Переплетенные провода

- Да ладно тебе! Просто передай ей сообщение! Неджи хмурится и раздраженно отворачивается от закованного в наручники лохмача. - Я уже могу выдвинуть обвинение в незаконном проникновении и краже; тебе так невтерпеж прибавить к этому преследования и домогательства? - Чего? В этот раз я ничего не украл! Ладно тебе, просто дай ей мой имейл, я же не прошу… - …В этот раз? – прерывает его Неджи и мрачно смотрит на охранника, стоящего позади злосчастного нарушителя. Тот беспомощно разводит руками: - Приношу мои извинения, господин – госпожа Хината велела нам отпустить его… Неджи берет паузу, чтобы мысленно отругать дочь своего оригинала, а потом размеренно сосчитать до десяти. От нее всего-то требовалось контролировать работу охранной службы в течение пяти дней, которые заняло лечение его плеча – ей не надо было отдавать приказов, просто позволить им выполнять свою работу и докладывать о каких-то значительных происшествиях отцу, - и она даже с этим не справилась? - Отпустите вора, - ровно произносит он. - Эй, я не вор, я просто искал кой-какие запчасти. Вы бы все одно выкинули их на свалку и никак не использовали. - Словосочетание «промышленный шпионаж» тебе о чем-нибудь говорит? – интересуется Неджи. Парень пожимает плечами и отводит взгляд, как бы говоря – ну говорит, какая разница, если не поймали на горячем. У него необычные вертикальные зрачки-щелки, радужка настолько светлая, что едва различима; нелепо до абсурда и слишком уж привлекает внимание. Хотя не так сильно, как белые собачьи уши по бокам головы и насыщенно-красные клинообразные отметины на лице. Волосы всколочены, одежда неряшлива и мешковата настолько, что может вместить под собой количество контрабанды, составляющее минимум половину от его веса, да и сам он не выглядит особенно чистым. Лохматый мусорный мешок. - Ничего я не шпионил. Просто хотел поговорить с девушкой. Как ты сказал, Хината? Всего-то делов – передать ей адрес моего мыла, ну же, это не так сложно! Неджи озадаченно качает головой. - Тебе не занимать наглости – ввалился сюда, как к себе домой. Ты хоть понимаешь, что она – дочь президента компании Хьюга? Лохмач в ошеломлении мигает: - Огого, серьезно? Она чертовски дружелюбная как для девушки из высшего общества. Я-то думал, она секретарь или что-то вроде того. Неджи смеривает уличную крысу долгим взглядом. Уши воришки поникают при виде его светлых серьезных глаз. Неджи обращается к охраннику: - Отвези его в участок. Бродяжничество, нарушение общественного порядка. Если он снова проникнет на нашу территорию, даю разрешение применять силу. - Эй! Ладно вам, просто скажите ей… Неджи пресекает его протесты резким взмахом руки. - Ты для нее слишком мелкая шушера. Скажи спасибо, что я не доложил президенту, чтобы тот выдвинул против тебя обвинения в преследовании его дочери. – Не то чтобы все действия полиции относительно семейства Хьюга были чем-то кроме фарса, но вряд ли они смогут извлечь выгоду из официально поданной жалобы. Он и так слишком много времени потратил на этого оборванца. - Уберите это отсюда. Неджи выходит, не дожидаясь ответа. Идет назад по направлению к комнате наблюдения. Он закроется, надеясь, что его не побеспокоят. Если бы управляющий не был занят автомобильной аварией, блокирующей один из выходов поместья Хьюга, Неджи бы поручил разборки с уличной крысой ему. Ему в любом случае нужно контролировать безопасность в стенах дома. Он прикладывает ладонь к сканнеру, делает шаг вперед, когда дверь отъезжает… и замирает на полпути, нахмурившись. Ему что, все это снится? Иначе почему время вдруг так растянулось… Неджи чувствует на шее холодок стали. - Вечер добрый. Его захлестывает адреналин. - Опять ты, - тихо произносит Неджи, ладони подрагивают, он пытается вычислить, успеет ли схватить лезвие и послать разряд колоссальной мощности в электросхемы наемника, прежде чем тот перережет ему горло. Наверное, не успеет. Неджи послушно подходит, когда наемник кивает на пустое кресло перед мониторами. - Собираешься завершить начатое? – с издевкой спрашивает он, присаживаясь. Убийца не отвечает. Дверь за их спинами мягко закрывается, одиночный гудок сигнализирует, что она заперта на замок. Неджи стискивает зубы, медленно снимая очки и роняя их на распределительный щит. Наемник никак не реагирует; Неджи с трудом подавляет желание выругаться. Должно быть, он деактивировал сигнализатор, иначе не позволил бы Неджи коснуться его. - Входи в систему. - Если скажу «нет», то умру? - Нет. Ты лишишься ноги. - Разрыв артерии убьет меня меньше, чем за две минуты, - саркастично замечает он. В его шею снова упирается кончик лезвия; Неджи чувствует, как он разогревается. - Не убьет, если я прижгу рану. …Ладно, он не в восторге от этой идеи. Особенно если будут повреждены нервы близ бедра; тогда придется заменять всю нижнюю часть тела на искусственную. Но это лишь в том случае, если он проживет достаточно долго после ампутации. - Я потеряю сознание. - Никто не заметит, если тебя не будет несколько часов, - мягко возражает наемник. Это определенно не ИИ, несмотря на внешний вид стопроцентного киборга; они способны на изощренные угрозы, но не прибегают к такому почти матерински-ласковому, пробирающему до костей тону. Значит, человек; предположительно «он». Не говоря ни слова, Неджи поворачивается к монитору, вставляет штекер. Командный порт оснащен двойным нелегальный разъемом; он кидает на него настороженный взгляд, хотя тот кажется хорошего качества. Ему не хочется сжечь свой имплант, он и без того провел на операционном столе достаточно времени. Наемник наклоняется через плечо Неджи, по-прежнему не убирая с его шеи лезвия, и подключается ко второму порту. Неджи вздрагивает; на мгновение он чувствует что-то вроде эха, затем призрачный образ полностью исчезает из его канала. Хм. Наемный убийца, шпион и хакер. Неплохо для одного человека. - Входи в свою учетную запись. Неджи подчиняется, остро чувствуя тяжесть руки на ключице. Неторопливое мерное дыхание шевелит пряди по левую сторону его лица. Он хочет протянуть руку, заправить волосы, а потом схватить наемника за лицо и хорошенько поджарить; но тогда придется жариться самому - у него не будет времени вытянуть шнур из собственного разъема. Неджи с отсутствующим видом смотрит на экран, хотя появляющаяся на нем информация ни о чем особенном ему не говорит, и следует тихим указаниям. В этом просто нет никакого смысла. Он что, расследует что-то о сотрудниках корпорации Хьюга? Лица быстро сменяют друг друга; на рекомендации и трудовой стаж можно успеть глянуть лишь мельком. Несколько раз его просят увеличить изображение, найти другой ракурс, поднять файлы на некоторых бывших сотрудников службы безопасности – к настоящему моменту все они уволены. Со временем Неджи замечает у большей их части что-то общее в костной структуре. Так значит, убийца заинтересован в ком-то конкретном… что ж, он и сам сказал, что дело личное. - Хм. Как получить доступ к засекреченным проектам? Неджи усмехается. - У меня нет доступа. К тому же, если ты попытаешься войти отсюда, менее чем через пару минут активируется режим полной блокировки. На минуту позади него воцаряется тишина; Неджи ждет, безмолвно и неподвижно. Потом на экране появляется еще одно лицо. Тридцать с чем-то, предположительно азиат. Высокие скулы, желтые глаза. Его не было в системе Неджи – скорее всего, эту фотографию загрузил наемник. - Знаешь его? - Нет. Другое лицо. Схожий типаж – родственники? – хотя достаточно различается, понятно, что это совсем другой человек… А вот глаза такие же, желтые. - Нет. Еще одна фотография: на этот раз женщина. Радужка желтая – нет, больше похожа на бледно-золотую; вертикальные зрачки. - Нет. Обесцвеченные до белого волосы, пронзительно-зеленые глаза. В облике есть что-то андрогинное; на этот раз типаж радикально отличается. - Нет. Жесткие смоляные волосы, собранные в высокий хвост, узкие угольные глаза, скользкая улыбка. Такая, что хочется стереть ее с лица, хорошенько врезав. Или вцепившись в глотку. Не то чтобы он когда-либо бил сотрудников их корпорации. Вне зависимости от того, насколько бы это улучшило настроение. - Нет. Теплая струйка пропитывает воротничок его рубашки. - Не лги. Неджи замирает, наконец заметив, что лезвие прорвало кожу. Оно настолько острое, что боли не чувствуется совершенно. - Кто это? Неджи больше не прикидывается дурачком. - Один из лаборантов. Именем никогда не интересовался. Он покинул компанию около полутора лет назад. – На носилках, о чем Неджи не жалеет, хотя и не собирается посылать к нему наемного убийцу. Снова пауза; Неджи раздумывает, имеет ли дата какое-то значение. - Кому из ученых он ассистировал? - Не знаю. У меня нет доступа к этой информации. - У кого есть? Неджи скрипит зубами. - Не знаю. - Попробуй угадать. - У Хьюги Хиаши? – едко предполагает он. Наемник молча прижимает крошечную пластиковую колбу к его ключице, прямо под надрезом. Неджи дергается, тянется, чтобы схватить его за запястье. Его прошивает небольшим разрядом, затем другая рука убийцы – та, что с лезвиями – обвивается вокруг шеи, стальным захватом заставляя его выгнуться в кресле. - Не заставляй меня ломать тебе шею. Я с таким же успехом могу воспользоваться отрубленной рукой. Ведь на ней твои отпечатки. - Я не дам тебе кодов, - хрипит Неджи, слабо сопротивляясь и отстраненно думая, почему его разряд не возымел эффекта. Он даже не почувствовал ответного удара током, хотя учитывая, что он оба подсоединены к одной системе, должна была быть отдача. - У тебя нет тех, что нужны мне. Если только ты не соврал. Комнату погружается в черноту. Неджи пытается сделать хоть что-то – его порт! Он пытается послать имейл, сигнал тревоги, что угодно – и наталкивается на межсетевой экран. Затем следует краткий электростатический шок и пустота. Конец разорванного кабеля еле ощутимо бьется о руку. Позже – если не задохнется – его ожидает падение в преисподнюю мигрени. Он оседает, почти теряя сознание; лезвия наемника втягиваются обратно, но хватка не разжимается. Когда убийца закрывает пузырек с кровью, Неджи позволяет руке безвольно соскользнуть с подлокотника; затем он вцепляется в его бедро прямо над коленом, прижимает большой и указательный пальцы аккурат над коленной чашечкой и выпускает весь разряд, что накапливал в течение последних минут. Его голова так сильно дергается назад, что кресло опрокидывается; в полупридушенном состоянии он не успевает сгруппироваться. Он сильно ударяется головой о край сиденья с тонкой обивкой, перекатывается под стол, изо всех сил пинает кресло так, чтобы оно врезалось в наемника, и старается подавить тошноту. Тот уворачивается, защищая ногу, на которую пришелся разряд. Неджи криво усмехается, в этот раз нацеливаясь на системный блок – пение лезвия и он замирает на полпути; пол забрызгивает кровью, черный клинок проходит между пальцев. Открытой ладонью другой руки Неджи бьет по металлическому столу – плечо прошивает острием; ощущение такое, будто в него с огромным ускорением попал раскаленный шар. Его разворачивает, он валится вперед. Оцепенение. Боль. Сломанное плечо – рука или ключица? Он не может понять. Он не двигается, не дышит – все причиняет боль. Темно. Он думает, что все-таки потерял сознание, а потом замечает, что больше половины экранов наблюдения перегорело. Компьютер перезагружается; заряд, посланный им через металлический стол, оказался слишком слабым, чтобы спалить стабилизаторы напряжения, но наемник потерял пароли – и может, происшествие не осталось незамеченным другими компьютерами. Может, загруженные наемником файлы сохранились в памяти. Может… Убийца припадает на одну ногу; другая неподвижна, спазм не отпускает. Неджи хмыкает. Горло протестует, однако ему плевать. - А ты затейник. - Но не идиот, - хрипит Неджи. - …я… все еще жив. Что тебе нужно? На несколько минут воцаряется тишина; Неджи использует ее, сгибая пальцы и пытаясь что-то почувствовать ими, одновременно игнорируя то, что чувствует остальными частями тела. - Достань мне пароли. Неджи медленно моргает, не веря своим ушам, потом давится хриплым смехом. - Или? Ты убьешь меня? - Если придется. – Пальцы наемника поглаживают его шею с необъяснимой нежностью; он вынимает разодранный шнур из разъема так ловко, что Неджи едва это чувствует. – Я убью всех вас. Смех Неджи застревает в горле. Он серьезен. Он даже – он даже не угрожает. Констатирует. - С чего ты взял… что мне не наплевать? - Почему ты не сдал лазутчика, ответственного за промышленный шпионаж, преследование и кражу? Перед глазами расплывается. Какое это вообще имеет отношение к происходящему? - Я предупредил его. В первый и последний раз. А я не из тех, кто бросает слова на ветер. - Ну конечно нет. Ты у нас сама безжалостность, не так ли. Неджи снова моргает, пытаясь сфокусировать зрение. Неужели наемник улыбается? Ах да, хромированная маска. Все равно ничего не увидит. - Однако хотя ты и можешь поступать беспощадно, существуют пределы, за которые ты не выйдешь без веской причины, и справедливость твою деть некуда. Снова пауза; Неджи пытается сдвинутся в сторону, но плечо обжигает болью, так что это непросто. - А вот я, - выдыхает убийца, - не справедлив. И для меня не существует пределов. Стиснув зубы, Неджи переворачивается на бок; к черту плечо. - Чушь собачья. Ты не пытаешь меня. - Лишь потому, что сейчас на это нет времени. Гораздо более продуктивно убедить тебя сотрудничать, а не похищать. Если окажешься несговорчивым, я рассмотрю вариант с похищением. Тебя или кого-нибудь еще. Неджи усмехается, глядя на черную точеную маску. - Тебе не убедить меня. Тебе следует убить меня и уйти, пока тебя не обнаружили. - У меня есть еще двенадцать минут. - Ты потратил одну из них, а я по-прежнему не убежден. Алые глаза сужаются. - Выдай мне людей, которых я показал, и все остальные выживут. - Ты собираешься убить их, и хочешь, чтобы я сдал их тебе? - Возможно. Они все равно здесь больше не работают. Преданность ни к чему. - Порядочность – странная штука. - Хината может драться, как ты? Неджи умолкает, потом хищно улыбается: - Проверь. Убийца наклоняет голову, вдумчиво всматриваясь в него. Неджи испытывает самодовольство. Целых три секунды. - Прислуга может драться, как ты? Повара. Уборщики. Лаборанты. Секретари. - …Ты не станешь выслеживать их по одному. - У меня теперь есть их файлы, - просто отвечает наемник. Сжав кулаки, Неджи матерится. - Ничего не выйдет! Тебя остановят прежде, чем ты зайдешь настолько далеко. Убийца снова задумчиво наклоняет голову со странной кошачьей пластикой – какая-то почти невинная хищность. - …Нет. Не остановят. Неджи снова цедит проклятия. Его грудная клетка ноет, плечо, возможно, сломано, у него сдвиг позвонков и кровотечение, и вряд ли в ближайшее время сюда кто-то придет. Проклятье. - Достань мне эти файлы. - Почему они тебе нужны?! – рявкает Неджи, взбешенный осознанием того, что он вот-вот поддастся шантажу. - Почему ты считываешься, как Хьюга Хиаши? – парирует наемник. Его ласковый шепот щекочет ухо. Неджи отталкивается от стены, метя в лодыжку наемника; электричество гудит меж пальцами, оцепенение охватывает до локтя. Разумеется, он промахивается – убийца уклоняется так, что не хватает пары сантиметров. Неджи не успевает достаточно быстро убрать руку; от удара в ней вспыхивает боль. Нить кровавых капель дугой выгибается в воздухе и приземляется на стену изящной аркой. Теперь у него сломаны пальцы. Наемник выпрямляется и смотрит на него, статуя из черного металла с вращающимися красными глазами. - До встречи. И мгновеньем позже Неджи остается один на полу, скорчившись под столом. Горло начинает опухать, голова раскалывается, что до тела в целом, единственная вещь, заглушающая нытье многочисленных ссадин и кровоподтеков – это оглушительно орущая ключица. Вдобавок, он переусердствовал с использованием биоимплантов и не чувствует рук; а еще теперь, когда наступила тишина, Неджи различает фантомный свист разодранного соединения. А ведь он только успел нарадоваться тому, что предыдущий шрам останется навсегда. Но он выжил. Опять. Почти. Он ползет к столу, ударяет по сигнализации, не веря, что у него получилось – и только когда до него доносятся протяжные гудки, вспоминает, что не сделал этого раньше, потому что наемник не позволил бы ему, работай она исправно; а раз уж она заработала, это может означать лишь одно – сукин сын блефовал. Он перекатывается на спину, бездыханный, с кружащейся головой, понимающий, что его вот-вот вырвет, и начинает смеяться. Он жив. И в следующий раз он не сдастся так легко.