Письма

Фрэнсис Притчард – заноза в заднице и притча во языцех. Язва всего отдела. При нём не могут, но без него никак. Злые языки поговаривают, что Притчард сам же и устраивает хакерские атаки на «Шариф Индастриз», чтобы создавать видимость работы и не скучать, но, так как доказать этот факт не могут, а поймать с поличным не получается, домыслы остаются домыслами, хоть и не лишёнными некоего основания. Откуда пришёл Притчард и почему работает на Шарифа – тайна, покрытая мраком. Ходят противоречивые версии, с каждым разом обрастающие новыми деталями и подробностями. Притчард знает их все. Более того, особо удачные, на его взгляд, он придумал и распространил сам. Истину по определению и согласно занимаемой должности знает только глава «Шариф Индастриз». И ещё Афина, которая по умолчанию профессионально чувствует то, о чём точно знает Дэвид, вероятно, догадывается Притчард, краем уха слышала Малик и начинает подозревать Адам. Впрочем, Малик Притчард сказал сам под видом очередной байки, чтобы полюбоваться на её реакцию. В каждом помещении, согласно технике безопасности, установлены камеры слежения. Данные записываются и формируются для специалиста по безопасности Адама Дженсена, но оседают почему-то в бездонных закромах родины Притчарда. Поэтому, когда Притчард смог закорячить свой мотоцикл в кабинет, обходя протесты сослуживцев и используя служебный лифт, попутно пачкая поручни и кнопки машинным маслом, никто, собственно, и не удивился, что сие действо абсолютно никак не отразилось в записях камер наблюдения или дисциплинарных взысканиях. В отличие от Адама, по ошибке заплутавшего в дамский туалет. Про отношения между двумя начальниками отделов тоже ходят слухи, которые, правда, некоторые сотрудницы предпочитают обсуждать лично, с глазу на глаз, и за пределами Шариф-билдинг. Притчард в курсе и этих слухов, но любезно закрывает на них глаза. Заслать «письмо счастья» с вирусом на домашние компьютеры местных любительниц сплетен он может и с закрытыми глазами. По памяти. Так или иначе, Притчард скорее рад, чем нет, что Адам благополучно вернулся с Панхеи, и в честь такого события зубоскалит в два раза больше обычного. Адам то ли уже свыкся с голосом в голове, то ли забыл отключить инфолинк, то ли тоже рад снова слышать Фрэнсиса. Аналитический ум Притчарда допускает и такую вероятность. Как впрочем, и вероятность того, что в стальном, пуленепробиваемом Адаме что-то всё-таки надломилось. Что-то, что никак не отражается в его искусственных глазах, но что не сможет починить ни Притчард, ни Шариф, ни все врачи клиник вместе взятые. Как впрочем, и вероятность того, что если Адам в ближайшее время не выйдет из своего долгосрочного «отпуска», работа грозит стать до омерзения скучной без объекта каждодневных упражнений в остроумии. Притчард задумчиво кусает энергетический батончик и, пачкая клавиатуру перемазанными подтаявшим шоколадом пальцами, начинает набирать письмо Малик, вспоминая чудесную пословицу: «Где сам не справляется, дьявол посылает женщину».