Fallout Equestria: The Blind Spot

Полная луна горела на небосводе, заливая густой подлесок холодным синим цветом. Когда-то давно, кажется, в прошлой жизни бывшие отполированными и ухоженными копыта, разбитые и растрескавшиеся буквально за пару дней адского труда, ступали на тропку, кое-где укрытую начавшей опадать листвой, иногда проскальзывая по мокрой грязи... Грудь белой поняши тяжело вздымалась, тело била крупная дрожь, а сердце, гулкие удары которого отдавались в ушах, так и норовило вырваться из груди. И всё же, как казалось, самое плохое было позади. В уголках глаз Ваниллы проступили слёзы, скатываясь по щекам и падая в оставленные её копытами следы. Два дня тартара, боли и ломающего тела изнеможения остались позади. Пусть жизнь рабыни для удовольствий и до этого сложно было сложно назвать сладкой, но только после переклассификации в расходный материал она смогла в полной мере прочувствовать, что такое отчаянье и безысходность... По сравнению с этим жестоко развлекающиеся с её телом старые хозяева казались просто пределом мечтаний. Побег был непрост... Но прошел наудивление гладко. Вытащив затыкавшие сделанный кем-то давно подкоп тряпки, земнопони без особого труда покинула забитый несчастными обречёнными пони сарай, оказываясь на внутреннем дворе добывающего лагеря. Со стороны карьера доносились окрики охранников и мерный стук кирок ночной смены, там же горел огонь и плясал свет фонарей, быть обнаруженной там было проще простого, но, к счастью, путь Крим пролегал в иную сторону. Двигалась пони перебежками, от тени к тени, затравлено озираясь во все стороны единственным зрячим глазом, боясь увидеть охранников. Пока ей везло - часовые на вышках обшаривали лучами прожекторов исключительно территорию снаружи периметра, больше опасаясь нападения мутантов или конкурентов, чем бунта рабов. Пони из Башни были свято уверены в ошейниках и тонко настроенных зонах покрытия разрешающего сигнала. Крим помнила, как в первый день её пребывания здесь голова попытавшегося бесхитростно дать дёру единорога разлетелась на куски, когда тот не пробежал и десятка метров от сарая-барака. Оказавшись перед самой своей целью - административно-хозяйственным комплексом, состоявшем из нескольких вагончиков и сарайчиков, Ванилла остановилась и затаилась. Сначала она кинула короткий взгляд на небо - в сторону луны быстро двигалась большая чёрная туча, обещавшая закрыть светило плотно, но не слишком долго, так что хоть Богини и давали ей шанс, но всего один. Второй взгляд был брошен на укрытие охраны, вызывающей безотчётный страх (но не ненависть, подобные чувства из её души накрепко вытравили специальные учителя ещё в жеребячестве). В одном из окон жилого вагончика горел ровный и тёплый свет электрической лампы, что говорило о том, что не спит как минимум один из вооружённых пони. Жизнь белой земнопони только что радикально усложнилась... Пригибаясь к земле, Ванилла обошла комплекс строений по дуге, так, чтобы её нельзя было увидеть из окна, после чего наконец к нему приблизилась. Её копыта ступали тихо и бесшумно, в конце концов, это было не так сложно, зелёная травка покрывала землю как один большой и мягкий ковёр... А уж ходить так, чтобы лишним звуком не вызвать гнева хозяев Крим умела и в куда как более неудобных условиях. Чего только стоил тот период её жизни, когда она прислуживала одному из учёных Башни, в личных покоях которого на полу местами были уложены декоративные узоры из разноцветной плитки, при касании которой копытами выходил весьма звонкий звук! Ванилла наконец оказалась перед сараем, про который рассказывал обезвредивший ей ошейник единорог. Где-то внутри она должна была найти кусачки, которыми можно было бы проделать дыру в заграждении... Крим никогда не пользовалась таким инструментом, но господин Фрост, а именовала она его в своих мыслях несмотря ни на что только так, вполне подробно объяснил, как тот должен выглядеть и работать. Ванилла надеялась, что справится. Прежде чем пытаться открыть дверь, Крим прислушалась. С той стороны еле слышно доносился тихий, чуть свистящий храп. Ванилла знала такой, когда пони так храпит, это значит что разбудить того легче лёгкого... Но по крайней мере дверь точно была не заперта. Надавив копытом на ручку двери, земнопони медленно начала ту открывать, осторожно, миллиметр за миллиметром, молясь богиням чтобы не скрипнули старые, ржавые петли. Они скрипнули. Сердце Ваниллы пропустило удар, когда храп на мгновение затих, после чего из глубины помещения послышалось сонное бормотание и храп возобновился. Рабыне однозначно повезло... Оглядев помещение, освещённое прорывавшимся сквозь открытую дверь холодным лунным светом, Ванилла отметила устроившуюся сидя на ящике, да так и задремавшую молодую охранницу-земнопони, надвинувшую кепку себе на глаза и теперь безмятежно посапывающую. Проблема была в том, что устроилась кобылка из Башни опасно близко к большому железному столу, заваленному инструментами (господин Фрост ещё называл тот верстаком), рядом с которым спаситель Ваниллы и рекомендовал ей начать поиски. Каждый шаг растягивался на десятки секунд, а по ощущениям так и вовсе на часы - Крим приходилось тщательно осматривать пол, выбирая те доски настила, которые с меньшей вероятностью заскрипели бы под её весом, прежде чем поставить ногу. Мысль о том, что, судя по наличию в мастерской покрытия пола, сохранности инструментов уделено больше внимания, чем здоровью рабов не вызвало даже тени эмоций в душе Ваниллы. Она привыкла. Медленно, очень медленно, стол с инструментами становился ближе. Рабыня даже забывала дышать - ей было совсем не до того, ведь она уже видела описанные господином Фростом кусачки прямо там, на краю столешницы! Задняя нога земнопони промазала мимо намеченной цели на пару сантиметров и в тихом помещении сарая оглушительным громом отозвался треск старой половицы, а сердце рабыни ухнуло куда-то в копыта. — А? Что? — охранница встрепенулась, сонно ощупывая взглядом слабо освещённое помещение, прежде чем сфокусировать прищуренный взгляд на перепачканной в грязи беглянке, чья шёрстка сейчас казалась скорее серой... — А, Грей... Отстань, я сплю. После этого охранница вновь закрыла глаза, уронила голову и тихонько захрапела, пока Ванилла возносила принцессам беззвучную, но очень пылкую молитву благодарности за то что те уберегли её. Рабыня понятия не имела, с кем её там спутали, но в целом её это не сильно и волновало. Ещё несколько шагов, ещё более осторожных чем прежде, и Ванилла наконец оказалась у верстака. Ухватив зубами побитую жизнью пластиковую ручку инструмента, рабыня начала медленно отступать. Первый этап плана прошёл успешно, хоть в процессе она едва не умерла от страха. Оказавшись наконец на улице, Ванилла с наслаждением вдохнула свежий воздух, ощущая сколь пьянящим и вкусным тот казался после сухого и спёртого воздуха мастерской. Поняша быстро огляделась - поблизости на улице всё ещё никого не было заметно, а туча уже вплотную подбиралась к ночному светилу, так что стоило торопиться, если Крим хотела воспользоваться темнотой. Немногочисленные, но толстые кабеля, по импровизированным столбам расходившиеся к вышкам и забору, приходили к небольшой будочке, пристроенной прямо к стене мастерской. За тонкой стеной из жестяного листа что-то негромко гудело, но больше никаких звуков слышно не было, так что Ванилла почти без страха заглянула внутрь. В тесной каморке обнаружился мерно гудящий переносной спарк-генератор, куча проводов и большой железный шкаф с кучей тумблеров. На самом деле, автоматических выключателей было не так и много, но в первую секунду Ваниллу охватил приступ паники - она ведь ничего не понимала в электричестве, а значит и напортачить ей было легче лёгкого! Земнопони закрыла глаза, повторяя в уме чёткие указания - найти отвечающие за свет и напряжение на заборе тумблеры, щёлкнуть ими и откусить кусачками отходящие от них вниз провода. Казалось бы, просто! Но только Фрост не учёл одного маленького момента - Ванилла не понимала в том как работает электричество вообще ничего! Подавив желание сесть на круп и расплакаться от осознания собственной глупости, Ванилла сделала глубокий вдох и открыла глаза, внимательнее приглядываясь к выключателям. Тихий, еле-еле слышный истерический смех она сдержать не смогла. Рубильники были подписаны чёрным маркером... Не закрывая дверь, кобылка, затаив дыхание, ждала момента. Наконец, туча медленно, будто бы торжественно наползла на луну, прикрывая светило ночной принцессы и приглушая его холодный синий свет. На улице резко стало темно, и тогда Ванилла, как могла быстро, щёлкнула копытами два переключателя, незамысловато подписанных как "забор" и "прожектора". Теперь у Крим было очень мало времени. Совсем скоро кто-нибудь из охранников должен был очухаться и пойти проверить, почему вырубился свет. Стоило поспешить с проведением диверсии, чтобы выиграть себе пару лишних минут. Вот только если найти даже в наощупь в полной темноте подходящее место для отреза, где тот был бы не сразу заметен, удалось легко, то вот откусить провод оказалось не столь простой задачей. Просто прорезать толстый многожильный кабель не получалось, сколько бы Ванилла не сжимала ручки инструмента со всей силы передних ног, тот едва прорезал внешнюю оплётку. Пытаясь то пропилить, то продавить незнакомым инструментом неподатливую сердцевину из медных жил, кобылка вслушивалась в свист холодного ночного ветра за дверью, боясь услышать шаги спешащих в каморку охранников. Щёлк! Как-то абсолютно случайно кобылка съехала режущей кромкой инструмента ближе к краю, и когда между его лезвиями оказалась всего одна жила тот легко её перекусил. С секунду Крим пыталась понять, что случилось, но когда наконец осознала... Работа пошла сильно быстрее. Одна за другой толстые жилы оказывались откушены ворованными кусачками. Первый провод наконец развалился на два куска. Пришло время взяться за второй... Ванилла, окрылённая своими успехами не услышала приближавшихся шагов, и только счастливая случайность спасла её - охранник перед самым входом поскользнулся на мокрой грязи и смачно выругался. На мгновение кобылка застыла от ужаса, но сумела перебороть себя, и быстро найти в тёмном помещении угол, в который она могла забиться... Втиснувшись между дальней стеной и генератором, попутно обжегшись о его раскалённый бок и очень тихо проскулив, земнопони замерла, боясь даже вдохнуть лишний раз. Что-то холодное касалось её задней ноги, а обожжённое плечо ныло, но она стойчески молчала. Дверь противно заскрипела, и спустя секунду яркий луч фонаря разрезал тьму подсобки. Пока Ванилла вжималась в стенку и молилась Сёстрам, чтобы охраннику не пришло в голову посмотреть в её угол, тот, что-то недовольно бурча себе под нос, направился прямо к электрощитку и привычным движением щёлкнул нужными выключателями, возвращая электроток в систему. Сделав дело, охранник зевнул и поплёлся на выход, не забыв хлопнуть за собой дверью. Рабыня не сдержалась и шумно выдохнула, сползая по стеночке и стараясь не думать, что случилось, заметь её тот пони из Башни. Воображение не рисовало ничего хорошего... Второй раз отключать электричество Ванилла побоялась., предполагая что уж тогда её точно найдут слишком рано. К счастью, она успела перекусить именно тот кабель, что шёл от подписанного как "забор" выключателя, так что шансы у неё оставались, пусть в свете прожекторов её могли увидеть и просто пристрелить. Лучше было иметь мало шансов на успех, чем умереть с гарантией. Высунув мордочку из-за двери, земнопони быстро огляделась. Луна всё ещё была скрыта за тучами, так что лучи прожекторов дозорных двигались куда активнее чем раньше, буквально сканируя подходы. Прямо сейчас никого рядом не было. Ко границам карьера Ванилла добралась быстро, хоть и постоянно замирала, поминутно оглядываясь, когда ей казалось, что кто-то на неё смотрит. А это странное чувство и не думало исчезать, хоть единственный зрячий глаз поняши так никого и не заметил... Вырезать квадратную дыру в сетчатом заборе оказалось на удивление просто, хоть под конец кусачки и затупились окончательно. Крим каждую секунду тряслась от страха, боясь что вот сейчас-то её и обнаружат... Обошлось - охранники не смотрели на сам забор, стараясь отыскать угрозу ещё на подходе. Они слишком сильно верили в ошейники. А потом был бег. Бежала Ванилла так быстро, как только могло её измождённое тело, то и дело копыта скользили по влажной земле, а земнопони рисковала упасть и уже не встать - сил бы не хватило. А ведь её заметили. Луч прожектора мазнул по ней, где-то вдалеке послышались крики, несколько пуль просвистели рядом, попав в сырой грунт, выбив фонтанчики грязи, но было уже поздно - Крим уже добежала до рощицы неподалёку, затерявшись среди стволов молодых деревьев. Конечно, отправлять погоню за расходной рабыней на ночь глядя никому в голову не пришло. И вот, на трясущихся ногах увечная кобылка ступала по найденной ей в лесу тропинке, не зная куда идёт и на что ей надеяться. Одинокая, безоружная, умеющая лишь хорошо прислуживать и быть послушной, сколько у неё было шансов выжить в дикой местности пятна, не нарваться на стаю мутантов, шальную аномалию или тех же бандитов? Крим знала грустный, но правдивый ответ - очень мало. Впрочем, мало шансов - это лучше чем гарантированная смерть. Следуя советам господина Фроста она уже смогла бежать, так может удастся и найти его друзей? Пусть единорог и не был щедр на описания, но Ванилла была уверена, что такие детали как крылья или полоски она не пропустит...

***

— Проснитесь и пойте, мисс Найт! Проснитесь и пойте! Я не хочу сказать, что вы бессовестно дрыхнете третьи сутки, после близкого знакомства с ядом-ошейником вы вполне заслуживаете отдыха, но все усилия одного рогатого придурка... Да вставай же ты уже! Крайне знакомый голос, принадлежавший одной полосатой кобыле ворвался в сознание Найт, вырывая ту из череды фантасмагорических кошмаров, порождённых агонией последних сохранившихся в памяти суток. Она помнила, как бесконтрольно заходилось в судорогах тело, как невероятная, ни с чем несравнимая боль пронзала каждую клеточку её организма, будто её без конца били электрическим током, слишком слабым, чтобы убить на месте, но достаточно сильным, чтобы свести с ума. Помнила то ощущение, будто её заживо погружали в кипящий, расплавленный металл. Боль не отпускала её даже когда она отключилась, терзая рассудок даже в этот момент... Но сейчас боли не было. Только приятный холодок на коже и странное онемение по всему телу. Пегаска медленно открыла глаза, для чего ей пришось приложить усилия. Тело плохо слушалось, словно бы кобылка разучилась им управлять, даже веки поднимались очень неохотно... Однако Найт Стар справилась, и перед её взором предстала всё та же вполне комфортабельная, но всё же камера, в которую её ранее поместили пони из Союза. А ещё прямо перед ней возникла лучащаяся нарочито наигранным весельем мордочка зони. — Ого, проснулась, спящая красавица! А я уж думала, мне тебя придётся будить как в старых сказках - жарким и страстным поцелуем! И что, что мы обе кобылы? Так даже лучше! — пока Сильвер Тейл говорила, её копыта уже развязывали бинты, которыми конечности Найт в несколько слоёв примотали к кровати, чтобы та не переломала себе все кости в организме во время приступов. — Как себя чувствуешь, наёмница? Или лучше сказать, разведчица Анклава? Пегаска смерила полосатую своим фирменным злым взглядом, но та, кажется, вовсе его проигнорировала, бодро заканчивая возиться с узлами. Найт могла бы сейчас одним движением вырубить Сильвер и сбежать через открытую дверь... Если бы тело не отказывалось исправно служить своей хозяйке настолько, что даже дёрнуть ногой было затруднительно. — Не-не-не, даже не думай, твои боевые гляделки на меня не работают! Ну, ты хотя бы не начала сразу же неумело материться как один рогатый дурень... Уже неплохо. — закончив развязывать пегаску, Сильвер сделала пару шагов назад и опустила круп прямо на лежавший в центре помещения коврик. — Мне кстати даже интересно, а что он в такой буке нашёл. Хотя... Пёрышки это дело, я согласна! Было у меня как-то с одним пегасом... Найт пошевелила задней ногой. Чувствительность медленно, но всё же возвращалась в её тело, пока ещё даже близко не возвращая её в состояние боеготовности, но, по крайней мере, отгоняя страхи о том, что теперь она останется парализованной навсегда. — Предвосхищая твои вопросы, тебе был введён антидот от башнёрского яда и комплекс регенеративных зелий. Твоя нервная система должна восстановиться, но реальных испытаний действия этого комплекса после столь обильного поражения нервной системы ещё не проводилось. Да, кстати, с шансами яд мог уже начать влиять на головной мозг, так что если встретишь провалы в памяти и подобное - не удивляйся. Скажи спасибо, что лекарство было введено раньше, чем ты превратилась в овощ. — рассказывая о состоянии пернатой, Сильвер активно махала в воздухе копытами и вообще всячески поддерживала образ перевозбуждённой учёной. Найт задумалась о том, сколько же у этой зони масок, как быстро она способна между ними переключаться, и самое главное, зачем это делает... — Спасибо тебе кстати нужно говорить нашему общему знакомому рогатому придурку, это он решил подписаться на небольшое суицидальное задание в обмен на лекарство для вашего крылатого величества. Найт наконец смогла перевернуться на живот, и начать медленно спускаться на пол. Раскоординированность движений собственного тела вызывала злобный зубовный скрежет, но прямо сейчас поделать с этим крылатая ничего не могла. Хорошо хоть это, вроде бы проходило понемногу само. — И что теперь? — скривившись, заговорила наконец Найт, прожигая словоохотливую зони взглядом. Мысли о происходящем прямо сейчас стайками вились в голове пегаски, порождая самые разные теории, предположения и эмоции, но её взгляд не выражал вообще ничего, кроме злости. — Заберёшь свои вещички и получишь пинок под круп отсюда. Союзу как-то не упёрлось тебя содержать и кормить. — хмынула Сильвер, одной фразой заставив пегаску всё же перемениться в мордашке. На секунду в мимике пернатой проскочило искреннее удивление. — Хим хотела прибрать к копытам кое-что из твоих приблуд, но я договорилась, чтобы ты оставила их себе. Пригодятся ещё. — Вот так просто? — разведчица приподняла бровь, получив в ответ лишь вполне искренний смешок. — Вот так просто. Понимаешь, ты относишься к той прослойке пони, до которых Союзу Спасения банально нет дела. Убивать тебя не за что, в конце концов, личных причин враждовать с нами у тебя нет. Помогать тебе тоже не будут, не заслужила. Вербовать тебя... Нечем особенно. — словно рассказывая жеребёнку прописные истины спокойно сообщила зони. — Впрочем, есть у меня подозрение, что ты и сама захочешь кое-что сделать, прежде чем вернёшься к своему несомненно важному для славного облачного общества заданию. — С чего бы? — со вздохом осведомилась Найт, уже чувствуя, что спокойно вернуться к своему делу у неё не выйдет. — Ну, как ты уже могла понять, у тебя теперь есть небольшой такой должок перед Уинтером. Ценою в жизнь. — губы зони расплылись в какой-то хищной улыбке. — Конечно, формально тебе никто не запретит послать меня в далёкое эротическое путешествие и пойти заниматься своими делами, но... Что-то мне подсказывает, что ты не настолько сука, чтобы так сделать, узнав что Фрост попал в копыта пони из Башни. Найт задумалась. По-хорошему, её с этим наземником не связывало вообще ничего. И у неё была миссия, возложенная на неё Управлением Разведки. Она и так потеряла много времени из-за собственной ошибки, непозволительно много, однако... Однако этот жеребец просто так без задней мысли спас её, если верить полосатой, уже второй раз. А немного побродив с Фростом Найт поняла, что тот и впрямь мог на это пойти. Вполне в его духе. Глупый романтик, верящий во всё хорошее... Такой не должен был протянуть и пары дней в Пустоши, однако в Пятне каким-то образом умудрялся выживать. И делать его чуть лучше. И самое главное, благодаря нему Найт всё же до сих пор была жива и сравнительно цела. — Рассказывай. — со вздохом, произнесла крылатая. Рассказ впрочем, пришлось слегка отложить. Сильвер с уверенностью заявила, что Найт стоит после перенесённого её организмом стресса хорошенько восполнить потерянные калории и утащила, почти буквально, с учётом того что в начале пути пегаска едва стояла, в большую столовую при занятом Союзе здании. К местной пище, за которую готовы были бы убивать не только на Пустоши, но и в Анклаве Найт уже привыкла и жевала капустное рагу даже без особого аппетита - новости и собственные мысли заботили её больше, только когда в её глотку залился стакан холодного и вкусного, хоть и безалкогольного кваса, пегаска наконец слегка успокоилась. Если уж зони хотела играть своё представление, Найт была готова побыть зрителем. До тех пор, пока их цели хоть в чём-то совпадали. Полосатая кобылка довольно неожиданно потянулась копытом ко стоявшему всё это время на столике приёмнику, и, покрутив ручки, заставила тот ожить, немного покряхтев статикой. — Послушаем, что на радио, для начала. — пояснила Сильвер, лениво потягивая квас из жестяной кружки. — В наёмничьих новостях часто рассказывают полезные вещи. "Все-ем доброе утро, братки" — то ли рассчитав время, то ли просто включив радио в удачный момент Тейл благополучно попала на самое начало утренней передачи. Бодрый и чуть насмешливый жеребцовый голос негромко, чтобы не мешать другим посетителям, вещал из приёмника. — "Начну с самого важного - на севере нашей братии сейчас лучше носа не показывать. Из-за барьера просто табунами валят краснопёрые из Сталлионграда, а как они к нашей братии относятся, знаете сами. Так что если думали пострелять бандитов или мутантов вокруг Краснограда - подумайте ещё раз. Шея - она одна, а краснопёрые обычно вешают именно за неё! Зато... Башне есть чем вас порадовать, братки! Они вывалили на биржу целую огромную кучу заказов, от поисков беглых рабов до зачистки мутантских гнёзд. В общем, работёнка на все вкусы. Надеюсь только в этот раз нашего брата на поворотах не обойдёт какой-нибудь неизвестный снайпер с загадочной пегаской на пару. А то обидно, братки, за ту банду давали большую горку монет, а их так никто и не забрал! К слову, за ТУ САМУЮ крылатую тоже теперь дают нынче неплохие деньги. Солидно она по хвосту ребят из Башни потопталась. Но я, ребят, лично не советую вам за это браться. Она вроде как наёмница, хоть и не из Пятна, а гасить своих... Я вам лично за такое не налью. Минут через десять вернусь со сводкой по западу и востоку, а пока что... С вами был Хантинг, удачной охоты, братки!" Голос ведущего пропал, а вместо него заиграла бодрая джазовая мелодия, правда, тут же замолкшая, стоило Сильвер тыкнуть копытом по выключателю. — Да ты теперь похоже знаменитость. — хохотнула Тейл, глядя на покислевшую ещё сильнее морду Найт. — Ну как оно, мелькать в новостях? — Неприятно. — со вздохом произнесла пегаска, начавшая за это время более или менее прилично чувствовать свои конечности. Что ж, теперь она по крайней мере поняла, зачем всё это было нужно. — Так что там с Фростом? И Сильвер рассказала, отбросив излюбленный шутливый тон. Сухо, но со всеми необходимыми подробностями, о том, как прошло проникновение в заброшенную лабораторию, как повязали Фроста и как она сама сбежала, оставив системы охраны отвлекать оперативников Башни. — А потом мне пришлось убеждать Хим выполнить её часть сделки. А то знаешь ли формально это не Фрост принёс ей все данные... Ей всё ещё не особо хотелось тратить на тебя препараты. — зони чуть усмехнулась. — Переломить её мне удалось только благодаря Каталист. Бедняжка всё ещё по гроб жизни благодарна этому рогатому придурку, как и мы с тобой, впрочем. Хотя и тебя тоже она не забывает, кстати. Просила заглянуть, как сможешь. — Неприятно... — повторила Найт. Бросить рисковавшего ради неё своим крупом Фроста она уже не могла, но ситуация выглядела крайне паршиво. — Предлагаю выдвинуться в Дыру и начать поиски оттуда.

***

Возбуждение от побега и смертельной опасности понемногу уходило, а Ванилла начинала чувствовать себя такой слабой и беспомощной кобылкой. Ноги еле шевелились, копыта с трудом вставали раз за разом на размокшую тропинку, а та казалось не кончится никогда. Крим не была уверена, сколько она уже шла, час, два или все десять. Она просто переставляла копыта в надежде... На что? Её шанс был в том, чтобы добраться до Южного, где можно было найти друзей господина Фроста или до Копытска, где должны были находиться его родители. Вот только... Как она могла это сделать? Она не умела ориентироваться на местности. Не умела выживать. Не умела даже просто стрелять! Всё что она умела - убираться, готовить и ублажать хозяев в постели. Она даже не знала, где вообще находится! Хотелось просто упасть на землю, обхватить копытцами голову и горько заплакать. Но очень уж хотелось жить. Ведь жизнь - это всё что было у Ваниллы и она ценила каждое приятное мгновение, будь то вкусный травяной сбор, который ей разрешил выпить кто-то из господ, или фальшивое проявление нежности от кого-то другого... Она ценила эти моменты, и очень боялась больше не почувствовать ничего подобного. И вообще исчезнуть навеки. Взор единственного глаза застлала пелена слёз. Всё тело дико болело, от кончика копыт до самой макушки - сказывалась тяжёлая, изнурительная работа без намёка на нормальный отдых. Со зверьём пока удавалось не встречаться, но вот в аномалии кобылка пару раз едва не угодила, в том числе заработав неприятный ожог на половину передней ноги от вспыхнувшего рядом с ней столба огня. Время от времени слева по ходу движения земнопони попадались одинокие дома, но как бы притягательно не горел в их окошках свет, Ванилла боялась. Боялась что её, беглую рабыню, просто возьмут и вернут Башне, а уж тогда... Тогда снисхождения не будет. А ещё Ванилла не знала, что будет дальше. В этом смысле у неё было только одно, очень зыбкое предположение. Слабая надежда, что когда она поможет спасти господина Фроста, он, в доброте своей, станет хозяином ничтожной искалеченной кобылы. Она прекрасно понимала своё уродство, но ведь и много ей было не надо - за еду и спальное место она была бы готова прислуживать ему хоть до конца времён! А если он ещё и будет хоть изредка так же искренне обнимать её... В какой-то момент до затуманенного усталостью разума Ваниллы начало доходить - она встречает не разные дома слева от себя, она всё время проходит мимо одного и того же дома. Высокая печная труба, выкрашенные в белый стены, три окна и резное крыльцо. Это однозначно не могло быть совпадением! Земнопони захотелось стукнуться головой о дерево - она нашла закольцованную тропинку и ходила по ней кругами всё это время! Но если не по ней, то куда? От дома не вело больше никаких дорожек, да и по пути Ванилле они не встречались... Не найдя ничего лучше, кобылка развернулась и зашагала прямо в лесную чащу. Мысль о том, что это глупо и самоубийственно прошла мимо её измождённого, находящегося на грани срыва сознания. Она просто шла вперёд, благо, подлесок здесь был не густой и ветки не так часто царапали её мордочку. Вокруг высились толстые стволы каких-то деревьев, Ванилла в них не разбиралась, но она уже мало что видела и понимала, переставляя ноги на автомате. Шаг за шагом. Шаг за шагом... — Помогите! Раздавшийся откуда-то из-за кажущихся бесконечными рядов деревьев вопль заставил Ваниллу встрепенуться, словно разом сбрасывая с себя усталость. В другом случае она бы десять раз подумала, прежде чем кому-то помогать, но... Кричал явно жеребёнок. Слишком тонким, слабым был голосок, чтобы принадлежать взрослому пони. Жеребята... Жеребята всегда были глотком доброты в жизни Ваниллы. Даже служа самым жестоким из хозяев, Крим всегда могла быть уверена, что маленькие пони будут к ней снисходительнее взрослых. Принесут немного вкусной еды со стола, или посочувствуют если её накажут. Земнопони любила жеребят, искренне и очень сильно. И что-то в ней больно сжималось при одной мысли о том, чтобы бросить в беде жеребёнка. — На помощь! Ванилла шла на звук. Не бежала, потому что сил у неё уже не было, но шла уверенно и непреклонно. Откровенно говоря, она и сама не знала чем поможет, если жеребёнок столкнулся с плохими пони или дикими животными. А ещё сама не представляла как смогла не вляпаться ни в одну аномалию по дороге. Она просто... Делала то что казалось правильным. И едва не улетела в овраг, лишь чудом удержавшись когда одно из копыт заскользило по жидкой грязи. Голос шёл именно с этой стороны. Кобылка присмотрелась и издала облегчённый вздох - маленький, перепачканный в глине, единорожик лежал на дне оврага и звал на помощь. Крим не была уверена, но возможно у него была вывихнула или сломана нога... Но это было куда лучше, чем если бы его доедали мутанты! — Тише малыш! Сейчас я помогу! — Ваниллу научили, если не сказать надрессировали, быть тихой, так что крик получился откровенно слабым и неуверенным, царапающим горло. — Секунду, только спущусь! Конечно, спокойно спуститься земнопони было не суждено. Копыта разъехались на размокшем склоне и Крим с головой измазалась в жидкой грязи, превращая и так лишённую в последнее время ухода шёрстку во что-то невообразимое. Но ей, в сущности, уже было плевать... — Держись! — соскребая копытом грязь с единственного зрячего глаза, Ванилла кое-как добралась до плачущего жеребёнка. — Сильно болит? Оглядев маленького перепачканного в грязи жеребёнка поближе, кобыла убедилась, что задала глупый вопрос - вывернутая под неестественным углом задняя ножка говорила красноречивее любых слов. — Я... Я тебя не знаю! — кое как повернув голову, через слёзы прохныкал маленький жеребчик, разглядывая земнопони своими большими голубыми глазами. — Мама говорила не общаться с незнакомыми пони! — Так тебе и не надо, просто покажи, где твой дом и я тебя отнесу. — земнопони через силу улыбалась своей самой доброй и милой улыбкой. У неё было немного понимания как общаться с жеребятами, и сейчас она вовсю этим пользовалась. — А там твоя мама нас познакомит... Можно посадить тебя ко мне на спину? Получив от малыша кивок, Ванилла с величайшей аккуратностью, измазав всю морду в раскисшей глине аккуратно поддела жеребёнка носом, помогая тому взобраться сначала к себе на шею, а оттуда - на спину. У земнопони это получилось так ловко, что пострадавшая ножка оказалась почти не потревожена! Как выбралась из скользкого оврага и тёмного леса Ванилла не помнила. Всё что отпечаталось в памяти, указывающая на цель передняя ножка жеребёнка, на которую Крим и ориентировалась. И вышла она к тому самому дому, мимо которого уже много раз проходила... Как по волшебству прямо перед Ваниллой распахнулась дверь и на мгновение её ослепил яркий, тёплый, такой манящий свет. Кобылка и сама не поняла, как оказалась внутри, как передала жеребёнка немолодой единорожке, как её затащили в душ, ополоснув горячей водой измазанную в подсыхающей грязи шёрстку. Как причитал над ней стареющий жеребец, явно глава семейства, разглядывая травмы и шрамы. Ванилла не контролировала происходящее, окунувшись в привычный для себя ритм - ей говорили, она делала. Не задавая лишних вопросов. — Что же с тобой приключилось, малышка? Кто такое мог сотворить с молодой кобылкой? Уже сидя за столом перед исходящей паром тарелкой горячей гречневой каши, казавшейся ей сейчас вкуснее всего на свете, Ванилла попыталась разглядеть пони, к которым попала в дом. Не вышло, те как на зло каждый раз оказывались на фоне яркой электрической лампы, так что слезящийся глаз земнопони различал лишь очерченный свечением силуэт. — Ничего страшного... Всё в порядке, сэр... Не стоит ни о чём беспокоиться... — рабыня отвечала старому, судя по чуть дребезжащему голосу, жеребцу давно заученными фразами, стараясь пореже поднимать взгляд единственного глаза. — Я получила только то что заслуживала... Держа копытом ложку, она боязливо и торопливо закидывала в себя кашу в перерывах между своими ответами. Есть хотелось очень сильно, а в душе поселился страх, что в любой момент тарелку с гречкой у неё могут отобрать. Как и всегда... — Не говори глупостей, деточка. И кушай, кушай... Неожиданно холодное, но ласковое копыто потрепало кобылку по макушке, заставив дёрнуться от неожиданности. Она скорее ожидала удара. Поспешно закивав головой, земнопони старательно заработала челюстями, торопясь наполнить желудок вкусной и горячей едой. — Тебе некуда идти, милая? Оставайся с нами. — неожиданно присоединился к разговору ещё один голос, кобылий. Подпрыгнув от неожиданности и чуть скосив взгляд назад, земнопони снова сумела разглядеть только силуэт. И глаза. Красивые, большие голубые глаза. — Кто бы не были те пони, мы тебя им в обиду не дадим! Будешь по хозяйству помогать, да за мальцом следить, ничего трудного. Накормим, оденем, уголок дадим... — Я... — ложка с очередной порцией гречки затряслась в копытце Ваниллы. Это было самое большое, о чём она могла сейчас мечтать - ей, бесполезной, испорченной рабыне предлагали (!) заняться привычным делом, получая за это еду и кров. Она была уже готова без раздумий согласиться, когда в уставший разум раскалённой иглой воткнулась единственная мысль: господину Фросту всё ещё нужна была её помощь. Он спас её из этого страшного карьера, а она... Она не могла не отблагодарить этого очень доброго пони. — Я счастлива буду служить вам. Но... Сейчас я не могу. Я должна... — Потом сюда вернуться ты уже не сможешь. — как-то грустно покачал головой силуэт жеребца впереди, словно прочитав недосказанные мысли поняши. — В это место не так просто попасть. Подумай. — Но... Я... — Крим прикусила губу. Она боялась. Боялась своей слабости и беспомощности. Боялась, что если пойдёт дальше, то просто не сможет дойти. Или что сможет, но господин Фрост не будет нуждаться в её услугах. Пони почувствовала, что по её щеке катится капля солёной влаги. Она шмыгнула носом... — Я... Очень хотела бы, правда... Но я должна... Пожалуйста, подскажите в какую сторону мне идти к Южному. Последнюю фразу она произнесла увереннее, чуть приподняв мордочку, которую до этого уткнула в столешницу. Она просто вспомнила доброту того странного пони, господина Фроста, его пусть даже где-то глупую самоотверженность... Она не простила бы предательства сама себе. — Что ж... Раз должна, то делай что должно. — кобылий голос заговорил над самым ухом рабыни. — А пока отдохни немного. Ты хорошая кобыла, Ванилла. Только несчастная. Удивиться тому, что собеседница назвала её по имени, хоть она и не представилась, земнопони не успела. Веко уцелевшего глаза потяжелело, мир погрузился во тьму, а сознание мгновенно покинуло её. Впрочем, никаких снов не было и близко. Ванилле показалось, что она открыла глаза в следующую же секунду. Вот только ночь уже успела смениться днём, а яркие солнечные лучи... Освещали её мордочку прямо сквозь огромный пролом в давным-давно развалившейся крыше! Упавшая потолочная балка, полотна паутины по углам, выбитые окна. В этом доме давно, дано никто не жил... А затем рабыня увидела то что заставило её завопить от ужаса и чуть не навернуться со стула - три выбеленных временем понячьих скелета, два больших и один маленький, со сломанной ножкой... Когда Ванилла пулей выскочила из дома, испуганно визжа на весь лес и не разбирая дороги бросилась прочь прямо по дорожке, она даже не думала что может влететь в аномалию или привлечь своими криками хищников. Ей просто было дико, до ощущения сжимающих сердце ледяных когтей, страшно. И только споткнувшись о корягу на повороте, запутавшись в собственных ногах и кубарем вылетев прямо на старую асфальтированную дорогу, заодно получив ещё пару-тройку ушибов, она смогла выдохнуть, успокоиться, оглянуться. И увидеть что вместо тропинки, по которой она точно только что бежала, сзади был густой, непролазный лес. Крим сглотнула комок слюны... Отдышавшись наконец, и оглядевшись, земнопони заметила самое главное - совсем недавно подновлённый придорожный указатель. Кобылка медленно, по слогам прочитала единственное слово на табличке. "Южный"

***

Сборы Сильвер и Найт прошли довольно быстро, хоть и медленнее, чем хотелось бы им обеим - зони настояла зайти к местному хирургу, осмотреть крыло. Вполне могло быть, что полёт оказался бы в процессе спасения "дурного жеребца" совсем не лишним. Благо, проблема оказалась неприятной, но вполне решаемой, и довольно быстро в условиях больницы славного города Южного. Местному костоправу нечасто удавалось попрактиковаться на пегасьих крыльях, но обширные теоретические знания и опыт общей практики вполне позволили провести операцию всего за каких-то полтора часа. Конечно, медик советовал после этого дать организму хотя бы день прийти в себя... Но Сильвер вместо этого влила в пернатую весьма убойный регенеративно-стимулирующий коктейль из лекарств. Недешёвый и могущий в будущем сказаться на здоровье, зато позволивший Найт уже через полчаса бодро рысить с полным комплектом снаряжения в сторону городских ворот. Крыло не болело, но попытку полёта было решено организовать уже за городом, там, где зони обнаружит свободную от аномалий область. Как она подобные определяла пегаска решила не уточнять, доверившись опыту временной вероятной союзницы. Та же в свою очередь бежала впереди и что-то весьма бодро, но неразборчиво мурлыкала себе под нос. Городские привратники в характерных жёлто-красных бронежилетах лишь проводили обеих покидавших город пони безразличными взглядами, потеряв к тем интерес даже быстрее, чем те шагнули за ворота. Шедшая чуть позади полосатой Найт немного сбилась с шага, окидывая взглядом начинающие желтеть деревья и полной грудью вдыхая запах прошедшего недавно осеннего дождя. На мгновение на мордочке пегаски мелькнула совсем не характерная ей эмоция - её губы изогнулись в искренней улыбке. Она была живой, хоть уже и успела мысленно себя похоронить, когда её всю скручивало от нестерпимой боли! Впрочем, улыбка исчезла также быстро как и возникла, крылатая не позволяла себе расслабиться на враждебной территории. Они шли молча. Не о чем им было говорить, уж по мнению Найт так точно. Полузебра думала иначе, но пока что держала своё мнение при себе. Она вполне догадывалась, что о ней думала попутчица и понимала, что сейчас диалога не выйдет. Позже, когда крылатая остынет, им будет о чём поговорить... Ведь Сильвер и не думала сдерживать своё любопытство, пока копалась в чужом Пипбаке. Пони из Башни допустили большую ошибку, даже не попытавшись изучить интереснейшие вводные, которые были туда загружены. Впрочем, пройти всю дорогу в молчании им было просто не суждено. Стоило городу окончательно исчезнуть за кронами деревьев после очередного поворота старой дороги, как при взгляде вперёд бровь Найт поползла вверх. Им навстречу шла абсолютно ничем не вооружённая, выглядящая максимально беззащитной белоснежная земнопони. Несмотря на несколько крупных и неприятных шрамов, она не выглядела бойцом, слишком тонким, изнеженным казалось её тело, да и сама она слишком пугливо озиралась по сторонам и тряслась как осиновый лист. Впрочем, самой характерной деталью был разворошённый взрывной ошейник, из-под вскрытого кожуха которого виднелись целые пучки оборванных проводов. Пегаска бы назвала ту беглой рабыней, но она для этого выглядела очень... Чистой. — Пятно... — философски протянула Сильвер, когда Найт скосила взгляд на спутницу. Такой ответ едва ли устроил "наёмницу", но... Заметив наконец двух пони перед собой, белая кобылка сначала вскрикнула от страха и начала пятиться, затем её глаза, один из которых заплыл неприятным бельмом, расширились, в них проскочило узнавание. Найт едва сдержалась от того, чтобы поджарить незнакомку боевыми лазерами, когда та с радостным воплем кинулась вперёд. Спасло ту одно... — Госпожа Найт Стар! Госпожа Сильвер Тейл! — слёзы радости катились по мордочке скакавшей вперёд Ваниллы. — Я нашла вас!