Дети Чёрного Солнца

      Женя мельком взглянула на статую мальчика в пионерском галстуке. Мальчик стоял на чёрном шаре и держал ладонь перед лицом в пионерском жесте «всегда готов!» Какой-то юморист притащил эту статую к зданию строящегося ночного клуба. Гранитный пионер и дал название клубу.       - Юнг и Райх намного круче Фрейда.       - Ну, Юнг – да. Но Райх совсем поехал со своим оргоном.       - Фрейд их всех круче. Он – основоположник.       - Он свою дочь подверг психоанализу, когда та дрочить начала.       - По-моему, она была лесбиянкой. Всю же жизнь с женщиной прожила, которая сбежала от мужа.       Знакомые Ладо и Жени, перекрикивая клубняк и бухая, обсуждали столпов психоанализа под смешки своих менее эрудированных приятелей. Женя практически ничего не понимала и громко засмеялась, когда приятели стали обсуждать превосходство гомосексуалов над гетеросексуалами. Выпившая девушка скептически смотрела на местную ЛГБТ-тусовку, кучковавшуюся дальше от большей части посетителей клуба. Шесть худощавых расфуфыренных геев, три пухленьких лесбиянки с выкрашенными в яркие цвета волосами, одна из которых классическая бучиха с пивом.       - Вы такие умные, потому что детей нет, и остаётся время на чтение всякой хуйни, - пьяно заявила Женя.       - Гомофобка, фе, - скривился Ладо.       - Я не гомофобка, но вы тут совсем херню задвигаете. Гомофобы – это вон гопники в абибасе, - девушка указала бутылкой на группу в полосатых спортивных костюмах, на которую остальные геи предпочитали не смотреть.       - Был у меня один гопник… - начал Ладо, и приятели дружно заржали.       - Гопник-гей? – спросил кто-то из компании.       - Не такое уж и редкое явление, - пожал плечами парень.       Он и Женя смотрели на парней в спортивных костюмах, когда к тем подошёл толстый бородатый мужик в шёлковом полупрозрачном платье. Он кинул на гопников горсть лепестков и танцующей походкой ушёл в другую сторону. Гопники, нюхая лепестки, проводили бородатую фею томными взглядами. «Что-то тут не так», - подумала Женя. Немного в шоке от сцены с феей, девушка бездумно ковыряла дырку в джинсах на колене.       - Эй, ковырялка, - хотя Ладо так шутил, Женю это обращение всегда раздражало.       - Чего тебе?       - Смотри, какая няша, - Ладо указал на девушку за стойкой, потягивающую коктейль. – Это же она в твой магазин постоянно ходит? Давай уже, познакомься с ней.       - Откуда ты… - вопрос Женя не смогла закончить. Ладо её бесцеремонно толкнул в сторону блондинки у стойки.        «Арника», - подумала Женя, недоумевая, откуда она знает её имя. Всё вокруг стало плыть. Люди пихались, музыка стала совсем уж невыносимо громкой.       - Кажется, я перепила, - пробормотала девушка. Она подняла голову и заметила, что под потолком летает нечто, похожее на шаровые молнии. – Наверное, спецэффекты.       Надеясь, что алкоголь поможет преодолеть смущение, Женя направилась к Арнике.       - Что это за спецэффекты? – спросила Женя.       Арника посмотрела на неё и улыбнулась. Жене понравилась её улыбка, но внутри возникло чувство, что это всё неправильно. Она забыла что-то важное. Арника подняла руки, и светящиеся белые шары стали слетаться к ней. Вокруг люди восхищённо загудели и закричали.       - Это не спецэффекты, - дружелюбно ответила Арника. – Это наши смерти.

* * *

      Женя проснулась в больничной палате. После сна она мигом вспомнила последние мгновения перед отключкой: грохот, летящие стёкла, испуганные крики и свой собственный вопль. Однако сознание она потеряла не от взрыва. От чего-то другого, и это было слишком быстро. Женя приподнялась и оглядела палату. Раннее утро, три соседки спят. Судя по виду из окна, это городская больница. Женя уже в ней лежала с воспалением лёгких только в другом корпусе. Девушка почесала темя и посмотрела на себя. Какая-то больничная пижама. На руках и ногах бинты. Она помнила, как получила эти раны от разбитого стекла. Порезы немного ныли. Стараясь их не беспокоить, Женя полезла в прикроватную тумбочку. Там обнаружились другие вещи, зубная паста, полотенце и другие мелочи. Выбравшись в коридор и никого не обнаружив, Женя дошла до туалетов, где привела себя в порядок. Воспоминания о причине потери сознания так и не вернулось. «Что же со всеми остальными? Кажется, стекло, больше всех задело одного из охранников Кафтанова», - окончательно проснувшись, девушка прошла по длинному коридору в поисках медсестёр. Те нашли её сами:       - Христолюбова? – её окликнула вышедшая из палаты высокая дородная женщина.       - Да, а что с остальными?       - С остальными? Мы не знаем, кто был с вами рядом. Поступило много раненых. Правда, тяжёлых, как вы, всего несколько. Пройдёмте, мне надо проверить ваше состояние. Что вы помните последним? – спросила она уже в кабинете, где начала проверять состояние Жени различными инструментами.       - Я… я помню взрыв. Помню, как меня и других порезало осколками, мы кричали пытались отойти от окон. Но вроде я не потеряла сознание сразу. Я кинулась к друзьям, но дальше что-то… - девушка мучительно скривилась, - всё обрывается.       - Пока не говорите, - надевая рукав для измерения давления, попросила медсестра. – В здании мэрии произошёл теракт. Погибли шесть человек. Ранено больше сотни. Больше всего – от осколков. Окна выбило во многих домах вокруг. Но вы поступили к нам ещё и с шоком после удара током.       - Током? – удивилась Женя.       Медсестра укоризненно посмотрела на неё.       - Простите, - пришлось ещё раз измерять давление.       После проверки медсестра подвела девушку к зеркалу и показала бледно-серые пятна на спине:       - Это ожоги от поражения током. Из-за тока вы и потеряли сознание. Но они менее опасные, чем порезы. Сейчас вам уже ничего не угрожает.       Женя действительно не помнила момент удара током. Видимо, он был настолько внезапным, что выпал из памяти. Когда её выписали, девушка принялась звонить матери. Это она оставила вещи и старенький телефон. Женя догадалась, что её техника вышла из строя. Это подтвердила мать при встрече на выходе из больницы. Вместе с Ириной Христолюбовой сюда приехали Ладо и Лариса.       - Мы теперь оба пришибленные, - парень продемонстрировал шрам, который остался у него после удара молнии. Выглядело по-своему круто, но Женя лишь слабо улыбнулась.       Лариса обняла её крепко, несмотря на собственный болезненный порез на боку, и поцеловала в голову. Ирина на эти объятья смотрела спокойно. Хоть у дочери с её женщиной была большая разница в возрасте, они взрослые люди. Ирина не собиралась вмешиваться в их личную жизнь, тем более проблем и посерьёзней хватало.       - Как остальные? Игорь, Арника, Кафтанов и сопровождавшие его мужчины? – спросила Женя, на пути к машине.       - Ты пострадала больше всех. Тебе артерию перебило, - объясняла Лариса мрачно. – Если бы помощь опоздала, ты могла погибнуть от потери крови.       - Медсестра рассказала, что мне делали переливание, - кивнула Женя. – Она сказала, что был теракт.       - Это были шаманы, - сказала Ирина. Они остановились на парковке. Лариса хотела отвезти Женю домой. Ирина же, убедившись, что с дочерью всё в порядке, собиралась ехать снова в мэрию. - Они напали, чтобы освободить Кирилла, - Ирина провела рукой по тёмным волосам дочери. Женщина впервые заметила, что там появились седые волосы. Может быть, они именно сейчас и появились.       - Мечник был там?       - Об этом никто не мог знать. У нас есть только одна зацепка: во время нападения умер Рустам Ованесян в своей квартире.       - Рустам? – удивилась Женя. Она так и не встретилась со своим «братом» по проекту. Да и не особо хотелось. – Это связано со взрывом?       - Возможно, - мать задумчиво отвела взгляд. – Мы думали, он совершенно потерян. Сергей что с ним только не делал, - она говорила о его приёмном отце. – Определял в центры для наркоманов, нанимал специалистов. Всё без толку. Мы думали, что и способности он свои заглушил. Но, наверное, мы были не правы, и им воспользовались шаманы.       Женя не совсем понимала мать. Она накрыла своей рукой ладонь матери у себя на щеке.       - Как им могли воспользоваться шаманы?       - Рустам и Полина во снах могут видеть очень многое. Прошлое, будущее, находить людей и предметы. Рустамом могли воспользоваться, чтобы найти Кирилла. Когда мечника только захватили, всех шаманов разогнали «пиявки». Его след должен был потеряться. Но шаманы нашли его, и именно в это же время умер Рустам. Шаманы нападают уже в открытую. Вам особенно надо быть начеку. Шаманы могут и вами воспользоваться. Сейчас я собираюсь встретиться с нынешней главой проекта. Линда Шварцберг шла к вам на встречу, когда прогремел взрыв. Теперь она усилила меры безопасности, но по-прежнему хочет с вами со всеми встретиться.       - Жене надо отдохнуть, - сказала Лариса.       - Конечно. Я сообщу, что удастся узнать от Шварцберг.       Женя проводила мать взглядом, оставаясь в объятьях Ларисы.       - Я пойду к Игорю. Ему лицо порезало, - Ладо вздохнул.       - Как он в общем и Арника? Нехило нас так прикладывают, как это всё началось, - нахмурилась Женя. Она вспомнила, как летела в придорожную канаву и как в Ладо ударила молния. Лариса крепче её обняла, не обращая внимания на собственную боль.       - Арнике только руки порезало. Всем досталось меньше, чем тебе, в том кабинете, - ответил Ладо.       Парень ушёл, чтобы навестить Игоря, а Лариса повела Женю к своей машине.       - Я не думаю, что шаманы специально на нас напали, - говорила женщина в волосы возлюбленной.       - Ты думаешь, мы ещё можем остаться в стороне? Что там Кафтанов говорил о катастрофах?       В объятьях любимой хотелось забыть обо всех кошмарах. Но Женя понимала, что в этом кошмаре она увязла уже по уши.       - Я тогда всё-таки встретилась с Линдой Шварцберг. Она даже не учёная. Больше похожа на военную. Мы не смогли нормально поговорить. Меня тоже серьёзно поцарапало.       - Где?       Нехотя Лариса подняла кофту, показывая бинты на боку. Они слабо пропитались кровью. Женя посмотрела на неё с укором.       - Тебе за рулём-то не опасно?       - Всё в порядке, - поморщилась Лариса, не желая показывать слабости. – Доедем до дома, я поменяю бинты.       Женя не стала ворчать, хотя хотелось. В тот момент она впервые подумала об их совместном будущем. Если это всё закончится, смогут ли они спокойно жить вместе? Да и будут ли? Женя не так уж и хорошо знала Ларису. Сына её видела всего несколько раз. Но сейчас думать об этом было рано.       - Больше порезов нет?       - Только мелкие. Этот самый серьёзный. Я ещё легко отделалась по сравнению со многими другими.

* * *

      Карина проводила «рено» Ларисы взглядом. Её сестра выглядела такой счастливой рядом с этой женщиной.       - Мы не знали, что она будет там, - с сожалением сказал старик в песочном костюме, стоящий рядом с Кариной.       - Кэлэ, ты говорил о том, чтобы привести её, но вы снова подвергли её жизнь угрозе.       - Мы не знали…       - Хватит. Я не на их стороне. Но и не на вашей. Свою сестру я никуда тянуть не буду.       Оставив пожилого мужчину, Карина быстро ушла.       - Мы лишь защищаем свою землю, - сказал старик, но девушка его уже не слышала.

* * *

      - Точно такие же, - Галина крутила в руках копию потерянных очков. Она оделась в предложенную Светой и Говорун одежду с некоторой опаской, но её уверили, что вещи не испарятся.       - Угощайся, - Света поставила тарелки с рисом и мясной подливкой, от которых шёл ароматный пар. Света заметила, как Галя рассматривает дужки очков. – Да не волнуйся об одежде. Говорун меня уже лет шесть так одевает. Делает копии понравившихся вещей из магазина.       - Как удобно, - усмехнулась Галина, надела очки и попробовала рис. - Только что опять новости о взрыве были. Говорят, террорист-одиночка. Вкусно, ты всегда сама готовишь?       - Ага, мамка поварихой работает. Самой ей вечно времени не хватало, но нас всему научила.        «Это не террорист, - вмешалась в их беседу Катя-Говорун, молчавшая с самого взрыва. – Шаманы убили шесть наших людей и вызволили Кирилла».       - Вот, чёрт, - сказала Света с набитым ртом.        «Мне нужно твоё тело».       Света поперхнулась, да и Галина удивлённо замерла, не донеся еду до рта.       - Прошлый раз это плохо закончилось. Зачем тебе сейчас?        «Это ненадолго, не волнуйся. Мне только надо будет пройтись кое-куда».       - Ох, ну, хорошо, - Света поднялась и легла на свою кровать.       Галина сначала любопытно смотрела на неё, Света просто лежала, не двигаясь. Не зная, как на это всё реагировать, девушка доела свою порцию и убрала на столе. Когда она уже подумывала о том, как уйти домой, тело Светы зашевелилось. Она медленно присела на кровати. Затем провела руками по тёмно-русым волосам. Стала разглядывать свои руки, сгибала и разгибала пальцы. Галина нерешительно подошла ближе.       - С тобой всё хорошо?       Светлана встала, потеряла равновесие и стала заваливаться. Галина её поймала и кое-как отправила обратно на кровать.       - Вот блять, надо подождать, пока идёт адаптация, - Светлана снова принялась изучать свои руки. – Ну, ебать, время поджимает. Галя, можешь дать её ноут?       Галина настороженно вгляделась в недовольное лицо. Голос изменился. Вроде тот же, но интонации совсем другие. Светлана говорила немного, неспешно, часто растягивая слова, и почти не ругалась. А сейчас говорила быстро и эмоционально. Лицо стало подвижным, мимика – более выразительной. У Светланы было почти каменное лицо.       - Говорун? – неуверенно спросила Галина.       - Ты сообразительная! – Светлана снова присела, не делая попыток встать. А Галина сходила за ноутбуком.       - А где… где Света? – девушка протянула технику.       Говорун в теле Светланы довольно и широко улыбнулась. «Как ребёнок», - подумалось Галине.       - Она здесь, смотрит изнутри, и ей это всё не нравится. Но телом пока управлять буду я, - Света-Говорун осторожно открыла и включила ноутбук. Она стала искать информацию о клубе «Чёрный пионер».       - Зачем он тебе? Разве Света не могла этого же сделать? – Галина, присевшая рядом, и сама не верила, что так спокойно это обсуждает.       - Может, конечно, но медленнее. И мне надо сходить самой в этот клуб.       - Зачем тебе этот гадюшник?       Светлана засмеялась, смех Галине показался каким-то неправильным и неестественным. Хотя они были знакомы пару суток, Галя остро чувствовала перемену.       - Мне нужен не он сам, а то, что под ним.

* * *

      После похорон в квартире Рустама остались лишь его отец и сестра. Отец пил, а Полина листала единственный дневник. В толстой тетради умершего парня были сотни рисунков. Полина не могла не поразиться, насколько хорошо он рисовал. Рустам нигде не обучался рисованию, вряд ли бы он прошёл какие-нибудь конкурсы, но рисунки завораживали. Было много чудовищ, странных пугающих мест, каких-то гробов или, скорее, саркофагов, черепов и костей. Но чаще всего Рустам рисовал птиц.       - Это так красиво, - разглядывая двух женщин, тянущихся друг к другу руками-крыльями, сказала Полина.       - Он давно перестал рисовать, - горько сказал его отец, - но продолжал видеть. Чаще всего, этих птиц, - Сергей вытер слёзы. – Вы с ним так похожи.       Полина подняла взгляд. Сергей плакал и смотрел на неё полными горя и вины глазами. Самой Полине стало горько, но больше от вида мужчины. Она со вздохом посмотрела на фотографию Рустама с чёрной лентой. Последний раз он фотографировался пять лет назад на паспорт. Взгляд ещё осмысленный. Рустам был и правда очень похож на свою сестру, на которую так ни разу и не взглянул. Он тоже носил очки, с которыми и сфотографировался. Зрение у брата и сестры было одинаково плохое.       - Я пытался. Я, правда, пытался, - Сергей закрыл глаза руками и заплакал сильнее.       От него разило спиртным. Мужчина постоянно говорил о Рустаме. Несмотря на всё, что тот натворил и как опустился, отец любил сына. Проведывая практически каждый день, он всё ещё надеялся на чудо. Но чуда так и не произошло. Придя сюда позавчера вечером, он нашёл сына уже холодным.       - Вы сделали, что могли. Его погубили наркотики.       - Не наркотики – главная причина. Эта чувствительность превратила его в урода. Если не наркотики, он ходил и искал людей при смерти. Будто вампир, впитывал чужие страдания. Чем другому хуже, тем ему лучше. Та девочка, что изнасиловали у меня дома, Рустам хотел быть на её месте, как я понял, - Сергей морщился от отвращения, но продолжал рассказывать. – Он мне в деталях всё описывал. Как же я его тогда избил. Но это же болезнь, а я только злость вымещал…       Полина слушала мужчину, тихо вздыхая. Она рассматривала рисунки изрезанных, разрубленных людей с искажёнными от мучений лицами. Анатомической точности там не было, но картинки по-прежнему завораживали. Нашлись там и сексуальные мотивы, в которых без труда угадывались гомосексуальные детали. Могла ли Полина стать такой же? Возможно, Рустам стремился слиться со всеми своими и чужими противоречивыми чувствами. Иллюзию слияния давали наркотики. Но Полина, тоже испытавшая их действие, всё-таки чувствовала при этом отвращение к идее полной потери эго. Она обладала сильной личностью, которую девушка сама любила, и которую любили другие. Рустаму же терять было нечего.       - Вы прокляты, и мы прокляты. Господи, куда мы полезли?! – Сергей продолжал стенать. Полина смотрела на него с сочувствием.       Он был одним из немногих, кто заботился о детях проекта. Сергей стал засыпать прямо на столе, и Полина в тишине досмотрела тетрадь, медленно переворачивая листы. Эта тетрадь рассказала о Рустаме больше, чем он мог бы сам. На последней странице после рисунков кошмаров и каких-то невнятных перечёркнутых откровений была зелёная поляна, залитая солнцем. Там росли цветы и летали птицы. Нарисовано, как и всё предыдущее, было не слишком искусно, но девушке передалось ощущение умиротворения. Оставив тетрадь рядом с Сергеем, Полина ушла.       Наташи дома не было, и девушка потерянно слонялась по квартире. Она уже знала, что взрыв в мэрии, скорей всего, связан со смертью Рустама. В нём тлели способности шамана. Умирающим наркоманом воспользовались, чтобы найти мечника Кирилла, и Рустам «перегорел». Полина, откровенно говоря, не испытывала скорби по поводу смерти брата. Скорбь вызывала, скорее, его жизнь. Но всё равно Полина чувствовала разбитость после похорон. Она искала утешения, но её девушки рядом не было, Наташа работала. Она с большим удивлением узнала, что у Полины умер брат и что он вообще есть. Точнее, был. Полина никогда не скрывала, что является приёмной, но о брате и сама узнала недавно.       Устав слоняться и пытаться занять себя каким-нибудь делом, девушка прилегла, надеясь, что сможет подремать. Она стала перебирать бусы, и постепенно мысли исчезли. На границе сна и яви Полина услышала голос Карины:       - Как на тебя трудно настроиться. Где ты была?       Полина ощутила, как её руки гладят чьи-то чужие, затем осознала себя в невероятно красивом богатом цветами саду.       - Пойдём, - пока Полина удивлённо моргала и оглядывалась, Карина потянула гостью за руку.       - Куда? Разве ты не могла позвонить?       - Посмотри, - вместо ответа Карина переместила их к чёрному зданию в форме куба, окружённому мутным туманом. Девушки смотрели на него издалека. Над его плоской крышей взвился крылатый змей, и Карина оттянула свою спутницу подальше.       - Что это за место? – Полина огляделась. Они вроде были в центре города, но в этом пространстве, здания плыли, росли, уменьшались или исчезали без всякой видимой логики. Только чёрный куб оставался неподвижен. Полина вспомнила, что нечто подобное есть в Мекке, только там чёрный куб был исполинских размеров, а здесь несильно выделялся среди других зданий.       - Я нашла его, когда искала рабов шаманов, которые устроили взрыв в мэрии. Они установили бомбу, чтобы скрыть нападение самих шаманов. Это место – отражение реального места в городе. Оно насыщенно самыми разными эмоциями. Ты можешь узнать, что это? Ты же сновидица.       Полина смотрела на статую пионера, очертания мальчика немного плыли, но фигурка на шаре вызывала лишь одну ассоциацию:       - Это клуб «Чёрный пионер».

* * *

      Галина настороженно вглядывалась в лицо Светланы, не отпуская её руки. С виду они казались подружками, но Галина помнила, как эти руки размахивали мечом. Тубус с самим мечом несла Галина. Из рук мечницы сейчас всё валилось.       - Ну вот, это «Чёрный пионер», - Галина кивнула на статую, за которой находился сейчас закрытый клуб. – Зачем он тебе?        «И зачем тебе тело Светланы?» - этот вопрос Галина оставила при себе.       Вместо ответа Света опустилась на корточки. Одна её рука продолжала сжимать руку Гали, вторая легла на серую плитку, которой была выложена улица. Издалека могло показаться, что девушка что-то уронила и ищет. Вблизи же это выглядело довольно нелепо, ведь Светлана закрыла глаза, и рука её лишь слегка шевелилась. Прохожие на них косились, но пока оставляли без комментариев.       - Это здесь. Мы наконец-то нашли его. Пойдём, - как ни в чём ни бывало Говорун-Светлана развернулась и попыталась идти, но споткнулась о немного выступающую плитку и упала бы, если бы не поддержка. – Надо дойти до номера, я верну Свете тело. Мне уже и самой надоело, - ворчала Говорун голосом Светы, пока ей помогала Галина.       Последней тоже не нравилось наблюдать, как мечница превратилась в рохлю на заплетающихся ногах.       - Я ничего не понимаю, - раздражённо сказала Галина.       - Как бы тебе объяснить, если бы я сюда заявилась открыто, меня бы отпиздили. Света для меня, как маскировка.       - А сама Света не могла сюда сходить?       - Она бы не увидела того, что я искала. Света сама по себе малочувствительна. Её и Кирилла учёные называли химерами, потому что намешали им больше всех генов. При этом, из шаманских сработали лишь гены, которые открывают их для подчинения духам. Это способность обратная той, что активна у сестёр… ты их видела у реки. Женя и Карина, наоборот, могут подчинять духов. Точнее, не подчинять, а управлять ими, становясь сами, как духи.       - Хм, - Галина мало что поняла. Она оглянулась на уже скрывшийся за деревьями клуб. – Так что ты там увидела?       - Саркофаги.       Некоторое время они прошли в молчании, шагая мимо магазинчиков и открытого кафе.       - Что?       - Ох, лучше не здесь, - лицо Светланы сильно сморщилось. В который раз её спутница почувствовала неестественность в поведении мечницы. – Сначала верну Свете её тушку.

* * *

      С другой стороны от клуба Арника ходила вдоль берега реки и смотрела на забинтованную руку. При взрыве она и Игорь пострадали меньше всех в том кабинете, отделавшись несколькими порезами от выбитых стёкол. Хуже всего сейчас было Жене, которой перебило артерию на ноге, и одному из телохранителей Кафтанова. Он среагировал незамедлительно, закрыв собой старика. Стекло отсекло ему часть уха, по всему телу было больше десятка глубоких порезов.       В Кафтанова тоже попал крупный осколок. Его прооперировали в тот же день. Несмотря на это, он постарался закончить начатый разговор, хотя бы кратко описав, что от детей ЧС ждут кровники.       - Кровники контролируют очень много. Линда Шварцберг – лишь одна из представительниц клана, но у неё власти больше, чем у местного мэра. Да что там мэр, - Кафтанов вяло махнул рукой. Он сидел в фойе больницы и сонно моргал глазами. – Но не бойся, Ника. Она никого ни к чему не будет принуждать. Эти люди просто изучают вас. Правда, сейчас их планы могут поменяться.       - Что они могут потребовать? Скажите хотя бы кратко, - Арника не хотела давить на раненого старика, которого давно воспринимала как дядю. Но неведение ей порядком надоело.       Старик неопределённо хмыкнул и виновато отвёл взгляд.       - Они хотят спасти Землю.       - От кого? – Арника чуть нахмурилась после такого ответа, но надеялась, что Кафтанов объяснит больше.       - Во-первых, от растущих загрязнений, и это мы практически взяли под контроль. Во-вторых, от того, что готовят духи-шаманы.       - Так почему вам не объединиться? Если у вас одна цель. Шаманы ведь тоже всего лишь хранят свои земли.       - Средства, - пожал плечами Кафтанов и поморщился от боли. – Помнишь, программу «Тот»?       - Которая изучала предприятия? Конечно, при чём тут она?       - Она была написана шаманом. Живым шаманом, - уточнил Кафтанов. - Он общался с духами и на основании их советов писал программу.       - Я ничего не понимаю… они работают с вами?       - Шаманы не хотят враждовать. Они нам помогают. Кирилл, которого они вели, убивал тех, кто мешал программе.       Арника нервно дёрнулась. Она как-то не подумала связать убийства и их работу напрямую.       - Запутанное дело, да? – Кафтанов потёр морщинистый лоб. – Мы все хотим всего лишь спасти Землю. Просто шаманы не хотят отдавать полный контроль кровникам. А проект «Чёрное Солнце» для того и создавался.       - Как ты? – Женя, встретив Арнику в условленном месте, кивнула на забинтованную руку.       - Порезы всего лишь. Тебе досталось больше всех в том кабинете. Сама-то как?       - Терпимо. Полины ещё нет? Зачем она позвала нас сюда? – Женя посмотрела на статую пионера, стоявшую метрах в сорока от них. Саму встречу Полина назначила во дворе рядом с жилым домом.       Арника пожала плечами. За недолгое знакомство Полина показалась ей очень спокойной и рассудительной. Чего стоит первая встреча, когда Полина без паники восприняла появление «пиявок». При сегодняшнем же звонке она говорила очень взволнованно и просила всех детей проекта о встрече здесь. Женя тоже удивилась её волнению:       - Полина даже не объяснила ничего.       - Может, из-за смерти Рустама? – предположила Арника.       - Моя мать думает, что им воспользовались шаманы, чтобы найти Кирилла. Рустам и Полина – сновидцы, они могут смотреть сквозь пространство и время и отыскивать что угодно. Фантастично звучит, но ты сама читала отчёты учёных, изучавших их.       Арника неуверенно наклонила голову. Хотя она больше интересовалась призывом духов, все способности шаманов были так или иначе связаны.       - Видимо, она что-то нашла, - Женя огляделась, но никто больше пока не пришёл, хотя назначенное время уже подошло.       После непродолжительного ожидания зазвонил телефон у Жени. Ладо без предисловий сказал ей идти за клуб.       - Но что…       - Просто подойдите! – Ладо отключился.       Женя недовольно посмотрела на старый телефон, из которого стали звучать гудки. Девушки обошли клуб через дворы, и нашли Ладо, Игоря, Полину и Карину у лавочки. Женя, подходя, заметила, что Ладо нервничает и делает много лишних движений. Игорь с огромным пластырем на щеке сидел, закрыв глаза, опустив лицо и скрестив руки на груди. Видимо, он слушал, как мог только он. Полина, теребившая бусы, поднялась, завидев Арнику и Женю. Выглядела она очень растерянно, совсем не похожей на себя. Только Карина, стоявшая под цветущим деревцем, оставалась спокойной и отрешенной, хотя именно она всех и собрала.       - Жень, ты охиреешь, - вместо приветствия сказал Ладо. – Под этим клубом самые настоящие катакомбы с кучей костей и черепов.       Женя не спешила охиревать.       - Ну, охуеть, и что?       - Это не просто останки, - сказала Карина, подходя к сестре и обнимая её. Женя немного растерянно обняла её в ответ.       - Они связаны с шаманами?       - Шаманы не оставят тебя в покое, - куда-то в шею ответила сестра. Она крепче сжала Женю в объятиях. – Но у тебя ещё есть выбор. Ты можешь не присоединяться к кровникам, отойти от их борьбы.       - Карин, я даже не совсем понимаю, что происходит. Как я могу выбрать?       - Поэтому тебе надо выслушать обе стороны.       - С этого бы и начали, - Женя последнее время отдалилась от сестры. Недосказанность, странные суждения отталкивали от Карины, но всё-таки сёстры не хотели терять связь.       Откуда-то сбоку заговорил старик:       - Мы не собирались вас вмешивать, но теперь это неизбежно.       Женя повернула голову и увидела пожилого мужчину в песочном костюме. Полуседой, но стройный и сохранивший красоту, он смотрел чёрными глазами на девушек и юношей как будто с сочувствием.       - Это Кэлэ, - Карина немного отстранилась, но ещё обнимала сестру. – Он – Дух города. Ты знал, что я найду тех, кто взорвал мэрию?       - Дух города? – Женя вгляделась в глаза старика с сеточкой морщин по бокам.       Ей сдавило виски, девушка слегка покачнулась. Женя могла упасть, но её придерживала Карина. На несколько мгновений Женя стала Духом, который открылся ей. Она чувствовала корни деревьев вокруг них, трубы с текущими по ним чистой и грязной водой. Почувствовала копошение людей в домах, будто дома были ульями, и в них появились нервы. Между людьми тянулись ленты, связывались в узлы, что вспыхивали и гасли. Стаи птиц оглядывали город, разнося зёрна надежды. Бродячие собаки вынюхивали свалки, отыскивая забытые души…       Женя хватанула ртом воздух, в голове была мешанина из образов увиденного и домысленного. К ней вернулось обычное восприятие, но тело гудело от соприкосновения с Духом.       - Хватит, - Кэлэ стоял с приподнятой рукой. – Ты ясновидящая, но тебе не хватает опыта. Ты будто годы прожила во тьме, и любой свет будет слепить тебя.       - Мы же не настоящие шаманы, - Карина обеспокоенно смотрела на сестру. Та снова шумно втянула воздух и медленно приходила в порядок.       - Не настоящие, но все вместе вы способны на многое. Вы прогнали нас во время ритуала обращения новой шаманки. Я не держу зла, Галина к нам всё равно присоединится. Вы нашли наш храм, вы всё можете.       - Храм? – Женя со стыдом вспомнила, как набухалась там не так давно.       Кэлэ негромко засмеялся.       - Священное место – не то, где лицемерно выставляют на показ одни лишь принятые обществом благодетели. Храм – это место общения души с духами. Где люди могут познать себя, не отвращая взор ни от низкого, ни от высокого. Мудрые шаманы никогда не пытались отсечь от человека его животную природу. Мы берегли баланс. Новые церкви хотели ускорить развитие людей, подавляя все инстинкты, но это привело к катастрофам.       Женя слушала скептически:       - Вы ведь эти катастрофы устроили.       - Лишь малую часть и только для предотвращения намного больших катастроф.

* * *

      - Они говорят с ним! – оператор у экранов весь взмок от напряжения, наблюдая за встречей Кэлэ и детей «Чёрного Солнца». Глядя на существо, которое называло себя Кэлэ, через определённые фильтры, оператор видел жутковатого спрута, чьи щупальца уходили во все стороны, охватить их все не мог ни один прибор. – Мы не будем вмешиваться?       - Пока нет, - ответила Линда Шварцберг. Она в контрасте с оператором излучала ледяное спокойствие. – Если он поведёт их в клуб, тогда атакуем.