Когда я здесь

Близились рождественские каникулы, а значит, и традиционные походы в Хогсмид. Большинство студентов шли туда, чтобы немного отдохнуть от напряженной учебы, наесться сладостей и накупить подарков родственникам, но слизеринцы рвались в деревню, чтобы как следует выпить и навалять какому-нибудь неудачливому пуффендуйцу, решившему сунуться на чужую территорию. Драко, как всегда, шел впереди шумной компании, как вожак стаи. Некоторые из его сокурсников уже успели, обойдя строгий запрет школы на спиртное, изрядно поддать, и теперь шли, спотыкаясь и проваливаясь в сугробы, вызывая всеобщее раздражение и громко декламируя слова неофициального слизеринского гимна, придуманного многими поколениями студентов. Так они и шли, занимая всю узенькую улочку и под неприличные куплеты гимна расталкивая первокурсников, пока не добрались до паба «Три метлы». Тихую рождественскую безмятежность взорвали крики слизеринцев, толпой вломившихся в гостеприимные двери. Сквозняком в секунду сдуло горящие на столах свечи и в помещении стало темно. Драко растолкал приятелей и вышел вперед. — Дикари, — бросил он и взмахнул палочкой. Тлеющие фитили свечей снова занялись огнем. Парни загоготали, и немногочисленные посетители, отвлеченные на минуту незваными гостями, снова вернулись к своим кружкам. — Сливочного пива на всех, — вальяжно облокотившись на барную стойку, приказал бармену Блейз, — это для начала, — добавил он, завидев сидевших рядом девушек, и подмигнул им. Хозяин заведения закинул старое полотенце на плечо и лихо наполнил пенящимся напитком ровно шестнадцать кружек. — Налетай, парни, — бросил Драко и полез в карман, чтобы рассчитаться. Блейз взял последние две кружки. — Идешь? — Подожди, — замешкался Малфой, ощупывая карманы, — кажется, я забыл деньги. Мерлиновы панталоны! Бармен тут же нахмурился и принял боевую позу. — Что это значит, парни? Из паба не выпущу, пока не уплатите! Драко снова запустил руку в карман и пошарил там. Пальцы наткнулись на что-то металлическое и холодное. Он ухватил предмет и поднес его к свече, чтобы разглядеть. На ладони лежали часы тетушки Изельды. — Тьфу ты! — раздосадованно чертыхнулся юноша. Бармен постучал по деревянной стойке, напоминая о своем небезграничном терпении. — Спокойно, дедуля, — вмешался Блез, — я заплачу. Вернёшь потом, Малфой. — Еще чего, — отвлеченно бросил тот, даже не вникая в суть сказанной фразы. Все его внимание было приковано к предмету, мирно покоящемуся в его руке. Блейз забрал пиво. — Пошли к остальным? Драко поднял глаза. — Неохота с вами, придурками, за одним столом сидеть, — грубо ответил он. — Ну как хочешь. Слизеринцы гоготали за столом в углу паба, а Драко сидел у стойки и вертел в руках непонятный артефакт. Он надел тонкую цепочку на шею, и вдруг сообразил, что время на циферблате неверное. Он аккуратно повернул штирек, чтобы сдвинуть стрелки в правильное положение и почувствовал, как закружилась голова и комната будто поплыла перед глазами. Он списал это странное наваждение на выпитое пиво и оставил часы в покое. Оглянувшись, Драко понял, что заведение почти опустело — видимо, он провел в раздумьях больше времени, чем полагал. Он хотел было допить пиво, но его кружки больше не было. Вот это сервис, — промелькнула раздраженно мысль. Малфой схватил свой шарф и поспешил выйти на улицу. Только оказавшись снаружи, он сощурился и даже закрыл лицо рукой, защищаясь от внезапно яркого света. Ветра не было и было даже тепло. Почти жарко. Проморгавшись, он наконец раскрыл глаза и то, что он увидел, заставило его оторопеть. Еще час назад на улице лежали белоснежные сугробы и дул пронизывающий до костей северный ветер, а теперь светило солнышко, зеленела трава и пели птички. Драко ошалело огляделся, а потом молнией вбежал обратно в паб и захлопнул за собой дверь. От такого удара с потолка посыпалась известка. — Ты чего творишь? — послышалось недовольное ворчание со стороны бара. Ну слава богу, хоть одно знакомое лицо, может хоть Том…, но за стойкой стоял совершенно другой человек. — А…, а где Том? — с заиканием спросил Малфой. — Какой еще Том? — нахмурился бармен. — Ну бармен… и хозяйка... — Я здесь хозяин. Что с тобой, парень? Неужто наклюкался? Драко онемел на мгновение. Потом помотал головой, отгоняя этот мираж. — А какое сегодня число? Он огляделся. Паб казался на удивление чистеньким, не было ни копоти на стенах, ни следов пьяного разгула волшебников, которые частенько любили упражняться здесь в искусстве дуэли. — И… какой год? — дрожащим голосом добавил он. — 25 августа 1949 года. Эк тебя перекосило, парень, — ухмыльнулся он, — тебе, может, помочь чем? Живешь-то ты где? Драко почувствовал, как сердце ухнуло в пятки. Это что еще за шуточки?! Как, Мерлин тебя дери, он умудрился провалиться на… это на сколько лет в прошлое? 50? Он потер глаза, пытаясь посчитать, а потом обругал себя на чем свет стоит. Да разве это важно, на сколько именно лет? Что теперь-то делать? — В поместье Малфоев, — ответил он. — Этого я не знаю, — покачал головой хозяин, — но могу отправить тебя в Лондон. Косая аллея устроит? — Конечно, — промямлил Драко. Главное по-ближе к дому. А там посмотрим. Бармен поманил его рукой в каморку, где стоял невысокий топчан и камин высотой с человеческий рост. — Забирайся. Умеешь пользоваться? — Конечно. Юноша зачерпнул по-больше пороха в горсть и шагнул в камин. — Коса… — начал было он, но замешкался. Посмотрел на хозяина «Трех метел» и искренне произнес: спасибо. Хозяин кивнул. — Косая аллея! Зеленый дым, последовавший за яркой вспышкой, окутал его фигуру и в мгновение ока слизеринец исчез в жерле камина.

***

Он вспомнил, что на улице все-таки лето, а значит в этой зимней мантии на него будут смотреть как на психа. Скинул теплую одежду и огляделся в поисках чего-нибудь, куда ее можно положить. Не долго думая, сунул за монументную клумбу с увядшими цветами. Вот теперь можно идти дальше. Драко вышел из переулка, осторожно ступая по нагретому солнцем мощеному тротуару, и тут же остановился, оглядываясь. Косая аллея выглядела в точности так же, как и в прошлом году, когда Драко был здесь. Те же лавочки и мельтешащие у кафе с розалиями на окнах школьники в новеньких мантиях, взрослые, болтающие друг с другом о работе. Все как обычно. Малфой выдохнул. Привидится же такое, — он усмехнулся, сунул руки в карманы и нащупал там теплые перчатки. Он сощурился под палящим солнцем. Все-таки это и впрямь произошло. Но как? Он решил наведаться в лавку Оливандера — первое, что пришло в голову. Войдя в прохладу темной лавочки, Драко поднял голову: как и всегда, до потолка высились этажи полок, ящичков и коробочек, в которых покоились палочки, ждущие своего хозяина. Близстоящая стопка вдруг опасно накренилась и Драко бы не успел даже закрыть руками голову, если бы из-за стойки не выскочил белобрысый паренек и не взмахнул палочкой, что-то выкрикнув. Стопка тут же установилась неподвижно на прежнее место. — Полезное заклинание, — выдохнул Драко, отряхивая лацканы своей мантии. — Это точно, — улыбнулся парень и протянул ему руку: Гаррик Оливандер. Слизеринец неуверенно пожал протянутую ему широкую грубую ладонь. — Драко Малфой. Гаррик широко улыбнулся — Видал я уже сегодня семейство ваше. Этот малыш тут все вертелся, братик твой? Как же его, — он на минуту задумался, мучительно вспоминая необычное имя, — Люциус! У Драко перехватило дыхание. — Люциус был здесь? — Да, с матерью. Палочку хорошую выбрал, — Гаррик облокотился о прилавок, — вяз, сердцевина из сердечной жилы дракона. 18 дюймов. Сразу же нашел ее. Славный мальчуган. — А давно они ушли? — Да наверное 20 минут назад. Драко бросился к двери, на секунду остановился, обернулся. — Удачи, — помахал ему открытой ладонью юный Оливандер. — Спасибо! Мчась по улице, Малфой подумал, что имя Гаррика Оливандера он уже где-то слышал.