О душах, которые прячутся

      Проливной дождь щедро поливал все вокруг, заполняя любые впадины водой из разверзшегося неба, настолько хмурого, что хотелось поинтересоваться, не умер ли у него кто-то, а потом посочувствовать, качая головой. Впрочем, здесь было еще одно существо, которое могло бы посоревноваться с небом в хмурости. Девушка, почти девочка, в легоньком платьице, что промокло насквозь, упрямо шла сквозь непогоду, ругая ее на чем свет стоит, не жалея для нее ни единого словечка из русского матерного. Маленький зонтик грозился вот-вот сломаться, не выдержав такого напора, а все магазины вокруг были закрыты в ожидании своего времени, как ни печально, на рассвете мало что бывает открыто.       Но дело в ливне. Девушке казалось, что тучи не поливают все вокруг, а прицельно плюют в нее потоками воды, выжимая из себя последнее и собирая в одном месте – на ее зонте. Девушка была обижена на погоду, ведь в прогнозе о внезапном ливне не было ни словечка. Так откуда ей было знать, что, приехав в другой город, она сразу попадет под ливень? Это все очень раздражало и вызывало горький комок обиды в горле. Ну уж нет, еще дополнительную мокроту разводить, где это видано, чтобы взрослая, уверенная в себе женщина (да-да, она так и подумала – уверенная в себе женщина) позволяла себе рыдать из-за какого-то не вовремя пролившегося дождика?       За такими размышлениями, она не заметила, как оказалась в незнакомом переулке, который кончался тупиком. Увидев это, девушка остановилась и решила оглядеться. Непривычно узкая улочка для этого города была не то чтобы ровной, как остальные улицы, нет, эта едва ли не выписывала петли, заставляя путника проходить чуть ли не вдвое большее расстояние, чем по прямой.       Домики на этой улице тоже были какие-то странные. Все низкие, в один или два этажа, все украшены цветами, лентами или венками из хвои. Будто праздник никогда не покидал эту улочку. Преобладали цвета красный, зеленый и белый. За окнами одного из домиков девушка заметила отблески свечей, а за ними и высокую вывеску, на которую сначала не обратила внимания, так органично она вписывалась во все это трехцветное буйство. «Кафе Полуночников» - прочитала девушка, а следом за названием – «Открыто круглосуточно». Порядком устав блуждать под дождем, девушка зашла внутрь.       С порога ее окатило огромным количеством запахов. Ароматы специй, трав, кофейных зерен, легкой болотной сырости и затхлой воды, аромат леса после дождя и прогретого солнцем песка, закаленной стали, кожи и совсем чуточку крови, отдающей металлом на языке, цветочной пыльцы и меда. Все это смешивалось в невозможный коктейль, вопреки всему, отдающий теплом и домашним уютом. Девушка огляделась. Здесь были и столики разной вместимости, те, что побольше – с диванчиками, поменьше – с креслами и высокими стульями, на каждом столике по подсвечнику, на каждом диванчике или кресле по вязанной кружевной салфетке. Барная стойка у дальней стены, заставленной большими и маленькими баночками, какими-то бутылками темного и цветного стекла и пучками разной травы. От стойки отделился тонкий и юркий силуэт и быстро подошел к девушке, пресекая возмущенно-недоумевающий шепот: «ЧЕЛОВЕЕЕК?!».       Силуэт оказался невысокой женщиной, на пол головы ниже ее, сухой и поджарой, с каштановыми волосами, повязанными на цыганский манер и странными глазами. Девушка могла поклясться, что она видела, как в темноте они блеснули болотной зеленью, заглушая шепот.       Не дав ей много времени на раздумья, женщина всплеснула руками и начала быстро говорить:       - Ох, да ты же совсем вымокла, бедняжка. Ну что творится, совсем погодка разыгралась, ты заходи, не стесняйся. Вот, сюда.       Повернув за угол, который образовывал дверной косяк, девушка увидела, что помещение на самом деле больше, чем кажется с первого взгляда, а потолки кажутся выше, чем это можно представить, стоя снаружи. Так или иначе, за углом оказалось еще несколько столиков и большой камин с придвинутыми к нему креслами. Не теряя времени, женщина потащила ее именно туда, попутно выхватив откуда-то плед и завернув в него девушку. Все это время она говорила-говорила-говорила, не давая передохнуть ушам. Еще она почему-то называла ее «моя ты ведьмочка» и говорила, что девушку ей послала Богиня.       Наконец, девушка оказалась усажена в кресло, до самого лица замотана в безразмерный плед и оставлена отогреваться, пока женщина, по всей видимости, хозяйка, исчезла за барной стойкой и начала колдовать над каким-то питьем. Теперь у девушки была возможность осмотреться и ближе приглядеться к посетителям кафе. Для столь раннего часа их было довольно много. Действительно, кафе полуночников. Внезапно, девушка подумала, что все они были какие-то странные. Кожа одного в отблесках свечей и камина отливала зеленым, второй сидел в солнечных очках и перебирал невесть откуда взявшиеся листья, еще один сидел к ней спиной, но казалось, что его лицо раскрашено черным, при светлой, отливающей белизной коже на руках, если не считать большого количества татуировок, и шее. Хотя, в неверном и вечно колеблющемся освещении может и не такое привидеться. Девушку не оставляло чувство, что с каждым посетителем этого странного заведения что-то не так, хотя все они, безусловно, выглядят как люди.       Вдруг перед ней оказалась кружка с чем-то горячим и удивительно вкусно пахнущим. Отпив немного, девушка почувствовала вкус какао, корицы и маленьких зефирок, которые в этом какао плавились. Во вторую руку ей сунули овсяное печенье и снова скрылись за стойкой, принявшись натирать и так отполированную дубовую поверхность. В окна все еще бил дождь и этот мерный гул эхом отдавался в голове, смешиваясь с тихими разговорами посетителей, которые, казалось, не хотели ей мешать. От всего этого клонило в сон, но засыпать здесь было бы как-то не вежливо.       Перед глазами проносился весь сегодняшний долгий день, который она была бы рада забыть. Слишком многое сегодня случилось. Ее буквально пинками выпроводили из переполненного приюта, дали только собрать вещи и попрощаться. Прощаться было не с кем. Так осуществлялся выпуск из их не то чтобы элитного заведения.       Восемнадцать стукнуло? Иди, работай. Ей повезло хотя бы с жильем. После выпуска всем выделяли место в общежитии на первое время, но многие так и оставались там, спиваясь или чего похуже, там всегда творилось что-то невообразимое и жить в таких условиях не представлялось возможным. Но покойная бабушка еще в завещании оставила ей маленькую квартирку в этом городе, в которой они жили вместе еще до ее смерти. Условия были такими жесткими, что заведующей детского дома не удалось прибрать ее к рукам, как многие остальные ее вещи. Она всегда повторяла, что надо делиться, но как делиться, если у тебя, по сути, и нет ничего?       За этими размышлениями ее и застала хозяйка, бесшумно присев рядом и будто слушая ее мысли. Она грустно качала головой, осуждающе грозила пальцем воздуху и вздыхала, все так же, бесшумно. Примерно тогда, когда мысли девушки зашли в тупик на вопросе «Как жить дальше?», хозяйка подала голос:       - Послушай, ведьмочка моя, не дело это так кручиниться. Жизнь она разная бывает, когда хорошим боком встанет к тебе, а когда нет. Вижу же, что пойти некуда, что поделиться не с кем, что злоба бессильная в тебе. Это все не так важно, только научись справляться с этим, вижу же, что необученная, но чему надо и я научу. Слушай, ведьмочка, может работать ко мне пойдешь? Я ведь старая уже, а за этими разве углядишь? - она быстрым взглядом окидывает помещение, где завозились шумнее, то ли почувствовав, что говорят о них, то ли предвидя скорое утро. – Ну как, пойдешь ко мне?       - А чему вы меня учить хотите? – Предложение о работе было заманчивым, но странная фраза про «не обученная» настораживало девушку. Сказок о сутенерах на каждом шагу она наслушалась и теперь весьма настороженно относилась к такого рода предложениям.       -Ворожить тебя научу, - заговорщицким шепотом и с легкой улыбкой произнесла хозяйка. – Людей понимать, будущее предсказывать, различные лекарства делать, где, как, что для них собирать, как с этими вот, - еще один мимолетный кивок на посетителей, - сладить расскажу. Ну, конечно, как кофейню вести. Я - то, может, скоро Прахом стану, а этих жалко, они еще не скоро откинутся.       Женщина глуповато хихикнула, прикрыв лицо передником.       - Да что ж вы к своим посетителям так относитесь? Люди рядом сидят, а вы их чуть ли не чудищами величаете? – не выдержала девушка, возмутившись таким вопиющим неуважением к собственным гостям.       - Дык не люди они, ведьмочка, не люди совсем. Ты не поняла еще? Так приглядись поближе… - глумливо произнесло странное маленькое существо, прошмыгнувшее мимо. У существа была остренькая лисья мордочка, искаженная постоянно меняющимися гримасами. Девушка не видела откуда оно выпрыгнуло и где затем скрылось.       Внезапно из-за дальнего столика послышался спокойный, уверенный голос с шипящими нотками, он тихо произнес:       - Ну з-с-сач-ш-шем ты так-х-х? Ис-с-спугаеш-ш-шь.       Желтые глаза с вертикальными зрачками, отражающийся в них огонек свечи – последнее, что увидела девушка перед тем, как потерять сознание.