По другому сценарию

Дорогие читатели! Прежде чем вы начнёте читать этот текст, я должна признаться, что пробую этот жанр впервые. Не в моих правилах и воспитании описывать столь жёсткие интимные подробности. Это жанр вообще не мой. Вот медицина, приключения, романтика, эмоции – это моё. Но жанр эротического фантези обретает всё бОльшую популярность, просьбы поступали всё чаще и я решила один раз попробовать. Всё таки писатель обязан ориентироваться на массовую культуру и пожелания своих читателей. Стало быть, этот текст максимально жёсткий и интимный по моим меркам. Не думаю, что сумею повторить подвиг, это был эксперимент))) Алекс не раз думала: случилось бы это всё с ней, если бы она не согласилась остаться в клинике в то злосчастное полнолуние? Могло ли всё пойти по-другому сценарию? Насколько хуже всё могло стать, а может, вообще ничего бы не было? Но если её спросят, готова ли она испытать всё заново, Алекс не задумываясь ответит: да. Потому, что она испытывает сейчас - стоит всего пережитого. ГЛАВА 1. Январь 2011 Очнувшись в лесу Бейкон-Хиллс, Алекс не помнила ровным счётом ничего. Кто она? Откуда? Пустота. На вопросы полицейских и врачей отвечала только: нет, не помню, не знаю… Те же только руками разводили: появилась из ниоткуда, что с ней делать теперь – непонятно. В базах преступников девушка не проходила, в базах пропавших тоже не числилась. В медицинской базе штата не нашли. Разослали запросы по стране. Но в ближайшие двое суток не объявилось никаких родственников, знакомых, никто не пришёл искать пропажу. Вообще никаких следов. Глухая ситуация. По всему получалось, как человека её и не существовало вовсе. Даже отпечатков не нашли. Так что девушка сидела на обитой кожзамом скамейке пребывая в спасительном ступоре и не чувствовала ничего. Совсем ничего. Словно её окружал вакуум. Единственным, кто находился рядом, одолжил ей свою куртку, напоил горячим кофе – зима не особенно тёплая выдалась - сопровождал на всех этапах допросов и осмотров, - был шериф Стилински. «- Наш штатный психолог говорит, что у тебя посттравматическое расстройство. Психиатр больницы с ним согласен, - шериф присаживается на корточки напротив и заглядывает в глаза испуганной девушке, протягивая тёплую чашку. - Сотрудники соцслужбы уже на пути сюда, они вам помогут, - она недоверчиво встречается с его смущённым взглядом, думая, что он сам не верит в то, что говорит, но он верит ЕЙ, и это главное». Никто и не стал скрывать, что странный случай девушки стал головной болью и дополнительными завалами в и без того бесконечных отчётах, и отчётливо выработанной оскоминой при очередном её появлении в отделе. Шериф же напротив, проявил поистине вселенское терпение. «- Что ж… Не беспокойтесь, вы будете в безопасности, мисс… – выговаривает заученным уверенным тоном помощник шерифа дежурные фразы. Слово в её голове появляется также неожиданно и естественно, будто всегда там сидело, и никогда не терялось. - Алекс! Меня зовут Александра! – радостно восклицает девушка. Брови помощника удивлённо приподнимаются. Шериф же, остановившийся в дверях, оборачивается, взгляд его становится - словно по любимому мизинцу шибанули». К сожалению, в тот день имя - единственное, что Алекс смогла про себя вспомнить. Но волшебным образом оно произвело потрясающий эффект. «- Послушай, у нас есть свободная комната, - говорит шеф после долгого разговора с социальными работниками за закрытой дверью, - я смогу оформить тебя через органы опеки. Могу стать твоим опекуном, пока ты не вспомнишь что-нибудь или пока врачи на посчитают тебя дееспособной. Это займёт какое-то время, но на правах шерифа, думаю, смогу договориться. - Сэр, не думаю, что я могу и дальше создавать вам трудности… мне нечем отплатить, нет, я не могу… - робость, непривычное для неё чувство, но откуда ей знать, что именно эти её слова становятся для шерифа последним уверением в собственной правоте. - Об этом не беспокойся. Двадцатка в неделю устроит? - Что? – непонимающе смотрит на него девушка. - Оплатишь аренду комнаты, когда сможешь. Если тебе так легче. Договорились? Она кивает. Ещё бы! - Спасибо, сэр». По-прежнему не верит в своё счастье. Такая удача, что в пору печь пироги всем лепреконам мира. Но на этом подарки судьбы для Александры не заканчиваются. «- Есть у меня один знакомый - врач, ему давно нужен помощник на ресепшен в клинике, если тебя не смутит, что клиника ветеринарная, - подмигнул шериф воспрянувшей духом девушке. - Спасибо! – в сотый раз за день, наверное. Он морщится, будто косточку на зубах словил. - Не нужно меня благодарить. Дитон не потребует документов, в этом я уверен. У него работает друг моего сына, но у Скотта теперь меньше времени, потому что они со Стайлзом в этом году в первом составе команды по лакроссу, - в голосе такая гордость, что и не знавший этих парней человек проникся бы». Имя Стайлза задевает какую-то ниточку воспоминаний и в мозгу тихо звякнуло серебряным колокольчиком. Будто знакомую мелодию услышала, но не помнишь из какой она песни. Кто же такой этот Стайлз? Что за имя такое странное? «- Это временно, пока она не вспомнит, где её настоящий дом. Я разослал данные во все отделения штатов, - шериф понизил голос, но девушка всё равно слышала их разговор даже находясь снаружи на пороге дома. - Пап, сейчас не самое лучшее время, понимаешь? – растерянно лепетал за дверью такой знакомый голос. - Понимаю, ребёнок. Время всегда не самое лучшее, но кем мы станем, если не будем вести себя по-человечески? – голос шерифа, ставший для неё родным за дни, проведённые в полицейском участке, звучал успокаивающе. - По-человечески - в смысле не гадить в кошачий лоток? – Хм, а он юморист. - По-человечески, значит не бросать попавшего в беду человека в психиатрической лечебнице, сын. - Так может, там ей и место? Она точно нездорова, если не помнит, кто она такая, - немедленно возразил сын. - Это временно, Стайлз, - повторил отец первоначальную фразу, и тон его не подразумевал возражений». Алекс не знала, часто ли к шерифу в управление попадают люди, которым некуда идти, но вряд ли она первая, и уж точно вряд ли он всех забирает себе словно бездомных щенков. И она благодарна, насколько только возможно и ему, и всем богам олимпа, асгарда, или где они там ещё обитают. Жизнь в доме Стилински поначалу похожа на американские горки, которые здесь называют русскими. Стилински-младший, кажется, готов на всё, лишь бы не встречаться с новым жильцом. Стилински-старший наоборот – задерживается, чтобы лишний раз справиться как у неё дела. Со Стайлзом они сталкиваются везде кроме ванной комнаты: в дверях, когда утром он убегает в школу, в гостиной, частенько на кухне, на лестнице - и это особенно смешно, потому что Стайлз пытается обходить её в этом узком пространстве так, словно у него судебный запрет футов на пятьдесят в отношении Александры. Каждый раз он ограничивается краткими и вежливыми ничего не значащими репликами. Что совершенно не характерно для мальчишки, страдающего синдромом гиперактивности. На самом деле Алекс понимает, почему дружелюбный подросток ведёт себя таким образом. В Бейкон-Хиллс с начала месяца творится сумасшедшая кровавая чертовщина, и ему совсем некстати вмешивать сюда посторонних людей. Его пытался разорвать лучший друг, который вот-вот станет кровожадным убийцей, гоняя ночами по лесу и завывая на луну. Его отец приводит домой девушку с амнезией и говорит, что документально она теперь будет его сестрой. По городу бродит чудовище, нападая направо и налево. Вдобавок ко всему, объявился ещё один оборотень, с явно недоброжелательными намерениями, которому что-то нужно от его лучшего друга. Какой из этих пунктов характерен для нормальной жизни? А ещё: даже у его лучшего друга теперь есть девушка, с которой они тискаются по всем углам, а у него, имеющего гораздо более высший средний бал, есть только многолетний план по завоеванию прекрасной Лидии. Всё это сложилось в голове у Александры уже через секунду после первой встречи со Стилински. Словно кусочек мозга выплыл встал на своё место. Но она не сможет объяснить, откуда взялись эти мысли. Из-за чего и вынуждена промолчать. Всё дело в её голове. Воспоминания возвращались, но возвращались бессистемно, несвязанными фрагментами. Словно какая-то часть мозга, отвечающая за определённые участки памяти, разлетелась атомами по всей голове. Временами они складывались в отдельные куски, но собрать картину целиком – ей одной не под силу. Александра случайно вспомнила имя, но не могла вспомнить фамилию и хоть кого-нибудь из своих близких, знакомых. Ни одного лица. Она знала, как выглядит её дом, комнаты в нём, вспомнила свою кровать, но не знала, где это всё находится. Воспоминания возникали с помощью «ключа», который их открывал. Например, Скотта она вспомнила едва увидев в клинике. То же было и с Дитоном. Девушка готова поклясться, что никогда этих людей раньше не встречала, но почему-то «вспоминала» про них многие подробности. Иногда она «вспоминала» и события, которые только должны с ними произойти. То есть будущее человека шло в комплекте с его прошлым в её «воспоминаниях». И это очень заинтересовало Алана. Вместе они выяснили, что этому должны предшествовать другие события, определённые «тревожные кнопки» которые включали очередную лампочку в новом ящике чертога её памяти. Допустим, она увидела в руках расстроенного Стайлза телефон Лидии - и этого хватило, чтобы «вспомнить», что там записан на видео взбесившийся альфа Питер, а также почему Скотт не отвечает на звонки лучшего друга. Телефон Лидии послужил ключом. Хуже всего девушке приходилось в те моменты, когда она знала, как им помочь, и не могла. Дитон объяснил, почему она должна держать свои «воспоминания» в тайне и как могут её слова повлиять на их будущее. Не всегда положительно, оказывается…  Ветеринар Алан Дитон единственный, кто знал обо всём. С самого первого дня, когда она появилась у него в клинике, когда шеф Стилински их познакомил. Она рассказала ему всё, что знала, без утайки. Увидев Алана впервые, Алекс поняла, что он единственный, кто мог помочь ей вспомнить себя. И не ошиблась. Вместе с советником они начали методично разбираться в её запутанной судьбе. Иногда засиживаясь в клинике совсем допоздна. «- Прости, - искренне извиняется девушка, опустив лицо на ладони. - За что? – искренне удивляется Алан. - Ты пытался держаться подальше от всего сверхъестественного после гибели Хейлов, но всё равно взял меня на работу. Из-за меня ты снова ввязался в войны оборотней. - Думаешь, у меня был выбор? – усмехается. - За это и извиняюсь, - грустно отвечает девушка. - Всё началось до твоего появления, - объясняет Дитон, и вид у него нисколько не расстроенный. - Как же Скотт? Разве он не должен быть на меня обижен за место в клинике? У него теперь меньше шансов заработать. - У него теперь на это меньше времени. Думаю, Скотт рад, что ему не придётся появляться здесь каждый день. Тебе не о чем волноваться. - В отличие от Стайлза…» В общем и целом, сын шефа Стилински вёл себя настороженно. Вежливо, без грубости, но и без лишнего дружелюбия. Алекс не навязывалась. Она благодарна за любую помощь семьи шерифа. И не в её положении жаловаться. Таким образом, они наладили вежливое общение, в котором минимум диалогов, за исключением тех случаев, когда без него невозможно обойтись. Стайлз и Алекс не мешали друг другу. Они не стали друзьями, но и врагами им становиться незачем. Алекс была очень терпелива, до тех пор, пока их отношения не изменились. И ещё: Алекс, кажется, знала русский язык. Как впоследствии заметил Стайлз, она говорила во сне и даже записал на телефон. На записи не было ничего конкретного, что могло бы помочь с поисками её близких или навести на след. Но любопытство Стайлза дало возможность ей с Аланом предположить, что раньше Алекс какое-то время провела в другой стране, хоть этой детали и недостаточно для серьёзных выводов. Всё равно, что рыть подкоп под тихий океан. Всё изменилось в конце месяца, когда в доме шерифа появился ещё один гость. Комната Алекс находится на первом этаже прямиком под комнатой Стайлза, так что обычно они невольно слышат всё, что происходит в комнатах друг друга. И когда однажды Алекс возвратилась с работы в клинике, а в комнате обычно тихого или отсутствующего Стилински слышится шумная возня, она чувствует себя неловко, подозревая, что у него могла появиться девушка или что-то в этом роде, в конце концов он мог не слышать, как она вернулась. Алекс решает не лезть в личную жизнь подростка, и что неплохо бы побаловать желудок свежесваренным кофейком и тёплым банановым капкейком из микроволновки. Немедленно. Она «мышкой» выбирается на кухню, стараясь никому не мешать. Но едва она успевает засыпать кофе в кофеварку, как сверху раздаются голоса. - Слушай, ты не мог бы перенести свои тренировки наружу, у меня тут не фитнес-клуб, лады? – ворчит Стайлз, спускаясь по лестнице.  - Твоего отца всё равно нет с утра, - второй голос старше, Алекс оборачивается на звук и ложка, которой собиралась всыпать в кружку сахар, выпадывает из онемевших пальцев. Крупный парень, спускающийся вслед за Стайлзом, фактурно натягивает чёрную куртку прямо на голые плечи и тонкую майку на лямках, «поигрывая» выделяющимися под ней мускулами. Получалось у него так естественно и качественно, словно ему на роду было написано стать когда-нибудь супермоделью или стриптизёром. От развернувшегося зрелища её челюсть знакомится с полом, а язык отнимается.  - Ты можешь хоть раз сказать простое «да», чувак? Почему даже в подтексте я слышу отрицание? – продолжает Стайлз. - Я тебе не чувак, - шипит парень. - Об этом и речь… - Стайлз спотыкается на последней ступеньке и замечает застывшую у кухонного островка Алекс. - О, Алекс ты пришла, – он растягивает рот в дежурной улыбке и будничным тоном оповещает своего насупившегося гостя, – это Алекс, она снимает у нас комнату, и официально она моя сводная сестра. Парень замечает её, останавливается у дверей и хмурится, бросая косые взгляды на девушку. Бохтымой, как он прекрасен! – едва не вырвалось у Алекс, с раскрытым ртом разглядывающей его спину. Стилински каким-то невообразимым скользким движением оказывается между ними. - Э-это Мигель он из Мексики, и он уже уходит, - с нажимом произносит Стайлз, выталкивая красавца наружу не давая тому и шанса, чтобы сказать ещё хоть слово. Судя по недовольному виду лица парня, ни одно из них не было бы цензурным.  - Ага, которого зовут Дерек Хейл, - поясняет Алекс. Мальчишка запирает дверь и подходит, чтобы тоже налить кофе, она заботливо пододвигает к нему банку без кофеина, когда рука мальчишки тянется к крепкому молотому. - Ты его знаешь? – Стайлз с подозрением вглядывается в лицо девушки, словно она на самом деле корейская шпионка под прикрытием. - Кажется, да, - взвесив всё, отвечает Алекс, осознавая, что рано или поздно нужно раскрыть ему правду хотя бы для того, чтобы потом воспользоваться его блестящими мозгами. - Дерек Хейл, оборотень, вся его семья сгорела в 2005-м, - слова сами сыплются, - он скрывается у тебя потому, что Скотт натравил на него полицию. Ё-моё - она, правда, всё это знает?.. Челюсть Стайлза здоровается с паркетом, как и её с минуту назад. И опаньки: с того дня вопрос доверия между ней и Стайлзом был снят. Александру засыпали таким ворохом вопросов, что пришлось попросить Дитона помощи, чтобы угомонить неуёмное любопытство Стилински. Слава Алану, запретившему ей отвечать на любые вопросы, касающиеся их будущего. Ведь как оказалось у Скотта образовалось больше вопросов, чем у «короля вопросов» Стайлза. И уж конечно она не думала, что они могут стать друзьями. «- Итак, Скотт, это… - возбуждённо бормочет Стилински. - Мы знакомы, Алекс работает там же где и я, - поспешно обрывает Скотт с разочарованной миной, потому что его новая знакомая по клинике никак не тянула на восторженное от Стайлза: «Погоди, я тебе такое покажу! Верь мне, в этот раз ты будешь в ахуе, - я серьёзно, чувак, в полном таком ахуе...» Девушка, ожидавшая подобной реакции, ничуть не удивлена. Она давно знает, что сказать. - Верно, работаю, а ты альфа, как и Дерек, но ты станешь альфой не через убийство, а силой своей воли. Таких как ты называют «истинными альфами», твою силу нельзя отобрать, даже если тебя убить. И тебе этой участи не миновать, - спокойно отвечает Алекс с предварительного разрешения Алана, разумеется. И выражение лица Скотта перетекает именно в такое, какое обещал Стилински. - Что я тебе говорил? Потрясающе, да? – самодовольно ухмыляется Стайлз. – Она знает про нас всё! - Не совсем… - возражает Алекс. - Стайлз сказал, ты видишь то, что с нами происходит, - уточняет Скотт. – А ещё – ты видишь будущее. - Да, именно так. Но мне надо увидеть объект, чтобы «увидеть», что с ним происходило, и какие события его ждут. Глаза МакКолла загораются: - Тогда ты знаешь, как мне избавиться от этого проклятия? Есть же лекарство от ликантропии? – с надеждой продолжает новоявленный оборотень. - Ты ведь слышал, что я сказала тебе до этого? – вздохнула девушка. - Тебе не избавиться от силы «истинного альфы», это твоё призвание». Такая правда огорчила Скотта, но он недолго расстраивался. Вскоре ему пришлось применить все свои способности на помощь Бейкон-Хиллс. И они весьма пригодились его стае. Наконец, научившись контролировать себя, МакКолл понял, что его новые возможности скорее дар, чем проклятие. А у Алекс появился ещё один друг, так как Стайлз почти никуда не ходил без Скотта. Они сблизились, и общение с ребятами стало для неё лёгким и свободным, таким непохожим на те первые дни, когда она только поселилась в их доме. Шерифу такой расклад понравился. Ноа заметил, что атмосфера в доме разрядилась и стала тёплой, почти как раньше, когда его жена ещё была жива. В доме постепенно установилась атмосфера, окруженная уютом, которая бывает лишь когда к нему приложилась женская рука. А ещё шериф никогда не был дураком при его-то должности, и заметил, как его новоявленная «дочь» начала прихорашиваться и одеваться по-другому. Шеф всерьёз задумался над тем, что у неё мог появиться поклонник.  Однажды утром, когда шеф уже умчался на своей патрульной машине на работу, Алекс вертелась перед маленьким зеркалом в прихожей, подпрыгивая, изо всех сил силясь разглядеть свой тыл. - Я думаю, в том магазине, где ты взяла эту юбку, есть ещё короче, и тогда, прости Господи, он сможет увидеть твои яичники, - заметил Стайлз, измерив ироничным взглядом её ноги. Алекс поперхнулась воздухом - прямолинейность в сарказме у Стайлза фирменная фишка, как вишенка на коктейле его собственной харизмы, и его замечания практически всегда попадают в точку. - Ты же в клинику в таком виде собралась? Точно не в клуб с раннего утра. А твой рабочий халат выше этой юбки? Ты можешь просто снять её, и халата будет достаточно. Его замечания задевали, может потому, что отношения с Дереком с самой их первой встречи не продвинулись ни на дюйм. Как бы она не старалась. - Стайлз, ты бесконечно мил и всё подобное, но не мог бы ты перестать… - Уверен, Хейл впечатлится, - ехидно заверил  Стайлз. – Мне ведь не стоит повторять, что он оборотень, да? Алекс медленно выдохнула, собирая остатки спокойствия: сама виновата, не нужно было исподтишка выведывать у мальчишки места, где может тусоваться вышеупомянутый оборотень. Например, место его сгоревшего дома на карте. Она его видела, но не могла показать, где дом находится. Следовало догадаться сразу – Стилински не дурак, поймёт, чем или кем конкретно она интересуется. Проблема отпала самостоятельно, когда через пару дней после их первого столкновения в прихожей Хейл явился в клинику лично. Он прошествовал мимо неё, слишком целенаправленно, слишком игнорируя. Разговаривал только с Дитоном, пытался завуалировано разузнать на счёт убийства Лоры. Алекс затаив дыхание, слушала, что творится за стеной едва прикрытой дверью. А ведь Дерек мог задать ей всего один вопрос. Всего один – и она, нарушив главное правило Дитона рассказала бы ему про Лору и Питера всё, что знала. Но Хейл делал вид, что её вроде бы не существует, следовательно, ей оставалось изображать то же самое с тем лишь исключением, что юбки Алекс становились короче с каждым разом, пуговицы на рабочем халате терялись одна за одной, а Дерек появлялся теперь почти каждый день, донимая Дитона новыми вопросами, и якобы «новыми» добытыми фактами, чтобы их проверить. В общем – каждый старался как мог. Так они и продолжали играть в эту игру «знаю, что я тебе нравлюсь, но ничего не замечаю». Стайлз беззлобно подшучивал над её жалкими попытками привлечь внимание Дерека.  Видимо ему больше нравилось смущать девушку, подсмеиваясь над её реакцией и «тайной» влюбленностью к оборотню, которую он считал совершенно безнадёжной, так как: «Он никого не любит, Алекс, это же чёртов оборотень! Боюсь предположить, сколько людей он убил». - Знаешь, сегодня я тоже в этом уверена, - неожиданно для себя ответила Алекс, повернувшись спиной к зеркалу, оправила складки сзади. Стилински слегка удивился, затем подмигнул и выставил вперёд большой палец – «Так держать!»