Танцуй только для меня

— Клэри потеряла отца, я не могу допустить, чтобы она лишилась и матери, — сказал Джон, когда Квин послала своих людей проверять Джослин на причастность к убийству. — У неё есть ты, — ответила Квин, — Ты сможешь позаботиться о Клэри, если только... — Джон повернул голову в сторону Квинзель. Она задела его за живое. — Если только ты не сойдешь с ума от ревности. — Я не ревную, — как можно увереннее. Однако Квин знала, когда Джон врёт. Уж слишком хорошо они были знакомы. — Ревновать глупо. Ревнуешь, значит не уверен в партнере. С чего бы мне ревновать Клэри? — Джон проговорил это слишком быстро, Квин заулыбалась. — Ладно, я ревную. Немного. — выдох. Сел на кресло. — Раньше с Клэри мы проводили больше времени, а сейчас они с Алеком где-то загородом, а с Иззи. — Ты так сказал, будто огорчен этим фактом, — Квин постучала пальцами по столу. — Или все-таки огорчен? — Я люблю Иззи, — Джон оттолкнулся от стола и отъехал в сторону на стуле. — С чего бы мне быть огорченным? — Ты любишь её, но не так, как любишь Клэри, — и чего добивается эта женщина? — А Клэри любит тебя не меньше, чем Алека. Я слышала как она кричала в том подвале, пытаясь привести тебя в чувства. — внутри все похолодело. Джон развернулся к розоволосой лицом. Моргенштерн помнил крик Клариссы. — Квин, ты сходи к мозгоправу. Я считал, что это моя сестра. Конечно, я люблю её, — нахмурил брови, продолжая крутиться к кресле точно маленький ребенок. — А она до сих пор считает меня своим братом. — сделал глубокий вдох. — Погоди, она любит Алека не меньше, чем меня? — А говоришь, что не ревнуешь, — засмеялась женщина, — Она сейчас с ним где-то загородом, с Джейсом она никуда не ездила на такой срок. — Потому что я не разрешал, — подъехал к столу Квин, смял лист бумаги в какой-то бумажный снежок. Запустил в мусорную корзину. — Попал! — А сейчас ты разрешил? — Джон приготовился бросить еще один снежок. Блондин замер, смятый лист выпал из рук. — Она не спросила у тебя разрешения. Сказала, что идет на свидание, верно? — Это не имеет значение. Хочет быть с Алеком — пускай, мне все равно, — не смотрит на Квин. Моргенштерн полез под стол, чтобы достать упавший лист, — Вот чего ты добиваешься? — Я просто хочу, чтобы уже наконец все рассказал Клэри, — выпила Квинзель. Джон стукнулся головой о стол, потому что она никогда не говорила с ним таким серьезным тоном, когда они были вдвоем. — Она никогда не узнает. У неё идеальные отношения, я не хочу ничего портить. Я и так много чего испортил, начиная с твоей жизни, — Джонатан был готов разрыдаться прямо тут, под столом Квинзель Хармон. Квин тут же пожалела, что говорила с Джоном в таком тоне. — Ты не испортил мою жизнь, — покачала головой Квин, — Наоборот, ты сделал её ярче. *** Рыжая проснулась в хорошем настроении. Девушка перевернулась на спину, чтобы увидеть спящего Алека. Во всяком случае, она хотела увидеть его спящим, однако не застала его в постели. Клэри сначала подумала, что Алек сбежал. Может она была нужна ему просто как доказательство «ХЕЙ, СМОТРИТЕ, Я НЕ ГОЛУБОЙ»? Все её теории развеял шум на кухне. Как бы Александр ни старался вести себя тихо, неуклюжесть, вызванную сном, никуда не денешь. Надев желтую рубашку Алека Лайтвуда, которая была до середины бедер рыжей, Клэри направилась на кухню. Брюнет стоял у плиты, помешивая лопаткой содержимое сковороды. — Ой, Клэри, ты не спишь уже? — Алек заметил девушку. Брюнет подошел к ней и обнял. — Тебе идет моя рубашка. — Доброе утро, — Клэри потянулась к Алеку, Лайтвуд наклонился к ней и поцеловал. Поцелуи с Алеком отличались от поцелуев с Джейсом. Где-то в глубине души Кларисса понимала, что нельзя сравнивать двух парней. Хотя бы потому, что один из них мертв. — Ой, — Алек отстранился от Клэри, едва почувствовал запах. — Кажется мы остались без завтрака, — сделал вывод брюнет, сгребая остатки со сковороды в мусорку. — Готовить явно не твое, — усмехнулась девушка, взяв со стола яблоко. — А что тогда мое? — обнял Клэри за талию, прижал к себе. Алек прошептал на ухо томным голосом, а после укусил слегка рыжую за мочку уха. — Давай узнаем, — Клэри повернулась лицом к брюнету, упираясь в стол. Девушка положила руки Алеку на плечи, обхватила ногами его торс и поцеловала Лайтвуда. Александр посадил рыжую на стол, расстегивая пуговицы на рубашке, которую надела Клэри.

***

Где-то ближе к полудню Клэри удалось вытащить Алека на прогулку, который сопротивлялся. А чего еще ждать от парня, у которого начался баскетбольный матч? Однако Александра вмиг переубедил «аргумент» Клэри позвать сюда Джона. — Тебе не холодно? — спросил Алек, глядя на девушку в рубашке на улице в ноябрьскую погоду. В этом году ноябрь был очень даже теплым, но это не значит, что в любую минуту не мог пойти снег. — Нет, что ты, — улыбнулась Кларисса. Она шла впереди, держа за руку Алека. Сказал бы ей кто-нибудь полгода назад, что она будет встречаться с Алеком, а тем более, что переспит с ним прямо на кухонном столе, она бы рассмеялась в лицо тому, кто это сказал. — Тепло же, ну. — Заболеешь, ухаживать не буду, — притянул к себе. — У меня для этого брат есть, — прошептала Клэри, — Тем более ты уже был у меня рабстве, помнишь? — отошла на пару шагов, прищурила глаза, напоминая о месяце, проведенном вместе с ней. — Такое забудешь, — усмехнулся Алек, не выпустив руку рыжей. — Ты была словно капризный ребенок, не завидую Джону. Клэри погрустнела, вспомнив о Джоне. Вернее о его реакции, когда Клэри сказала ему и матери, что проведет пару дней загородом в компании Алека. Клэри ожидала чего угодно, но не равнодушия. Неужели брату и правда наплевать на неё? — Ты чего такая кислая? — спросил Алек, потрепав волосы девушки, — Только не говори, что ты обиделась на мое сравнение. — Нет, я не обиделась, — улыбнулась Клэри, а после развернула Алека и прыгнула ему на спину. Так они и продолжили прогулку. Клэри сидела на спине Алека, а тот катал её по парку. Клэри настолько увлеклась их детской игрой, что тут же забыла о брате и не вспоминала о нем до конца отдыха.