Вся Власть Астартес 3 (Пророчество)

Высокий Государственный Визит товарища Аун’Ва в Советский Союз закончился подписанием договора о военно-политическом союзе, который был назван: Галактический Союз Разумных Рас. В рамках договора, обе стороны были обязаны оказывать военную помощь друг другу. Также, товарищ Аун’Ва отметил, что очень сложно переоценить помощь оказанную Советским Союзом Империи Тау. Помимо всего прочего, была достигнута договорённость о военном присутствии Советского Союза в септе Н’драс. Базироваться ограниченный контингент должен был на планете Итака, которая переходила под контроль Союза. Проще говоря, у Тау не хватало сил для удержания септа, так как все силы империи были нацелены на ликвидацию нашествия зеленокожих, а ослабленные армия и особенно флот, требовали переброски значительного количества резервов, которых империи не хватало. Замысел Аун’Ва был прост: все ближние к Н’драсу септы были охвачены войной, что было причиной того, что септ постоянно подвергался набегам орков, таким образом, если на постоянной основе расположить войска Союза в Н’драсе, то во-первых — это избавит империю от необходимости переброски туда, так необходимых на других ТВД, войск, а во-вторых — это неизбежно втянет Союз в войну в ближайших септах. Рюрик всё это прекрасно понимал, поэтому выдвинул свои условия: в обмен на защиту Н’драса, а по-сути всего юго-запада империи, а также прикрытия столичного септа, Рюрик потребовал: передать Союзу (за беспрецедентные заслуги) планету Итака, а также, все люди септа получали право на двойное гражданство, либо беспрепятственный выход из гражданства тау и получение гражданства Советского Союза. Также, Союз получал право на любой вид деятельности в Н’драсе без согласования с правительством септа (прежде всего речь шла о выявлении псайкеров которых должны были проходить обучение на «Фаэтоне» и служить в качестве астропатов и навигаторов, а также боевых псайкеров), а лишь ставя их в известность. Таким образом септ Н’драс становился регионом «совместного развития», а по-сути, в значительной мере переходил под контроль Союза. Аун’Хош’Мин ушёл на повышение и возглавил южное направление борьбы с зеленокожими в ранге полномочного представителя Совета Эфирных. Что же касается Аун’Ким’Ына, то он возглавил септ Н’драс, сохранив при этом должности полномочного посла и военного атташе империи в Советском Союзе. Аун’Ким’Ына не только поднялся вверх по карьерной лестнице, но и стал очень популярной личностью. Имперская пропаганда приводила в пример доблестного и дальновидного Эфирного, который был не только успешным политиком, но и отличался личной храбростью водя в бой свою гвардию. Таким образом «Щит Н’драса» стал тоже очень популярен в империи. * * * Взвод Лейтенанта Мартина Гуасиса, который теперь входил в состав одной из мотострелковых рот 26-го танкового полка 4-й танковой дивизии, только что вернулся с полигона, технику поставили в боксы и взвод направлялся в расположение. Солдаты с увлечением обсуждали результаты учений, а также новую матчасть: БМП «Химера"-М3 созданную скватами и производимую в Танкограде. Не успел Гуасис привести свой взвод в расположение роты, как на его тактический планшет пришло сообщение о построении на плацу дивизии через 30 минут. Таким образом, у взвода было время, чтоб сдать оружие в оружейку и привести себя в порядок. Через полчаса мотострелковая рота капитана Бальбоа (в которую и входил взвод Гуасиса) выдвинулась строится на плацу. Когда вся дивизия: 4230 человек, не считая тех кто был в наряде и караулах (дивизия только разворачивалась, поэтому и не достигла штатной численности), выстроилась на огромном дивизионном плацу, на трибуну поднялся комдив полковник Вайтано, который сообщил, что планета Итака передана в состав Советского Союза, и что всем военнослужащим, которые родом с этой планеты, через два месяца будет предоставлен месячный отпуск (не считая дороги), с выездом на Родину, а сейчас всем этим военнослужащим в количестве 176 человек предоставляется увольнение сроком на двое суток. Когда построение закончилось, и части и подразделения разошлись по своим делам, итакавцы дали волю чувствам… Люди обнимались, смеялись, плакали, всё происходящее с ними напоминало какое-то доброе волшебство из сказок… Спустя два месяца, Гуасис (вместе с остальными военнослужащими итакцами, а также инженерами и военными скватами и зибертовцами), словно во сне, грузился на борт «Возмездия», ему не верилось, что скоро он будет дома… * * * Что же касается планеты Итака, то это был заштатный, захолустный человеческий водный мир с населением в 30 миллионов. Вся поверхность планеты была покрыта океаном, в котором находилось множество островов, а большая часть населения проживала на экваториальном архипелаге. Основным родом занятий на планете, было добыча морепродуктов, которые поставлялись как на миры септа, так и в септ Т’олку. У планеты был свой собственный торговый флот, в виде двух внутрисистемных кораблей и одного межзвёздного. Ограниченный контингент направленный на орбиту Итаки, для защиты септа Н’драс состоял из боевой баржи «Индрик» и четырёх ударных крейсеров: «Пардус» и «Мамонт» — Стальных Кобр, и «Честь Крови» и «Ярость Сангвиния» — Рыцарей Крови. Возглавлял контингент Святогор, который помимо командования эскадрой был назначен высшим военноначальником Союза в септе и должен был провести реформирование войск планеты состоящих из двух лёгких бригад планетарной обороны, ещё одна мехбригада (из которой и дезертировал Гуасис) была отправлена на столичный мир септа во время тиранидской войны, где и была расформирована, и большая часть её людей погибли в боях за город Ко’ваш’фио. В ходе реформ, бригады должны были быть переформированы в мехдивизию. Помимо всего прочего, Святогор должен был провести набор рекрутов для космодесанта. На Зиберте за набор рекрутов отвечал Сигурд, а на Одланде — Горын. Для этого, на мирах Союза была развёрнута мощная пропаганда. Что же касается идей социализма и строительства коммунизма (под властью Астартес), то в отличие от смертных, которые были заражены этими идеями и показывали чудеса энтузиазма, космодесантникам в большинстве своём было совершенно фиолетово до всех этих идей. Хотя, очевидные плюсы такого общества замечали даже самые равнодушные. Во-первых: не нужно было у людей над душой с нагайкой стоять, они сами делали всё, что нужно, причём с поразительными результатами, а во-вторых: такоя модель высокомобилизационного общества была идеальной, как для войны, так и для осуществления масштабных проектов, что идеально подходило под их задачи. Также, космодесантники отмечали, что люди относились к ним с огромным уважением, не страхом, как они привыкли, а именно уважением. Что было, естественно, приятно бывшим людям. Также, те кто помнил свои родные миры, да вообще любые миры Империума, отмечали, что такой жизни у простых людей небыло нигде в Империуме, даже в Ультрамаре. И глядя на все эти разительные перемены, было совершенно очевидно, кто находится на стороне добра и справедливости. А подобное ощущение, всегда импонирует даже злодеям, не говоря уж о людях честных и порядочных. Также, было очевидно, что за такое общество и государство — люди будут стоять насмерть. К тому же, при правильной пропаганде — у Союза действительно есть шанс объединить человечество, и многие уже понимали, что это, как-бы не важнее, чем объединение Астартес, так как космодесант — это только сила, а люди — это ещё и созидание. Да и в плане силы: человеческие войска Союза, как минимум не уступали лучшим частям Астра Милитарум и были явно не довеском для космодесанта, а вполне реальной, а где-то и равноценной силой, что естественно усиливало и саму силу космодесанта. Хотя были, конечно, среди космодесантников и те кто проникся идеей строительства нового общества, но таких было немного, ну или точнее — пока немного, поскольку Скальд не спал в оглоблях. А вот скальдовские «красноармейцы» как раз-таки воспитывались в духе марксизма-ленинизма и были вполне реальным коммунистическим формированием. Варяги тоже воспитывались в духе равноправия и справедливости, однако, они создавались больше как этническая группа нацеленная на сохранении исторической, родовой памяти. Как, своего рода, некие славянские наследники Фенрисийских Волков, которые изучали как традиции Руси древней Терры, Вострои и Вальхаллы, так и Фенриса. В отличие от «красноармейцев», которые должны были стать довольно-таки многочисленной фракцией, большая численность Варягов не планировалась. Что же касается фрегата «Партизан», то Отто Пьяница доставил на Зиберт бесценный груз, коим был Вельд Зубило и 24 Железных Жреца. Зубило и его парни прибыли не с пустыми руками, а с технической документацией на «Носороги» и «Хищники». Весь Союз по этому поводу ликовал. Прежде всего радовались космодесантники, которые теперь могли не только восполнять потери в бронетехнике, но и формировать новые подразделения и части. Скальд тоже был в восторге от того, что теперь его Красноармейцы и Варяги получат бронетехнику. Также было решено прекратить выпуск «Химер», оставив лишь два цеха под ремонт и модернизацию, а все мощностя (в том числе и разворачиваемые на Одланде) передать под производство «Носорогов». Производство «Хищников» было решено наладить только на Зиберте, так как ими планировалось оснащать только части космодесанта. Делалось это для того, чтобы со временем перевооружить все мотострелковые части на «Носороги» которые больше подходили для перевозки бойцов в силовой броне. Тоже самое касалось и сапёрно-штурмовой бригады, чьи БМП «Симаргл» (на который был установлен необитаемый башенный модуль с штурмболтером и ПТУРом) на базе «Красса» со-временем тоже решено было заменить на «Носороги», а сами «Симарглы» в дальнейшем должны были заменить «Химеры» у мотострелков скватов, поскольку «Носороги» были для них слишком великанские. Помимо Вельда Зубило и его парней, Логан Гримнар прислал 11 Волчьих Жрецов во главе с Буром Тень Моркаи, а также 60 молодых Волков — 20 из которых Рюрик передал Рагнару. Глядя в дальнюю перспективу, Рюрик и Скальд начали думать как быть с кораблями для новых фракций, а также для возможного пополнения, да и для переброски войск ланцеров — корабли совсем бы не помешали. Поэтому поводу Сван Волчья Кровь, который отправлялся в Мальстрим, получил особые инструкции. Также, были проинструктированы Эйнар и Наварра, однако, главная надежда была именно на Свана. Также необходимо было заняться вопросом собственного производства кораблей. Таким образом в Союзе было заложено первые четыре корабля: один на «Фаэтоне» и три на Луне Зиберта. Все корабли были упрощённой версией «Надежды Рода», которая являлась разведывательным кораблём изображающим торговца. На новых кораблях отсутствовало разведывательное оборудование, что позволило значительно увеличить вместимость судна, а также значительно снижена бронезащита, что тоже позволило увеличить вместимость, а также увеличить, и так более чем хорошую скорость корабля. Корабли строились как транспортно-пассажирские и предназначались прежде всего для гражданских перевозок между мирами Союза. После первой партии кораблей, планировалось заложить ещё четыре корабля, только в этот раз гражданскими должны были быть только три судна, а четвёртый корабль, который должен был строится на «Фаэтоне» планировался уже как разведчик, как и «Надежда Рода». Всё это должно было закрыть вопрос с гражданским сообщением внутри Союза, а также создать опытный коллектив корабелов, которым можно было уже доверить строительство военных кораблей, пусть и не ударных, но хотя бы военно-транспортных, что сейчас было даже важнее для войск Союза. По утверждению Штейнглица-старшего: скваты могли производить варп-двигатели большой мощности, точно такие же, какие стояли на самом «Фаэтоне». Таким образом, теоретически, можно было строить даже линкоры и боевые баржи. Да что там линкоры… Подобные варп-двигатели по мощности превосходили даже двигатели суперлинкоров класса «Глориана». Тоже самое касалось и пустотных щитов. А вот опыта строительства корпусов больших кораблей у скватовских инженеров не было. Поэтому Штейнглиц-старший, при помощи адмирала Шелтона, приступил к разработке десантного корабля, который должен был быть тяжело бронирован, защищён пустотными щитами и способен перевозить мехдивизию ланцеров. Что же касается проекта «Перун», то был разработан приблизительный облик корабля, и теперь конструкторским бюро создавался опытный образец действующей модели. Разрабатываемый Штейнглицем-старшим десантный корабль должен был быть оснащён десантно-штурмовыми шаттлами «Перун», которые к тому времени должны уже были появиться. Закончив все дела на Зиберте, Скальд направился на Одланд, где первым делом посетил Борей. Конечно же, вульфену не терпелось посетить лагеря подготовки своих протеже, однако, были дела и поважнее… Созданная Скальдом инициативная группа, состоящая из техножрецов Борея и инженеров скватов, трудилась над созданием боевых шагоходов, гораздо более мощных и подвижных, чем производимый на Борее «Часовой». Конечно же, задача воссоздать имперского Рыцаря не стояла, поскольку это было физически невозможно, однако, планируемая боевая машина должна была уметь сражаться против таких шагоходов Империума и побеждать их за счёт своего количества. Одиночное применение таких машин не планировалось абсолютно. Шагоходы Союза должны были воевать только в составе подразделения. Скальд видел, как сражаются роты и даже целые батальоны таких машин, поэтому очень хорошо представлял тактику их применения. Представлял он и облик этих машин, вот только толку от этого было мало… Сам корпус, а также сервоприводы ходовой части и боевых пилонов-рук — построить было не проблема… Проблема была создать двигатель, а также нейросенсорную связь между машиной и пилотом. Вот тут-то и пригодился наш старый друг Аун’Ким’Ын. Как известно: септ Н’драс на всю империю славится своими боескафандрами… Таким образом, товарищ Ын, втихушку откомандировал на Одланд одного специалиста по строительству боескафандров, и дело сразу пошло веселее… Что же касается беглого инквизитора Кверриана, то он вместе со своей свитой (за исключением техножрецов) отправился в поход в Восточный Предел. Кверриан и его люди находились на борту «Обжигающего Разряда», так как его шлюп «Доберман», также как и большинство фрегатов Союза выполнял особую миссию Скальда. Наварра увидев как инквизиторский скитарий играется со своей лошадкой, имел неосторожность вырезать из кости рыцаря, которого можно было садить верхом на эту лошадку. Восторгу Конрада фон Свогена небыло предела, который теперь ходил по пятам за Наваррой и заглядывал ему в рот. Отдельно стоит рассказать о квериановских техножрецах. Товарищ Лем был занят разработкой собственного проекта под названием «Саранча». Проект был нацелен на создание биологического оружия против тиранидов. Волки доставили Лему как образцы биологического материала, так и пять живых особей. Под этот проект ему были выделены значительные площади на полигоне Академгородка. Сам проект подразумевал создание роя насекомых, управляемого биороботами-матками. Тучи создаваемых насекомых должны были питаться исключительно тиранидами, а также откладывать в них яйца, личинки которых должны были первым делом парализовать нервную систему особи, а затем пожирать их изнутри. Кверриан (ещё до отбытия в Восточный Предел вместе с Наваррой) по этому поводу заявил, что подобный фокус, скорее всего, сработает только один раз, так как тираниды будут разрабатывать какое-либо противодействие «Саранче», однако, будет интересно посмотреть, что противопоставит Разум Улья. К тому же, в любом случае, то что они отвлекут своё внимание на насекомых — это уже будет большой плюс. Поэтому, Рюрик и распорядился оказывать всяческое содействие товарищу Агносию Лему и его проекту. А вот с его коллегой, товарищем Левандовским дела обстояли диаметрально противоположно. Как уже упоминалось выше: товарищ Левандовский частенько поддавался всяким бредовым идеям. Вот и в этот раз: ему взбрело в голову заняться «Гвоздями Мясника». Да, да, дорогой друг, именно «Гвоздями Мясника». Этот (с трудом сдерживаюсь, чтобы не выразиться, поэтому просто поставлю многоточие, а уж ты, дорогой друг, сам подберёшь устраивающее тебя выражение, благо русский язык — богат и могуч)… почему-то решил, что очень важно для всего прогрессивного человечества избавить Пожирателей Миров от Гвоздей Мясника. Мало того, этот деятель умудрился (не без помощи Лема и при содействии Скальда) попасть на приём к самому товарищу Железному. Выслушав просьбу Левандовского: наловить десяток-другой Пожирателей Миров для его эксперимента — Рюрик чуть не потерял дар речи. После того, как магос удалился, товарищ Железный вызвал к себе Скальда… — Нет, ты представляешь, этот придурок так и заявил: «наловите мне Пожирателей»… Как долбанную треску! Или, блять, как вжопудолбанную сельдь! Так, падла, просто… Пойти и наловить ангроновских головорезов… Как бабушке высморкаться, ага? А поеб***ться не завернуть?! — Рюрик был в бешенстве и ходил из угла в угол, в своей командирской палатке (установленной среди полевого лагеря на одном из полигонов под Танкоградом), и размахивая руками грязно матерился. — Да уж… Та ещё задачка., — Скальд расхохотался. — Вот, что ты ржёшь, идиота кусок? А сам не хочешь пойти половить Пожирателей, а? — Я, что — похож на смертника? Да я лучше себе руку отрублю… — Какого болта тогда, ты старое космическое говно, уговаривал меня — принять этого елбодаба? — Щенок, не кипятись… — Да ты охерел? Я тебе, сука, дам «не кипятись»! Я тебе, падла, устрою! — Щенок, мать твою! Ну выпустил пар, и хватит! У меня своих дел выше крыши… Между прочим… Тут дело в следующем., — Скальд снова прыснул в кулак. — Смешно дураку, что рот набоку… — Щенок, за этого идиота Лем попросил. — И я теперь, что должен? Обосраться? «Сам Лем попросил», охренеть… Вот пусть идёт и ловит! Ты мне скажи. Нет, нет! Рожи-то не корчи! Скажи: Нахера мне, да и вообще всем нам, обосралась эта херня, а? — Да абсолютно не обосралась! Кто бы спорил… Тут дело вот в чём… Лему для «Саранчи» нужен этот дятел. А этот дятел — не угомонится, пока не обделается с этой своей бредятиной.  — То есть, ты сам в это дерьмо не веришь? — Рюрик всё никак не мог успокоиться. — Щенок, мать твою, я что совсем идиот?! Да кто, в здравом уме поверит в эти наркоманские бредни?! Лем так и сказал: «дайте этому жиду порхатому несколько Пожирателей — он быстренько обосрётся со своей идиотской идеей, и с ним можно будет нормально работать далее, пока дурака опять шиза не посетит». Понимаешь? Чем быстрее этот елбодаб убедится, что он идиота кусок, тем быстрее присоединиться к проекту! А проект, вполне может стрельнуть. Я сам, о чём-то подобном думал… Только я думал про вирус какой-нибудь. Однако, что Квериан, что Лем, что этот придурок, в один голос говорят, что рой очень быстро выработает антидот, а вот с насекомыми всё может быть гораздо удачнее. В случае успеха — у нас будет реальное оружие против тиранидов. В космосе, конечно же, это дерьмо нам не поможет, а вот на планетах… Если на пути следования флота-улья, размещать на планетах этих сикарашек, то пища для улья окажется отравленной. Возможно даже смертельной. Пока, это единственный реальный шанс, хоть что-то противопоставить тиранидам, так как в ближайшее время переход всего Империума на нашу сторону не состоится, как и возрождение легионов космодесанта. — Ну и кто будет ловить Пожирателей? — Эйнар справится. Я уверен. — Уверен он… Ты хоть понимаешь, какой это риск? — Щенок, мне очень хорошо известен этот легион… Однако, Эйнар справится. — Хрен с тобой… Под твою ответственность! Таким образом, Эйнар получил новую и интересную задачу, которая в данный исторический период стала для него основной. Теперь стоит рассказать о той самой миссии, которую выполняли фрегаты космодесанта (включая шлюп Квериана). По заданию Скальда, корабли начали информационную войну по всей галактике. Выражалось это в разбрасывании зондов в ключевых точках Империума и не только: прежде всего в местах базирования орденов космодесанта, баз флота, крупных войсковых формирований, а также ключевых миров (прежде всего сегмента Ультима, но не только). Как уже говорилось выше: информационной обработке должны были быть подвержены не только миры Империума. Подобную деятельность осуществлял «Следопыт» в Мальстриме, а «Партизан» по возвращении с Зиберта должен был заняться этим в Оке Ужаса. Соответственно, фрегат «Молния» должен был обрабатывать Восточный предел. Сами же зонды, после их сброса, начинали трансляцию песен, как Скальда, так и Гамаюна, а также первые три серии масштабнейшего сериала «Империум», который снимался по заданию и сценарию Скальда. Начинался сериал с Объединительных войн и создания Громовых Воинов. Снимал сериал, созданный всё тем же Скальдом, скватовско-зибертовский коллектив Союзфильма (чьим структурным подразделением были: Союздокфильм и Союзмультфильм), который уже набил руку снимая трилогию о войне с зеленокожими на Зиберте, а также сняв сериал «Революция», о попытке строительства на древней Терре Красного Империума. Кстати, саундтрек фильма стал одной из популярнейших песен Союза, как среди людей, так и среди космодесанта. Уж больно мощной получилась композиция. Так что нередко можно было встретить космодесантника который напевал: …И вновь продолжается бой, И сердцу тревожно в груди, И Ленин такой молодой, И юный Октябрь впереди… Хоть и большинство Астартес не совсем понимали смысл песни, однако, её мощный ритм и энергетика мало кого оставляли равнодушными. Кстати, изменённый вариант этой песни ушёл в Ультрамар, также как и «Вперёд Ультрамарины». Всё это должно было стать лишь первой частью скальдовской атаки на умы, которая должна была лишь привлечь внимание с помощью песен и сериала, а затем планировалось, помимо вышеперечисленного, транслировать пропагандистские ролики о жизни в Союзе и его реальной альтернативности Империуму. Но сначала исключительно песни и фильм. Забегая вперёд можно сказать, что в этом плане замысел Скальда удался абсолютно. Спустя год, после сброса первых зондов, практически все наследники легионов космодесанта напевали гамаюновские песни. Тоже самое касалось, как флота, так и гвардии. Успех был абсолютный. Что же касается песен Скальда, то его хриплый голос звучал практически из любого утюга Империума. Таким образом, имена: Скальд и Гамаюн стали известны всем и каждому в галактике. Инквизиция же, сразу бросилась запрещать, как песни так и видеопикты сериала. За зондами шла настоящая охота. Корабли инквизиции и их приспешников постоянно отстреливали, а иногда и захватывали зонды. Также, и комиссариату было вменено в обязанность вести борьбу с подобными явлениями в армии и флоте. Однако, приказы далеко не всегда поступали вовремя. К тому же, далеко не все комиссары спешили выполнять подобный приказ, поскольку сами считали его совершенно абсурдным. Конечно, какие-то песни имели явный или скрытый подтекст, а какие-то носили совершенно провокационный характер. Однако, большинство песен были о нелёгкой военной судьбе, и нравились самим комиссарам, особенно если это были песни о каких-то конкретных формированиях и запрет именно таких песен — в реальности был не возможен, поскольку парни и девчонки имперских полков и корабельных экипажей, всё равно, втихушку продолжали, как слушать, так и напевать эти песни. Порой доходило до очень серьёзных эксцессов, когда силы инквизиции стирали память целым полкам. Всё это не могло не отразиться на отношение военных к инквизиции. Многие полки начинали откровенно роптать. Многие комиссары на этой волне — получили выстрел в спину, а многие наоборот — заслужили уважение солдат и офицеров тех частей к которым были приписаны, поскольку запрещали скальдовскую пропаганду лишь формально, запрещая лишь публичную демонстрацию песен и сериала, что расценивалось скорее как забота о воинском коллективе, поскольку могло привести к репрессиям в отношении войсковой части, а вот на частное пользование таких файлов — глаза закрывали (также как 10 тысяч лет — закрывали глаза на порнографию, с которой, совершенно безуспешно, боролись лишь самые туповатые служаки). Что же касается орденов космодесанта, тот тут запреты инквизиции были бессильны, поскольку ордена первого основания и их ближайшие потомки — клали с прибором на мнение, каких-то там, смертных. Однако, как говорилось выше, трансляции шли не только на Империум, и вскоре: Железные Воины, Чёрный Легион, Несущие Слово, Пожиратели Миров и даже таинственная Альфа — напевали песни Гамаюна и реже Скальда. Тут, естественно, ни о каких запретах и речи быть не могло, а зря, поскольку многие песни (как например песня «Лунные Волки» и тд) заставляли задуматься десантников Хаоса: «а на той-ли стороне я воюю?». Тоже самое касается и, как нейтралов, так и всевозможных ренегатов Мальстрима и Восточного Предела, где скальдовская пропаганда ходила совершенно свободно. Однако, как это не странно, нашлись свои сторонники советской пропаганды и среди инквизиторов, а вот где их не нашлось, так это среди экклезиархии, которая, кстати сказать, лютовала даже ещё больше чем инквизиция. В результате, именно на экклезиархию и была возложена миссия по борьбе с новой ересью, а хитрожопые инквизиторы, в большинстве своём, отошли в сторону. Именно на фоне этой волны, когда экипажу армейского транспорта «Солар», а также 189-му Армагеддонскому панцергренадёрскому полку, после того, как комиссар Пауль Клосс лично застрелил представителя инквизиции и представил на всеобщее обозрение документы касающиеся их судьбы (которую должны были вершить Экзарцисты, чей ударный крейсер уже ждал прибытия «Солара»), то решение у всего командного состава, как корабля так и полка, было единодушное: идти в Союз. Всплыв в районе септа Фи’риос, «Солар» чуть не подвергся атаке сторожевого корабля тау, однако, со сторожевиком удалось, кое-как, выйти на связь и объяснить куда и зачем они направляются. После чего, армейский транспорт прибыл в септ Н’драс, откуда, после встречи с товарищем Святогором, его уже направили на Зиберт. Встретили перебежчиков очень тепло и радушно. А после встречи с самим Скальдом, транспорт «Солар» был зачислен в состав флота Советского Союза, а «почётным жребием» 189-го Армагеддонского панцергренадёрского полка стала служба на Зиберте, где пока он должен был находится в центральном подчинении, до дальнейшего определения как ОШС* части, так и своего места в войсках ланцеров. Что интересно, комиссар Пауль Клосс сохранил за собой должность комиссара полка — став первым (и единственным) комиссаром в Вооружённых Силах Советского Союза. Таким образом, внедрение прошло более чем удачно. Поскольку, человек лично убивший злодея-инквизитора и спасший, как экипаж корабля, так и свой полк — был вне подозрений. К тому уже, о его подвиге очень скоро стало известно всему Союзу и про него даже сняли документальный фильм. Тем временем, полным ходом, шло формирование двух армий: 1-й Танковой на Зиберте, и 2-й Ударной на Одланде. Помимо общевойсковых дивизий, планировалось развёртывание и других соединений, прежде всего на Одланде. Речь шла о формировании артиллерийской дивизии, а также ДШБр** и ШИСБр*** во 2-й ударной. Кавалерийский тумен и Пластунская бригада в состав армий не вошли, а были соединениями центрального подчинения, также как и армагеддонцы, только в отличие от последних они там и должны были остаться. А вот с армагеддонцами пока было неясно, толи ввести полк в состав какой-то из развёртываемых дивизий, толи на базе полка начать формирование нового соединения. * * * Лейтенант Мартин Гуасис вернулся из отпуска, и практически, сразу же, попал с корабля на бал. Их дивизию погнали на запад Гуляй-поля, в район развалин одного из населённых пунктов тау. Когда Гуасис узнал легенду учений, то стал заикаться, и чуть было не обделался. По легенде, их доблестная 1-я Танковая армия совместно с частями космодесанта, должна была сражаться против… Против Астартес! «Кишки Императора, против кого же нас натаскивать собираются» — думал Мартин. Видимо, предстояло встретиться с самым опасным и страшным противником в галактике. Такие, совсем не позитивные, мысли не покидали Гуасиса. Вот и в этот раз, сидя на броне своей новенькой БМП, он размышлял о перспективах дальнейшего будущего (благо заняться пока было нечем — их дивизия была во втором эшелоне), когда сзади раздался звук повизгивания сервоприводов. Не успел Мартин обернуться, как его окликнули: — Летёха, твою мать! И ты с нами?! Вот это номер… Салют, бродяга., — закованный в силовую броню старший лейтенант Некрасов приветственно поднял правую руку и расплылся в улыбке. Конец третьей книги. Продолжение следует… 6.08.18. *ОШС — организационно-штатная структура. **ДШБр — десантно-штурмовая бригада. *** ШИСБр — штурмовая инженерно-сапёрная бригада.