Часть 1
14 июня 2018 г., 00:34
— Я ненавижу старшую школу, — Луи скрипнул зубами, садясь рядом со старшим братом на скамейку у главного корпуса их учебного заведения. — К чему все эти бесполезные знания литературы двенадцатого века или умения вычислять поверхностное натяжение капель воды?
Хьюи лишь усмехнулся. Луи задавал вопросы, но в ответах не нуждался: ему просто хотелось выговориться.
— Ты ворчишь потому что завалил физику, — к другому боку красного мальчика подсел Дьюи. — Я же скинул тебе ответы, но ты затупил.
Луис открыл было рот для гневной тирады, но вдруг передумал, насупился и буркнул тихое «отстань».
— Не огорчайся, — сжалился средний брат. — Сегодня последний день четверти, так что Кристиан из футбольной команды устраивает вечеринку. Тебе бы не мешало проветрить голову.
Что верно, то верно. К всеобщему удивлению ленивый и апатичный Луэллин Дак всерьез решил стать приемником клана МакДак и, прекрасно осознавая, что этот титул ему с неба на голову не упадет, усердно занимался, суша мозги и хлеща кофеин как ненормальный. Самое обидное в этой ситуации то, что Хьюи учеба всегда давалась с легкостью, будто старший близнец родился для того, чтобы знать все и вся, а Дьюи был харизматичным и каким-то непостижимым образом умудрялся понять и запомнить заданный материал за пять минут до того, как начнется контрольная, да еще и отвечая получить поблажку по причине хороших спортивных результатов. Таким образом, реально страдающим из-за зубрежки оказывался только Луи, что ему самому казалось жутко несправедливым.
— Кристиан? — Хьюберт скривился. — Дью, он придурок.
— Зато с вечеринкой, Хью, — широко улыбнулся мальчик, а затем обратился к младшему брату, мягко хлопнув его по колену. — Ну так что, ты идешь?
— Не знаю, — Луи отвел взгляд на автомат с газированными напитками; горячая рука даже через джинсы жгла кожу.
— Ну серьезно, что ты один киснуть дома будешь?
— Один? — одновременно удивились старший и младший близнецы.
— Ага, — уверенно кивнул Дьюи. — Вебби идет. Ты, Хьюстон, тоже.
— С чего вдруг? — изогнул бровь юный сурок.
— О, так ты действительно не против отпустить меня и Веб одних на буйную вечеринку старшеклассников? — восторженно заулыбался синий мальчик.
Хьюи на мгновение прикинул все возможные исходы того, что он действительно отпустит ненормально-активную часть их команды без присмотра в подобное место, и чертыхнулся. Деваться ему было некуда. Если не пойдет, то потом просто умрет от беспокойства и будет названивать брату и подруге каждые десять минут чтобы убедиться в том, что те еще живы, вменяемы и не вляпались в очередную веселую (исключительно по их мнению) историю.
— Ну? — нетерпеливо сверкнул глазами Дьюи.
Его братья одновременно вздохнули.
— Алкоголь будет? — сдаваясь, спросил зеленый мальчик; Хьюи шокированно посмотрел на него.
— Лу, это вечеринка спортсменов, которым положено соблюдать здоровый образ жизни, — Дьюи достал из рюкзака старшего брата пачку сока. — Конечно же, будет.
Хьюберту едва плохо не стало, и он демонстративно схватился за сердце.
— Окей, я «за», — проигнорировав красного близнеца кивнул Луи.
Ему действительно не помешало бы отвлечься от всего этого.
Как только прозвенел звонок, и Дьюи радостно упрыгал на собрание футбольной команды, Хьюи посмотрел в глаза зеленого близнеца.
— Дьюи будет на тебе.
Луи аж дернулся.
— Почему на мне?!
— Потому что в прошлый раз за ним присматривал я.
Под строгим взглядом старшего брата Луис вздохнул и хмуро кивнул. Нет, ни ему, ни Хьюи синий близнец не был в тягость, просто для контроля над его нескончаемой энергией требовалось сил больше, чем было у любого из них. Проблем бы не было, если бы четыре года назад в их команде не образовалось пополнение в виде Веббигейл Вандеркряк- девочки доброй и милосердной, но в то же время такой же сумасшедшей и безбашенной как и Дьюи. В общем, это была даже не проблема, а скорее дополнительный расход сил, которыми близнецы и так обладали впритык, и именно поэтому перед каждой сомнительной вечеринкой (на которую их тащил по большей части Дьюфорд и по меньшей- Луис) они выясняли, кому из них двоих после этой ночи нужно будет еще дня два на восстановление нервов и маны.
— Ладно, — Луи тоже поднялся, увидев подъезжающий к воротам школы лимузин дяди. — Но ты знаешь, что я не очень хорош в сдерживании его демонов.
— Просто не дай ему перепить.
О, это была вторая причина дополнительного расхода сил Луи- Дьюи неожиданно для своих братьев оценил алкоголь. Хьюи посчитал эту жидкость слишком терпкой, Луи- бессмысленной, а вот Дьюи, всегда любящему сладкое, вдруг понравилось. Конечно, не так, чтобы постоянно пить, напиваться при каждом удобном случае или в более взрослом возрасте стать алкоголиком, но так, чтобы нести странный бред, шататься как тонкое деревце на ветру и лезть обниматься ко всем подряд. Кстати, этими «всеми» в 50% случаев выступала такая же тактильная Вебби, в 30%- слишком добрый Хьюи и в оставшихся 20%- Луи, который от такой близости пополнил свой список силосжигающих при вечеринке вещей еще одним пунктом, так что теперь он выглядел так:
1) Вебби и Дьюи слишком энергичные для нас с Хью;
2) Дьюи может напиться и захотеть близкого контакта;
3)…
Когда Луи только составлял этот перечень, сидя на кровати рядом с уже уснувшим синим братом, он долго не мог сформулировать этот пункт правильно, но в конце концов пришел к единому и окончательному варианту:
3) Если он будет слишком близко, я могу не сдержаться.
И, наверное, возможная ситуация станет еще хужё, если в этот момент Дьюи будет не очень трезвым. Пользоваться не сознательным состоянием брата даже такой злодей как Луи считал неприемлемым и мерзким, т.к. если в случае трезвости какую-нибудь двусмысленную выходку старший брат ему еще простит, то уж в обратном случае Луи точно ни с рук, ни с совести его влечение не сойдет.
Вообще, вся эта замута началась еще три года назад, когда на уроке биологии учительница сказала, что у однояйцевых близнецов ориентация одинакова в 99% случаев. В тот же вечер Дьюи, долго собираясь с мыслями и подбирая слова, объяснил, что, исходя из этой статистики они втроем не являются гетеросексуальными, потому что он, Дьюи, считает как минимум половину парней в школе очень горячими. Честно, этот каминг-аут здорово облегчил жизнь для Хьюи, который теперь мог просто не думать о том, кто он, кто ему нравится и т.д, но при этом заставил работать голову Луи в два раза усерднее, обрабатывая причины своего чувства падающего с души камня. В тот злополучный месяц он часто подолгу думал перед сном, почему же был так рад услышать, что Дьюфорду нравятся не только девушки. Думал- думал и однажды, уже почти уснув, поймал у себя в мозгу мысль о том, что было бы здорово, если бы в списке привлекательных для Дьюи парней он тоже присутствовал. Полностью осознав эту надежду, Луи тут же проснулся и больше в ту ночь уснуть не смог. Сказать честно, он был в ужасе, и немного ненавидел свое сердце, которое из всех людей вокруг избрало именно его брата. Впрочем, у Луиса Дака вся жизнь была на ушах, чему уж тут удивляться. Влюбленность в брата еще не самое худшее, что могло с ним случиться.
Ну… наверное?
***
Вебби, напевая, уже двадцать минут пыталась погладить темно-вишневую клетчатую рубашку, которую ей подарил Хьюи в честь чего-то, о чем Луи вспомнить не мог. Сам он сейчас сидел в мягком кресле и пытался хоть как-то привести мысли в порядок. То, что сейчас с ним происходило, Дьюи называл паучьим чутьем, дядя Скрудж- семейным предвидением, а умный и рациональный Хьюберт — попросту интуицией. — Что с тобой? — девушка наконец-то обратила на названного брата внимание. Они были совершенно не похожи, но именно Вебби Луи решился рассказать о своей «ситуации», так как из их команды только она имела действительно длительные и крепкие отношения. Он не надеялся на совет, он просто хотел, чтобы хоть кто-то его понял, выслушал и сказал, что он не больной. Вебби сделала и первое, и второе, и третье. — Мне тревожно, Вебс, — Дак вздохнул. — Вдруг я что-то сделаю не так? Вдруг он догадается? — Мы уже это проходили. Просто веди себя естественно. — Я знаю, просто… — он помассировал виски пальцами. — С каждым разом все труднее. Хорошо хоть, что мы теперь в разных комнатах живем. Вебби лишь покачала головой. Ей было нечего сказать- у нее с Леной все было проще. Они вообще как-то очень естественно и плавно пришли к тому, что представлять друг друга «моя девушка» очень согревающе для сердца. У них не было никакой родственной связи, они всегда видели в глазах друг друга полную взаимность, поэтому Вебби не могла дать совет, поставить себя на место друга или что-то вроде. Она просто была рядом. Луи этого было достаточно. — Как думаешь, — севшим голосом проговорил он, — может, мне стоит признаться? Вебби на мгновение замерла, а потом, вздохнув, подошла и села на подлокотник кресла. — Можно, конечно, но какую реакцию ты хочешь от него получить? — Не знаю, — Луи беспомощно ткнулся лбом в локоть подруги. — Я правда не знаю, Веб. Девушка еще раз вздохнула, а затем положила обе руки на голову своего брата, мягко и нежно поглаживая светлые волосы. Луи действительно не знал. Конечно, ему хотелось бы не мучаться от безответной любви, но если он скажет об этом Дьюи, и тот ответит из жалости, то это будет ужасно неправильно и несправедливо, а если же откажет, то зеленый близнец в последствии будет чувствовать себя невероятно плохо. Причинять неудобства любимому человеку не хотелось, но и держать все в себе сил не было. Тупая ситуация на самом деле. Правда, Луис думал, что тупой тут только он. Ну и, возможно, Дьюи, раз не замечает очевидного (или замечает, но не подает виду). «Нет, все же только я, » — подумал зеленый мальчик, — «Он ведь даже не обязан предполагать все это». В дверь постучали. — Входите! — крикнула Вебби, вставая на ноги. Из коридора в комнату заглянула голова Хьюберта. Он как будто сам себе кивнул и только после этого вошел в комнату полностью. — Если готовы, то идем. Ланчпад нас довезет, ему как раз по пути. Луи поднялся на негнущихся ногах и, пока шел к выходу из особняка, несколько раз чувствовал, что его лодыжки каменеют. По позвоночнику пробежался холодок, а по телу- оценивающий взгляд Дьюи, ждущего у парадного входа. — Ну? — средний близнец навалился на спину Хьюи, — Все готовы? Его взгляд был возбужденным и игривым. Луи сглотнул. Если он сейчас скажет, что не готов, то ему разрешат посидеть дома?***
— Лена! — Вебби выпрыгнула из едва остановившейся машины и кинулась в руки своей девушки. Из дома Кристиана играла какая-то ритмичная музыка, но Вандеркряк и де Спелл совершенно не в такт неторопливо топтались и кружились на месте словно маленькие неуклюжие медвежата. — Что ж, идем! — Дьюи потащил обоих своих братьев ко входу. — А как же?.. — Придут когда наобнимаются. Мальчики едва успели помахать уже отъезжающему Ланчпаду, и тут же музыка и полумрак накрыли их с головой. Луи зажмурился, а когда открыл глаза, то… не увидел ничего такого сверхудивительного, лишь обычную вечеринку школьников. Люди, большую часть которых злой близнец знал понаслышке, алкоголь, с которого еще никому не стало плохо, странный запах пота, дезодорантов, духов и закусок, чувак за диджей-установкой. Все вполне обычно. Дьюи принял у кого-то стаканчик с ромом и передал его Хьюи. Тот беспрекословно принял «подношение». Луис было хотел тоже себе что-нибудь раздобыть, но синий брат под одобрительные кивки подошедших подруг сам утянул его в гущу толпы. — Сегодня ведь ты за мной следишь? Горячее дыхание брата обожгло младшему мальчику ухо. Он сглотнул и кивнул. Дьюи улыбнулся; желтые радужки его глаз отразили пеструю гамму гирлянд. — Тогда пойдем. По прошествии трех часов Луи уже устал. Пил он мало, но его постоянно кто-то дергал и пытался увести танцевать, чего ему самому совершенно не хотелось. Дьюи, по его подсчетам, осушил уже не одну бутылку, но держался молодцом- только глаза его были немного мутными. — Пьяные конкурсы! — заорал на весь дом пьяный (как и его идеи) в дрова Кристиан. Луи закатил глаза. Нет, это просто стыдно. Парень повернулся к брату, чтобы напомнить о том, что тот ни за что не будет в таком участвовать, но натолкнулся взглядом лишь на рыжую копну волос какой-то девушки. Луи поозирался по сторонам, и внутри у него все похолодело- Дьюи рядом не было. С заднего двора раздавались шумные возгласы, и злой брат уже хотел было направиться туда, но совершенно неожиданно его за локоть перехватила Лена. — Наверху, — четко сказала она. — Что? — Дьюи ушел наверх, — пояснила девушка, и, подбежавшая, уже вполне веселенькая Веббигейл уволокла ее на улицу еще до того, как Луи успел поблагодарить за информацию. Поднимаясь по лестнице, парень чувствовал, что ноги его не слушаются. То ли так поздно дал в голову алкоголь, то ли осознание того, что в комнаты обычно поднимаются с кем-то, но Луи хотелось прямо сейчас ворваться в ближайшую спальню и разгромить там все и вся. Привести в действие свой план ему не удалось, ибо первые две двери были закрыты, а за третьей хоть и была очень занятая пара, но ни в ком из там присутствующих Луи брата не признал. Нервно дернув ручку в четвертый раз, он уже нутром чуял, что близнец тут. — О? — Дьюи повернулся к нему. Младший мальчик быстро скользнул взглядом по помещению, и от сердца сразу отлегло: никого кроме них. — Ты чего сюда ушел? Вместо ответа Дьюи показал полупустым стаканчиком вниз. Комната, в которой они находились, имела широкую кровать, неоновую лампу мягкого розового цвета, комод, шкаф и собственный балкон. «Здесь жила сестра Кристиана?» — идя к близнецу, только и успел подумать Луи до того, как брат резко притянул его к перилам. Внизу на лужайке творилось что-то, что парень тут же опознал как бутылочку. — Ох, Боже, ну и тупость, — закатил он глаза. — Зато весело, — улыбнулся Дьюи, попивая из стаканчика какую-то непонятную жидкость. — Хочешь? Луи, наблюдая за людьми внизу, чисто на автомате принял тару и сделал пару глотков. Он вдруг понял, что играющие совершенно не источали той атмосферы, какая обычно показана в подростковых фильмах. Никакой агрессии или недовольства, лишь веселье и безопасность. Никто никого ни к чему не склонял, не заставлял, и все просто занимались чем хотели. «Только я тут недовольный, да?» — подумал он, и тут же Дьюи ткнул его локтем в бок, показывая кивком вниз. Луи посмотрел в указанном направлении и увидел, что Вебби и Лена под всеобщие восхищенные свисты и улюлюканья на время целуются рядом с бассейном. — Пять! Шесть! — скандировали подростки внизу. Зеленый парень бы закатил глаза, но у названной сестры было такое счастливо-влюбленное лицо, что он невольно засмотрелся, а потом, мельком глянув на брата, подумал, что тот, наверное, тоже будет делать такое лицо рядом с тем, кого полюбит. Луис резко допил отвертку. Дьюи удивленно на него посмотрел. — Хей, ты чего? — спросил он. — Ничего, — тут же отозвался Луи. — Лжец, — хмыкнул старший мальчик. — Я же вижу. — И что же ты видишь? — в том же тоне парировал злой близнец. — Ты ведь тоже хочешь? — Чего? — Ну, — Дьюи неопределенно повел плечами, — поцеловаться. От неожиданности Луи едва не выронил пустой стаканчик прямо на голову задремавшего в кресле под балконом парня. Он круглыми глазами смотрел на своего брата и пытался выдавить из себя хоть слово. — Если хочешь, — невозмутимо продолжил синий парень, — то можешь спуститься вниз. Я не возражаю. Луи застыл в смятении. Ему стало жутко досадно. Он-то уже успел понадеяться, что Дьюи имел ввиду… ну, совсем не то, что он на самом деле имел ввиду. — Я не хочу спускаться чтобы полабызаться с кем-то, — хмуро буркнул он. — Мне и здесь хорошо. Дьюи повернулся в его сторону, и в его глазах отразились розовые полосы от света лампы. Он начал что-то говорить, но его заглушил громкий голос Кристиана: — За самый долгий поцелуй вечера приз достается нашей прекрасной радужной паре! — Я не слышу; повтори пожалуйста, — попытался перекричать виновника торжества Луи, недовольно скосив глаза на то, как внизу раскрасневшимся Вебби и Лене вручают то ли букет, то ли веник из укропа и петрушки. В ту же секунду дыхание придвинувшегося почти вплотную Дьюи обожгло висок. Младший Дак застыл на месте, вслушиваясь в горячий шепот: — Я сказал, что если ты не хочешь спускаться, то я и сам могу тебя поцеловать. Губы близнеца горячим поцелуем коснулись кожи Луи в том месте, где у дяди Скруджа растут бакенбарды. Внизу бушевало море смеха и поздравлений «победительниц», но зеленый мальчик слышал все это будто через пуленепробиваемое стекло. Он медленно повернулся к брату, пытаясь понять, шутит тот или нет. Мутный взгляд, искаженные в улыбке губы. Средний сын явно или шутил, или брал на слабо. Ни на первое, ни на второе Луи попасться не позволит гордость. — Я не против, — так же улыбаясь, он сам подался вперед. На самом деле, он, конечно же, думал, что Дьюи первым отпрянет, рассмеется и они продолжат болтать, но… …Этого не произошло. Вместо того, чтобы в самый последний момент отстраниться, синий парень закрыл глаза, и их губы мягко стукнулись друг с другом. Луи в ужасе застыл, отчетливо понимая, что он только что наделал. Слепому ежу видно, что Дьюи не трезв, пользоваться этим нельзя! Чужой язык мокро прошелся по нижней губе. Луи скорее инстинктивно ответил, все еще туго соображая и вообще с трудом веря в реальность происходящего. Он моргнул, и в следующее мгновение уже сам сделал шаг навстречу, горячо проводя ладонями по плечам и шее брата. Неоновая лампа бросала на стены и потолок причудливые розовые тени. Ночь была теплая. От балкона до кровати в комнате было меньше шести шагов. Мутный взгляд желтых глаз блуждал по шее, подбородку, скулам. Матрас пружинисто качнулся когда старший мальчик опустился на него спиной. Он приподнялся на локтях и помог сидящему на его бедрах Луи снять через голову сначала его легкую салатовую кофту, а затем и свою голубую футболку. Обе тряпки в свете лампы казались совершенно непривычными и чужеродными. Ладони Дьюфорда прошлись от коленей брата к его бедрам, а затем- к бокам. — Ты горячий, — синий мальчик сказал это в самые губы близнеца, и ненавязчиво перевернул его на спину, нависнув сверху. Луи поморщился от холода простыней, но тут же расслабился и легко очертил короткими ногтями линию чужого позвоночника. Дьюи вздрогнул и покраснел. — Занятная реакция, — хихикнул младший мальчик, и, привстав на локтях, снова поцеловал предмет своей симпатии. Поцелуй немного отдавал алкоголем и апельсиновым соком, но совершенно не был противным на вкус. Дьюи мягко прошелся губами по подбородку, кадыку и, на мгновение сжав зубами мочку уха, приласкался к шее, покусывая и целуя ее. Это было так неожиданно приятно и щекотно, что Луи едва не засмеялся и, запустив руки в задние карманы джинс брата, уже нащупал квадратную упаковку, но тут за окном раздался хлопок и небо взорвалось феерверком, на мгновение перекрывшим своим светом розовое свечение в комнате. Луэллина будто холодной водой окатило. Он будто только сейчас понял, что творит, и ему стало так противно от себя, что мозгу едва удалось отозвать рвотный позыв. Невероятным образом изогнувшись, Луи в один миг оказался на ногах, в панике ища взглядом свою кофту. — Ох, нет-нет-нет, успокойся, — синий парень все еще опирался коленом на кровать, но все равно попытался привести брата в чувства, — тише- тише, все нормаль… Луи шарахнулся от протянутых к нему рук как от огня. В комнате повисло молчание, и никто не спешил его разбавить. Тусклый свет от лампы бил Дьюи в затылок и отбрасывал на его лицо тени. Луи смотрел на брата как на фотографию с эффектом резкости: видел каждый подъем плеч при дыхании, легкую дрожь рук, покачивание волос от ветра из окна и сеть маленьких шрамов на правой ключице- напоминание о первой серьезной травме в приключении на берегах Рио. Сам злой близнец почти не дышал. В горле стоял ком, а все тело сковало мерзкой помесью ужаса, отвращения и… как бы не было трудно это признавать, желания вернуться на пару минут назад и продолжить. Как только Дьютерономий сделал вторую попытку приблизиться, Луи, не глядя, цапнул с пола кофту и, едва не вышибив дверь с петель, на ходу натягивая предмет верхней одежды, почти бегом спустился вниз. Сознание плыло и взрывалось искрами. Луи уже сам не понимал, что делает, выбегая из дома и несясь по ночной улице спального квартала куда глаза глядят. Хотелось орать, выть раненым зверем и драться. Последнее желательно с Дьюи, так как со стадии сожаления младший близнец перешел на стадию гнева, и сейчас очень хотел обвинить брата во всем, что случилось. В чувства парня привел кто-то очень большой, холодный и сильный. Луи с размаху врезался в него и от неожиданности повалился на спину, тут же чувствуя, как гнев улетучивается. Мальчик, не поднимая головы с асфальта, опустил глаза чтобы посмотреть на того здоровяка, в которого он так удачно влетел, и, сфокусировав взгляд, громко расхохотался. Здоровяк оказался обычным фонарным столбом, обойти который не составляло вообще никакого труда, но, видимо, именно сегодня было не судьба. Мальчик смеялся до тех пор, пока радостные звуки не стали чередоваться со всхлипами. Началась следующая после гнева фаза- истерика. Луис плакал не так громко, как смеялся, но его горло все равно терзало болью, а влага затекала в уши. Перед глазами яркими пятнами мелькали те минуты, которые он так старался не допустить и в которых с такой радостью принял участие. Мелкие камушки больно упирались в затылок и спину. Пальцы сжимали ткань кофты на груди. Голос сорвался от хриплого завывания. Он сам не знал, сколько так лежал. Успокоившись, мальчик понял две вещи: 1)он никогда не был настолько жалок как сейчас, лежа на земле в свете фонаря и плача навзрыд; 2)светало, небо над головой становилось таким же голубым как и футболка Дьюи, которую его младший брат при непонятном неоновом свечении перепутал со своей. Стадия четвертая: апатия. Нашарив в кармане джинс телефон, Луи бережно провел по экрану трясущимися пальцами. От удара устройство не пострадало, что несомненно радовало. Уже через несколько секунд он услышал в трубке сонное «МакКряк у телефона». — Ланчпад… Младший Дак сам поморщился от своего голоса. — Луи? Что такое? — Ты можешь прямо сейчас отвезти меня домой? Несколько секунд на том конце провода был слышен лишь фоновый шум от телевизора, а потом пилот быстро уточнил: — Оттуда, куда я вас привез? — Нет, — Луи огляделся и, заметив на ближайшем доме адрес, быстро назвал его. — Скоро буду. Ланчпад повесил телефон. Злой близнец сел на бордюр. Утренний порыв ветра заставил его получше спрятаться в просторной футболке брата. Она пахла дезодорантом и странным, но очень знакомым запахом Дьютерономия. «Это хоть что-то, » — подумал Луи, вдыхая в легкие больше воздуха. Небо синело над головой так же стремительно, как и мир в голове младшего Дака.
Примечания:
Оставляйте пожалуйста отзывы.
