Глава I
1 мая 2018 г., 04:49
Я летела вниз, куда-то в темноту. Я не чувствовала ни страха перед стремительно надвигающейся смертью, ни раны в своём животе. Он выстрелил в меня, но не попал в сердце. Я ненавидела его за этот промах. Лучше бы он точно целился. И тогда мои мучения подошли бы к концу. Глаза мои были устремлены вверх, на крышу, с которой я упала. Из глаза успела скатиться одна слезинка. У меня перед глазами проносились воспоминания. Я лечу в стену после того, как он оттолкнул меня… Я едва не задыхаюсь, когда он смыкает руки на моём горле… Он отшвыривает меня подальше от себя, как ненужную вещь, после того, как изнасиловал… Он прислонил нож, грозя немедленно выпустить дух вон… И его смех. Его беспощадный смех звучал прямо возле моего уха, словно бы он стоит рядом со мной. Боль. Сколько раз он причинял её мне? Но физическая боль — ничто по сравнению с душевной. По сравнению с тем, что он сделал только что… Если б эта боль могла разорвать мне сердце, я была бы этому рада. Я вдруг почувствовала, что очень счастлива. Счастлива, потому что лечу навстречу своей гибели. Скоро все это прекратится. До земли остались считанные метры. Я вспомнила своих родителей и сестру. Как бы мне хотелось вернуться в своё беззаботное детство, наполненное лишь радостью и весельем. Как бы мне хотелось остановить себя, мечтающую поступить в медицинский университет с целью учиться на психиатра. Мне это решение казалось лучшим в жизни, но на деле же оно оказалось глупейшим. За моей спиной не было ничего, кроме разрушенной жизни и разбитого сердца. Я знала, что если останусь в живых, то не смогу жить, как обычный человек — все свои чувства, все эмоции и душу я оставила на той крыше вместе со своим сердцем. Звук выстрела вытолкнул их из меня, и мою пустую оболочку выбросило за ограждение, как выбрасывают ненужный мусор. Я чувствовала, что вот-вот достигну земли и разобьюсь на тысячи осколков. Я была готова к этому. Я была рада расстаться с жизнью. Мне лишь было больно от того, что меня убил любимый мною человек. Но на том свете вся боль забывается. Я закрыла глаза.
***
Он подошёл к краю крыши, чтобы посмотреть на то, как его проблема летит вниз, чтобы превратиться в лепешку и тем самым избавить его от всех мучений. Он чувствовал странное удовлетворение внутри себя. И почему он раньше не догадался избавиться от этой девчонки? Теперь он сможет зажить обычной жизнью, наконец-то он вернётся к привычного рода занятиям, и никто и ничто не испортит его триумфа. Однако где-то в глубине его сознания он понимал, что все равно будет ощущать некий стыд за то, что убил эту девушку. В конце концов, она его любила. Но это будет потом. Сейчас он должен своими глазами увидеть, как она погибнет. Он даже соизволит спуститься вниз, к её искалеченному телу, чтобы насладиться этим зрелищем. Губы его тронула лёгкая усмешка. Но не успел он в подробностях нарисовать в своём воображении такую картину, как вдруг заметил чёрную точку, стремительно летящую в сторону падающей девушки. Он протер глаза. Нет, этого быть не может! Нет! Как он там оказался?! Откуда он вообще взялся?! Джокер в злости шаркнул ногой. Бетси… Сколько ты раз будешь рушить его планы?! Бэтмен каким-то невероятным образом успел подхватить Харли Квинн у самой земли. Он приземлился и поглядел наверх. Едва ли он мог увидеть Джокера, ведь высота небоскреба приличная, но у незадачливого убийцы все же возникло такое чувство, словно его злейший враг видит его насквозь. Бэтмен постоял пару секунд, пристально глядя на крышу. Джокеру показалось, что он будто бы ждёт его ответных действий, будто спрашивая, точно ли он может унести девушку с собой, чтобы спасти ей жизнь, если это возможно — уж больно тяжёлая у неё была рана. Он не знал, почему и зачем, но он едва заметно кивнул своему, казалось бы, самому ярому противнику, прекрасно осознавая, что это значит — оставить Харли Квинн в живых после всего случившегося. И, кажется, Бэтмен кивнул ему в ответ, после чего поспешил удалиться. Где-то неподалёку у него стоял бэтмобиль — буквально через несколько секунд Джокер заметил на проезжей части знакомую чёрную точку, быстро удаляющуюся в сторону горизонта. Что ж, если Харли Квинн и выживет каким-то чудом, то она больше никогда не приблизится к тому, кто разбил ей сердце и пытался убить. Пора им разойтись на жизненном пути. Джокер отошёл от края крыши. Ему вдруг показалось, что в глубине своей черствой души он чувствует некую радость от того, что есть шанс, что она будет жить. Он тряхнул головой. Пора заканчивать эту эпопею с Харли Квинн. Король Готэм-сити возвращается. Он спустился вниз, к празднующим, на лице его вновь появилась его знаменитая ухмылка. Они даже не представляют, что он с ними сделает. Он их поздравит с Рождеством, о да. И поздравление это они запомнят до самой смерти. Они обернулись к нему, держа в руках бокалы, на губах их замер тост, который они не успели произнести. Они ожидали увидеть его вместе с девушкой, но она почему-то не пришла с ним. Однако в следующее мгновение Джокер заметил на их лицах ужас. Но испугались они, кажется, вовсе не его. Ещё пара секунд, и до него вдруг дошло, что его верные соратники прекрасно знали, зачем он увел Харли Квинн и что он собирался с ней сделать. Гнев медленно начал закипать внутри него. Это они вызвали его старого друга-врага, эту никчемную летучую мышь. А вот и подтверждение его мыслей — Чарли попытался незаметно спрятать мобильный телефон в кармане пиджака. Джокер не сомневался, что этот умник на каком-нибудь сервере взломал базу данных и обнаружил, как полицейские могут связаться с Бэтменом по необходимости. Гнусное предательство. Это ещё больше укоренило в его воспаленном мозгу желание поскорее поздравить их с праздником. Он подошёл к столу и, все так же улыбаясь, поднял бокал шампанского в их честь. Их лица смягчились — они поверили этому его дружественному жесту. Однако все же они с подозрением смотрели на него. Они ожидали от него слов, подтверждающих новость о том, что Харли Квинн уже нет в живых, но он не торопился с ответом. Он медленно попивал шампанское из бокала, пристально глядя на всех присутствующих. — Босс…- отважился начать разговор Чарли. — А где же… — Где Харли Квинн, хочешь сказать? — усмехнулся Джокер. — Полагаю, там, откуда не возвращаются. Все побледнели. — Вы убили её? — тихо спросил Чарли заплетающимся языком. — Ну, я бы не был столь уверен. Моя любимая чипсинка Бэтси вдруг оказалась рядом и подхватила её у земли. Интересно, как он там оказался, м? — ласково улыбнулся Джокер, одаривая ледяным взглядом своего оппонента. Чарли побледнел ещё больше, но не сказал ни слова. — Может, кто-то из вас связался с ним, уверенный в том, что малышка Харли может серьёзно пострадать и ей понадобится помощь? — он обращался ко всем так, словно мамочка спрашивает нерадивого сыночка о том, что он совершил на этот раз, но подобный его тон пугал куда больше, нежели яростный крик. Это значило, что он не просто доведён до крайней точки, а то, что, скорее всего, им уже не уйти отсюда живыми. У Чарли тряслись колени, когда он едва слышно произнёс: — Это по моей вине он оказался там, босс. — Вот как? — Джокер наигранно удивлённо вскинул брови. — Пояснишь причину столь неожиданного поступка? — Просто… Мы все чувствовали, что вы её на крышу ведете… Ну… Явно не для романтической прогулки. — Ага. И поэтому ты решил вызвать моего заклятого врага с целью спасти эту девчонку от неминуемой гибели? Ты хоть представляешь, какую ошибку совершил? — Я… — Не надо оправдываться, — Джокер махнул рукой, мгновенно заставив нерадивого помощника замолчать. — Как я устал от бесконечных оправданий… Я уже давно понял, что полагаться на кого-либо, кроме себя, — пустая и бесполезная затея, — он начал медленно ходить вокруг зала, внимательно осматривая каждого из присутствующих. — Признаться честно, я всегда знал, что от вас придётся ожидать нечто подобное. Но, впрочем, это уже не важно, — он поставил бокал на стол. — Важно то, какие у нас с вами будут планы на следующий год, — он усмехнулся. — Ну, у простых смертных же есть такая фишка — составлять список дел на наступающий год. Давайте и мы с вами его составим, — он, перекачиваясь с пятки на носок, подошел к своим людям. — Не буду мучить вас ожиданием. У меня действительно грандиозные планы! Ну, вы не могли не догадаться, верно?! — он начал прыгать на месте, будто маленький ребенок. — Ведь я до сих пор не завершил главное дело своей жизни! О, Бэтси, моя любимая мышка, я должен избавиться от тебя, а также подчинить себе этот город, — он мечтательно окинул взглядом зал, словно позабыв о том, что он не один. — Да и явно я не стану ограничиваться одним лишь Готэмом… Однако я намерен внести некоторые корректировки в моем офисе, — он скрестил руки на груди. — Произвести… увольнение. Так как служба у Джокера была пожизненной, то слово «увольнение» значило лишь одно. Даже если он был один, а людей вокруг него — много, все отступили на шаг. В воздухе повисла тишина. — Чем же… Чем же мы провинились? — первым осмелился нарушить молчание Чарли. — Ох, мой старый друг, — Джокер положил ему руку на плечо. — Вы настолько часто косячите, что уже и невозможно припомнить всех ваших оплошностей. Однако я не намерен разъяснять вам причины. Просто я…не прощаю предателей. — Но, когда же мы вас… В следующее мгновение Джокер молниеносным движением руки засадил маленький ножик ему в ногу. Чарли, охнув, повалился на пол. Никто из присутствующих не шелохнулся, всех сковал животный страх. Джокер, не скрывая своего торжества, ухмыльнулся и отошел от бедолаги. — Действительно. Когда же вы меня предавали. Я уж сбился со счету. Вы вызвали Бэтси. Вы покрывали эту девчонку с тех самых пор, как она появилась. Вы раз за разом проявляли мягкотелость. Мне нужна команда головорезов, а не беспомощных котят. Быть может, мне стоит набрать таких, как Билли? Пусть они будут туповаты, но это и хорошо. Моих мозгов с лихвой хватит. А они, лишенные способности думать, будут выполнять приказы беспрекословно. Что скажете? Как вам идея? Не нравится? Да ну вас, — он обиженно отвернулся. Кое-кто из толпы нервно захихикал, увидев его выражение лица. Впрочем, эти смешки быстро переросли в крики ужаса. Чарли лежал на полу, хрипя. Его кожа покрылась красноватыми жилками, пожелтевшие глаза выпучились. Он, закашляв, попытался встать на колени. На полу появились пятна крови. Джокер, ухмыляясь, отошел в сторону. Пусть лезвие было совсем небольшой длины и причинило не так много боли, но оно было с небольшим «сюрпризом», который подействовал уже через несколько минут. Команда и не догадывалась, что все те недели, что он сидел взаперти, он создавал новый яд. Но это был не обычный яд. Сейчас все увидят, в чем заключается его особая прелесть. Не зря же он ночами не спал, тщательно подбирая ингредиенты?! Чарли внезапно повалился на спину, хватаясь за горло, его тело свела судорога. Несколько секунд он страшно трясся и хрипел, а затем резко затих, распластавшись на полу. Пара человек тотчас же кинулись к нему, видимо, желая как-то помочь или удостовериться, что он мертв. Однако Чарли вдруг вскочил и со страшным рычанием набросился на того, кто тронул его. Он зубами вцепился в глотку своего «обидчика». Кровь фонтаном брызнула из раны. «Враг» скончался моментально. Но Чарли на этом не остановился. Он набросился на близко стоящего к нему человека. Тот попытался вырваться, но тело Чарльза словно бы приобрело нечеловеческую силу. Он, расправившись с ним точно так же, как с первым, накинулся на третьего. Когда очередная его жертва пала, Чарли внезапно взвыл, глядя на потолок, а затем, глазами найдя маленький ножик, схватил его и перерезал себе горло. Джокер, улыбаясь, подошел к его телу. — Ну, как вам мое изобретение? — спросил он, хихикая. — Я еще думаю назвать его «Сумеречный». Чтобы поэтично было. Люблю красивые названия. У меня, конечно, есть другой мой яд, но я предпочитаю разнообразить свою жизнь. Я думаю, что вы уловили принцип действия моего шедевра. Сначала человек мучается страшными судорогами, кашляет кровью и испытывает другие прелести этой жизни, затем теряет сознание на некоторое время. Его наивные товарищи кидаются к нему, горя желанием облегчить страдания этому бедняге. А он внезапно приходит в себя и набрасывается на них. Его сознание к тому моменту уже не напоминает человеческое. Знаете, есть такая болезнь. Бешенство. Так вот, его поведение слегка схоже с ней. На последней стадии. Да, это был мой источник вдохновения. На чем бишь я? Ах, да. Он, не понимая, что творит, убивает пару-тройку своих товарищей. К тому моменту действие яда подходит к концу, и в его мозгу желание разрывать врагов на части заменяется желанием убить себя. Что он, собственно, и делает. Красиво, правда? Лично я очень горд собой. Надеюсь, будете горды и вы. Если, конечно, успеете. Он, злорадно ухмыляясь, нажал на кнопку на стене, на которую, по идее, нужно нажимать при пожаре. Но вода не начала разбрызгиваться с потолка. Вместо этого на людей опустился зеленоватый туман. Джокер, хмыкнув, достал из кармана маленький пузырек и выпил противоядие, после чего, хихикая, воспользовавшись суматохой, покинул помещение, заперев за собой двери, лишив всех возможности сбежать. На следующее утро во всех заголовках новостей говорилось о том, что в одном из крупнейших небоскребов Готэма произошла резня, в которой было убито около двухсот человек. А в одной из больниц города калека найден мертвым вместе со своей женой и детьми. По предварительным данным, они были отравлены цианистым калием. Все же Джокер не хотел, чтобы Том умирал мучительной смертью, он разозлил его меньше всех.***
— Сэр, у нее сильное кровотечение, необходимо вытащить пулю из живота. Я бы посоветовал вызвать врача… — Дай мне инструменты, Альфред, я все сделаю. — Но сэр, ей необходима госпитализация. — Ее тотчас же упекут в «Аркхем». — Зачем вы спасаете ее? — Я потом все объясню. А сейчас, Альфред, подай эти чертовы инструменты. Ослепительная вспышка света… Надо мной возвышаются силуэты двух человек… Я все вижу, как в тумане… И их голоса доносятся до меня будто издалека… — Она потеряла много крови, нужно переливание. — У меня ее группа крови. Готовь все, что нужно, для переливания. — Но сэр… Вы рискуете жизнью, спасая ее, но для чего? — Потом все объяснения. Прошу, делай, что требуется. Глаза мои закрылись… Когда я их снова открыла, свет вновь ослепил меня. Я почувствовала, что меня куда-то везут, но куда, я не знала… Я не понимала, что происходит… — Вы успешно извлекли осколки из ее тела. Откуда у вас такие способности к медицине? — Воюя с Джокером и подобными ему мерзавцами, нужно уметь все, чтобы впросак не попасть. Рану ее я зашил, но ей нужно еще несколько дней провести в постели. — Быть может, вам лучше пойти работать во врачи? — Тогда лучше в патологоанатомы. С трупами я дружу как-то больше, чем с живыми. Кто-то взял меня на руки. Я не видела его лица, лишь почувствовала, насколько у него сильные мышцы. Я для него была пушинкой. Меня куда-то положили… Перед моими глазами вновь встал туман… Я проснулась в просторной комнате. Солнечный свет, льющийся из окон, освещал это и без того светлое помещение. Я попыталась приподняться. Я лежала на мягкой постели, возле моей тумбочки стояло множество склянок с лекарствами. К руке моей была подсоединена капельница. К груди были подключены датчики, следящие за моим сердцебиением. Этот пикающий звук меня слегка нервировал. Я поставила ноги на пол и предприняла попытку встать. Острая боль в животе заставила меня опуститься. Я приподняла белоснежную сорочку, чтобы осмотреть рану. Мне ее зашили… Судя по состоянию шва, после операции прошло несколько дней. Значит, я столько пролежала без сознания?.. А где я вообще нахожусь? И почему я до сих пор жива? Я, не обращая внимание на боль, встала и медленно подошла к окну. Мне открылся вид на огромный парк, утопающий в зелени. Видимо, я находилась в чьем-то особняке за пределами Готэма. Но как и откуда? Я попыталась припомнить все, что произошло со мной. Но мои воспоминания обрываются на том моменте, когда в меня попала пуля и я начала падать вниз. Пуля… Он выстрелил в меня. Он хотел меня убить. И это ему почти удалось. Руки мои коснулись шва на животе. Если бы он точно целился… Мои бы страдания на том закончились. Я знаю, почему он сделал это. Джокер…в минуты гнева никогда не лжет. Он хотел избавиться от его влечения ко мне, и единственный выход он нашел в моем убийстве. В его стиле. Я могла бы и дальше заниматься самобичеванием, но у меня не было на это сил. Я отвернулась от окна и, хромая, поплелась к двери. Думая о боли в животе, я совсем забыла о раненной ноге. На нее наложили гипс. Я его заметила не сразу. Я еле могла ступить, но меня это мало волновало. Я хотела узнать, где я. По дороге я заметила зеркало, висящее над умывальником. Я отважилась взглянуть на себя. На меня глядела бледная как смерть девушка со спутанными жидкими светлыми волосами, синяками под глазами, порезами на лице, тусклыми глазами мертвеца. Где та вечно смеющаяся помощница Джокера? Вместо нее была лишь сломанная кукла, марионетка, у которой перерезали ниточки. Разбитая. Выброшенная как мусор. Я была не в силах смотреть на это зрелище. Будь у меня силы, я бы что-нибудь сделала с этим зеркалом, сейчас же мне оставалось лишь вздохнуть, повернуться к двери и, дернув за ручку, выйти. Лестница казалось мне бесконечной. Возможно, это потому, что шла я очень медленно, каждый шаг давался мне с трудом из-за моей ноги. Где-то внизу я услышала голоса и решила двигаться на них. Каким-то невероятным образом я смогла заметить все великолепие того дома, в котором я находилась. Он был больше похож на музей, чем на жилое помещение. Хозяин этого особняка явно очень богат. И очень любит роскошь и старину. Немногие олигархи в наше время такие эстеты. Но я что-то не припомню, чтобы олигархи в принципе водились у меня в знакомых. Кто же мог спасти мне жизнь? Я наконец-то спустилась до нужного мне этажа. Ближайшая дверь была открыта, и я хорошо могла слышать, о чем они говорят. — Сэр, что вы намерены делать с девушкой, когда она оправится? — Потом скажу. Самое главное, чтобы она очнулась. Я надеюсь, что я вылечил ее, а не добил. — Вы прекрасно справились с ее ранениями. Я заходил к ней пару часов назад, состояние у нее стабильное. — Что ж. Сколько она без сознания? — Три дня. — Что ж, будем надеяться, что в скором времени она придет в себя… Я заглянула внутрь. Я увидела человека, которого меньше всего ожидала встретить. Бэтмен. Он ходил туда-сюда по комнате, явно обеспокоенный, в своем дурацком черном костюме. Если это его дом, то у меня лишь один вопрос. Он что, круглосуточно носит этот свой наряд?! Рядом с ним стоял человек в костюме, со странными усиками и удивительно добрым взглядом. Похожий на дворецкого. Я и не знала, что эта профессия еще существует. И не знала, что наша мышка Бэтси аристократ. Или же это просто спектакль с целью показать, насколько он крутой? Я прислонилась к двери. Она скрипнула, и говорящие повернулись ко мне, услышав этот скрип. — Харли Квинн? Что ты здесь делаешь? Ты чем думала, когда вставала с постели? — произнес Бэтмен вместо приветствия. — Ты знаешь, сколько часов я потратил на то, чтобы подлатать тебя? Хочешь мои усилия выбросить в помойку? Не выйдет. — Что я здесь делаю — вопрос хороший, — невесело хмыкнула я. — Потрудишься на него ответить? — Все объяснения потом. Вначале ты будешь твердо стоять на обоих ногах. — Я думала, ты похвастаешься своим геройским подвигом о спасении несчастной Харли Квинн, — я медленно подошла к ним. — Что-то не припомню, чтобы ты жаловал меня или Джокера. — У меня нет ни времени, ни желания припираться с тобой, — устало откликнулся Бэтмен. — Только очнулась, а снова пытаешься быть дерзкой и взбалмошной. Хоть раз отдохни от этого образа. — И это говорит мне человек, который ходит в костюме мыши в собственном доме. — Тебя это точно не касается. — Как ты разговариваешь с тем, кого спас, м? — Прекратите оба, — Альфред встал между нами. — Сэр, девушка не в том состоянии, чтобы выяснять с вами отношения… — А мне кажется, что она даже при смерти будет это делать, — хмыкнул Бэтмен. — … нам следует помочь ей вернуться к себе и не давать ей поводов для беспокойств. Успеете еще ссоры затеять. — Не давать поводов для беспокойств… Я живу в сплошных беспокойствах. Нет смысла беречь мою нервную систему, она уже все испытала на себе. Именно в тот момент, будто бы специально, по телевизору (который, как оказалось, был включен, просто я не сразу обратила на него внимание) шел выпуск новостей. Заметив на экране до боли знакомый небоскреб, я подошла ближе. «РЕЗНЯ В АТЛАНТИК-СИТИ, — гласил заголовок. — Ночью в одном из крупнейших небоскребов Готэм-сити было совершенно зверское убийство двухсот человек…» Кадры начали показывать полицейских, шествующих подле трупов. Камера приблизилась ближе… Я увидела Чарли и Билла, лежащих среди прочих, с разорванными глотками. Мои ноги подкосились, и я бы упала, если бы не Бэтмен, тотчас же подхвативший меня. — Вот поэтому твою нервную систему необходимо беречь, — буркнул он. — Она еще не все успела испытать на себе. Я осмелилась снова поднять глаза. В новостях уже говорилось про больницу. Про убийство пациента и его семьи… Альфред кинулся выключать телевизор, но было уже поздно. Несколько слезинок скатилось по моей щеке, и я потеряла сознание на руках у Бэтмена.
