Обещанная

А Гермиона не теряла времени даром. Она облазила каждый дюйм в этой гребаной комнате. Она испытала настоящее потрясение, когда увидела перед собой младшего Крауча. До сих пор в ушах шипел его чертов голос: моя грязнокровка. Что-то она не помнила никого из Пожирателей с маниакальной идеей ее поиметь. Благо этот урод, хотелось бы сказать «и пальцем не тронул», но нет, он гладил ее по волосам, вдыхал их аромат и держал ее за руки. О, Мерлин, какой кошмар! Ее похитил псих. Странно, что Гарри ещё не нашёл ее. Поттер весь мир на уши поднимет лишь бы вытащить свою подругу из передряги. Гермиона была настроена очень оптимистично, Но шёл уже пятый день ее пребывания в этой клетке, а Гарри все не врывался с криками и боевыми заклинаниями в комнату. Псих приходил лишь раз, еда появлялась на подносе сама, свежие цветы стояли в вазе каждый день. Кто-то явно хочет добиться ее расположения таким вот способом. Но кто? И для чего была личина Крауча? И почему псих больше не появляется? Вопросы-вопросы…и без ответа. Гермиона начинала скучать. Она не любила сидеть без дела и изводить себя мыслями. Псих, как нарекла его мисс Грейнждер, лишил ее пищи для ума, и информационный голод давал о себе знать. Постепенно паника накатывала не только на Поттера. Раздался хлопок аппарации. Гермиона затаила дыхание и увидела перед собой Гарри. — Гарри!!! Ты нашёл меня! — бросилась ему на шею девушка. — Разумеется, — он обнял подругу и вдохнул аромат ее волос. Она была такая нежная, такая хрупкая в своём домашнем милом костюмчике. Волосы струились по худым плечам. Захотелось держать ее так вечно, не отпускать. — О, Мерлин, скажи мне, кто этот псих! Я тут сижу уже целую вечность! — А ты не хочешь для начала отблагодарить своего спасителя? — зеленые глаза вмиг стали чужими. Гермиона отпрянула и зажала рот двумя руками. Ей стало тяжело справляться с эмоциями. — О нет… — МОЯ дорогая, — выделил он, — Неужели ты думаешь, что я настолько глуп, что позволю твоему драгоценному Поттеру тебя найти. Ты теперь моя. У меня было слишком много дел, поэтому я не мог приходить, но теперь я буду делать это гораздо чаще. И поверь, я не смогу долго держать себя в руках, однажды тебе придётся кое-с-чем смириться. — Я… ты. ты не посмеешь меня и пальцем тронуть! Ты что! — самообладание тихо покидало мисс Грейнждер. Живот скрутило в тугой узел, ей хотелось кричать и кинуться на похитителя. Но перед ней стоял Гарри. Ее милый Гарри. — Будь послушной девочкой и не доводи меня до греха. У меня сегодня был ужасный день, так что я хочу, чтобы ты помогла мне расслабиться. Сядь хотя бы рядом и сделай вид, что я тебе не противен, в ином случае придётся применить империо, а там кто знает, куда зайдут мои мысли и вседозволенность. Она поняла с первого раза, она решила принять правила игры и попробовать вытянуть из него хоть какую-то информацию. Как там она хвалилась Малфою: лучший аврор! Ха. Лучший аврор, обхохочешься. Сейчас эта лучший аврор сидит в компании с психом и ждёт его ошибки. Говорил он много, но по делу не сказал ничего. Она так и не узнала его истиную личину, да даже род занятий она не смогла выяснить, псих оказался очень умным магом. Уже после его ухода, она стала анализировать его слова, его стиль речи. Она решила, что перед ней скорее всего чистокровный маг, вероятно бывший пожиратель, но он каким-то образом близок к ее кругу иначе как бы он достал волосы Гарри. Под это описание подходило не так уж и много магов, но лишь бы это был не Малфой… Ей так не хотелось разочароваться в нем. Воспоминания о Малфое заняли всю голову Гермионы. Волна школьных лет накатила на неё и не в силах противиться воспоминаниям, она расслабилась. Виктор Крам пригласил заучку Грейнждер на бал. Этот бал был самым прекрасным для неё событием до тех пор пока Рональд все не испортил своей ревностью. Слезы застилали глаза, она бежала что есть сил подальше оттуда, забыв про Виктора. Она столкнулась с ним внезапно. И столь же внезапен был его поцелуй. — Малфой… выдохнула она. Ты что делаешь… она не поцеловала в ответ, но и не отпрянула. Он сжал ее в своих объятиях и не планировал отпускать. — Ты чертова дура, Грейнждер, раз решила, что можешь крутить своим хвостом перед этим грёбаным болгарином. Гермиона чуть было не задохнулась от возмущения, но вдохнув полной грудью, она незамедлительно затараторила в своей привычной всезнайской манере: — Ты слизеринский хорёк, идиотский сноб, ты с какой вообще стати решил, что можешь мне что-то указывать и вообще прикасаться ко мне! — она с силой оттолкнула его и выхватила палочку. — Идиотка, ты думаешь, у меня есть до тебя дело? — А что это было сейчас, а, Малфой? Или мне показалось? — Придурочная, это ты в меня врезалась! — А целовал меня ты! Не приближайся ко мне! Он и не думал слушаться: двумя короткими шагами он вонзил ее спину в холодный камень. «Как в дешевых американских фильмах» — промелькнуло у неё в голове. Малфой стоял, упершись двумя руками о стену около ее головы, палочка была опущена, сердца обоих бились в груди ранеными птицам. Гермиона запаниковала. — да брось, Грейнждер. Неужели ты думаешь, что я повторю свою шутку? Ты была слишком довольна с этим Крамом. Я не мог позволить маленькой мерзкой грязнокровке так радоваться на традиционном балу. Это не твой праздник, дура. И никогда им не будет. Ты лишняя в этом мире. Грязнокровки хуже эльфов. От эльфов хотя бы какая-то польза. Эмоции переполняли ее: счастье сменилось обидой, стыд мгновенно залил щеки, ей стало больно и неприятно как никогда раньше. Глаза тут же наполнились непрошеными слезами. Она выдохнула. Малфой дышал так, словно пробежал кросс длиною сотни миль. Он был зол. Внезапное озарение настигло Гермиону и испугало до самых кончиков ее пальчиков. Малфой устроил весь этот концерт из-за гребаной ревности. Не может такого быть. Малфой ревновал. Он безмерно удивился, когда ее слезы просохли и в глазах появилось какое-то озарение. Ее забила крупная дрожь. Гермиона никак не могла унять ураган эмоций сегодняшнего дня, а новая информация просто добила ее. Она медленно улыбнулась, прищурившись. — Малфой, отойди от меня. — Иначе что? — Иначе тебе придётся иметь дело со мной — прорычал из-за спины до боли знакомый голос Поттера. — Ах да, святой Поттер. Всегда бежит всех спасать, без него ни одна заварушка не проходит. — Отойди, я сказал, от неё. Малфой убрал руки и молниеносно вытащил палочку. Грейнждер ахнула, но выбраться из-за спины Слизеринца так и не сумела. Она была крепко зажата в углу. — Малфой, прекрати. К чему тебе проблемы? — ее голос дрожал — Заткнись, дура. Мы ещё с тобой не договорили. Рука Поттера крепко сжимала палочку, он был готов бросить чуть ли не аваду, но наличие подруги за спиной этого гада не давало возможности действовать. И тут случилось то, что не смогли предугадать оба парня. Гермиона прошептала Перфитрикус Тоталус и Малфой окаменело рухнул на пол. Она молча перешагнула через тело и бросилась к ошарашенному Гарри. — я слабенько, он быстро придёт в себя, — словно оправдывалась Гермиона. Она крепко обняла друга и позволила себя увести. Малфой был в бешенстве. Как он мог забыть про палочку этой заучки за спиной. Он отомстит. Он несомненно отомстит ей за этот позор. Он часто смотрел за ней за завтраками, обедами и ужинами, их совместные уроки превращались в личный ад. Даже Забини раз намекнул, что издёвок над Грейнждер стало в разы больше, а Поттер стал яростнее. Ситуация в школе накалялась. Гарри теперь боялся отпускать Гермиону ходить по школе одну и часто гулял с ней. Рон же был занят своей Лавандой и совершенно не замечал, что происходит вокруг. Раз Гарри был занят на тренировках, а ей срочно понадобилось в библиотеку. Разумеется Гермиона подозревала, что Малфой не успокоится, пока не отомстит ей за тот позорный случай. Она унизила его на глазах его врага. В этот же вечер ситуация была безвыходная: ей срочно была нужна информация, а ждать Гарри некогда. Она решила рискнуть и дойти до библиотеки одна. Не то, чтобы она боялась кого-то в школе, особенно Малфоя: скорее себя. Ей абсолютно не понравилась собственная реакция на его поцелуй. Днями позже, когда в голове и душе все у неё успокоилась, она принялась анализировать случившийся инцидент. И каково было ее изумление, когда она поняла, что поцелуй с Малфоем был хорош. Ей понравилось. Да, про слизеринца ходили всякие слухи, но слушать их, а уж тем более верить в них, было не в ее принципах. Но здесь она не могла не отметить тот факт, что Малфой стал привлекательным. Она разглядела в нем не задиристого мальчишку, а вполне себе приятного парня. И она ужаснулась. А самым страшным моментом стало отсутствие ревности к Рону. Сложив все получившееся, она решила избегать встреч с Малфоем наедине и максимально перестала обращать внимание на его нападки. В свою же очередь он как с цепи сорвался. Его больше не интересовал Поттер, вся его злоба выливалась на неё. С каждым днём становилось все сложнее и сложнее. Гермиона тихонько прокралась в библиотеку и села за самую дальнюю парту. Отсюда ей было прекрасно видно кто входит и была возможность экстренно убежать за стеллажи с книгами. До самого отбоя Гермиона дергалась от каждого входящего и уходящего студента: любое движение двери наводило на неё панику. И лишь с отбоем она успокоилась. Больше никто сюда не войдёт, а значит и волноваться не о чем. Она медленно расставляла книги по стеллажам, как внезапно горячий воздух достиг ее уха. Тихий шёпот «Грейнждер», и она словно в замедленной съемке повернулась навстречу ему. И она точно знала кто это. Белобрысые волосы обрамляли бледное лицо, серые глаза горели огнём, рот скривила ухмылка. — вот мы и одни, Грейнждер. Боишься? — Какого черта, Малфой? Что ты задумал? — Никто не смеет меня унижать. — Прекрати, я защищалась! — Ты должна просить прощения. — Вот ещё! — она вздёрнула свой носик и потеряла ощущение страха. — Грейнждер, ты последняя дура в этой гребаной школе полной недоумков, раз ты посмела припереться сюда одна. Сердце Гермионы билось об рёбра с такой силой, что казалось вот-вот выпрыгнет наружу. Ее руки задрожали, а по спине пробежал холодок. Малфой был убедителен: он искренне был взбешён. Его губы побелели, вены на руках надулись, а на шее слишком сильно Они не хотели этого никогда, но искры, что сыпались сейчас между ними могли вызвать адское пламя. Неизвестно сколько длилось их противостояние: минуту или же час. Грейнждер очнулась первая: она молниеносным движением выхватила палочку и выставила у его груди. — Даже не думай произносить ебаные заклинания своим грязным ртом, дура — Только посмей меня тронуть, — прошипела она. — Отвали, Малфой. И заткнись, пока не опозорился ещё раз. Он и сам не понимал, что хотел от неё услышать или получить. Она раздражала каждую его клеточку, каждый ее вздох бесил его. Их бесконечное противостояние внезапно прервал мужской голос, и в сознание Малфоя прорвалась безумная мысль: «неужели опять херов Поттер» — Малфой, я тебя потерял. Где тебя черти носят Грейнждер не стала терять ни секунды: вот он шанс. Она быстрым движением схватила сумку, оттолкнула от себя Малфоя и рванула прочь из библиотеки. Малфой просто охерел. Он даже растерялся и не знал как быть: бежать за этой херовой дурой или ждать следующую встречу. — сука, — произнёс он и побежал за ней под ошалевший взгляд Забини. Она неслась по коридору словно сама смерть шла по пятам за ней. Ее каштановые волосы били ее по лицу, лезли в рот, глаза, но остановиться было непозволительной роскошью. Гениальная мысль пришла неожиданно: вместо поворота к башне Гриффиндора, она свернула к Слизерину. Стоило только завернуть за угол, она услышала топот и ругань слизеринцев. Сердце Гермионы рвалось из груди. Она спряталась за колонной, благо темнота ночного замка была ей на руку. Малфой был не один, Забини решил поддержать друга. Ведь раз он побежал, значит, так было нужно. Без лишних вопросов он помчался за гриффиндоркой, но она как-то смогла ускользнуть. — какого черта, Малфой, что это было? — он запыхался, нервно дышал и держался за бока — Эта заучка должна получить урок вежливости — как всегда напыщенно отреагировал парень. — Что она в этот раз сделала? — Она влепила в меня тоталусом при Поттере, тварь Блейз прищурился. Ему было абсолютно все равно на статус крови, его мать вовремя уехала из Англии в солнечную Италию. Он был свободен и не обременён никакими обязательствами. Грейнждер ему нравилась как умная и красивая волшебница. У неё был довольно-таки приятный голос, добрый взгляд и наверняка ещё масса других достоинств. Естественно у него и в мыслях не было начать ухаживать за гриффиндорской золотой девочкой, ведь она безумно нравилась его лучшему другу. И сколько бы Драко не отрицал тот факт, сколько бы не оскорблял ее, все это было очевидно. Нельзя не признать: Гермиона была эффектной и подходила Малфою как никто другой. Она одна могла бы усмирить его самолюбие и дать ему отпор в интеллектуальных спорах. Но Малфой кривился при одной только мысли о Грейнждер и делал это настолько демонстративно, что Блейз в его кривляньях очень сомневался. А сцена в библиотеке чего только стоила. Он вмешался далеко не сразу как увидел эту парочку: эти двое не замечали ничего вокруг. Малфой практически вплотную придвинулся к этой упрямой девчонке, и даже издалека было видно как они оба дрожали. Да это был практически секс! Между ними столько страсти, что Забини был уверен в страстном поцелуе с минуты на минуту. Но Гермиона была непреклонна: она вытащила палочку, и Блейз решил не обострять их конфликт. Гермиона плакала, сидя на кровати. Она словно была маленькая беззащитная девочка. Ей опять был нужен Гарри, который прибежит ей на помощь и спасёт. Ее сильно угнетала обстановка в комнате: активная и деятельная Гермиона заперта в обычной комнате с единственным развлечением это разглядыванием новых цветов на столе: попытка взять в руки книгу с полки не увенчалась успехом — книги обжигали. Словно мучитель собрался свести ее с ума.