Алан Рикман и развлечения высших

Ничего… Только слово «ничего» может описать то, что я чувствовал после, вероятно, смерти… Здесь не слышалось абсолютно никаких звуков, но и не было тишины. Я не видел ничего. Сколько бы не всматривался в темноту, я не мог разглядеть даже едва заметный силуэт любого предмета. Но я не чуял пустоты вокруг себя. Здесь не было холода, но также я ни разу не ощутил хотя бы крохотной струйки тепла. Я не чувствовал абсолютно ничего… Я боюсь даже предположить сколько дней, недель, лет я провел в этом жутком состоянии. Здесь я, не наблюдая даже времени и не осязая своего тела, мог заниматься лишь одним, пусть и крайне полезным, делом. В этом небытии я мог только размышлять. Я думал абсолютно обо всем: о супруге, о братьях и сестре, о племянницах, о раке, склонность к которому наверняка передалась мне от покойного отца, о доме и даже обо всех, сыгранных в фильмах и пьесах, ролях… В большинстве своем я на протяжении всей своей жизни играл второстепенных персонажей. Иронично, но я, по мнению многих, крайне добрый человек, запомнился зрителю в основном в амплуа загадочного злодея. Но для меня феноменом среди череды всех этих ролей стал Северус Снейп. Это крайне сложный и интересный персонаж с огромной кипой психологических и не только проблем. С раннего детства маленький Северус был не любим родителями, позже не был принят школьной иерархией, не имел яркой внешности и характера. Он был изгоем, которого мог поддержать только один человек, ссора с которым запустила череду событий, приведших и ужасным последствиям. Я ожидал любой реакции на его сложную судьбу: отторжение, жалость, неприязнь, сочувствие, но для меня полной неожиданностью стало боготворение его поступков. Я просто не мог понять, почему миллионы юных девушек по всему миру считают его героем. Он сам выбрал свой путь, сам не проявил жалости к неизвестному ребенку, по стечению обстоятельств оказавшемуся сыном его любимой женщины. Но, мало того, ему хватило совести ненавидеть маленького мальчика, которому сломал всю жизнь, лишил счастливого детства и подставил под удары сильнейшего черного мага. Не знаю, как зрители, но я бы всю жизнь потратил на искупление вины перед этим ребенком, я бы не смог ему и слова сказать об отце, погибшем, опять же, по моей вине. Но, несмотря на все мои рассуждения, миллионы фанатов по-прежнему считают его героем за помощь мальчонке, которого сам поставил на этот путь. Он стал для меня феноменом моей актерской карьеры. Как бы ни было странно, именно эта роль принесла мне самую широкую известность, и именно она позволила заработать большую сумму денег, ушедшую на бесполезную борьбу с раком, но немного продлившую мою жизнь. Именно эти недели дали мне возможность завершить несколько важных дел, о результатах которых моя семья узнает лишь во время оглашения завещания… А-ха-ха-ха-ха-ха, - холодный смех нарушил плотную тишину, окутывающую моё небытие, - я плохо разбираюсь в ваших мелких делишках, но твоя посмертная шутка меня повеселила. Как только отзвучали последние слова загадочной личности, вспыхнул яркий свет, обжигающий мои, привыкшие к тьме, глаза. Было очень больно, даже рак приносил меньше мучений, но стоило зрению привыкнуть, как я увидел то, что потрясло бы воображение любого. Перед моим взором стоял человек, хотя нет, существо, отдаленно напоминающее человека. У него были и руки, и ноги, и голова, и даже длинные волосы, но это явно был не хомо сапиенс… Вместо привычных нам бежевых кожных покровов и каштановых, черных, белых, русых или рыжих волос, все тело создания будто состояло из чистейшего света, греющего, ласкающего, но одновременно и обжигающего, и карающего любого на его пути. Длинные мерцающие локоны, нарушая все законы физики, изящно колыхались в безветренном пространстве, придавая образу некой волшебности. Состоящее из энергии лицо могло принадлежать как мужчине, так и женщине. Тонкий аккуратный нос, чуть полные губы, длинные ресницы делали его похожим на какое-то божество. — Ну что ж, Северус, пора нам с тобой поговорить…