А чем пахнет твоя родственная душа?

      Готовка никогда не была сильной стороной Квилла. Он умел готовить, но был слишком не расторопным и забывчивым, когда дело касалось кухни. Однако кофе, этот темный напиток американцев, получался у него отменно. Все из-за одного случая, который случился по воле Опустошителей. Они разграбили один торговый корабль в поисках заказа, поступившего от одного влиятельного человека, там-то они и прихватили несколько мешков с зернами Маренового дерева*. Но Питеру они напомнили кофейные зерна, которые когда-то давно его мама перемалывала для того, чтоб сварить вкусно пахнущий напиток. Его Питеру нельзя было, потому что кофе был только для взрослых. Но Питера не остановить в его гениальных планах. В один прекрасный день, то есть ночь, а еще более точнее, когда все спали, потому что в космосе «ночь» и «день» понятия растяжимые, человеческий детеныш дорвался до тех мешков. Они пахли точно также, как кофе. С трудом вспоминая последовательность приготовления, подросток начал свое нелегкое, но интересное занятие, стараясь делать все предельно тихо. Первый его иноземный кофе получился до отвратительности горький. Изо рта Питера полетели черные брызги, которые ему впоследствии пришлось убирать, мысленно ставя пометку, что не помешало бы подсластить его напиток. Таким образом, он увлекся и стал в тайне от команды раз из раза экспериментировать с кофе. Продолжалось это до тех пор, пока исчезновение запасов не стало явным, и терпение Йонду не закончилось. Вычислить оказалось несложно так же, как и оттаскать мальчугана за уши. После телесного наказания, Питер получил более существенное, условия которого состояли в том, что он будет питаться только кофе целую неделю. По прошествии срока своего наказания, у Питера как-то отпало желание хоть когда-либо вновь пить кофе. Более того он некоторое время на дух не переносил один только намек на аромат кофейных зерен, сразу же мчась к ближайшему туалету. Время шло, неприязнь к кофейному напитку благополучно забывалась, но все же Питер свел на ноль его потребление. Впрочем, он больше никогда и не чувствовал кофейного аромата. До одного момента.       Возвращение на Землю было… волнительным событием. Особенно в сопровождении Тора, который знал больше Питера о жизни на Земле, где сейчас шел двадцать первый век. Многое изменилось, в том числе и музыка. В технологическом же развитии земляне все еще отставали, как заметил Ракета, а Питер просто не мог с ним не согласиться. Тор отметил, что есть один человек, который близок к тому, чтоб начать покорять космические просторы, и это был один из команды знаменитых и популярных на Земле Мстителей, с которыми стражам предстояло познакомиться. Брат Тора, Локи, почти все время отмалчивался, но по его лицу можно было понять, что ему очень хотелось отпустить ехидный комментарий как о Мстителях в общем, так и о каждом в отдельности. Надо сказать, команде Квилла нравилось в компании асов, каждый из стражей нашел общий язык с кем-нибудь из новых знакомых. Гамора и Сиф обменивались техниками боя и тактиками его ведения, Ракета составил компанию в поглощении эля Валькирии, Дракс и Мантис отчего-то прониклись обществом молчаливого Хеймдалля, сам Квилл предпочитал добродушного и отзывчивого Тора в собеседники. А по пятам за Локи, словно хвостик, бегал Грут. То ли он нашел в его лице авторитет, который отличается от других своей таинственностью, хитростью и умом, то ли единомышленника, считая, что Локи поймет его буйную подростковую натуру лучше остальных, то ли потому, что Локи удавалось лучше других понимать, о чем говорит Грут. Первое время Квилл и остальные из Стражей обеспокоено поглядывали за взаимодействием Грута и Локи, который по началу отмахивался от назойливого ребенка-дерева, но погодя несколько потеплел, проникся и стал более разговорчив. Со Мстителями им не удалось встретиться в назначенный Час Икс, потому что иноземные захватчики дали неожиданный бой, разделив героев и не только между собой. Сражение прошло удачно, без потерь, но пришлось изрядно попотеть, так как создавалось впечатление, что их ряды было нескончаемы.       И вот именно в тот момент, когда жаркий бой подошел к концу, следы которого отпечатались на поле битвы и, видимо, сойдут нескоро, Питер ощутил знакомый аромат, которого по сути здесь не должно быть. Аромат кофе, именно он перебивал остальные малоприятные запахи, оставшиеся после долгой битвы. Питер вдохнул его полной грудью, глазами судорожно ища источник возникновения кофейного запаха, но вместо него наткнулся на кофейный взгляд, пронизывающий все тело. Обладатель кофейно-медовых глаз, что соответствовали аромату, исходящему от него, приветливо усмехнулся, протягивая руку, облаченную, как и все тело, в железный костюм. - Добро пожаловать на Землю, - сказал он так, будто ежедневно приветствовал инопланетян: - Мое имя Тони Старк. Пожалуй, Питер растерялся. Молчаливо, вглядываясь в мужчину (то есть Тони, ведь это его имя, да?), который смотрел в ответ, чуть приподняв темную бровь. Наверное, они бы еще долго так стояли. Однако переглядки прервал тактичный кашель, исходящий от человека, чье лицо заросло бородой. Тони закатил глаза, прерывая зрительный контакт. Питер же, наконец, пришел в себя и услышал цоканье Ракеты. - Надеюсь, вы, земляне, не заразны. Не хотел бы я подцепить от вас какой-нибудь вирусняк, - в своей манере, которая состоит из грубости и ехидства, а еще тупых шуток, сказал Ракета, скрещивая лапы на мохнатой груди. Питеру пришлось пихнуть его ногой и сделать вид, что неприличный жест адресован не ему. Все из команды Мстителей удивлено посмотрели на говорящего зверя. - Это - Ракета, он никогда не держит язык за зубами. Поэтому от имени всей команды сразу извиняюсь за его поведение, - Стражи покивали, подтверждая слова Квилла. Ракета как ни в чем не бывало разглядывал свои когти, облокотившись о пушку, что явно превышала размеры его тела. Старк вновь усмехнулся, возвращая взгляд Квиллу, а тот улыбнулся ему в ответ. - Стив Роджерс, так же известный как Капитан Америка, - вернул себе внимание человек с густой бородой. - Капитан? Так значит вы командир команды? Питер Квилл, но для друзей Звездный Лорд. Рад знакомству, - он протянул руку Капитану, слыша, как с боку раздается смешок, явно принадлежащий Старку. А краем глаза заметил, что Ракета смотрит в сторону Тони понимающим взглядом. Гамора, стоящая рядом с ним, покачала головой. - Не совсем, - все же вмешивается Старк: - У нас скорее демократия, - Питер не понимающе смотрит то на хмурого и недовольного Стива, прожигающего взглядом своего сокомандника, то на самого говорящего, который не обращает внимания на Роджерса, полностью уделив его, внимание, Питеру: - Равноценные права и привилегии… Не так ли, Капитан? - Пожалуй, что ты прав, Старк, - говорит Капитан, сжимая губы в тонкую полоску. Между этими двумя что-то происходило, но было трудно сказать, что именно. Квилл сделал шаг назад, чувствуя себя несколько неловко и не зная как исправить, разрядить ситуацию. Но когда Квилл уже придумал очередную не самую лучшую (дебильную) шутку, за которую всей команде галактических защитников было бы стыдно, прилетел Тор, мигом разрушив накаляющуюся атмосферу. Питер расстроился, Стражи вздохнули с облегчением. А команды, наконец, начали между собой знакомиться, направляясь в королевство, принадлежащее одному из сокомандников Мстителей.       Питер шел позади всех, отставая на шагов десять. Он наслаждался возвращением на Землю, чистым, казалось давно забытым воздухом и природой Ваканды. Здесь было красиво. Но его взгляд непроизвольно останавливался на прямой спине Тони Старка, который шел впереди и о чем-то дискутировал с Ракетой. Он знал, что не с проста чувствовал истинный запах мужчины. Этот аромат кофейных зерен с медовой ноткой даже здесь долетал до него. Однако Питер был обеспокоен. Он не хотел лезть в чужие отношения, становится третьим колесом или чем-то вроде того. Но и оставить так просто этого не мог. Наверное. Питер глубоко вздохнул и запрокинул голову, любуясь темнеющим небом и последними лучами заходящей звезды, что носила броское название - Солнце.

***

      Он пах хризантемами. Теми самыми, которые любила мама Тони. Она вечно, когда была на то возможность, заполняла дом цветами, в частности хризантемами, чей запах пропитывал каждый уголок, и его было не избежать. Когда Мария болела, - случалось такое нечасто, но болезни она переносила тяжело - маленький Тони спешил со школы домой, захлебываясь воздухом, но упорно стремясь вперед и только вперед. По пути он забегал в лавку одного садовника. Добродушный и радушный дедушка ласково улыбался уже знакомому соседскому мальчугану, который под его четким руководством научился аккуратно срезать стебли цветов, а также ухаживать за ними, особенно за хризантемами. Тони по привычке брал у него цветы и, не забыв вежливо поблагодарить, столь же быстро исчезал из лавки, стремясь домой, в комнату родителей, которая на время болезни Марии становилась палатой. По обыкновению он прибегал домой, оповещая свое присутствие приближающимся топотом ног, и, перескакивая ступеньки, летел в родительскую комнату. Мария приветственно улыбалась, любуясь своим маленьким сыном, у которого на голове творился хаос, лицо было несколько испачкано, губы растягивались в сверкающую без одного зуба улыбку и в маленьких руках потрепанный букет цветов, протянутый в сторону болеющей женщины. Тони торжественно вручал подарок маме, получая взамен теплые объятья и ласковый поцелуй в лоб. Тони любил маму. Тони любил хризантемы. Но Тони не любил похороны, которые отобрали у него самого любимого человека на свете и лишили любви к пышным фиолетовым бутонам. Более Тони никому и никогда не дарил хризантемы и, как чумы, избегал любого намека на их запах.       Тогда мир потерял краски в первый раз. Во второй раз он стал вновь мрачным после того, как Тони разорвал отношения со своим партнером, в которого позволил себе влюбиться. Стивен Роджерс - лучшее творение его отца, ожившее через целую кучу лет после Второй мировой. Они оба совершили ошибку, когда позволили себе обмануться тем, что они друг для друга родственные души. От Стива приятно пахло травой, после дождя. От Тони веяло чем-то медовым. Они оба, едва почувствовав, но не ощущая в полную силу запахи друг друга, ухватились за эту возможность, как утопающий за соломинку. Ведь Тони со своими вечными гулянками и алкоголем отчаялся найти какого-нибудь, а Стив, предположительно умерев и возродившись вновь в совершенно другом столетии, даже и не надеялся встретить когда-нибудь свою родственную душу. И да, Тони отпустил себя. Он влюбился, надеясь, что и у Стива подобные чувства. У Стива, надо сказать, были по началу чувства схожие с любовью или влюбленностью, называйте как хотите, но потом он встретил её. Пегги Картер настоящая родственная душа Стива Роджерса. В тот момент Капитан понял, каким он был глупцом, когда согласился на заранее подверженные провалу отношения, каким глупцом был Старк, когда поддержал возникновение их связи. Ложной связи. Стив хотел скрыть, но не стал. Рассказал все Старку. Он не знал, что впереди их ждет Гражданская война, как прозвали столкновение раздробленной команды Мстителей журналисты. Да, определенно, где-то в этот момент мир Тони Старка померк, вновь растеряв краски. Было трудно. Он был опустошен. Правда, страдания его продлились недолго. Он восстанавливался, осознавал, что не имеет право быть разбитым в тревожный для планеты момент. Только не знал, что за момент. В восстановление душевного равновесия знаменитого Энтони Старка принимали активное участие такие люди, как Пеппер Потс, Джеймс Роудс и Хэппи Хоган. И вот момент, самый тревожный за историю Земли настал. Очередная катастрофическая война, которая сплотила команду Мстителей обратно, ожидала за порогом. Тони Старк был полностью готов, вновь надев привычную старковскую маску, вновь закутавшись в броню и вновь сражаясь бок о бок со старыми друзьями. Все казалось привычным. Кроме одного.       Он до одури пах хризантемами. Старк почувствовал этот цветочный аромат не сразу, лишь когда снял железный шлем и полной грудью вдохнул вакандский воздух, пропитанный битвой. Вот тогда ему в нос ударил тот самый цветочный аромат, который он не спутает ни с каким другим. Его не должно было быть здесь, но он был. Был и принадлежал иноземцу, который в последствии оказался наполовину землянином. Тони Старк потерялся на доли секунды в зелени глаз, но взял себя в руки, приветствуя и отстраненно размышляя поймут ли они его. На удивление, поняли и даже ответили на английском. Позже Тони поинтересовался у енота, точнее Ракеты, как тот представился, насчет этого вопроса. Тот не менее удивленно взглянул на Старка и указал на коммуникатор, объясняя, что это одна из самых простейших вещей, которая переводит любой язык на нужный. Конечно же, Тони восхитился. Впрочем, он получил и в свою сторону комплимент. Ракета был явно впечатлен его костюмом. - Боюсь, что это самое лучшее изобретение, которое есть у отсталых людишек, - не без иронии говорил Ракета. Старк хотел порасспрашивать Ракету об инопланетном уровне технологического развития, но пришлось оставить расспросы на потом. - Боюсь, вам придется забрать свои слова обратно, - одернула, вмешавшись, Ракету младшая сестра Т'Чаллы, смотря на них как-то снисходительно и горделиво. Ракета рассмеялся. - Тогда для этого вам придется показать нам лабораторию и мастерскую Ваканды, принцесса, - усмехнулся Старк. - Да, девочка, тебе придется очень постараться, чтоб удивить меня, - добавляет, скалясь в широкой улыбке, енот. Шури просто пожимает плечами и приглашает следовать за ней, отделяясь от остальных. Тони, увлекшись беседой, состоящей из сарказма и разговоров о вакандской и инопланетной инженерии, позволил себе забыть о проблеме с невероятным запахом хризантем.

***

- Так ты тоже Питер! - при знакомстве с Квиллом воскликнул юный Мститель, что ходит под странным прозвищем Человек-паук. Он и еще двое земных героев опоздали на их своеобразную вечеринку в честь объединения, знакомства и первой совместной победы, также не приняв участие в дневной битве. Поэтому с ними пришлось вновь знакомиться. Самый молодой из присутствующих здесь, но не входящий в команду Мстителей, оказался его тезкой. И он был полон детского восторга. Кажется, Грут и Питер-младший, как стали звать Паука в дальнейшем, и чему сам Паркер был не особо рад, ведь "я не ребенок! мне уже шестнадцать!", являлись одногодками. Они не без помощи Локи, которому здесь большая часть состава Мстителей была не особо рада, нашли общий язык. Один из Мстителей, прибывший с Пауком и соответственно тоже опоздавший, особенно рьяно сторонился Локи, но бог озорства как на зло преследовал именно этого человека, оружием которого были лук и стрелы (Квилл был очень удивлен, когда увидел это оружие, но решил промолчать). Возвращаясь к Питеру-младшему, Квиллу мальчишка понравился, и он желал с ним поболтать подольше, тем более Питер на удивление отлично разбирался в кинематографе шестидесятых-семидесятых годов. Правда, поговорить с ним по душам Квиллу не удалось, так как он, впрочем и Паук тоже, закрутился в вихре нескончаемых на первый взгляд бесед. Питер побывал то в одной компании, то в другой, но дольше всего задержался в кругу Капитана Америки, Баки Барнса, Роуди, Сокола, короля Ваканды и Тора. Эти ребята ни на миг не расслаблялись, обсуждая дальнейшие действия и предположительное ведение боя, а также распределение сил. Квилл обязан был там задержаться как командир своей команды и иноземец, отвечая на некоторые вопросы и давая советы по ведению боя. Все это время он чувствовал на себе внимательный взгляд, но не подавал признаков дискомфорта. Неизменная улыбка и уверенность - вот составляющие Питера Квилла на тот момент. Впрочем, вскоре подошла Гамора с еще двумя девушками. Невольно обрадовавшись ей, Питер поспешил оставить эту компанию, поэтому, дружески хлопнув по плечу Тора, Квилл ретировался из этого помещения в коридор.       Он вдохнул полной грудью и пробежался взглядом по неизвестной обстановке. Задумчиво почесав щетину, он почувствовал тот самый запах. Чувствуя себя предельно неловко, Питер принюхался и пошел на еле заметный аромат кофе, который становился четче с каждым его шагом. Питер прикрыл глаза, чтоб ощущать его сильнее. В итоге он врезался. В стеклянную дверь. Лбом. Издав болезненный стон, звучавший как нецензурное слово, мужчина резко накрыл ладонью поврежденное место, зажмурив глаза. За стеклянной дверью послышался смех. Хотя не так. Безудержный хохот - да, так больше похоже на правду. Это Ракета, видевший позор Квилла, умирал со смеху, завывая. Шури, пряча улыбку, тактично отвернулась, сожалея, что не успела заснять. Старк же, который ничего не видел, удивлено смотрел то на согнувшегося пополам Квилла, то на заливающегося смехом Ракету, пытаясь разобраться, что случилось. Распрямившись, Квилл грозно посмотрел на успокаивающегося Ракету. Последний что-то говорил Старку, указывая на все еще стоящего за дверью Питера. Тони вскинул бровь на речь Ракеты и посмотрел в сторону Квилла. На его губах появилась улыбка, а Квилл почти был уверен, что покраснел. Наконец, отложив инструменты, Старк вышел к нему. - Привет. Ты в порядке? - с той же улыбкой сказал Тони, заглядывая в глаза лидера Стражей. Квилл поспешил убрать руку со лба, подозрительно посматривая на посвистывающего Ракету. - Привет. Вполне себе, - Тони тоже оглянулся на Ракету. Они помолчали. - Он рассказал, да? - не выдержал Квилл. - В подробностях, - с насмешкой протянул землянин и усмехнулся на вырвавшийся из уст лидера Стражей вздох. Они вновь замолчали, не решаясь озвучить известный и неоспоримый факт. - Нам стоит поговорить, - начал Квилл. - Пожалуй. Прогуляемся? - предложил Старк. Питер согласился и, несколько резковато развернувшись на сто восемьдесят, направился в сторону веранды, которая встретилась мужчине по пути в лабораторию. Тони поравнялся с ним, не спрашивая то куда они идут, просто следуя за ним. Они шли довольно близко, соприкасаясь локтями и костяшками пальцев. Между ними в очередной раз воцарило молчание, но не давящее, а наоборот приятное и успокаивающее. Оба были погружены в свои мысли.       Скрип подошв, отдаленные разговоры, звон стаканов - все это сопровождало двух мужчин, пока они не вышли на свежий воздух. Дверь плавно закрылась позади двух героев, отрывая от людской суеты, оставляя наедине с тихой природой и громадным небосклоном, наполненным миллиардами звезд. А также одним вопросом повисшим как рок над ними. - Питер, я... - Тони... Они замолчали, глупо смотря друг на друга, и неожиданно для самих себя рассмеялись. - Напоминает сцену из дешевых мелодрам, - прокомментировал Старк, ухмыляясь. - Поспешу исправить тебя: в лучших традициях дешевых мелодрам, - со знанием дела сказал Квилл. Тони хмыкнул, соглашаясь. - Но, возвращаясь к нашим баранам, ты же знаешь, что... - Тони отвел глаза, смотря на простирающиеся дали природы, которая была освещена лунным светом. - Да, знаю. Ты - dimidium cordis mei*. - Что? - резкий поворот головы и непонимающий взгляд, который сопровождается сведенными в мыслительном процессе бровями. Теперь очередь Квилла отводить глаза, почесывая затылок. - Я не был уверен, как правильнее будет выразиться на английском... - Это был межгалактический? - Типо того. - Звучало ужасно. - Пожалуй, ты прав. - Родственные души. - Что? - Мы с тобой родственные души. Так это звучит на английском, - Тони хотел было протянуть руку к лицу мужчины, от которого исходил аромат хризантем, но передумал, опуская. Однако все же до конца не удалось ее опустить, так как Питер перехватил руку Тони и поднес к своему лицу, утыкаясь носом в пахнущее кофе запястье. - Звучит намного приятнее, - он слышит фырканье и еще на шаг ближе становится к Тони, чьи темные глаза смотрели уверенно и спокойно, передавая уверенность и Питеру. - Могу я...? - все же спрашивает на грани слышимости Питер, становясь еще ближе. Его ладонь мягко поглаживала запястье Тони, удерживая. - Если не боишься, - уже привычно усмехается Старк. - Не боюсь, - просто отвечает Квилл. Его губы аккуратно накрывают немного шершавые губы напротив, чуть надавливая. Это нельзя было назвать поцелуем, столкновение губ, да и только. Однако именно в этот момент Тони Старк почувствовал себя полноценным. Он будто погрузился в теплый вакуум, наконец, обретая внутреннее равновесие и долгожданный покой. Именно в это мгновение Питер Квилл ощутил новый прилив сил, смывший грусть и тоску от потерь. В него словно вдохнули новую жизнь, наполненную счастьем и легкостью, сравнимой с бескрайним космосом, что лишен гравитации. Они оторвались друг от друга, вдыхая воздух, который ощущался более насыщеннее, чем раньше. - Вау, - воскликнул больно громко для такого момента Квилл, находясь в полном восторге и не находя подходящих слов. Парочка птиц взмыли в воздух, испуганные резким звуком. Старк вскинул брови, довольно улыбаясь и свободной рукой, которая неожиданно оказалась на шее Квилла, поглаживая открытую кожу. - Этого стоило ждать, потому что это было невероятно, - нашелся Квилл. - Приму за комплимент, - сощурил темные глаза Старк, наблюдая за своей родственной душой. - Знаешь, - задумчиво продолжил Квилл. - Мм...? - Я думаю, что хочу тебя, - выдало это космическое недоразумение, нагловато смотря на Тони и прижимаясь к нему же сильнее. - Думаешь? - скептически спросил Старк. - Почти уверен, - чуть кивнул, делая задумчивое лицо, Квилл. - Тогда стоит проверить, - серьезно заметил Тони, направляясь на выход и ведя за собой Питера. Ладонь мстителя мягко обхватывала пальцы капитана Стражей. Двери не спеша закрылись за спинами мужчин, погружая это место в возобновившуюся тишину.

***

- Твой план хорош. Хорош для полного провала, - комментирует Питер Квилл, которого, к слову, никто особо не спрашивал. Старк закатывает глаза, размышляя о том, за что вот это вот самовлюбленное существо ему досталось в родственные души. Питер Паркер смотрит то на одного мужчину, то на другого и не знает, куда себя деть до тех пор, пока не слышит веселые крики Уэйда Уилсона за спиной, и в итоге он тактично сваливает к этому безумному парню поближе, дабы не участвовать в семейных разборках. Генеральное сражение уже на носу, но никто особо не боится. Уже нет. Ведь они все вместе, а значит им все по плечу.