Gap.

      Без шуток, я никогда не был фанатом английской литературы. Байрон, Киплинг, Дойл - избавьте меня от этих имён!       Но апофеозом моих ночных кошмаров стал Чарльз Диккенс. Нет, у меня не было проблем с тем, чтобы прочитать книгу (хотя особого интереса первые семь страниц у меня не вызвали), проблемы были с контрольной работой по ней, от которой зависела моя школьная поездка в Чикаго.       В последнее время у нас были просто безумные тесты по литературе. Чтобы ответить на все вопросы, нужно было раз пять перечитать текст, а некоторые отрывки заучить наизусть, иначе едва ли ты сможешь запомнить цвет страз на сумочке третьестепенного персонажа из сто пятой главы.       Но так было не всегда. В прошлом году литературу у нас вела одна потрясающая женщина, которая за мои успехи на национальных первенствах автоматом ставила мне "A" на всех контрольных (которые, в прочем, были и в половину не так сложны, как нынешние). Однако миссис Джерар пришлось нас покинуть по семейным обстоятельствам, и её место занял другой преподаватель. Он, увы, оказался менее снисходителен. Этот фанатик сам составлял все тесты и мог превратить обычную четвертную контрольную в чуть ли не университетский экзамен. По нему с первого взгляда было понятно, что год будет непростым. Профессор Дум был широкоплечим альфой лет сорока. У него всегда были идеально уложены волосы и немного прищурены глаза. Он будто насмехался над нами, но преподавателем был хорошим. Действительно увлечённым. Если бы я чуть больше интересовался литературой, наверное, я был бы его ярым поклонником.       Увы, ко мне он испытывал странную неприязнь, причины которой оставались для всех загадкой. Профессор Дум просто меня недолюбливал, и мне было бы всё равно, я отлично пережил бы очередное "C", если бы не эта поездка.       На самом деле школьные мероприятия не часто бывают увлекательными, но конкретно в этот раз у меня были особые планы.

***

      Мы с Нэдом сидели в школьной столовой вдвоём за длинным металлическим столом, потихоньку поглощая наш обед.       Нэд был моим лучшим другом ещё с начальной школы. С того дня, когда мы впервые сели за одну парту и его стошнило на мою тетрадь. В тот день я познакомился со своим лучшим другом, а Нэд помимо встречи со мной узнал, что его желудок не переносит слив. С тех пор и по сей день почти все свободное время мы проводили вместе.       Нэд уже доел свою порцию, а я к еде так и не притронулся. Я был слишком занят, придумывая, как мне избежать общения с "Большими надеждами". На этот раз я рассчитывал, что мне удастся обойтись без теста, так как недавно я занял первое место на штатских соревнованиях по химии, но профессор Дум мне этого не позволил. Так что теперь я должен был либо прочитать за два дня 500 страниц нуднейшего текста, либо придумать иной способ, как написать эту несчастную контрольную.       - Ну, так ты едешь? - спросил Нэд, жуя мою картошку.       - Профессор Дум сказал, что без послезавтрашнего теста не видать мне зачёта*.       - И, получается, поездки тоже. - заключил Нэд. Он небрежно заправил за ухо отросшие волосы.       Я удрученно кивнул.       - И что будешь делать?       - Я не думаю, что успею прочитать книгу за такой короткий срок. - Вздохнул я. - Писать по краткому содержанию - бессмысленно.       Нэд резко замер с недоеденной картофелиной в руке, а его брови поползли вверх.       - Это самоубийство, - проконстатировал он.       - Тогда остаётся один вариант, - я хлопнул в ладоши, - стащить у него сами задания, прорешать их заранее и выучить ответы.       Нэд подавился кусочком курицы и громко закашлял.       - С ума сошёл?! Если он узнает, тебя просто четвертуют. А потом он снимет с тебя кожу и будет раздавать нам в качестве листов для контрольных. - Он постучал вилкой по подносу, - да и как ты собираешься это сделать?       - Это не так сложно, как кажется, - я перешёл на шепот и наклонился ближе к другу. - Мы просто проникнем в его кабинет после занятий и найдем там тесты! Он сто процентов держит их в столе или в шкафу.       - Но он запирает кабинет даже на переменах. Питер, сам же знаешь, он параноик. Строит из себя невесть кого, а сам от своих бумажек не оторвётся, чахнет над ними, будто иначе помрёт.       - Вскроем замок, - пожал плечами я и слабо улыбнулся.       - Я не знаю, как это делается, - парень явно не горел желанием принять участие в моей затее, но и отказать мне как другу он не мог.       - Я умею.       - Откуда? - он широко открыл рот от удивления, - ты ничего не говорил мне о...       - Да ладно тебе... Уэйд научил, - тихо признался я.       - Вот так и знал, - он сразу сделал лицо "знатока", - я куда не сунусь, везде натыкаюсь на этого загадочного Уэйда. С которым ты меня так и не познакомил. Я твой лучший друг, а ты уже год кормишь меня пустыми обещаниями. Так не делается, Пит, - он обиженно скрестил руки.       - Вот поедем в Чикаго и познакомлю, - пообещал я и отвернулся.       Мой взгляд упал на учительский стол, стоявший поодаль от остальных столиков. Он был шире, но короче, чем места для учеников. И сейчас за ним сидели только преподаватель математики и учительница испанского.       - Ага, - Нэд недоверчиво сощурил глаза так, что те спрятались за его щёками, - если на этот раз не познакомишь, я вообще перестану верить, что он существует.       - Я сто раз говорил, он постоянно в командировках. И мы не можем видеться часто, иначе мой отец может что-то заподозрить.       - Я думал, он слишком занят, чтобы думать о том, с кем ты встречаешься. - Нэд посмотрел на своё отражение в металлической столешнице, - иначе давно бы увидел то, что у него прямо под носом.       - Он непредсказуем, - развел руками я, - возможно, он даже в курсе и ему попросту всё равно, встречаюсь ли я с кем-то, а, может, он не знает и будет в ярости, обнаружив, что мой парень старше меня на девять лет. А если он будет в ярости, он прикончит нас обоих, потом снимет с нас кожу и сошьет из неё новую коллекцию.       Нэда передернуло:       - Твой отец даже из этого может сделать одежду?       - Из чего угодно, - вздохнул я.       Его лицо тут же расползлось в улыбке:       - Это круто, но я бы не стал носить.       Я закатил глаза и улыбнулся:       - Думаю, нам всё же стоит постараться избежать подобного развития событий.       Я вернулся домой вовремя. Папа как обычно был ещё на работе. Приближался какой-то важный показ, поэтому последние две недели он там чуть ли не ночевал. Так что дом оказался в моём распоряжении, а что важнее - папин кабинет тоже.       У него была большая комната, занимавшая весь третий этаж нашего дома. Изначально это был просто чердак, но год назад отец по совету врача переделал его. Доктор предложил ему занять себя каким-нибудь делом, чтобы выйти из депрессии. И вот папа взялся за обустройство нашего чердака. Вышло лучше, чем я мог себе представить. Он проводил здесь всё свободное время, забывал поспать и поесть, зато заменил окна, даже пробил сам стены, соединив все комнаты в один большой холл. Теперь из мрачного, пыльного помойного ведра чердак превратился в большую светлую мастерскую. Вдоль стен были развешаны небольшие круглые лампы, мягко освещавшие помещение. Под ними стояли длинные зеркала, которые вкупе с высокими окнами ещё сильнее визуально увеличивали комнату. Единственное, в чём мой отец прогадал, было поддержание здесь порядка. С этим он облажался по полной. Повсюду были разбросаны куски ткани, старые выкройки, какие-то смятые наброски. А его рабочий стол быстро превратился в гору хлама.       На нём было всё. Какое-то платье, которое папа доделывал сегодня ночью и, видимо, забыл взять с собой, куча ниток и километры атласа. Ещё трёхдневный чай, покрывшийся жёлтым налетом и крошки от пиццы. Сзади валялся манекен, на котором до этого висел светло-серый костюм. Похоже, отец сильно торопился сегодня утром. Но это и неудивительно, когда у тебя через день показ для мирового бренда.       Я перелез через горы бумаги и подобрался к столу. Помимо всякого швейного хлама тут было ещё кое-что.       Я выдвинул верхний ящик. Внутри лежала куча булавок, ножницы (и если я когда-нибудь возьму их, он точно порежет меня на лоскутки ими же), всякие резинки и прочая ерунда, которую он иногда использовал в работе. Мне нужна была всего пара шпилек, исчезновение которых точно останется незамеченным.       Я спустился на первый этаж, на кухне тоже оставались следы папиной спешки. Он рассыпал хлопья и даже не стал убирать их. Как всегда это пришлось делать мне. Такое происходит не впервые, так что я привык. Я взял швабру, заботливо оставленную отцом у холодильника, и тут же почувствовал от неё неприятный кислый запах.       - Ещё и молоко... - я скривился. Из микрофибровой насадки натекло прокисшее молоко, - лучше б и не пытался прибраться, только всё испортил.       Я провёл весь день за уборкой и выполнением домашнего задания (пару раз прервался на сообщения разве что). Перед сном ещё раз проверил, готово ли всё к моему завтрашнему "ограблению", и уже хотел пойти к себе в комнату и лечь спать, как услышал щелчок замочной скважины.       Папа открыл дверь своим ключом и, бросив мне короткое «привет», побежал в свой кабинет, таща за собой огромную рабочую папку. На лестнице из неё выпала какая-то маленькая бумажка, и я, недолго думая, решил отнести её ему. Заодно проверю, как он там (на чистую кухню мой папаша внимания не обратил).       Я застал отца за столом, утопающем в куче эскизов, медленно вращающимся на своём небольшом чёрном кресле. Он запрокинул голову назад и устремил задумчивый взгляд в потолок. У него на коленях лежала открытая папка, а в ней переворошённые бумажки.       - Не это потерял? - я положил ему на стол небольшой эскиз.       Он кивнул и посмотрел на меня.       - Где ты его нашёл? - он тут попытался положить папку на стол, но, не найдя места, просто кинул её на пол и взял в руки эскиз.       - Ты выронил, - коротко ответил я, садясь на пол, рядом с его столом. Он и сам чаще сидел на полу, когда работал (стол-то был захламлен).       - Который сейчас час? - неожиданно спросил он, оглядываясь в поисках часов. Всегда забывает, что сам же убрал их из-за раздражающего тиканья.       - 23:21, - коротко ответил я.       - Почему ты не спишь? - он окинул меня сомнительным взглядом.       - Я был занят.       Отец понимающе кивнул и не стал дальше расспрашивать, хотя я, возможно, с радостью бы рассказал ему что-нибудь.       - Как дела на работе? - я рассматривал его рисунки с кучей пометок и исправлений. Внизу каждого листа было подписано: "Т.С.".       - Отлично, - без всяких эмоций ответил он.       - Когда показ? - я знал ответ, но надеялся так вынудить его поговорить со мной чуть дольше.       - Послезавтра.       - Как и мой тест по литературе, - я обрадовался такому совпадению.       Отец ничего не ответил, в руках у него был карандаш, и, судя по задумчивому выражению его лица, он что-то считал.       - Ладно, - я поднялся на ноги, - я пойду, - я улыбнулся и пожелал ему спокойной ночи.       - Ага, - он уже был полностью погружён в свои мысли.       Нетрудно догадаться, мы не были очень близки. Увы, моему отцу было комфортнее в компании бумаги и ткани, нежели в моей. Я ещё не разобрался: хорошо это или плохо, но уже с этим смирился. В любом случае я переносил такой расклад легче, чем мой младший брат Джонни. Он сейчас гостил у дедушки, так что был окружён обильным вниманием старшего Старка. Хотя отец с ним и не ладил, дедушка Говард обожал нас с Джонни.       Я спустился на второй этаж и зашёл к себе в комнату. Кровать уже была расправлена. Я посветил в темноте телефоном и забрался под одеяло. Неожиданно от отца пришла короткая смс:       «Спокойной ночи, Питер. Удачи завтра на экзамене. Она тебе пригодится»       «Это тест и он послезавтра», - немедля ответил я, немного раздражаясь.       «Тогда никакой удачи. Справишься сам».       Я улыбнулся. Между нами толстый потолок, тяжелый паркетный пол, и, возможно, что-то ещё, но он никогда не забывал пожелать мне "спокойной ночи".       Через минуту мне пришло другое смс, уже не от отца.       «Не спишь? Время между прочим не детское»       «Я думал, старики уже в постели?» - в тон собеседнику ответил я.       «Ты ещё и грубишь мне! Старших надо уважать...»       «Да ладно. Я уже ложусь»       «Вот и правильно. До встречи в Чикаго, малыш. Уэйд»       Я хотел было возразить, что я не малыш, но вовремя понял контекст, и, написав короткое "спокойной ночи", я отложил телефон, готовясь ко сну.

***

      На следующий день я только и думал, что о ненавистной литературе. После занятий мы встретились с Нэдом и вместе пошли в сторону нужного кабинета.       Я бы не сказал, что я нервничал, скорее меня охватывало лёгкое эмоциональное возбуждение от мысли, что мы сделаем что-то неправильное. А ещё от того, что я наконец-то воспользуюсь тем, чему меня научил Уэйд.       - С ума сойти, мы правда это сделаем! - восторженно прошептал Нэд, остановившись у двери.       В коридоре кроме нас никого не было. Так что любой самый слабый звук казался чуть ли не громом.       - Да, - я улыбнулся и кивнул.       Перед нами был самый обыкновенный межкомнатный металлический замок, скалящаяся скважина неприязненно смотрела на нас, будто предостерегая. Но я не намеревался слушать какую-то железку.       Я порылся в кармане и выудил оттуда одну из папиных шпилек. Она с легкостью пролезла в замок, и я начал свою "стоматологическую" операцию. Всё, как учил Уэйд. (он вообще много чему мог научить, и вот от этого папа точно не был бы в восторге)       Несколько несложных движений (подцепил язычок и поднял) и замок, наконец, поддался и громко щелкнул.       Мы дёрнулись от резкого, показавшегося безумно громким щелчка.       - Стой здесь и смотри, чтобы никто не пришёл, - сказал я Нэду, и скрылся за дверью.       Класс литературы внутри ничем не отличался от остальных школьных аудиторий. Четыре ряда одноместных парт, зелёная доска и тяжёлый учительский стол. Я не стал терять время и сразу направился к нему.       На столе лежали какие-то тетради, бумаги и злосчастные "Большие надежды". Я не стал медлить и сразу принялся за ящики.       - Всё чисто, - заглянул Нэд. Я кивнул ему, а затем схватился за ручку.       - Вот ведь! - я не верил своим глазам, а Нэд, услышав меня снова, заглянул.       - Что такое?       - Да он больной! - ответил я.       Все ящики были заперты. На каждом было по замочной скважине. Я подёргал за ручку один из них, но ничего не добился.       - Придётся вскрывать, - нахмурился я. Ладно, со входной дверью получилось, сделаю и здесь.       Нэд вернулся в коридор.       Я просунул два конца шпильки в замок на верхнем ящике, подцепил язычок и повернул. Раздался тихий щелчок, и дальше ящик с легкостью выдвинулся. Вот только тестов внутри не оказалось. Одни ручки, карандаши да всякие другие канцелярские принадлежности.       Я закрыл ящик и аккуратно запер его.       И тут резко меня накрыло волнение. А если тестов здесь нет вообще?       Руки тут же вспотели, и я нервно посмотрел на часы.       Профессор вот-вот вернётся, и нам стоит поторопиться.       Я заснул два металлических конца в щель, но один дернулся не в ту сторону и случайно зацепился за что-то внутри.       Я замер, поняв, что нужно быть осторожнее, затем потянул на себя - проволока не шла.       Я добавил силы, и через мгновение раздался треск, после чего шпилька с легкостью покинула скважину, оставив внутри небольшой кусочек себя.       В этот момент моя душа закричала и спряталась далеко в пятках. Я выпрямился, с ужасом смотря на скважину.       - У нас проблемы, - сказал я дрожащим голосом.       - В чём дело? - Нэд зашёл в класс, ещё ни о чем не подозревая.       Я показал ему сломанную шпильку.       - Не понимаю, - он прищурился.       - Я, кажется, сломал замок, - я беспомощно развёл руками, - мне конец.       - Спокойно, Питер, - Нэд суетливо подошел ко мне и взял за руки. Его грудь бешено вздымалась, а взгляд бегал с одного объекта на другой. - Дум ведь не знает, что это мы. Так что просто валим, пока не поздно. Или нам крышка.       Я кивнул, и мой взгляд ещё раз коснулся несчастной скважины.       Сегодня я облажался по полной.       И с этими мыслями мы покинули кабинет.       Домой я пришёл в абсолютно подавленном состоянии.       Ещё и от папы пришла смс, что он останется ночевать на работе. Так что со своими проблемами мне как обычно придётся разбираться самому.       Часов в восемь, после целого дня лежания на диване и самобичевания, я решил позвонить Нэду, немного пообщаться и просто отвлечься.       - И что ты решил? - через несколько минут разговора, спросил Нэд.       - Ничего, придётся читать. Иначе никакого Чикаго и никакого Уэйда, - я обречённо посмотрел в потолок.       - Всё ради одной встречи? - скептически спросил он, - у тебя есть телефон, и у вас есть интернет, по сути вы можете и так встретиться. И что он вообще делает в Чикаго?!       - Он там по работе и будет ещё целый месяц.       - Не понимаю я тебя. Какой прикол в таких отношениях? Он же постоянно в разъездах.       - У него такая работа, - пожал плечами я.       - Ты мне так и не сказал, чем он занимается, - с интересом напомнил Нэд.       - Это секрет, - я смутился.       - Просто ты сам не знаешь, - усмехнулся друг.       Я не стал ничего отвечать. По правде говоря, сколько бы я не спрашивал, Уэйд никогда не рассказывал о причинах своих затяжных командировок и не распространялся о работе. Он был редкостным болтуном, но в то же время умел держать язык за зубами. Парадокс.       В ухо мне прозвенела смс.       - Опять твой голубок? - усмехнулся Нэд.       Но увы, это было пожелание спокойной ночи от папы. Я решил что отвечу позже.       - Я так не хочу читать этот кошмар... с удовольствием вместо этого занялся бы какими-нибудь реальными делами. - Простонал я, вспоминая про книгу.       - Реальными? - переспросил Нэд.       - Не знаю, - я пожал плечами, улыбаясь сам себе, - я не хочу заниматься литературой. Да и если честно, я не понимаю зачем мне это. Когда я мог бы сделать что-то крутое. Создать что-нибудь, например.       Я выпрямился на диване.       - Создать?       - Отец говорил, что счастлив только когда что-то создаёт.       - И ты тоже хочешь платьица рисовать?       - Нет, это не моё. - Отмахнулся я. - Но ведь мы можем создать что-то крутое. Например, вещество, которое растворит что угодно?       - Чувак, такое уже есть.       - Тогда наоборот - абсолютный клей. - наобум предложил я. Мне нравилась химия, так что первые мысли, что пришли мне на ум, были именно из области этой науки. - Или вещество, которое будет растягиваться, как жидкий пластик, но оставаться мягким.       - Кому это надо.       - Я пока не знаю, но кому-то же понадобился пистолет для гвоздей или бумажные пакеты?       - Если тебя так тянет изобретать, попроси отца, и он устроит тебя на стажировку в Иэн. Он же недавно делал индивидуальный заказ их директору.       - Я не хочу просить его о чём-либо, - тут же возразил я.       - Если есть связи, почему бы ими не воспользоваться?       - Я бы пошёл в Иэн, если бы у меня было, что им предложить. Вот если мы создадим что-то такое...       - Вроде жидкого пластика? - улыбаясь предположил Нэд.       - Вроде того. Но такое уже есть.       - Это было бы круто. Ты был бы как какой-то супер учёный, а я твой супер помощник, которому ты в случае смерти во время эксперимента завещаешь завершить своё творение.       - Надеюсь, до этого не дойдёт, - посмеялся я, - иначе твоя мама нас зарежет.       - Покромсает на лоскутки для костюмов твоего отца.       И мы оба засмеялись.       Ночь располагает к беседам, и потому наш разговор вдруг медленно перетёк с фантазий о прозрачных твёрдых материалах на темы более личного характера. Я бы сказал, более интимного.       - А у вас с Уэйдом уже было? - осторожно спросил Нэд.       Я отрицательно замотал головой (забывая, что друг меня не видит).       - Он сказал, что не прикоснётся ко мне, пока я не достигну возраста согласия.       - Но тебе уже есть шестнадцать.       - Недавно исполнилось, - напомнил я.       - Так ты поэтому так хочешь в Чикаго? - шёпотом спросил он.       - Нет, - честно ответил я, - мы просто давно не виделись. А течка у меня нескоро.       - Ты не собираешься рассказывать отцу?       - О чём?       - Ну, о вас?       - Конечно, нет, - я невесело усмехнулся, - он... я всё-таки думаю, он будет против. Будет говорить, что Уэйд слишком взрослый и что я ещё не дорос до отношений. Может его вообще заденет то, что у меня вдруг появился альфа, в то время как у него с этим не всё гладко, - в моём голосе скользнула обида.       - Так может... - и Нэд тут же замолчал.       - Что может?       - У меня есть идея, но тебе она не понравится. - А мне уже стало интересно.       - Говори - раз начал, - вздохнул я.       - Ну может нам помочь ему? В смысле, я подумал, если твой отец найдёт себе кого-нибудь, он спокойнее воспримет новость о ваших с Уэйдом отношениях, ты так не думаешь?       Я промолчал, действительно анализируя эту мысль. А ведь в словах Нэда есть смысл. Если бы папа начал с кем-то встречаться, это решило бы кучу проблем. Он бы перестал так зашиваться на работе, стал бы спокойнее и, может, даже смог бы смириться с тем, что я с кем-то встречаюсь (ещё и с Уэйдом. Ну не вписывался он в типичный образ идеального альфы).       - Но как нам это сделать? - тут же спросил я.       - Как-как? Подумай, нет у тебя хорошего альфы на примете?       Чем больше мы говорили, тем больше я убеждался, что должен помочь отцу. Его бесконечная работа, постоянное напряжение отрицательно сказываются и на здоровье. Я знаю, что раз в месяц он ездит в частную клинику своего приятеля. И кроме того (об этом я думал с особым трепетом) ведь если я смогу помочь отцу, получится, что я сделаю что-то хорошее. Действительно хорошее, и, может быть, это хорошее даже будет замечено им.       - И где нам найти альфу в возрасте сорока лет, в хорошей физической форме, независимого, работающего (альфонса мистер Старк не потерпит) и который в добавок ко всему понравится твоему папе? - как ни странно, на деле выходило полное описание моего второго отца, но я промолчал. - Или, может, ему попробовать с кем-то моложе него?       - Это бесполезно, - вздохнул я, - мой отец был младше него пол года, и с тех пор папа зарёкся состоять в отношениях с парнями младше себя.       - А девушки его не...       - Не-а.       - Тогда будем искать взрослого альфу? Можем зарегистрироваться на сайте знакомств.       - Да, думаю, это отличный план, - улыбнулся я. - Так мы заранее проверим подходит ли он моему отцу.       - У тебя есть его фото? - спросил Нэд, сразу переходя к делу.       - Мой отец дизайнер - у меня полно его фото.       - Ну всё, мистер Старк обречён на семейное счастье.