Возвращение директора

      Блейз Забини вместе со своей спутницей Милисентой Бултстроуд дошёл до обветшалого, полуразрушенного замка. Вместе они, с большим трудом, открыли заржавевшие ворота. Внутри замка был тусклый свет, со стен осыпалась штукатурка, пол был очень грязным, он покрыт палью толщиной в палец. Отовсюду раздавались шорохи, скрипы — замок жил своей жизнью.       Что же случилось? Что произошло с замком? Где все его обитатели? Эти вопросы задавали себе подростки.       — Надо пойти в подземелье, в нашу гостиную. Может быть, найдем профессора Снейпа или Слагхорна, ну или кого-нибудь из наших. На стенах, как обычно висели, казалось бы, простые портреты. Но Милисента заметила, что-то странное, что-то вызывало дискомфорт. — Блейз, глянь на портреты, — промолвила Милисента. Блейз обратил на картины на стене свой взгляд: Люди, изображенные на них, были абсолютно неподвижны, как магловские. И еще одна неприятная деталь заставляла обратить на себя внимание — у изображенных людей не было глаз, лишь один овальный, зияющий черный провал. — Что это, Блейз? Что здесь происходит?! — Я не знаю, — севшим голосом, ответил Забини, — пойдем быстрее, у меня плохое предчувствие!       Идя в полумраке, наши герои держали палочки наготове. Каждый шорох заставлял их вздрогнуть. В коридоре было холодно, всюду гуляли сквозняки. Блейз резко остановился, что-то привлекло его внимание, в полу зияла дыра в метр диаметром. Или скорее не дыра, а нора — по краям виднелись царапины, вмятины, следы от ногтей и зубов, местами подпалены.       Вдруг из норы показался отвратительный отросток. Это вроде рука, но почти вся грязно–чёрная, гниющая — будто её съела гангрена, почти без пальцев. Рука ёрзала, царапала пол, пыталась за что-нибудь зацепиться. Существо под полом, видимо, мечтало выбраться.       — Мне страшно, — прошептала Милисента. Блейз загородил её своим телом и отступил на шаг назад. Его палочка смотрела строго в нору.       Существо стало медленно выползать, чёрной была только часть руки, выше локтя кожа была синевато-серой. Существо выползало медленно, вздрагивая, извиваясь и дрожа. Головы не было — из груди торчала окровавленная, судорожно втягивающая воздух, трахея. Следом появился рахитичный, вздутый живот, пупка не было. Вторую, лишь немного потемневшую, в отличие от правой, существо держало за спиной. Вся иссиня-серая кожа была покрыта рубцами, волдырями и вздутостями, какие бывают у утопленников. Последними из дыры вылезли его кривоватые, полностью покрытые струпьями, ноги. Существо неуверенно поднялось на ноги, его пошатывало, оно было наголову ниже подростков. Недоразвитые детские гениталии показывали, что существо, как бы странно сие не звучало, мужского пола.       Если у Блейза, как у истинного слизеринца, помимо отвращения, существо вызывало любопытство, то у Милисента, испытывая рвотные позывы, закрыла рот рукой и отвернулась. Существо, видимо ничего не видя и не слыша, махало руками, пытаясь что-то нашарить. Оно сделало несколько неуверенных шагов в сторону, повернувшись к нашим героям спиной. Как оказалось, левая рука приросла к спине. Вдоль, выпирающего сквозь кожу, позвоночника тянулись синие полосы и гематомы. — Это инфернал? — шепотом спросила Милисента. — Нет, — в полный голос ответил Забини, — инферналы — это мёртвые человеческие тела, у них есть пупки, и они не дышат. К тому же, я не уверен, что можно поднять настолько поврежденное тело. Да не бойся, он нас не слышит и не видит.       Милисента сделала маленький шажок, и существо резко остановилось, как вкопанное. Затем повернулась к ним (скорее всего) передом. — Ты сделала шаг? Видимо оно чувствует вибрацию земли, — предположил Блейз, — не двигайся.       Вытянув палочку, молодой маг крикнул: Авада Кедавра! Из палочки со свистом вылетел зелёный луч, врезавшись в грудь существу, луч рассыпался искрами. Существо подкосилось и упало, но на земле продолжало шевелиться. Тогда Блейз прошептал: Аскара — и из палочки вылетел рой черных искр, облепивших противника. — Где ты научился использовать это заклятье, и что было за второе? — испуганно и удивленно спросила его спутница. — Мать научила. Второе заклятие — это имя демона отвечающего за дифтерию, смерть от этой болезни одна из самых страшных, что описаны в кабалистике, душа выходит из тела, как репей из шерсти или хлопка. Но видимо, этой твари мало. Этого не может быть. Оба проклятия одни из сильнейших. Даже одного хватило бы нескольким троллям! — Может быть надо, что-нибудь попроще? — спросила Милисента, облизнув губы.       Наши герои не заметили, как сзади приблизился зловещий, красный туман. Он стал обволакивать ноги, впитываться в кожу. Исчез страх, на его место пришла злость. У Милисенты набухли вены, расширились зрачки. — Например? — лениво спросил Блейз. — Диффиндо! — выкрикнула Милисента. Сухожилия и мышцы на ноге, извивающегося существа, порвались, лопнули. Из недр несчастного, уродливого ребёнка раздался крик боли. Но Милисента произнесла новое заклятье: «Редукто!» — плечо разорвалось в клочья. Мученья гуманоида удвоились. Из ран его сочилась не кровь, а черная желчь, которая дымилась и разъедала каменный пол. Это маленькое существо, по всей видимости, и так жизнь не баловала. Его била судорога. — Что же оно не дохнет, КРУЦИО! — выкрикнул Блейз, его тоже объял туман. — Круцио! — жадно присоединилась девушка. Существо била невероятная дрожь.       Но, что-то изменилось. Туман дошёл до маленького уродца. Он замер, напрягся и резко прыгнул вперед на Блейза. Оставив ногтями чёрной, гниющей руки кровоточащие шрамы, а брызгами желчи — ожоги. Милисента применила ножевое заклятье, оставив глубокие шрамы на руке твари. Блейз наискось взмахнул палочкой и пурпурным пламенем опрокинул врага. Следом он пустил в, уползающего обратно в нору, пришельца фиолетовый луч и струю чёрного пламени. Оба проклятья попали в цель, причиняя «ребёнку» новую боль. — С тобой всё в порядке? — В ужасе спросила раненого парня Милисента. Красный туман растворился в воздухе. — Вроде, да. Только болит немного. Успокойся, всё нормально. — Криво улыбнулся Блейз, скрывая невероятную боль. — Но откуда, ты так много проклятий знаешь? — Всё так же удивленно спросила девушка.  — Я же сказал, мать научила. Она хочет, чтобы я, как и все мужчины в семье, стал настоящим чародеем или даже как прадед магистром Боевой Магии. Так же мне постоянно приводят в пример родоначальника ее рода — лорда Маркуса Нордана, он тоже был магистром Боевой Магии, а также магистром Тёмных Искусств (тогда еще Чёрная Магия не была запрещена) и волхвом. Но мои заклятья, пока выходят только в пол силы, мать говорит, что это, потому что я еще слишком юн. Но всё равно, это невероятно, эта тварь не должна была выжить. Ни одна тварь не может выжить после такого. Хотя, он наверно не хотел ничего плохого, он же просто ребенок, а мы …, а я его так пытал, — с горечью произнес Блейз. — Ты не виноват, это все красный туман! — успокаивала его девушка. — Я читала, такой туман появляется на местах, где скопилось много негативных эмоций — гнева. — Ты плохо читала. Эти эмоции его создали, он ими подпитывается, они его притягивают. Это моя жестокость его привлекла, когда я стрельнул первыми двумя заклятьями. — Но тогда я тоже виновата! — Нет, на тебя то и подействовал туман, который я и привлек. Вот и наказанье — раны. Я вряд ли долго проживу, скорей всего у меня заражение крови. Видела, какие у него были руки? — обреченно бросил Блейз. Все его лицо покрылось потом и приобрело зеленовато-болотный оттенок. ***       Была поздняя ночь. Школу патрулировали несколько семикурсников — слизеринцев и несколько преподавателей.       Драко, со скучающим видом, ходил по замку. Единственное о чём он мог думать — это, когда же закончится дежурство, и он сможет пойти спать. Блейза с Милисентой ещё не нашли, по всей видимости преступник убежал далеко отсюда, а Снейп просто боится потерять пост директора. Это всё было понятно Драко, как дважды два. Но все-таки Снейп спас его в прошлом году. Драко тогда осознал, что он не способен убить, не хватает воли, начинали трястись руки, потели ладони. Он испытывал стыд за свою слабость, его отец, его тётя Беллатриса, все их друзья способны убить, а он нет. Всё лето его мучили кошмары, навязчивые мысли, чтобы сделал с ним и с его семьёй Тёмный Лорд, если бы Снейп не спас его тогда, не выполнил за него задание. Поэтому Драко Малфой решил не сдавать Снейпа и остальным однокурсником запретил разглашать.       «Что–то похолодало». — Мелькнула мысль. — Убийца–неудачник. — Прошептал кто-то за спиной. — КТО ЗДЕСЬ?! — Выкрикнул Малфой в пустоту, держа палочку в руке. — Уже забыл меня? — Разнеслось по коридору. — Я СПРОСИЛ КТО ЗДЕСЬ! ОТВЕЧАЙ!!! — голос Драко задрожал и сорвался на визг. — Вы, верно, думали, мистер Малфой, что раз меня убили, то вернуться я не смогу? — ПЕТРИФИКУС ТОТАЛУС! — быстро обернувшись, выкрикнул Драко. Вылетевший луч пронзил пустоту и, срикошетив о стену, унёсся во тьму. — Ха-ха-ха! Вспоминайте, мистер Малфой, думайте! — Давал, усмехаясь, указания незнакомец, голос которого был знаком каждому студенту Хогвартса… Но нет… Нет! — Нет! Это не можешь быть ты. Ты умер! — Если я не могу здесь быть, значит вы, мой дорогой, слышите не существующие голоса. А из этого следует, что вами не всё в порядке. Возможно, вы переутомились, разволновались. Может вам сходить в больничное крыло? — Спросил голос с притворной отеческой заботой. — Ты издеваешься! Покажись! — Ну хорошо, раз вы того хотите…       Из темноты показался силуэт, он медленно приближался. Это было существо с пепельно-мраморной кожей, рельефной мускулатурой и длинными ниспадающими на тело волосами и бородой. Вокруг него виднелось странное, переливающееся, завораживающее сияние — аура бирюзового, сине-голубого, зелёно-морского цветов. Взмахнув иссиня-чёрными крыльями, тварь из преисподней подлетела к Драко и ударила наотмашь тыльной стороной ладони. Падение на каменный пол выбило из Драко все силы. — Считайте это наказанием, мистер Малфой. После небольшого развлечения, я вырву вам лёгкие, заберу ваше дыхание и печень. — Сказало существо совершенно спокойным голосом, как будто речь шла о чём–то совершенно обыденном и естественном.       После этого Дамблдор из ада протянул руку к подростку. Засунув большой палец в рот и остальные четыре пальца в паз под подбородком, он обхватил нижнюю челюсть. Рывок и с противным хрустом и хлюпаньем, разрывая кожу, мышцы, ткани и кости, монстр вырвал нижнюю челюсть. Широко раскрытые глаза, абсолютно белое лицо, вывалившийся длинный язык и мантия мокрая от крови. Блеснули когти с явным намерением вырвать печень. Но вылетевший сбоку кулак отбросил демона в стену. Громадный бородатый могучего сложения человек бежал к монстру. Это был Хагрид. — Н-Е-ЕТ!!!       Хагрид прижал его к стене. Он мог разнести череп демону вдребезги одним ударом, но не делал этого, Хагрид вглядывался в эту тварь, пытаясь разглядеть в нём что-то прежнее, человеческое. Но чудовище быстро оправилось от первого удара, монстр схватил лесничего и попытался оттолкнуть. Началась неистовая борьба, двух неимоверно сильных существ. Напряглись мышцы: каменные, холодные, рельефные против тяжёлых, медвежьих, неуклюжих. «Дамблдор» немного приподнял Хагрида, но тот обхватил чудище руками и сильно сдавил. Мышцы монстра продавливались под стальными многотонными объятьями.       Раздались шаги, к ним неслись преподаватели. Когда Хагрид отвлёкся, монстр мог когтями мгновенно убить противника. Но вместо этого, почему-то, просто бросил его через плечо на каменный пол, Хагрид потерял сознание. — Авада Кедавра! — Взревел Снейп. Зелёный луч врезался в корпус демону, тот отшатнулся, но устоял. — Ты думал, Северус, что если непростительное заклятье помогло тебе раз, значит, сможет убить меня снова?       Лицо Снейпа посерело, он увидел свой страшнейший кошмар наяву.       Сзади мадам Помфри и профессор Вектор занялись Малфоем. К Снейпу присоединились четыре сильных мага: Макгонагалл, Слагхорн, Спраут и Флитвик. Директор и деканы пустили пять разных заклятья. Сильнейшая вспышка ослепила всех присутствующих, по всей школе разнесся гром, грохот, затряслись стены, в окнах задребезжали стёкла. Тварь отлетела метров на двадцать. Его грудь и живот почернели от сажи, с его корпуса свисали лоскуты кожи и мышц. Привстав на колени, демон разбил дверь в кабинет и, с завидной прытью, метнувшись в пустой класс, прыгнул в окно и исчез в ночи.