Спасение

После разговора с матерью в пятницу вечером Тори под предлогом сонливости рано ушла в свою комнату. Она легла на кровать, взяв с собой старенький побитый ноутбук, доставшийся ей еще от Алоиса. К счастью, Сара, с которой девушка не виделась уже больше двух месяцев, оказалась в сети. Быстро пересказав монолог матери о необходимости поиска мужа и создания семьи, Тори получила ответное сообщение от беловолосой. Это была фотография. Когда она прогрузилась, у девушки отвисла челюсть: на нее смотрели родные глаза цвета вечернего моря на совершенно незнакомом лице. Коричневые волосы не длиннее десяти сантиметров были растрепаны и оттеняли бледное лицо с идеально ровной кожей без малейшего изъяна, широкие брови с изящными уголками придавали особый шарм. Тори в ступоре рассматривала фотографию облаченного в длинное коричневое пальто и черный костюм человека, не сразу поняв, кто это. Сара пожертвовала своей внешностью ради возлюбленной, которую так отчаянно желала спасти.

* * *

— Твои родители не отстанут, пока ты не сдашься подобранному ими самими будущему мужу. Я не хочу видеть это. А однополые браки в нашей стране разрешены, так что…- Сара, которая выглядела точь-в-точь как парень, опустилась на одно колено и открыла перед замеревшей в шоке девушкой красную коробочку. — Тори… Ты выйдешь за меня?.. — Да!..- Тори позволила надеть золотое кольцо на свою руку и, плача, заключила возлюбленную в крепкие объятия.

* * *

Обмануть родителей оказалось на удивление просто, и вот, спустя несколько месяцев, Тори перебралась в квартиру законного «мужа». Она не бросила учебу, но и решила, что будет работать в редакции, где числится журналисткой Сара. (К слову, директор лишь одобрил перемену во внешности беловолосой, так как его журнал стал необычайно популярен среди девушек) В свободное время девушка хлопотала по дому и находилась рядом с супругой, у которой в плане статей повысилась продуктивность. Квартира в распоряжении девушек была небольшая и состояла всего из двух комнат: спальни и гостиной. Ванная и кухня были жутко маленькими, но это устраивало обоих. Одним дождливым ранним утром Тори проснулась, вскрикнув из-за кошмара. Резко сев, она надавила на виски пальцами, мелко дрожа. — Тори…- Сара, уже привыкшая просыпаться, слыша всхлипы возлюбленной, поднялась следом и приобняла девушку, положив подбородок на ее плечо. Голос супруги гипнотически действовал на Тори: слыша сонное бормотание, она постепенно успокоилась. — Прости, что снова разбудила тебя…- она устало потерла глаза и погладила руку девушки. Сара, ничего не сказав в ответ, развернула к себе лицо супруги и коснулась ее губ своими. Тори вздрогнула от неожиданности, но не отстранилась. Это и поцелуем нельзя было назвать, но они впервые за два года отношений позволяют себе подобное. Отстранившись, Сара улыбнулась и опустилась на подушку, любуясь замешательством кареглазой и тем, как она, забыв о сне, улыбается ей в ответ.

* * *

Девушки женаты вот уже как год, но прошлое обеих и не собиралось отпускать их. Стоя перед зеркалом в ванной и смотря на старый ожог, опоясывающий тонкую талию, Сара думала о том, что пора уже рассказать супруге о своем прошлом. Но тут дверь ванной резко открылась и тут же захлопнулась. — Прости-прости-прости! — Сара лишь улыбнулась, слыша испуганный голос Тори. Кареглазая еще не знает, что она задумала. Надев строгое черное платье чуть ниже колен, она вышла из ванной и заверила девушку, что ничего страшного не произошло. Послав воздушный поцелуй, Сара вышла из квартиры, прокручивая в голове свой план. Сидя в редакции, она словно наяву видела, как ее супруга уходит на учебу, сидит на парах, записывая лекции, потом посещает мать и едет на такси уже поздно вечером домой. Делает всё, как они и обусловились вчера. Но в это время Сара уже дома и ждет ее. Еле дотерпев до пяти вечера, девушка спешно покидает место работы и бежит в магазин за продуктами. Денег, взятых с собой, хватает на несколько одноразовых пакетов овощей, мясо и бутылочку красного вина элитного класса. Как только она вернулась домой, Сара, не переодеваясь и жутко волнуясь, бежит на кухню. С подросткового возраста она работала в кафе, так что здесь она как рыба в воде. Через час уже готов «Цезарь» и отбивное мясо со специями. Девушка постелила новую скатерть на небольшой круглый стол в гостиной, на которую были поставлены две тарелки, салат, фужеры, две свечи на резных подсвечниках, разложены столовые приборы в виде пары вилок, ложек и ножей. Вино было припрятано на полу под стулом Сары. За оставшийся час девушка успела прибраться в квартире, надеть синее платье, в котором ее любила видеть Тори, и красиво уложить волосы. Даже золотое обручальное кольцо на ее руке сияло чистотой. Она пыталась держать себя в руках, но сердце предательски ёкнуло, когда входная дверь скрипнула. Сара успела быстро погасить свет и зажечь свечи, прежде чем Тори зашла в гостиную, замерев у двери. — С годовщиной свадьбы, милая…- на негнущихся ногах Сара подошла к супруге и, взяв дрожащей рукой руку кареглазой, повела ее к столу. По щеке Тори скатилась слеза, а сама девушка счастливо улыбнулась, садясь на свое место. Ужин прошел в воспоминаниях хороших моментов этого года, мгновений счастья их ранней дружбы и времени, когда они только поняли, что влюблены. — Ты пытаешься меня опоить? — спросила Тори, смеясь и наблюдая за изящными движениями Сары, наполняющей вот уже пятый раз ее фужер. Девушка лишь изобразила коварную улыбку и, сдавшись, убрала бутылку красного подальше. — Всё-таки… Спасибо за то, что ты со мной… Правда я порой не понимаю, чем заслужила тебя… — Всем…- Сара подождала, когда уже наполовину пустой фужер опустится на стол, и, взяв кареглазую за руку, потянула ее в сторону спальни. Не чувствуя подвоха, Тори послушно следовала за ней. Оказавшись за порогом комнаты, Сара прикрыла дверь и заключила ничего не понимающую кареглазую в объятия. — Что ты делаешь?..- она вздрогнула, когда ее супруга забралась под ее футболку и коснулась рукой ее живота. Заставляя замолчать, она нежно целует Тори и тянет за собой в сторону кровати.

* * *

Утром Сара просыпается раньше своей возлюбленной и, видя, что и она уже открывает глаза, притворяется спящей. Но, чувствуя мягкое прикосновение к своему животу, она таки улыбается и целует волосы Тори. — Что это? — кареглазая поднимает взгляд на ее лицо, не давая шанса увильнуть от вопроса. И Сара, не устояв перед ее требовательно-нежными глазами, рассказывает ей о том, как была воспитана в детдоме. Как воспитательница за проступки прикасалась к ней раскаленной кочергой. Подтверждая догадки Тори, говорит о том, что можно судить по размеру ожога о количествах этих проступков. Рассказывает, как в шестнадцать лет сбежала оттуда и стала жить самостоятельно, работая в кафе и живя в заброшенном доме. И Тори чувствует и делит боль воспоминаний, и клянется всегда быть рядом и любить супругу до самой смерти.