувствовала себя неполноценной, разбитой, проигравшей. Её мир казался таким хрупким, что его можно разрушить даже неаккуратным словом. И теперь этот давно забытый страх выбирался на свет, нагло озирался, цеплялся за жизнь и грозил стать её самым жутким кошмаром. Первая рюмка водки обожгла глотку, а следом запульсировал пустой желудок. До боли прикусив онемевший язык, Катя зажмурилась и чуть сгорбилась. - Адское пойло, верно? - Голос Марли лишь усугубил ситуацию и теперь, помимо жгучей боли в животе, Катю накрыла ещё и головная боль. Локтем отпихнув подругу, она что-то пробубнила себе под нос и прижала к губам стиснутый кулак. - Всё нормально. На… - Подтянула она стакан какой-то зеленоватой жижи к лицу подруги и попыталась одернуть её руку от лица. - Запей. - Сама запей. Марли до сих пор не смогла найти нужную тропинку, по которой с трудом, но всё же смогла бы добраться до Катиного сердца. Слова не действовали, крепкие объятия, в которых так хотелось стиснуть подругу, тоже не были бы столь уместны. Иногда Марли и вовсе боялась посмотреть на Катю, отворачиваясь всякий раз, когда их взгляды могли бы пересечься. Наблюдая со стороны, тайно, не раскрывая собственного любопытства, она чувствовала, как мечется в груди разбитое сердце и вот уже второй час пыталась подобрать подходящие слова. Катя и Марго явились в этот бар так внезапно, что до сих пор веселящаяся Марли вмиг приутихла, спихнула с колен свою новую подружку, вытянулась стрункой и всеми возможными путями пыталась угодить двум своим старым подругам. Если Марго и была задета недавним происшествием, то она уже давно простила подругу, давая ей стотысячный шанс на исправление, то с Катей дела обстояли куда сложнее. Не помогали ни слова, ни отчаянные жесты вежливости, ни пылающее в глазах желание загладить вину. В какой-то момент Марли поняла, что , возможно, сложившуюся ситуацию усугубило что-то еще, о чём она, увы, только догадывалась. Спросить она не решалась, понимая к каким последствиям это может привести. Так что теперь она нацепила на себя личину самого отъявленного добродетеля и молча наблюдала за тем, как её подруга давится имбирной водкой и пытается не разрыдаться на глазах остальных. Она замечала заинтересованные взгляды мужчин, коими было заполнено заведение. Она многозначительно хмурилась и едва качала головой, когда очередной, разодетый в кожаное мотоциклетное обмундирование, мужик пытался подобраться к их столику. Все они были знакомы Марли. И практически все они были ребятами вполне адекватными, местами даже хорошими ребятами. Но ни один из них не был сейчас нужен её разбитой в хлам подруге. Ни один из них не способен был отвлечь или заинтересовать её. Ей вообще сейчас был никто не нужен, кроме маленьких зеленых рюмочек с тонким ледяными налетом на боках. Катя устало откинулась на спину мягкого дивана и запустила пальцы в распущенные волосы. Марли, в ладони крепко стискивая стакан с соком, растерянно перевела взгляд на Марго, получая в ответ её угрюмую ухмылку. Вновь обращая внимание на улыбчивую блондинку рядом с собой Марли прильнула к её уху. Поначалу её слова как будто напугали девушку, заставляя отпрянуть и удивленно распахнуть глаза. Но Марли обхватила её за талию и крепко прижала к себе. Дождавшись момента, когда девушка покорно кивнет головой, она разомкнула объятия и позволила своей подружке выскользнуть из-за стола. - Ты стареешь, подруга. - Каким-то чужим голосом окликнула её Катя. - Всмысле? - Я думала мы найдем тебя где-нибудь на лесбийской вечеринке, а не в этом провонявшем потом баре. - Катя брезгливо оглядела заполненное людской массой заведение и поморщилась, когда из колонок заиграла очередная безобразная композиция. - Кхм. - Девушка коротко кивнула, заприметив аккуратный взмах руки своей девчонки, застывшей с телефоном возле уха. - Это мотопати грозных байкеров. Они были бы не прочь оттянуться на лесбийской вечеринке, но ни один темный клуб не согласился на такое мероприятия. - Отказали? Тебе? Ты точно стареешь. Марли нахмурилась, когда очередная подвыпившая морда засверкала похабной ухмылкой и побрела в их сторону. - Мать честная, Марли прекрати это делать! - На одном дыхании выпалила Марго, вставая из-за стола. - Если ты продолжишь это делать, то я снова буду вынуждена коротать ночь в компании подаренного тобой вибратора! В растерянности приоткрыв рот Марли молча наблюдала как Марго плавным скольжением рук обвивает улыбчивого мужика вокруг шеи. Байкер бросает виноватый взгляд в сторону своего негласного вожака и торопливо ретируется. - Хоть кто-то счастлив… - Спокойно констатирует Катя, пока её интерес не завоевывает возвратившаяся подружка Марли. - Эй, ты ведь подружка Вайс, точно? - Меня зовут Соня. - Девушка не смело заглядывает в глаза Марли, будто надеясь получить от неё какую-то подсказку. Прильнув к её плечу, она хватает её за руку и сжимает покрепче. - Какая мне к черту разница как тебя зовут? - Я… - Подружка Вайс. Ладно, не ссысь. Я просто пытаюсь завести беседу. Очередная рюмка уже не причиняет почти никакого дискомфорта. Скорее наоборот, она ощущает как тело расслабляется и потихоньку уплывает прочь скованность. - У неё нет друзей. - Чуть смелее отвечает Соня, когда Марли обвивает её за плечи. - Конечно. Она же вся такая дерзкая, резкая. На кой ей друзья и прочая ерунда. - С ней просто сложно найти общий язык. - Достаточно засунуть свой язык ей в рот и дело в шляпе. Марли молча смерила взглядом Соню, давая понять, что в действительности всё в порядке и она будет рядом, если что. Может это придает блондинке смелости и она продолжает вести диалог: - Если бы я сделала так, она бы его откусила. Катя пропускает её реплику мимо ушей. Прикуривая сигарету впервые за целую вечность, она вдруг ощущает себя такой счастливой, что улыбка невольно скользит по губам. Выпуская дым в лицо Марли, она манерно стряхивает ещё не скопившийся пепел в пустую пивную кружку. - А мне вот не откусила. Ха-ха. Марли ухмыльнулась про себя, вспоминая занятный эпизод её кратчайшего рандеву с упомянутой Вайс и торопливо прильнула губами к стакану сока. Ей так и не удалось скрыть эмоции от Кати. - И Марли она ничего не откусила. - С зажатой в зубах сигаретой Катя жмурится от табачного дыма. Потянувшись к столу, она брезгливо подцепляет двумя пальцами орешек с блюдца. - Кать, да не было ничего! Закидывая ногу на ногу, Катя игнорирует напряжение в голосе подруги и внимательно взирает на её подружку. Самые идиотские вопросы крутятся на языке, но ещё не до конца опьяневший рассудок не дает ей произнести слова вслух. Потирая пульсирующий висок она посильнее затягивается сигаретой. - А ты чего так переживаешь сразу? Даже если бы и было, думаешь я бы парилась по этому поводу? - Я думаю да. - Нехотя прорычала Марли в ответ. Это слишком взрывоопасная тема для разговора. - Херня. Эта девка мне уже поперёк горла. Всё через задницу из-за неё. - А дело действительно в ней? - Не сдерживает порыва Соня, но едва наткнувшись на взгляд потемневших глаз громко сглатывает. Марли торопится исправить ситуацию, своей ладонь накрывает сжатый кулак Кати, но это не спасает. - Девочка, ты что, бессмертная? Пульсирующая злоба заколола под ребрами, а в глазах уже мерцали сотни ярких искр. Ей сейчас ничего не стоило взорваться. Кинуться на не в чем не повинную девушку и за волосы вытолкать её прочь из этого вонючего кабака. Она бы всю душу вложила в это мероприятие, всю себя бы отдала. Но какая-то мизерная часть её разума всё еще твердила : это ни на йоту не скрасит твою жизнь. И Катя усилием воли заставила себя прислушаться к глухому шепоту рассудка внутри. Брезгливо отмахиваясь от протянутой руки Марли она одним глотком опустошает последнюю рюмку и выбирается из-за стола. И только теперь ощущает, что на самом деле уже достаточно пьяна. Может с непривычки, а может пойло было слишком ядреным, но она хватается за край стол и крепко зажмуривается, ощущая как тело больше не принадлежит ей. Марли тут же подскакивает следом, хватает Катю за плечо, оглядывается в поисках кого-то. - Ты куда собралась, подруга? - Ты можешь уже прекратить ходить на цыпочках вокруг меня?! - Сквозь зубы цедит Катя, постепенно всё же открывая глаза. Кажется мир перед глазами качается уже не так быстро и это не может не радовать. - Просто скажи мне, куда ты собралась и я отвалю. Первым, что попадется на глаза Кате - бильярдный стол, вокруг которого медленно кружат здоровяки в кожаных и джинсовых жилетах. Зеленое покрытие стола отчего-то кажется почти кислотного цвета, так что её едва не начинает тошнить. - Играть в ту штуку. И только попробуй подойти к столу! - Я да… Нет вопросов. - Одергивает руки Марли и поднимает их в воздух, симулируя полную капитуляцию. Нет никаких сомнений, что ближайшие несколько часов она проведет как на иголках. Катя не могла сказать наверняка, как именно она ощущала себя сейчас. Было ли ей противно, стыдно или вообще приятно. Злоба ли застряла комом в горле или беспомощные слезы. Чем бы оно ни было, Катя упрямо проталкивала ненужные эмоции очередными шотами обжигающего пойла. Мысли в голове скользили так быстро, что виски уже разрывала пульсация. Поначалу она отмахивалась от чужих липких прикосновений. Чьи-то холодные пальцы касались её оголенного живота, иногда царапали поясницу, то и дело спускались на её задницу. Не обращая внимания на то, один ли человек предпринимал попытки обратить на себя её внимание, или это были разные люди. Она слышала лишь свой жалкий смех, вторящий плоским шуткам мужчин. Рваными движениями перехватывала слишком навязчивые прикосновения, что-то выговаривала тихо. В какой-то момент ей показалось, что добрая половина бара стянулась к бильярдному столу. Вокруг неё было столько людей, что кружилась голова. И все внутри кружилось в тошнотворном, пьяном угаре, отзываясь дрожью в коленях и совершенной отрешенностью во взгляде. - Леди! - Смеясь гремел кто-то над её головой. - Да вы играете моими шарами! Этот монотонный гогот прошёлся вибрацией по позвоночнику. Она ощутила, как чье-то горячее тело прильнуло к её спине и заставило животом прижаться к краю стола. Её выдох получился почти свистящим. - Полегче… - Всё так же тихо откликнулась она, чувствуя собственную беспомощность. Она понятия не имела кто это был. Здоровяк с рыжей бородой и оголенным, дряблым торсом. Или худой словно жердь молодой человек, до сих пор круживший вокруг неё, но всё не решавшийся подойти ближе. Кем бы он ни был - действия его были слишком смелыми. Вялым движением руки она перехватила кий, выскальзывающий из руки, и дернула плечом, уже чувствуя на плече чужой щетинистый подбородок. - Я научу как правильно это делать! - Опаляя запахом перегара отозвался незнакомец. Его теплая ладонь легка на её поясницу и слегка надавила. Лишенная сил на препирания она подчинилась, выгибаясь, склоняясь над столом. Чужое, разгоряченное тело мигом придавило её, так что дышать сразу стало сложнее. - Эй, я делаю это получше любого! - Кривая улыбка коснулась её губ. Вытягивая перед собой руку с зажатым кием, она пыталась сфокусировать взгляд на бело-красном шаре. - Ты слишком напряжена. Расслабься. Его рука, скользнувшая вдоль по тонкой талии, ни в коем разе не стимулировала на расслабление. Все было скорее наоборот. Но он воспринял её мелкую дрожь несколько иначе. - Я помогу. И без того шаткое положение усугубило ощущение его очевидного возбуждения под тканью джинс. Ей давно должно было стать противно. Но почему-то стало только сейчас. С грохотом отбросив злосчастный кий, она развернулась лицом к своему новоявленному кавалеру. Его она видела впервые. - Ты так любишь бильярд? - Чуть склоняясь интересуется Катя, облокачиваясь на руки за спиной. - Или ты хочешь мне что-то предложить? Он возвышался над ней, заслоняя своим телом целый бар. Высокий, до омерзительности симпатичный и слишком улыбчивый. В его взгляде читалась непоколебимая решительность, а руки беспорядочно скользили по ей талии. Он был столь же пьян, что и она. И у него не было ни малейшего желания отступать. - Я учту любые твои пожелания… - В самое ухо выпалил он и легким движением приподнял её от земли. Все происходило крайне стремительно и совершенно просто. Он просто обхватил её за талию, он просто подсадил её на бильярдный стол, он просто рывком развел её ноги, занимая место между ними. И он был совершенно точно уверен - ей нравится всё это. Конечно, ведь он только что услышал очередной, глухой вскрик удивления или чего-то схожего, ведь он почувствовал как крепко вцепилась она в его плечи удерживая равновесие, и он был абсолютно уверен, что дыхание её так участилось лишь по одной простой причине - она хотела его точно так же, как желал её он. И это странное представление вполне могло было чем-то продолжиться, если бы только не это… Кто-то громко окликнул всех присутствующих всего за пару секунд до того, как в помещении резко погас свет и стихла музыка. Ещё не столь пьяные, но уже достаточно медлительные посетители паба словно в замедленной режиме подняли головы от кружек, прервали беседы со своими не менее пьяными друзьями, застыли на пол пути к своим столам, в обеих руках удерживая по пинте свеженалитого пива. Звонкий, уверенный оклик заставил оглянуться и Катиного полуночного знакомого. Он так и замер, выворачивая шею, руками крепко удерживая Катю на месте. Словно слепые котята весь честной люд заведения с пол минуты тупо вглядывался в кромешную темноту. Никто не проронил и слова. Целые тридцать секунд тишины. Так много. Так мало. Когда вспыхнули под потолком пара ярких прожекторов, направленных в сторону барной стойки и громкие, раскатистые возгласы удивления прокатились по помещению, тогда Катя ощутила, как всякое опьянение будто рукой сняло. Она с удивлением обнаружила себя зажатой в чужих объятиях и в весьма неприглядной позе. Она осознала, что еще немного и до очередной, идиотской ошибки было совсем рукой подать и она была уже совсем близка к очередному провалу. Капелька пота стремглав скатилась вдоль по её позвоночнику и кожу обжог ледяной холод. В насквозь провонявшем пивом баре, под прицелом нескольких десятков глаз, в такт какой-то примитивной, вновь зазвучавшей, музыке, на барной стойке в лучах пары ярких ламп начинало свой медленный танец хрупкое женское тело. Её движения были неторопливы, мягки, аккуратны. Тонкие пальцы медленно скользили вдоль по узкой талии, спускаясь всё ниже, туда где сквозь прорези на джинсах виднелись голые ноги. Босиком, распустив белокурую гриву, прикрывая глаза в унисон эйфории разливавшейся внутри неё, закусывая нижнюю губу, с каждым новым движением всё дальше уносясь прочь от всяких границ дозволенного. Блондинка невесомо скользила по узенькой барной стойке, одним лишь чудом не задевая чьи-то пустые стаканы и рюмки. Очень скоро Катя ощутила, что больше не скованна чужими объятиями и мужское тело больше не давит на неё бетонной плитой. На секунду ей даже стало обидно, что несостоявшийся кавалер так просто позабыл о ней, переключив внимание на этот горячий, медленный танец на барной стойке. Но спустя ещё мгновение, Катя стала прекрасно его понимать: зрелище на противоположной стороне бара действительно было если не возбуждающим, то хотя бы завораживающим. Катя никогда ещё не видела её такой. Какой? Сейчас она в действительности не могла сказать какие именно изменения подметила в танцующей девчонке. Однако что-то неуловимое, неосязаемое касалось Кати, манило ближе и ближе. И противиться этому было невозможно. Она и не собиралась. Сейчас ей просто хотелось быть ближе к ней. Как можно ближе. Как можно ближе… Поступью крадущегося в темноте зверя, заприметившего добычу, она легко пробиралась меж людей, только иногда вынужденно отталкивая с пути особо непонятливую особь. За спинами чужаков она чувствовала себя крайне обделенной, лишенной того, чем в эту самую секунду с удовольствием наслаждаются все они. Все, кто со свойственной наглостью жадно впиваются взглядами в этот светлый, тонкий силуэт возвышавшийся над всеми ними. Оказавшись уже совсем близко к заветной цели, уже почти настигнув приглянувшуюся ей добычу, она протянула руку, надеясь убрать с дороги очередного пассажира, как вдруг резко одернула руку, словно обожглась. Всего пару минут назад этот человек тискал её на бильярдном столе, на глазах у изумленной публики. Но вот он уже прильнул к барной стойке, двумя руками уперся в деревянную столешницу и задрал голову, разглядывая силуэт новоявленного объекта воздыхания. А разглядывать действительно было что… Вайс не сомневалась ни в одном своём движении. Она не медлила, ожидая той или иной реакции публики, не торопилась, когда толпа вдруг начинала заискивающе улюлюкать и постукивать кулаками прямо у её босых ног. Она ни чуть не смущалась, когда чьи-то ладони смело ложились на её тонкие щиколотки и сдавливали, заставляя обратить внимание на жаждущих зрелища наблюдателей. Вайс едва различимо ухмылялась на каждый нетерпеливый вздох и продолжала запросто будоражить фантазии если не всех присутствующих, то уж точно большей их части. - Я иду к тебе! - Гулко выдохнул над Катиной головой уже знакомый мужчина и одним прыжком оказался на барной стойке. Жгучая, смертоносная лавина ревности и негодования обрушилась на Катю в тот миг, когда этот остолоп ухватил девчонку за талию, смелым, резким рывком притягивая её к себе. Он словно бы точно знал, как именно должен был продолжаться этот медленный танец, хотел ускорить его, поторопить, подтолкнуть незнакомку к действиям чуть более смелым, чем планировала сама Вайс. Его пальцы без спроса проникли под её кофту и потянулись выше, стягивая с девчонки одежду. Он крепко прижимал её к своему крепкому телу, следуя её манере движений, неуклюже изгибаясь, когда Вайс весьма тактично, но всё же норовила высвободиться из цепких лап своего новоявленного партнера по танцу. Он не понимал, чего именно требует от него девушка, его всё устраивало, ему всё нравилось. Он подначивал её, он распалял её желание двигаться дальше, не желая давать ей и секунды на размышления. Смятая под лапищами кофточка быстро, без всякого сопротивления, поддалась его усилиям и скользнула по острым плечам Вайс. Кто-то за Катиной спиной натужно выдохнул, когда танцующая на барной стойке девушка предстала теперь в черном кружевном бюстгальтере поддерживающем небольшую грудь. Мышцы на плоском животе отчетливо проступали сквозь гладкую кожу, когда очередное прикосновение чужих рук призывало её тело двигаться иначе, чем она сама хотела. Тупое, сиюминутное желание коснуться Вайс стало причиной одного крошечного шажка, сделанного вперед. Кате показалось, что она лишь теперь выдала свое присутствие. Только теперь заставила девчонку опустить взгляд, оглядеть бушующую толпу незнакомцев и внутренне напрячься. Кате было невдомек, что причиной всего этого представления было совершенно иное, нежели очередное идиотское желание выпендриться, привлечь внимание и набрести на очередные неприятности. В каждом движении Вайс, в каждой незаметной ухмылке был такой очевидный подтекст, что только конченный идиот мог не понять что именно сейчас происходило. Увы, Катя теперь была именно этим конченным идиотом, до того отвыкшим и заскучавшим по этой злосчастной девчонке, что теперь хотелось просто бездумно пялиться в её сторону. И она смотрела. Смотрела, запрокинув голову, двумя руками удерживаясь за край стойки. Смотрела, не отводя взгляд, не пытаясь вразумить или высказать недовольство. Во взгляде её читался такой неподдельный интерес, что Вайс в очередной раз ощутила своё превосходство. Горячие ладони внезапно опустились на Катины плечи. Не до конца успевая осознать происходящее, она вытягивает перед собой руки и принимает в свои объятия блондинку, ловко спрыгивающую со своего танцпола. - Привет. - Так просто, почти в самые её губы весело выговаривает Вайс, двумя руками обвивая Катю за шею. Мгновение она смотрит на застывшую в изумлении девушку, а потом оставляет короткий, влажный поцелуй на Катином подбородке. Каждым нервным окончанием Катя ощутила как напряглись все наблюдающие. Как заинтересовались они происходящим, как оживились при виде такой картины, как в тот же миг принялись подступать всё ближе. - Что ты делаешь? - Растерянно оглядывая полуобнаженную девушку в своих руках вопрошает Катя. Тело упрямо сковывает нелепое волнение. - Что, скажешь тебе не нравится? - Смеется Вайс, тыльной стороной ладони мягко проводя по виску своей пленницы. Боковым зрением обе девушки замечают, как следом за Вайс на пол спрыгивает дважды неудавшийся кавалер. Он будто бы стесняясь собственной неудачливости несколько раз изподлобья оглядывает толпу мужчин вокруг, а потом приглаживает взъерошенные на затылке волосы. Когда он вдруг делает шаг навстречу застывшей друг напротив друга парочке, Катя невольно ближе прижимает девчонку к себе и торопится отступить. - М-м-м… Мне это нравится. - Всё распаляется блондинка, в этот миг и вовсе не замечая ничего вокруг. Она так пристально следит за эмоциями на лице Кати, что практически не моргает. Крепче сжимая шею девушки в объятиях она покорно отступает следом. - Почему бы тебе просто не сказать, что ты соскучилась? Катя в ответ лишь шипит что-то невнятное. Смысл слов не важен, гораздо ценнее интонация. Вайс сразу как-то оседает, стихает, взглядом вперившись в Катину шею. В унисон с крепко стиснутыми челюстями, на висках девчонки играют желваки и маленькая морщинка пролегает между бровей. Она плотнее жмется к Кате, тем самым то ли пытаясь уберечь её от возможной стычки с незнакомцем, то ли надеясь найти спасение от грядущего для себя. Губы Вайс невесомо коснулись уха Кати и голос ласково окрикнул девушку, вырывая из не самых радостных мыслей. - Смотри на меня... - Пальцы Вайс крепко сжимают Катин подбородок, чуть надавливая, заставляя опустить взгляд. Девчонка смотрит на девушку перед собой почти не моргая, словно пытаясь загипнотизировать, околдовать. Стоит отметить, у неё это вполне неплохо получается. Как никогда покорно Катя забывает о том, что всего минуту назад выдумывала самые изощренные планы по ликвидации неугомонного Дон Жуана, который до сих пор, несмотря ни на что, продолжает стоять непозволительно близко, норовя протиснуться между их тел. Но именно сейчас, ощущая мягкое поглаживание чужих пальцев на своей шее, ощущая тепло чужого тела, так отчаянно жмущегося к её, видя перед собой вовсе не ту злосчастную девчонку - эпицентр проблем, а всего лишь по щенячьи доверчивые глаза и закушенную в задумчивости нижнюю губу, Катя напрочь забывает даже о том, где она сейчас находится. Все не важно, все не важно. - Да вы горячее, чем я думал! Не сразу понимая, что именно происходит, Катя не успевает среагировать, и чужая ладонь опускается на её затылок, крепко сжимая в тисках. Он действует слишком грубо. Коротким рывком он за долю мгновения успевает заставить Катю повернуться к нему лицом и оказаться ещё на несколько дюймов ближе. Такая мерзость, такая пошлость. Прямо перед её лицом оказываются его влажные губы и далеко не самая очаровательная ухмылка. Но Катя до сих пор так и не находит нужной реакции на всё происходящее. Как жаль… - Убери руку… - Воинственно выговаривает Вайс, перехватывая мужскую руку в запястье. Она буквально заставляет парня ослабить хватку и обратить на себя внимание. - Убери руку или я её тебе сломаю… - Серьёзно? - Убери… - О, солнце, не переживай, моего внимания хватит на вас обеих! Напрасно он не послушался. Напрасно он недооценил возможные масштабы бедствия. Стоило ему просто взглянуть в потемневшие, иссине черные глаза девушки, безотрывно глядящей прямо на него. Достаточно было просто допустить мысль о том, что эта весьма миловидная блондинка теперь вовсе не шутит. Она больше не собирается подыгрывать и делать вид, что одно только его присутствие рядом не заставляет бурлить в жилах кровь. Из безобидно парня, шутливо приплясывающего рядом с ней на барной стойке, он вдруг превратился в её самого злейшего врага. Врага, которого она готова была растоптать не глядя. И она бы сделала это уже в тот миг, когда он только протянул свою чертову ручищу к Кате. Или даже раньше. Когда он только допустил такую мысль. - Уф-ф-ф…. Гортанный вопль раненного зверя звуковой волной прошёл сквозь Катю, заставляя отступить прочь от внезапно ослабевшего противника. Пока парень еще только сгибался пополам, переживая боль от первого удара коленом в причинное место, Вайс уже готовилась нанести еще один, контрольный, выстрел. Девчонка так скоро выскользнула из рук Кати, что последняя едва успела приоткрыть рот, чтобы окликнуть. Увы, но в ситуации подобной этой, очевидно и вовсе нельзя было ничего успеть: отточенным движением мастера по боевым искусствам, блондинка с разворота влепила ногой парню в живот. Очередной протяжный вопль оборвался так же стремительно, как и возник. - Бля… - Невольно слетает с Катиных губ, когда в поле её зрения попадает парочка угрюмых амбалов в помятых рубашка, что не замечая преград движутся в их сторону. Всё последующее прокручивается перед глазами словно вырезанные кадры дешевого кинофильма. Устойчивый гвалт голосов, звон посуды, вновь рвущаяся в эфир грубая музыка. Катя едва успевает пригнуться, когда увесистый табурет пролетает в полуметре над её головой. Просвистев мимо, деревяшка в дребезги разбивает сразу десяток бутылок, до сих пор мирно стоявших за барной стойкой. И всё. Этот оглушительный холопок воспринят всеми присутствующими как отмашка к действию. Когда людская масса, заполнившая бар вдруг одномоментно приходит в движение, Катя осознает - счет времени идёт на секунды. Боковым зрением подмечая белокурую гриву девчонки, Катя запросто сгребает Вайс в объятия и, не встречая сопротивления, отступает вглубь толпы. Вайс что-то невнятно бурчит, однако не принимает попыток сбежать. Крепко удерживая Катю за руку, она послушно удаляется всё дальше от эпицентра ожесточенных боев, которые начались сразу после оглушительного звона разбитых бутылок. Пробираться сквозь бушующую толпу оказывается невообразимо сложно. Ко всему прочему, в руках Кати висит пусть и удивительно невесомая, но всё же ощутимая ноша в виде оголенной по пояс блондинки. Натужно пыхтя и невзначай отпуская короткие реплики в адрес попадающих под ноги людишек, девушка упрямо движется в том направлении, где, по её предположению, находилась спасительная дверь наружу. Вайс застывает всего на секунду, сбивая набранный темп ходьбы, она двумя руками вцепляется в спинку чьего то опустевшего стула. Катя уже собиралась высказать свое недовольство и одернуть Вайс, однако вскоре перед взором промелькнула клетчатая ткань чьей-то рубашки и ей оставалось лишь устало покачать головой. Прохлада не свойственная августовской сезону, смело опалила разгоряченную плоть и мурашки на коже стремительно отвоевывали всё новые территории. Когда двери за их спинами закрылись, Катя тут же выпустила из своих объятий девчонку и в два широких шага преодолела крыльцо, выбираясь под прохладный ночной дождь. Запуская пальцы в свою взлохмаченную шевелюру она ощущала влагу на коже и уже могла спрогнозировать, что промокнет до нитки всего через какие-то пять минут. Возможность простудится не пугала её, как не пугало и то глупое обстоятельство, что стоит она посреди дороги. Невольно возникшее желание как можно дальше отстраниться от извечного катализатора ненужных эмоций заставляло девушка медленно отступать от края дороги, оставляя Вайс как можно дальше, казалось, на безопасном расстоянии. Катя устало прокручивала в памяти недавние события, до сих пор отчетливо не понимая, что именно так просто выбило её из колеи и лишило всяких жизненных сил. Краем глаза подмечая вспыхнувшие в отдалении фары несущегося автомобиля, она медленно покачала головой, немо сетуя на то, что ей вновь придется вернуться в радиус досягаемости чар всё ещё молчавшей на крыльце Вайс. Едва Катя ступила на мощенный тротуар, как за спиной её с бешеной скоростью пронесся автомобиль, из под колёс щедро выплевывая грязную воду вперемешку с первой опавшей листвой. Скрестив на груди руки, Катя так и осталась стоять, продолжая впитывать кожей дождевую воду, неустанно хлеставшую на землю вот уже вторые сутки. Вайс же предусмотрительно оставалась стоять под навесом, на самой нижней ступени. Она задумчиво смотрела на Катю, тяжело дышала и очевидно боролась с эмоциями, которые вот-вот да и грозились пролиться на Катю. - Что мне с тобой делать? - глухо выговаривает Катя и удрученно покачивает головой. Её голос не выражал ровным счетом никаких эмоций. Может только усталое непонимание и полное отсутствие всякого желания бороться с действительностью. - А что бы ты хотела? - Я бы хотела не знать тебя совсем. - Ты врёшь. - Да что ты? Действительно считаешь, что я могу хотеть чего-то больше, чем не знать тебя? - Действительно так считаю. - Хорошо. - Девушка в который раз аккуратно смахивает со лба воду и опускает взгляд. - Тогда чего бы я хотела, по твоему мнению? - Ты бы хотела успокоить меня. - Успокоить тебя? - Её левая бровь изгибается неровной дугой в знак совершенного непонимания. - Да. Ты бы хотела, чтобы я смотрела на вещи взрослее, осознаннее. Чтобы тебе было проще представить меня рядом с собой. Проще представить моих тараканов, рядом с твоими выдуманными моральными принципами. - Я не могу представить тебя рядом с собой. - Это печально. Потому что я последнее время вообще не могу представить себя с кем-то, кроме тебя. Вайс принялась мерно раскачиваться, перенося вес тела то на пятки, то на мысочки. Девчонка смело смотрела прямо перед собой, изредка ловя взгляд карих глаз напротив. - Напрасно… - Тихо и почти с сожалением огласила итоги своих размышлений Катя. Её упрямо гложило ощущение того, что этот разговор совсем не должен был состояться. Она была просто не готова к нему. Скорее всего, она никогда не будет готова к чему-то подобному. - Да брось! - Внезапно прошумел голос возле её уха. Внезапно Вайс очутилась совсем рядом, так близко, что теперь вплотную жалась к промокшему, замерзшему телу Кати. Ещё хранящие тепло руки девчонки крепко обхватили девушку за талию, убивая на корню возможные попытки к бегству. Кончиком носа касаясь ледяной щеки девушки, Вайс, словно надеясь укрыть под ресницами зародившийся трепет, прикрывает глаза. Её дыхание такое теплое, её тело такое податливое. И эта скоропалительная перемена в поведении, превратившая блондинку из отвязной оторвы, в нежное, трогательное существо, готовое совершить всё, что от неё потребуется, ради одного только человека… Всё это всякий раз выбивало Катю из колеи. Всякий чертов раз заставляло расслабиться, довериться. Всё это так просто сбивало с толку, и буквально сводило с сума. - Я же не прошу тебя клясться мне в вечной любви… - Тихо, по секрету выговаривает блондинка, до сих пор не открывая глаз. Соприкасаясь с девушкой лбами, она хмурится, словно нечто причинило ей боль. - Ты ведь лучше меня знаешь, как хорошо нам может быть… Сколько ты захочешь. Месяц до твоего отъезда, неделю или даже всего лишь одну единственную ночь. Разве в этом есть нечто плохое? Катя всё ещё медленно блуждает взглядом по лицу девчонки. Не боясь быть замеченной, она задерживает взгляд на влажных от дождя губах, чьё тепло ещё, как будто, помнит. Чью мягкость, пожалуй, никогда не сможет забыть. И эти губы всё не смыкаются, всё продолжают выпускать наружу очередные слова, с каждой секундой становящиеся всё более убедительными, не терпящими возражений. - Я не знаю, чем ты руководствуешься, всё время боясь меня как огня. Иногда мне приятно думать, что, наверно, ты просто боишься причинить мне боль в итоге, однако скорее всего дело совсем в другом и забота обо мне и вовсе на заднем плане. И я бы очень хотела сказать, что твои действия не приведут ни к каким последствиям, но, думаю, ты всё равно мне не поверишь. Поэтому я берусь отвечать только за себя… Девчонка глухо всхлипнула, чем привела Катю в замешательство. - Кать... - глухо позвала девчонка и открыла глаза. - Мир не рухнет, если ты на какое-то время просто доверишься своим желаниям. Ты считаешь меня прилипалой, а я всего лишь первый раз в жизни так сильно хочу кого-то… Хочу быть с кем-то. Чьей-то. Почувствовать себя нужной. Почувствовать себя чьей-то не ради выгоды или тупой забавы. А потому, что мой партнер будет хотеть этого ровно так же бессмысленно сильно, как этого хочу я. - Ты сейчас пугаешь меня больше, чем когда бы то ни было. Блондинка не сразу понимает смысл сказанного. С минуту она молча таращится на человека перед собой, и беззвучно хватает ртом воздух. Очередная реплика застыла комом в горле, мешая продохнуть. - Почему ты просто не можешь быть такой всегда? - Тихо интересуется Катя, не отрывая взгляд от пары голубых до безумия глаз. - Почему вместо этого, ты всё время ведешь себя как последняя скотина и заставляешь меня нервничать? - Стало быть теперь ты не веришь мне? - Чтоб тебя, Вайс… - Хмурится Катя, нехотя отрываясь от девчонки и оглядываясь по сторонам. - Что опять не так? - Ничего! Я не могу продолжать этот разговор здесь. - Я… - Замолчи и не смей портить момент.