Rook

Для нее это рутина. «Боевой клич. Лязг мечей. Брызги крови». Особенно, когда члены семьи коннунга Рагнара Лодброка грызутся между собой. Стоило Великому Герою пасть, как и пало его царство. Человек, чьи подвиги будут на устах даже спустя десятки веков, не смог воспитать достойную замену себе. Хотя его понять можно. Кому хочется быть затменным собственным сыном? Единственный наследник Лодброка и Каттегата, пожалуй не связан с ним кровными узами. Его закалили битвы и одиночество. Он знает цену потери. Только в такого коннунга стоит верит. За такого стоит сражаться. Поэтому сейчас она на поле битвы, уворачивается от объятий валькирий. Пусть это не ее ждет трон Каттегата, не она станет королевой и не ее слова будут законом. Хочется дышать воздухом, а не прахом павших воинов. Справа прошелся меч, надрезав тонкую ткань штанов. Ее враг махал мечом, не обращая внимание ни на что, кроме цели. В этом и была его ошибка. Полностью полагаясь на свою силу и опыт, он не удосужился разглядеть в ней реальную опасность. Глупость, хуже трусости. С неким отвращением она смотрит на окровавленный меч и перешагивает через тушу. Она отошла слишком далеко от эпицентра битвы. За спиной слышаться стоны умирающих и лязг стали. Идеальное сочетание звуков. В ушах звенело, хоть кровь пойдет, но она выслушивается в каждую ноту этой походной песни. Не достает только главного голоса этого представления. Взгляд устремляется далеко в высь. Грозовое небо будто бы ждет своего часа, чтобы предать сражению весь драматизм. Обязательно будет дождь. Фрейя ждет очищения земли от реки бессмысленной крови. Ей стоит вернуться, а не занимать себя ненужными размышлениями. Возвращает звериный оскал на лицо и рвущийся из горла рык. Она не отличается от диких волков. Разве что более привлекательной внешностью. И то не точно. Пронизывающий до костей, как удар молота Тора, раздается смех. Нет, не смех. Вой. Это длится всего несколько секунд, а вся напущенная самоуверенность катится в царство Хеллы. Зверь, во плоти человека, как на ладони. На ее ладони. Она была обескуражена, спокойна с наружи и взбешена внутри. Если бы был под рукой лук, пришел бы конец этой войне. Но в руках только меч, а на ладонях кровавые волдыри. Хватит ли сил сражаться с самой Хеллой во плоти? Да, если плоть подвержена увечьям. Его защищают десять сторожевых псов, а ее только северные ветра, пронизывающие насквозь и ярость, клокочущая в груди. Отражая удары, она думает о тех, кого возможно потеряла сегодня. Очищать разум во время сражений, как ее учили - бессмысленно. Важно, что ты можешь потерять и то, что приобретешь. Убить Бескостного равносильно подвигу Одина. Всего несколько жертв и ее путь расчищен. Как и все ее враги, эти недоумки посчитали ее мелкой девчонкой. Таким не место в Вальхалле. Пусть гниют здесь, чем пируют в зале с павшими героями. Кто что заслужил. Его холодные, даже безжизненные глаза задерживаются на ней всего несколько мгновений, но ей достаточно, чтобы понять как она ошиблась. Он наносит удар с такой силой, что даже блокируя его, девчонка летит на землю. Перекатываясь через голову, до нее наконец-то доходит такая элементарная мысль, что смешно становится. «Он - Ивар Бескостный, сын Рагнара Лодброка и принцессы-ведьмы Аслауг. Один из предводителей Великого Войска. Его недуг - его главное оружие. » Снова попытка нападения увенчалась только позорным ударом в лицо. До нее доносится хохот и она едва удерживает в трясущихся руках меч. Она знает, что это проигрыш. И когда ее ставят на колени, только тогда она просыпается и начинает вырываться из хватки вонючих громил. Больше похожа на кусающегося щенка, чем на волчицу. И это их забавляет еще сильнее. - Думала, что все так просто? - Ивар медленно растягивает слога, пробуя каждую букву на вкус. - Какие идиотки нынешние Девы Щитов. Лагерта, видимо, не способна выбрать себе достойных спутниц. Вот к чему идет такое легкомыслие. Бескостный указывает на поле укрытое не цветами, а горой еще мертвых трупов. Пройдут года, прежде чем эта земля скроет в своем чреве людей, чьи жизни лишь расходный материал и подсчет в палатке военачальников. - Твои спутники не такие, - Ивар наблюдает за ней, а в глазах рождается заинтересованность. Это ей на руку. - Лагерта всех купила своими идеями и мечтами, любовью и уважением. А ты лишь страхом и золотом предателя Ролло. Она его поразила. Правда, которая грызла его давно, озвучена. Но не из уст братьев, союзников или им самим под покровом ночи, нет. Грязной девчонкой, с духом лисицы и глазами пожухлой травы. Валькирия без силы забрать его душу в зал героев. Это не битва для девчонок. Ее дело чью-то постель греть, а не калечить себя. Женщина с мечом в руках хуже любого христианина. И более опасна. Трюггви уже занес топор, когда она закричала: - Я - Уна, Дева Щита. Хочу, чтобы ты знал это сын вельхи. Запомни мое лицо и пусть оно будет тебе напоминание о том, как выглядит преданность и любовь, ведь ты привык видеть только страх и лизоблюдство. Вальхалла ждет меня, а ты гори в ненависти богов и людей... Прежде чем она успела договорить, руки Бескостного сомкнулись на ее шее, вытряхивая из нее весь воздух. «Глупость хуже трусости»