Mileage May Vary

Звон будильника. Тэхен стонет и натягивает одеяло на голову, дабы приглушить звук. Кто-то бьет его прямо по рёбрам, пока он не поднимается, чтобы выключить будильник. — Какого хрена… — он слышит чей-то голос, прежде чем сознание ударяет в голову. Чонгук. — Прости, — мямлит Тэхен, его глаза полузакрыты. Свет просачивается сквозь занавески, — какой сегодня день недели? Чонгук бормочет в подушку: — Грёбаная среда, тупица. Тэхен ворчит что-то в ответ и обнимает подушку. — Кто, блять, трахается во вторник? — Ты, судя по всему. Сидя, Тэхен потирает глаза и оглядывает комнату: полотенца и одежда валяются повсюду. Затем он поворачивается, чтобы посмотреть на Чонгука, медленно моргая и зевая. Ангел на белых простынях, освещённый солнечными лучами. Тэхен может лишь представить, чтобы такой красивый Чонгук просыпался здесь каждое утро. Тэхен качает головой и откидывает одеяло. Мысли в голове вторят одно и то же: так не должно быть. Он просто одинок и жалок. Тэхен хочет пнуть себя за это. Холодный воздух бьёт его по коже. — Что за дерьмо? — Чонгук чмокает и вытирает губы тыльной стороной ладони. Тэхен заметил, что его волосы ещё более спутанные с утра. — М, — Тэхен тычет ему, — вставай. Мне нужно ехать. Чонгук не двигается. Тэхен снова тычет в него, и Чонгук отодвигается, натягивая одеяло. — Отвали. — Чонгук- — Разве ты не должен трахнуть меня? — прерывает он, не отрывая лица от подушки, — я встану, только если ты меня трахнешь. — Я могу опоздать- — Разве я этого не стою? Это заманчиво, но… — Ты ничего не стоишь, — шутит Тэхен. Чонгук поворачивается, смеётся и откидывает одеяло, чтобы притянуть Тэхена к себе. Что-то тёплое разливается в груди старшего. Он падает на Чонгука сверху с визгом, упираясь обеими руками по бокам от головы младшего. — Лжец. Я стоил тебе пару сотен прошлой ночью, — дразнит Чонгук злой ухмылкой, его глаза яркие, но уставшие, — давай, — он наклоняется, дышит медленно. Время, кажется, останавливается, когда Чонгук нежно и нерешительно прижимается губами к Тэхену. Тэхен задумывается, неужели Чонгук такой нежный с каждым, с кем трахается? — Пожалуйста? — Чонгук шепчет и толкается бёдрами. Тэхен чувствует контур его члена, не твёрдый, но набухший после сна. — Блять, — Тэхен тихо стонет и прижимается губами к шее Чонгука, упиваясь сладкой кожей. Младший наклоняет голову, — я такой бесхребетный. — Да, — Чонгук дышит, — мне это нравится. Чонгук проводит пальцами по спине Тэхена, впиваясь ногтями и цепляя футболку, когда старший зубами впивается в его шею. Тэхен заставляет Чонгука сесть, прежде чем стянуть с него футболку. Тэхен разглядывает его голое и гладкое тело. Затем он стягивает свою футболку и отбрасывает её в сторону. — Чертовски сексуально, — бормочет он и скользит рукой по прессу Чонгука, который хихикает и извивается. Тэхен вновь смотрит на пирсинг на головке члена, и Чонгук ловит его заманчивый взгляд. Выглядит странно, но на Чонгуке смотрится прекрасно. Нагнувшись, Тэхен прижимает язык к местечку чуть выше пупка, и Чонгук мягко стонет. Он хотел сделать это ещё прошлой ночью. Теперь Чонгук, будучи сонным и расслабленным, позволяет Тэхену языком очерчивать все мышцы на животе. — Я всё ещё мокрый внутри, — мягко говорит Чонгук и задыхается, когда Тэхен поднимается и зубами впивается в шею, младший наклоняет голову и дрожит, позволяя Тэхену повторить свои действия. Он оставляет небольшие красные следы, которые скоро исчезнут. Тэхен подхватывает колено Чонгука. Чонгук послушно оставляет ноги согнутыми, и Тэхен поглаживает заднюю часть его бедра, приставляя два пальца к влажной и опухшей дырочке после вчерашней ночи. Тэхен дёргается и толкается бёдрами вперёд, касаясь ягодиц Чонгука. — Блять, это горячо. Чонгук выпускает беспомощный звук, когда Тэхен садится, чтобы схватить смазку с тумбочки, куда он поставил её вчера. — Хочешь, чтобы я это сделал? — спрашивает он. — Да, пожалуйста, — Чонгук сгибает ноги и раздвигает их, пятками потирая простыни. Тэхен сглатывает, он не может отвести от него глаз. Крепкие мышцы, нежная кожа. Чонгук так хорошо смотрится под ним. Он такой покорный, когда захочет, и Тэхен резко вставляет два пальца, заставляя бёдра Чонгука дрожать. Внутри он тёплый, его тугие мышцы потрясающе сжимаются вокруг пальцев Тэхена. Чонгук пальцами хватается за лопатки Тэхена, спускаясь ниже, прежде чем сжать простыни в кулаках. Его костяшки белеют. — Б-блять, ох, — Чонгук тихо стонет, когда Тэхен скользит внутрь третьим пальцем. Удивительно то, как хорошо он принимает, — ах, Тэхен, так хорошо, — говорит Чонгук, задыхаясь и выгибаясь, его ресницы дрожат в блаженстве. При солнечном свете Чонгук выглядит таким красивым, нежным и просто потрясающим. Тэхен вытаскивает пальцы и выдавливает достаточно много смазки, улавливая момент, чтобы посмотреть, как дырочка Чонгука сжимается. Когда он скользит обратно, звуки становятся громче, словно из какого-то порно. Тэхен толкает пальцы глубже, настигает простаты и наслаждается громким стоном Чонгука, скрипящего зубами. Его член набухает, с него стекает смазка, а пирсинг блестит на солнце. — Боже, тебе нравится быть мокрым, да? — мямлит Тэхен. Он придерживает бёдра Чонгука и добавляет ещё смазки. — Ох, блять, очень нравится, — говорит Чонгук, звуча немного смущенно. Это самая прекрасная вещь в мире. То, как Чонгук расслабляется в руках Тэхена и позволяет ему заботиться о себе. Член Тэхена дёргается. Ему больно трогать себя. Тэхен ведёт рукой по торсу Чонгука, очерчивая царапины и синяки. Остановись, говорит он сам себе. Это не твоё дело. Остановись. Чонгук, кажется, наслаждается. Он вспыльчивый, но темпераментный. Нетрудно представить, насколько безрассудным становится он, когда дело доходит до его тела- Тэхен не должен думать об этом. Но ему любопытно, и это трудно игнорировать. — Тэхен, — Чонгук задыхается и напрягает бёдра. Его член постоянно дёргается, а дырочка сжимается. Щёки красные, тело горячее, он выглядит так, будто близко к развязке, — убери… м-м… их, я хочу твой член, блять- Тэхен просто смеётся и продолжает толкать пальцы, наклоняясь вперёд и сгибая ногу Чонгука. Кожа Чонгука светлее на его промежности, всё гладко выбрито, когда он скулит и выглядит так молодо. Он не должен чувствовать себя грязным, Чонгук был совершеннолетним, так что… ладно. Вчера вечером Тэхен оплатил его шоу, а до этого ещё и дорогое шампанское. Эта мысль не оставляет его. — Пошёл нахуй, — Чонгук рвано выдыхает и сжимает простыни сильнее, — я ненавижу тебя так сильно, просто трахни меня уже, м-м. Дьявольская часть Тэхена соблазнительно продолжает дрочить член Чонгука, пока тот не опухает и не становится фиолетовым. Но собственный член Тэхена пульсирует от того, насколько нуждающимся выглядит Чонгук. — Прости, — шепчет он и наклоняется, чтобы поцеловать ключицы Чонгука. Напряжение покидает Чонгука, когда Тэхен вытаскивает пальцы и тянется за презервативом, в спешке разрывая его зубами. — Поторопись, боже мой, — ворчит Чонгук и тянется рукой к своему члену, чтобы надавить на пирсинг. Он смущенно выдыхает, когда Тэхен хватает его за запястья, прижимая обе руки к простыни, чтобы он не мог коснуться себя. — Хороший мальчик, — Тэхен улыбается, натягивая презерватив, и целует внутреннюю сторону бедра Чонгука, касаясь зубами кожи и заставляя того извиваться. — Сильнее, — требует Чонгук, затаив дыхание, когда Тэхен отрывается от нежной кожи, — ты можешь оставить следы. Я хочу этого. — Ты уверен? — Тэхен вспоминает, что Чонгук выступает и раздевается на сцене. Как будут выглядеть следы на его обнаженной коже? Будут ли они видны даже в темноте? — Меня не волнует, сделай это, — говорит Чонгук, почти рычит. Дрожь бежит по позвоночнику Тэхена, и он подчиняется, засасывая кожу, когда Чонгук начинает стонать. Он облизывает красное пятнышко и целует живот младшего, переходя к груди и прикусывая сосок, когда он толкается членом внутрь. Он мокрый. Горячий и узкий, его дырочка так хорошо сжимается вокруг члена Тэхена. Чонгук принимает член, будучи растянутым ещё с прошлой ночи. Тэхен кусает губы и наблюдает за приоткрытым ртом Чонгука, когда тот стонет в удовольствии, а его глаза становятся стеклянными. — Ах, чертовски хорошо, — Чонгук мямлит, ладонями скользя по бокам Тэхена. — Твои руки шершавые, — комментирует Тэхен, отстраняясь и вновь толкаясь внутрь Чонгука. Он крутит бёдрами, Чонгук дрожит и стонет. — Я много работаю руками, — хихикает Чонгук, когда Тэхен с силой толкается. Он шипит, наслаждаясь влажными звуками. — Ты сейчас пошутил про дрочку или- Чонгук игриво ударяет Тэхена по широкому плечу. — Я о шесте, идиот. Тело Тэхена вибрирует, когда он смеётся, и это заставляет Чонгука извиваться. — Это имеет смысл. — Неважно, — Чонгук взвизгивает, когда Тэхен хватает его бёдра и насаживает на свой член. Чонгук делает все, чтобы его ценили и обожали. Его кожа мягкая и шелковистая, Тэхен чувствует жар. Чонгук фыркает, — ты разбудил меня в шесть утра и заставил умолять о сексе. Ты разрушаешь мою жизнь. — Мне очень жаль, — с сарказмом отвечает Тэхен. Он держит Чонгука и выпускает член на мгновение, — я могу остановиться, если ты хочешь, — дразнит он и тянется за смазкой. — Н-нет, пожалуйста. Почему… — Чонгук цепляется за него, и Тэхен переплетает их пальцы на мгновение, прежде чем осознать близость и крепко сжать запястья младшего. Он прижимает его руки к кровати. — Расслабься, я просто добавлю смазки, — он целует плечо Чонгука и пальцами потирает его дырочку, — тебе нравится это, правда? — спрашивает Тэхен, — любишь быть мокрым? — Чонгук хнычет, и Тэхен входит в него полностью. — Я… м-м, — Чонгук кивает и поворачивает голову в сторону, пряча розовые от смущения и стыда щеки. — Да, тебе нравится, как ты себя чувствуешь? Так влажно, Чонгук, — Тэхен проводит носом по его челюсти и наслаждается тем, как скулит младший. Он вытирает пальцы об простыни и скользит руками по плечам Чонгука, — скажи мне, что ты чувствуешь, — тихо призывает он и обводит языком раковину уха Чонгука, касаясь губами холодного пирсинга. — Нет… я не- — Ш-ш. Скажи мне. Чонгук морщится, но поддаётся, и Тэхен шипит, начиная трахать младшего грубее, наслаждаясь его слабостью и своей властью. — Чувствую себя девчонкой, — шепчет Чонгук, повернув голову так, чтобы можно было спрятать своё красное лицо в тёплой подушке. Тэхен заранее знал ответ, но он толкнулся бёдрами сильнее, услышав это от Чонгука. Младший пищит и смущается. — Д-дерьмо, — дышит Тэхен, носом зарывшись в плечо Чонгука и улыбаясь, — так горячо, это так горячо… ах… Он отпускает руки Чонгука и позволяет тому впиться ногтями в свою кожу, сильно и больно, что Тэхен скрипит зубами и грубо трахает Чонгука, входя по самые яйца. — Боже, ты принимаешь так хорошо, я готов вечно трахать тебя, — с придыханием говорит он, кусая плечо Чонгука и вздрагивая, когда тот визжит и прижимается к телу старшего. Да, ох, да. Чонгук просто- Невероятный. Умопомрачительный. И Тэхен не хочет сравнивать Чонгука с женщиной, он был женат долгие годы, но- Она не была такой. Она не верила в силу покорности, просто получала удовольствие и отталкивала Тэхена, рукой упираясь в его грудь. Секс между ними был приятным, но никогда не был восхитительным. На данный момент Тэхен понимал, что это была его вина. Сейчас же Чонгук извивается под Тэхеном, хватается за его плечи, цепляясь ногтями, и рычит в ухо бессвязные слова: трахни меня сильнее, давай, ты можешь лучше, трахни меня. — Я-я хочу кончить, — говорит Чонгук, и Тэхен откидывается назад, чтобы дать ему немного места. — Дотронься до своего члена, — говорит он. Чонгук издаёт несчастный звук. Он облизывает свои опухшие губы. — Может, ты? Тэхен замедляет темп и тяжело дышит, приподнимая бровь. Чонгук просто шмыгает носом и даёт ему дерзкий вид. Мягкая ухмылка на его лице, когда он понимает, что Тэхен собирается сделать то, чего хочет Чонгук. — Иисус, — Тэхен бормочет, закатывает глаза и дёргает бёдрами вперёд так, что Чонгук стонет и смеётся, когда старший всё же оборачивает руку вокруг его члена, — ты ленивый, Чонгук. — Возможно. Но ты слишком бесхребетный, Тэхен, — дразнит Чонгук и проводит пальцами по спине старшего. Чонгук задыхается и начинает дрожать, когда Тэхен продолжает трахать его. Он зажимает Тэхена своими бёдрами, притягивает его ближе и теряется в удовольствии, используя достаточное количество силы. Он сильный, и это видно. Это только подливает масла в огонь, Тэхен рычит и кусает челюсть Чонгука, притягивая его за бёдра с каждым толчком. — Прямо здесь, да, — его грудь быстро вздымается и опускается, он скулит, выгибается и кричит. Чонгук сжимает волосы Тэхена в кулаке и кончает с мягким «ох, Тэхен». Он сжимается вокруг пульсирующего члена Тэхена, пачкая его живот. — Черт, я кончаю, — Тэхен вжимается в Чонгука и сгибает его пополам. Тэхен жестко толкает бёдра в последний раз и кончает, когда Чонгук вздрагивает и скулит. Обычно Тэхен более внимателен к партнерам, но сейчас шесть утра, и Чонгук слишком активен, поэтому Тэхен просто рушится на него, близко прижимаясь к телу. Чонгук достаточно сильный, чтобы принять его, но он всё равно бормочет что-то в знак протеста. Солнечный свет просачивается сквозь занавески, белый и яркий. Он уже опоздал. Тэхен откидывается назад и вытаскивает свой мягкий член из Чонгука с шипением, он стягивает презерватив, завязывает его и бросает в мусорку рядом с кроватью. — Чёрт, — говорит Чонгук со стоном и потягивается. Его бицепсы выпирают, когда он поднимает руки над головой. — Ты в порядке? — спрашивает Тэхен просто, чтобы проверить. — Великолепно. Тэхен поднимает большую футболку с пола и садится на край матраса. Он не уверен, что может стоять без головокружения. Всё ещё лёжа, Чонгук хватает одеяло и тянет его на себя. — Я не хочу двигаться, — он вздыхает и приподнимается на локтях, осматривая комнату. Что-то заставляет Тэхена смотреть на эту золотистую кожу, розовый язык, которым он обводит нижнюю губу, и яркие карие глаза, которые с любопытством глядят на старшего, — разве ты не устал? Тэхен урчит и тянется, глаза закрыты в блаженстве. Его мышцы болят. Футболка мягкая на голой коже, солнце тепло пригревает. — Наверно. Хотя мне всё ещё нужно идти. — Важная встреча? — Чонгук тихо улыбается. Его голос грубый и низкий. Это заставляет Тэхена дрожать. Он смотрит на Чонгука, на его покрасневшие губы, взъерошенные волосы, блестящую от пота кожу – всё это из-за Тэхена, — позволь мне угадать, мистер Ким, ты просто один из тех людей, которые «постоянно уставшие», не так ли? Тэхен вскидывает брови. — Что ты имеешь в виду? — Не знаю. Что я имею в виду? Тэхен вздыхает, и Чонгук просто смотрит на него, игриво и с ухмылкой. Взгляд проницательный, доводящий до дрожи. — Я понятия не имею, что ты имеешь в виду, — Тэхен поглаживает одеяло, где находятся ноги Чонгука. Затем он встаёт, — и я не собираюсь играть в твои игры. — Ах. Ты просто недостаточно думаешь, — Чонгук не двигается, но он следит за движениями Тэхена и его телом. — Разве нет? — Тэхен рискует, оборачиваясь, чтобы взглянуть на Чонгука, потрясающего и привлекательного, который мило укутался в простынях и продолжает играться, — мне кажется, что я думаю достаточно. По крайней мере, о тебе. Тебя трудно понять. — М-м, — судя по выражению лица Чонгука, ему нравится такой ответ, — так, может, я просто не вижу этого. Может быть, это число между нами. Девять, — Чонгук шевелит бровями и низко свистит, — чувствую себя немного грязно, да? На девять лет моложе, и вот я здесь, выебанный и занимаю место на твоей кровати. Тэхен насмехается. — Не надо, Чонгук. — Не надо чего? — Дразнить меня. — Почему нет? — Просто… — он качает головой и улыбается, когда Чонгук выглядит довольным. Тэхен идёт к комоду и роется в штанах, вытаскивая бледно-голубую рубашку. Она изношенная, и он не возражает, если никогда не увидит её снова. Он бросает её в Чонгука, — мне нужно ехать. — И? — И ты должен уйти. Чонгук поджимает губы, но не возражает. В быстром движении он отбрасывает одеяло и садится, совсем не стесняясь своего тела. Ещё бы. Причём довольно грубым образом. Как бы Тэхен ненавидел это, Чонгук — это всё, что ему нравится в человеке. Это может занять немного больше времени, чем обычно, чтобы забыть. — Прости, если- — Нет, я понимаю, — Чонгук шевелит пальцами по ковру. Милый, думает Тэхен. Чертовски милый, — шикарное место, как это, тупой ребёнок, как я. Да, я полностью понимаю. Слова застывают на кончике языка Тэхена — если ты хочешь, можешь остаться. Но он не говорит, потому что знает лучше. Чонгук — хороший трах, но он не один из самых надежных. Может, он надежный. Тэхен понятия не имеет, кто такой Чонгук. — Мне можно принять душ? — спрашивает Чонгук. Тэхен моргает и кивает. — Да… там, в ванной. Чонгук фыркает. — Да ладно? — он встаёт. Дрожь в его коленях очевидна, и Тэхен чувствует себя погано из-за растущей гордости в груди. Инстинктивно его глаза бегают по бёдрам Чонгука, когда он находит красные следы, оставленные прошлой ночью. — Ты выглядишь хорошо, — Тэхен говорит ему. Чонгук реагирует восхитительно, он выглядит застенчиво, но посылает смелый взгляд Тэхену. Он достаточно уверен, чтобы стоять голым перед незнакомцем, но краснеет от простого комплимента. Это заставляет Тэхена хотеть знать о нём больше. Чонгук качает головой, пряди волос спадают на его лицо, тёмные и контрастирующие с розовыми щеками. Кажется, этот образ был продуман с самого начала. Как будто это именно то, как он хочет выглядеть. — Я выгляжу оттраханным, — поправляет он. — Я знаю, — говорит Тэхен и замечает, что Чонгук краснеет ещё больше, — ты выглядишь очень хорошо. — Ты… — Чонгук делает шаг вперёд и тычет пальцем в грудь Тэхена, — грязный маленький льстец. — Это просто комплимент, — Тэхен говорит со смехом. Затем он наклоняется вперёд, понижает голос и наблюдает, каким взволнованным становится Чонгук, — похоже, тебе это нравится. — Нет. Не совсем так, — в глазах Чонгука упрямство, и Тэхен должен сдерживать себя от того, чтобы схватить его талию и целовать его щеки, говорить, насколько он очарователен, когда не думает о том, что говорит. В руках Чонгука штаны и рубашка, он прижимает их к груди Тэхена, — неважно. Должен ли я… вернуть их тебе? Тэхен пожимает плечами. — На твоё усмотрение. У меня есть твой номер, у тебя — мой. Чонгук смотрит на него, и Тэхен оглядывается на мгновение. Просто два человека, два незнакомца, стоят слишком близко друг к другу и стараются продумать дальнейшие шаги. Как действовать, как реагировать. Но они оба знают правду. В конечном итоге, всё зависит от Чонгука.

***

Пока Чонгук принимает душ, Тэхен пытается не думать о том, насколько комфортно слышать, когда другой человек есть в квартире. Звуки жизни. Он никогда не любил одинокое утро. Он ест за кухонным столом и думает, добавить ли ему джема на тост, когда слышит, как дверь в ванную открывается. Тэхен всё ещё нуждается в душе, но он подумал, что если бы присоединился к Чонгуку, то никак бы не сократил время. — У тебя такой приятный душ, — говорит Чонгук и выходит в просторный светлый коридор. Он одет в серые спортивные штаны Тэхена. Бледно-голубая рубашка перекинута через его плечо, обнажая грудь и торс. — Вообще-то её нужно надевать, это же не полотенце, — Тэхен напоминает с ухмылкой и наблюдает, как блуждает Чонгук, прежде чем войти в кухню. Чонгук закатывает глаза. — Не умничай. — Это мой дом. — Что насчёт обслуживания? Я уже выполнил свою услугу. Думаю, мне так больше нравится, — Тэхен скрещивает ноги, когда Чонгук подходит ближе. Он оставляет рубашку расстёгнутой. — Обслуживание? — Тэхен фыркает. Он кладёт несколько тостов на тарелку, добавляет ещё и отдаёт Чонгуку. — Да, — говорит Чонгук и пробует завтрак, — спасибо. — За член или за еду? Чонгук издаёт удушливый звук, как будто он не ожидал, что Тэхен согласится с ним, и его плечи дрожат от смеха. — И то и то? — Всегда пожалуйста, — Тэхен говорит с саркастичной улыбкой и кладёт тарелку в раковину. — Знаешь, ты веселый, — Чонгук улыбается и смотрит на Тэхена оценивающим взглядом. Тэхен поднимает бровь и борется с желанием отвернуться, — я имею в виду, это был лучший секс за последнее время. Мы можем повторить. Если ты… — Чонгук вертит вилкой и зубцами упирается в нижнюю губу, — если ты когда-нибудь захочешь прийти. Конечно. — Может быть, — Тэхен оседает. Чонгук не уделяет особого внимания, продолжая быстро есть. По некоторым причинам это делает Тэхена счастливым. Чонгук кажется просто силуэтом, обрамлённым солнечными лучами. Тэхен щурится, чтобы получше рассмотреть его, и опирается на стойку. — Выступления всегда меняются. Мол, вчера был в образе девушки. Каблуки, всё такое. Иногда могу быть полицейским. Да, это мой излюбленный образ. Ты должен это увидеть, — Чонгук смотрит на Тэхена, вздыхает и выдыхает, затем удивляется, — тебе понравится, Тэхен. Он тянется свободной рукой к воротнику Тэхена и тянет его вперёд. Давление на заднюю часть шеи заставляет Тэхена наклониться. Он тяжело дышит из-за внезапности, но старается не показывать этого. Тэхен вскидывает брови. — Разве? — Да, — Чонгук дышит, его ресницы трепещут, — тебе бы очень понравилось. Это охуенно. Платят столько, что ты не поверишь. Тэхен насмехается. Его голос, кажется, дрожит. — Тогда, возможно, мне понравится. — Может, ты просто должен прийти, — Чонгук отпускает Тэхена и возвращается к тостам. Напряжение рассеивается, как будто мимо них вдруг подул прохладный ветерок. Эта сторона Чонгука неуправимая, слишком импульсивная, — я хочу, чтобы ты… — говорит Чонгук, жуя и смотря исключительно на тарелку. Тэхен кивает головой. — Чтобы что? — Чтобы ты увидел это, — отвечает Чонгук и сразу толкает следующий кусочек в рот. Тэхен моргает и смотрит на него. — Теперь ты совсем другой, — медленно говорит он и собирается продолжить, когда Чонгук обрывает. — Когда ты не внутри меня? — спрашивает он, поразительно дерзкий и смелый. — Нет, — Тэхен закатывает глаза, — ты знаешь, что я имею в виду, Чонгук. Тебя трудно… понять, — на мгновение, облако закрывает солнце, и комната тускнеет. Тэхен может разглядеть Чонгука получше, его ярко-розовые щёки. Он тычет ему, — ты покраснел. — Вовсе нет, — Чонгук качает головой, — вот ты покраснел. Заткнись. Не указывай, когда я краснею. — Ты покраснел ещё больше. — Перестань, — Чонгук кладёт вилку, опускает голову и закрывает лицо руками, громко смеясь, — ты самый ужасный. Грубый кусок дерьма. Это даже не должно быть так. — Как? — Так… хорошо. Не бери в голову. Слова Чонгука эхом отражаются в голове. Это даже не должно быть так. Тэхен удивляется, он понял всё сразу. Он пытается игнорировать внутри растущее ощущение, это ни к чему хорошему не приведёт. — Слушай, мне нужно в душ, — говорит Тэхен, — я могу отвезти тебя, если ты хочешь. Не забудь захватить одежду. — Будет сделано, сэр. — Не называй меня так. — Ты же на девять лет старше меня, — Чонгук ухмыляется, — это просто вежливость. Тэхен позволяет ему остаться при своём. Когда он идёт по коридору, то не задумывается о том, что этот ребёнок может сделать у него дома. Здесь слишком много всего, слишком много Чонгука. Тэхен даже не знает, как это смотрится. Чонгук кажется таким клише. Слишком много прошлого отражается в том, как действует младший. Тэхен был свободным до двадцати лет, пока не женился. И именно это привлекает его. Затем раздаётся дверной звонок. Тэхен останавливается в конце коридора. — Кто-то здесь, — голос Чонгука приглушен, скорее всего, его рот занят тостами. — Да, — Тэхен вдруг становится нервным. В одно мгновение, он думает о тысяче вариантов, кто это может быть. Сейчас семь утра, и он не может представить, кто в такое время приходит сюда. Может, Юнджи. Когда он тяжело дышит и открывает, то не должен удивляться. — Привет, — говорит Юнджи через некоторое время, неуклюже и напряжённо. Она одета в длинное пальто и замшевые перчатки. Тэхен заставляет себя улыбаться. Он прочищает горло. — Привет. В квартире появляется сквозняк, обдающий ноги. Тэхен вспоминает, что на нем только длинная футболка, даже без нижнего белья. Он так жалок. Юнджи поджимает губы. Это не маска, она устала и… Тэхен слишком хорошо знает её. — Я знаю, что ты собирался приехать, чтобы забрать их, — Юнджи звучит тяжело. Она протягивает пакет с вещами, — но я оказалась поблизости и попросила твоего соседа впустить меня. Я пыталась звонить, но- — Это кто? — спрашивает Чонгук. Юнджи моргает и вскидывает брови. Тэхен хочет убежать в гостиную и выпрыгнуть из окна. — Сейчас не подходящее время? — интересуется Юнджи. Её голос мягкий, и Тэхен плохо чувствует себя из-за этого. Она всегда была слишком добра к нему. Тэхен кашляет. — Это идеальное время. Просто я… — он подходит к двери, чтобы заблокировать вид на Чонгука, — с другом. Юнджи просто вздыхает. Она потирает переносицу. Мягкая улыбка и тряска головой, она, должно быть, знает лучше. По какой-то причине это больнее, чем самые колкие слова. — Уже? — похоже, это задело её. Тэхен рад, что она в перчатках, он благодарен, что не видит её безымянный палец, который вновь оголён после стольких лет. Есть так много вещей, которые Тэхен хочет сказать, но ничего не выходит, и тогда он чувствует крепкую и мозолистую руку на своём плече. Затем он слышит нежный голос Чонгука. — Кто- План выпрыгнуть из окна очень заманчив. Юнджи моргает, глядя на Чонгука через плечо Тэхена. — Привет. Ты, должно быть, друг, — она повторяет слова Тэхена с грустной улыбкой. Очевидно, Чонгук понимает и делает шаг назад. Слишком нервничая, чтобы развернуться, Тэхен понятия не имеет, какое выражение лица у Чонгука. — Вау, — он просто слышит сухой смех Чонгука. Юнджи превращается в Тэхена, также не зная, что происходит. Тэхен хочет расплавиться и растечься лужицей. Он не создан для этого. Стресс, чувство вины и неуместная любовь. Затем Тэхен слышит неуверенные шаги позади себя, а потом чувствует толчок в плечо. Чонгук хватает воротник футболки Тэхена пальцами, устраивая зрелище для Юнджи — молодой мальчик, полуголый и невероятно злой, который только пристроился в квартире Тэхена. Чонгук хватает обувь, скрипя зубами. Его тело заметно напряжено, поза прямая и правильная, будто он пытается сохранить достойную позу. — Конечно, у такого парня, как ты, должен быть багаж, — бормочет он. Пряди его волос скрывают глаза, и он смахивает их, стреляя холодным взглядом. Рубашка Чонгука расстегнута, но ему, кажется, все равно. Он не надевает ботинки, — надо было, блять, знать. Тогда он уходит и хлопает дверью. Часть Тэхена хотела оставить его, но враждебный взгляд Чонгука говорил об обратном. Юнджи не говорит ничего, но её взгляд сожалеющий. — Прости, — бормочет Тэхен и просит её войти, — я пойду… надену штаны и… ага.

***

В ту ночь Тэхен приходит домой и замечает разбросанные вещи Чонгука на полу. Его джинсы, в карманах которых достаточная сумма денег вместе с дорогими часами. Тэхен поднимает их и смотрит, как золото блестит при мягком свете. Одна мысль не даёт покоя его голове, — у него ведь есть номер Чонгука. Но он отпускает часы и решает разобраться с этим позже.

***

Воскресным вечером Тэхен лежит на диване и чувствует себя опустошенным, игноруя сообщения Хосока и других коллег. Последний час он пытался набраться храбрости, чтобы написать Чонгуку. Он напечатал и удалил не менее двадцати сообщений. знаешь, твоя одежда всё ещё у меня у меня всё ещё твоя одежда, если ты не в курсе хочешь прийти и забрать одежду? у тебя в джинсах деньги Он сдаётся. В конце концов, это не имеет значения. Его телефон гудит, он думает, что это вновь от Хосока, но он замирает, когда видит имя Чонгука. Его сердце готово выпрыгнуть из груди, он сжимает губы и вспоминает утро, когда видел уходящего Чонгука. Самый неловкий момент в жизни. чонгук слушай, я типа что-то чувствую к тебе, и мне все равно, что чувствуешь ты или твоя жена, но у тебя мои деньги, и они пиздец как нужны мне очень ско ро пожалуйста Тэхен перечитывает сообщения снова и снова, наблюдая за всеми опечатками и улыбаясь. Чонгук даже переписывается мило, может, это просто мысли Тэхена. Он понятия не имеет, что писать в ответ. я да, они у меня чонгук ок можешь привезти? Тэхен застывает. я в клуб? чонгук да, сейчас я сейчас как бы десять вечера? и воскресенье? чонгук мне похуй это мои деньги, блять, привези их я ты сам их оставил у меня есть личная жизнь. и нет времени на это Почти мгновенно Тэхен жалеет о том, что написал. Все же Чонгук был грубым, он будет грубым в ответ. чонгук иисус ты можешь привезти их в другой день? пожалуйста я я могу завтра вечером чонгук бля, я завтра не работаю что насчёт среды? я да, конечно чонгук спасибо Тэхен смотрит на экран телефона с небольшим разочарованием. В течение нескольких минут он листает сообщения, перечитывая их. Появляется ещё одно сообщение, и он боится, что Чонгук будет жаловаться на то, каким грубым он был. Но ничего подобного нет. чонгук можно вопрос я ? чонгук ,,,,, типа она твоя жена? потому что я всегда проверяю обручальные кольца, и у тебя его не было, поэтому я подумал, что все в порядке я не знаю потому что мне жаль, тэ если ты изменил ей из-за меня, то прости, я просто не могу перестать думать об этом Тэхен почти роняет телефон, перед тем как быстро ответить. я нет, она не моя жена все нормально чонгук прости… я как бы злюсь на тебя, но мне жаль мне жаль по-злому я чонгук, не извиняйся, все нормально она моя бывшая жена я должен извиниться это было неловко, и это была моя вина не извиняйся чонгук теперь я просто злюсь увидимся, когда принесёшь мои бабки, мудак Тэхен снова улыбается в телефон.

***

— Мне здесь нравится, — его мама смотрит на него, делая глоток кофе, — пахнет приятно. Тёплый воздух, утренний кофе заставляют Тэхена улыбаться. — Мне тоже нравится, — Тэхен думает, что здесь слишком много народу и музыка громкая. Атмосфера раздражает, но это не самое худшее, что может быть. Хотя бы помогает рассеивать неловкое молчание. Его мама всегда улыбается ему, но выглядит это жалко. Немного скрытно. Он знает, что она и его отец часто обсуждают его неудачный брак, его сексуальность и все то, что им не нравится. Но они никогда не признавались ему в этом. Это утро началось с телефонного звонка и «как ты, милый?», за этим последовал столь же банальный ответ. Предложение встретиться в кафе было больше похоже на упрёк. Быстрое, робкое «да» от Тэхена не заставило ждать. — Ты встречаешься с кем-нибудь? — спрашивает она и дует на свой кофе. Пар поднимается вверх. Ужасный вопрос. Ожидаемый. Улыбка Тэхена не отражается в её глазах. — Нет. Как у вас с папой дела? Она моргает, но не комментирует быструю смену темы. — Хорошо. Он скучает по тебе. — М-м. Я не мог приехать. Она нежно улыбается. — Он действительно скучает по тебе, — тяжесть слов ощутима. Она ставит чашку на стол и обхватывает руку Тэхена пальцами. Она всё ещё улыбается. Он тоже улыбается. Это промывание мозгов, джаз, кофе и ложь. Он предпочёл бы оказаться в другом месте. По прекрасной случайности, Тэхен является прекрасным лжецом. Есть причина, по которой он не идёт домой. — Ты придёшь на его день рождения, верно? — интересуется мама Тэхена. Он кивает и пробует горький кофе. Кажется, что кофеин пробивается сквозь легкие. — Ты ни с кем не встречаешься? Вообще? Он знает лучше, прежде чем начать говорить о каком-либо человеке в его жизни, потому что результат всегда один и тот же. Как только с его губ слетит «он», мама сразу же заговорит: — Только не это. Мы договаривались, помнишь? Ничего не меняется: помни, мы тебя любим; тебе просто нужно время; ты будешь в порядке; мы будем в порядке. Тэхен задается вопросом, что по её мнению «в порядке». Он должен напомнить себе, что всё остаётся прежним. Глядя на неё, он думает, как сильно скучает по своей маме. Такие моменты напоминают ему о прошлом, о том, когда отец смотрел на него через тонкий ободок очков, поджимая сухие губы, как истинный джентельмен. — Ты знаешь, почему это… необходимо, — говорил он, выгоняя Тэхена из дома. Такая расплывчатая фраза с большим количеством несказанных слов. Его родители вели себя так, будто их не устраивала его сексуальность. Это никогда не обсуждалось открыто. Оглядываясь назад, Тэхен видит чёрное облако. Трагическая семья, невроз и стресс, мать, которая никогда не ела хорошо, отец, который постоянно застревал на работе, чтобы не приходить домой. Семья, которая пыталась молчать. Сын — гей? Только не в семье Ким. Он просто немного одинок. Он не заинтересован в отношениях. Он просто занят учебой, наш замечательный мальчик. Все молчали. В то время он скорее был изгоем, чем невидимкой. Строгий взгляд против наивных глаз. Иди туда, найди работу — вот каково это. Лишь спустя годы Тэхен понял, что это потому, что он гей. Его толкают на ковёр. Он ничего не чувствует. Удар в живот. Почти десятилетие спустя он улыбается своей матери и чувствует вину, вину, вину. Это глубоко в его душе. Он заставил расти себя слишком быстро и попытался решить проблемы с родителями, женившись на девушке и планируя иметь ребёнка, чтобы осчастливить семью, которая всегда хотела внуков. В конце концов, он просто делает себя несчастным. — У меня было несколько свиданий, — начинает Тэхен. Глаза его матери загораются, — ничего серьёзного. — Ах. Милая девочка? Его улыбка не дрогнула. Кажется, его руки совсем не трясутся. — Очень.

***

В ту ночь раздаётся звонок в домофон. Сначала Тэхен игнорирует, надеясь, что это маловажно. В глубине души он беспокоится, что это снова Юнджи, но это маловероятно, — она не любит находиться у него дома. Легко сказать, с тем, как она ведёт себя и разговаривает. Раздражает то, как неловко им сейчас друг с другом. В начале их развода, он пытался избегать её. Через некоторое время она узнала его новое местонахождение. Он сидит на диване, кусает губы и играется с телефоном. Звонок раздается вновь. Скорее всего, кто-то как обычно звонит не туда. Так всегда бывает. Но это продолжается. В конце концов, Тэхен встаёт со вздохом и пропускает пальцы сквозь свои влажные от душа волосы. Он нажимает на кнопку. — Эм- — Слушай, — голос нечеткий, динамик слегка искажает его. Тэхен застывает на месте, прислушиваясь, — ты можешь впустить меня? Тэхен кусает губы. Его первая мысль — это проверить свой внешний вид: старая футболка и спортивные штаны. Тогда он задается вопросом, почему он вообще заботится. — Чонгук? — осторожно спрашивает он. На мгновение появляется молчание. — Да. Проходят секунды. Тэхен делает глубокий вздох. Он задерживает палец на кнопке и слышит слабый сигнал динамика. — Если речь идёт о твоих деньгах, — говорит Тэхен, — я могу просто- — Это так, но ты… можешь… просто- — Что? — Это! — Что? — Это из-за моих денег. Да. И других вещей. Тэхен, ты можешь просто… — его голос все мягче и мягче, как будто он нервничает, — здесь холодно. Пожалуйста. Тэхен не знает, почему он делает это. Может, это из-за нетерпеливого голоса Чонгука. Из-за того, что с каждым разом он становится более искренним и слабым. Может, это из-за любопытства Тэхена. Или, может, ничего страшного. Может, это потому, что сейчас вечер понедельника, и он чувствует себя устало из-за разговора с матерью. Чонгук — самый яркий человек, которого он встречал. — Ты помнишь этаж? — спрашивает он. Ответа в динамике не последовало. Когда раздаётся стук в дверь, сердце Тэхена пропускает удар. Он чувствует, что его ладони потеют и становятся холодными, когда он прикасается к металлической ручке. Тэхен должен напомнить себе, что ему тридцать два, а не шестнадцать. Он не должен чувствовать головокружение от симпатичного мальчика с красивыми глазами. Он чертовски взрослый и не должен влюбляться в какого-то ребёнка. Это был случайный секс с четкой целью: деньги для Чонгука. Ничего больше, ничего меньше, ничего не добавлено или вычтено, чтобы уйти с чем-то большим, чем простое «пока». Но когда он открывает дверь, чтобы увидеть Чонгука, бездыханного, с синяками на лице и кровью на лбу. Мысли улетучиваются. — Эм… привет, — Чонгук дышит и нервозно улыбается, облизывая потрескавшиеся губы. Он опустил голову и начал перебирать порванный подол толстовки окровавленными пальцами. Тэхен просто смотрит.