От ненависти до любви - один шаг

— Добрый вечер. Курапика вздрогнул, звякнув цепями. Уже понятно, кого он увидит. — Добрый? Обычно серые линзы придавали карий оттенок даже если он злился, но теперь всё впустую. Его личность известна, он в ловушке «пауков». — Какая ирония. Что же, это объясняет почему меня тянуло к красным глазам. — Монотонно проговорил мужчина. — Ты!.. Глава «пауков», тот кого так долго искал, хотел убить — Люцифер, прямо перед ним, а он на цепи, изранен, ещё и этот убийца ему родная душа. Просто невозможно. Как будто сам Бог смеётся над кланом Курута. — Спокойнее, раны откроются. Так, — перелистнув страницу книги, что держал в руках, мужчина продолжил, — «половинка», определяется знаком, одинаковым у двоих. Подняв глаза, он продолжил. — Это уже проверили, пока ты спал. Раз уж всё так вышло, будешь тут. Я буду навещать, иногда. Блондин вспылил, он не зверушка, чтобы сидеть на цепи, ждать в полупустой комнатушке. — Да ты! — он попытался броситься на Люцифера, но тот что-то достал из кармана. Резкая боль сдавила запястья, стянула шею. Цепи. Они вдруг сильнее затянулись на теле, притягивая к стене. — Меньше движений, Кура… Как тебя там? Сквозь сдавленные зубы, парень процидил. — К-Курапика Курута! — Верно. — Мужчина слегка улыбнулся, — новая информация, эти цепи под моим контролем. А теперь… Куроро поднялся с дивана, направившись к двери, железной двери, прочной и холодной. — Веди себя хорошо, тогда я приду. Дверь захлопнулась, а вместе с этим цепи ослабились, Курапика наконец-то смог вдохнуть свободно. — Иди к чёрту. Стоило врагу покинуть комнату, Курута сразу поднялся. Проверил на прочность окружение: стены, пол, дошёл до дивана и попытался подойти к окну, но цепи не пустили дальше. Он в ловушке. С тяжелым телом, что тянуло к земле, он опустился на колени, пусто уставившись в столь далёкое окно. Оно, словно издеваясь, было немного приоткрыто, запуская свежий воздух, покачивая тяжелые черные занавески.

--За дверью--

Люцифер захлопнул за собой дверь намертво. — Господин, какие указания? — спросил мужчина, внешне похожий на дворецкого. — Одну горничную, самую юную, ребёнка. Такую он не тронет. Пускай заносит один раз за день еды. — Коротко ответил «паук». — Как прикажете. Все в поместье так рады, что вы нашли свою половинку. Мы за всем присмотрим. — Хорошо. Скоро вернусь.

--Вечером того же дня--

К этому моменту Курапика успел переместиться к дивану, полностью осмотрев комнату. Кровать, прикрученная к полу, чёрные простыни на ней не рвутся, стены сероватые без обоев, возле кровати «столик» тоже прикручен железно, не оторвать, а Курута, поверьте, пытался. В комнате был обсидиановый диван, на котором сейчас и сидел парень. Занавески цвета оникса, пол из сумрачного дерева, да вся комната была тёмной, вгоняя в тоску. Блондин долго ждал хоть каких-то звуков из окна, но там не было даже пения птиц, только небольшой ветерок, позволяющий дышать. Цепи начинали давить на горло в полной тишине. Ему даже начало казаться, что в железную дверь стучат. Снова и снова. Возможно, не показалось. —…Кто? — глупый вопрос, очевидно это будет кто-то из «пауков». Но надежда на Гона, Леорио и Киллуа, которые улыбнуться, скажут что это просто кошмар, ещё жила. Хотя и слабо. Дверь приоткрыли, через неё заскочила маленькая темноволосая девочка, лет десяти. — Добрый день, ой… Вечер! Я ваша горничная. — Малышка сделала небольшой реверанс. — С этого момента я буду вам носить кушать и лекарства. Вот! Тёмный комочек пронёс к прикроватному столику небольшой поднос, с несколькими кусочками курочки, картофелем, фруктами и овощами, как будто на пробу. Рядом с едой были бинты и немного мази. Но нигде не было приборов. — … Изначально Курапика хотел напасть и своими цепями навредить слуге, но он не мог ничего ожидать от маленькой девочки. Если он и совершит подобное, вряд-ли она знает хоть что-то. Так он объяснил свои действия, точнее, их отсутствие. — Я должен это съесть? Чем? Малышка была смущена, проверив свои кармашки в наряде горничной, но быстро вспомнила. — Ой… А, нет, вспомнила! Вы можете не есть, конечно, но ведь тогда будете голодным? А приборы мне запретили нести, не знаю почему, вот, я не забыла, правда! — она хлопнула своими янтарными глазками. После этого она неловко поклонилась и подошла к двери. Несколько стуков и через небольшую щель в двери ей позволили выскочить. Цепь Курапики его даже не подпускает к двери, всё было продумано. — Они хотят чтобы я ел руками? Я не животное! В ярости красные глаза блеснули, но сразу же сменились карими. Лучше не тратить энергию на такое. Ещё будет возможность бежать. Точно будет.

--Несколько монотонных дней спустя--

Каждый день. Повторение одного и того же. Девочка приносит поднос, парень двигается, сидит, временами спит, когда не мучают кошмары. На следующий день маленькая горничная приносит блюда, идентичные старым, уносит испорченную еду. Но теперь она даже не отвечает на вопросы и не разговаривает. До этого она успела рассказать, что тоже часть «пауков», что они в поместье Люцифера, что тут очень много людей. Курапика всё-таки решился напасть, но, как оказалось, у неё тоже было устройство контроля цепей. Его оттянуло к стене, а малышка разочаровано на него взглянула. Больше девочка не улыбалась, даже не смотрела на блондина. Возможно, так даже лучше, но парень в этом не уверен. Сколько уже дней прошло? Из-за чёрных занавесок видно только проблески света. В облачную погоду нет никакой разницы что день, что ночь, закат и рассвет отличить невозможно. Голод и отсутствие сна сводят с ума. Так продолжалось снова и снова, снова и снова, снова и снова. Из-за постоянной потери сознания от переутомления, темноты, голода, грань времени стиралась всё больше. В какой-то момент «утром» стал приход девочки, это было единственным, что можно было сказать наверняка. В один из таких «дней» парень потерял сознание на дольше, чем обычно. Уснул из-за переутомления. И, конечно же, увидел сон. Но не тот, что обычно. В этом сне уже не было Гона, Леорио или Курапики. В царстве Морфея его встретило солнце, вкусная еда, тепло. Он наконец-то почувствовал себя хорошо, в безопасности, дома. Ему удалось прогуляться по городу, зайти в ресторан. Он поболтал с прохожими, позволил себе отдохнуть. Но, вдруг, из ниоткуда на него полезло множество пауков, от которых он не мог сбежать, не мог даже закричать. Он пытался проснуться, но не выходило. Кошмар. Видения сменялись на могилу Гона, на кровавые реки, на глаза клана Курута, что, бездушно, своим красным цветом светились в темноте. Когда его веки наконец-то открылись, он лежал на кровати в поту. К мраку он привык быстро, но почувствовал как кто-то положил ему руку на лоб. — Меня не было всего пару недель, а ты уже в таком состоянии? — низкий мужской голос произнёс из темноты. Курапика попытался что-то сказать, но во рту было сухо.