Gap.

      Я сидел один в небольшой комнате, где находились только кровать, деревянный стол и ванна прямо в том же помещении. Ладно хотя бы туалет был за отдельной дверью. Впрочем, я все равно был один.       По пути сюда мы целый час петляли по Чайна Таун, прежде чем выехали в другой район. Я даже не мог сказать его название, ведь никогда там раньше не был. Тут преобладали обычные кирпичные высотки, этажей в семь-двенадцать, чередующиеся с домами в три-четыре. На самом деле место не сильно отличалось от Бруклина или Квинса. Потом Доминик отдернул меня от окна, и я уже почти ничего не видел, окончательно потерявшись.       Он пытался найти мой телефон, но я сказал, что случайно оставил его дома, ну, а так как Доминик его не нашёл, ему пришлось поверить.       В итоге меня привезли в этот загадочный дом. Моя комната находилась на втором этаже, а всего их было вроде бы пять. Окно было замазано чем-то черным. Под потолком болталась тряпичная люстра, а-ля забудьте о пожарной безопасности. А стены были обклеены кривыми светло розовыми обоями. Отвратный дизайн - сказал бы мой отец. И я бы с ним согласился.       После того как меня привели, мне сказали ждать. Часов в комнате не было, телефона у меня тоже не было, так что следить за временем я не мог. Порой мне казалось, что прошло уже три часа, а порой, что я здесь не дольше пяти минут.       Иногда я начинал засыпать под воздействием тишины и изоляции, тогда я заставлял себя ходить по комнате или говорить сам с собой, только чтобы не дать себе заснуть и потерять бдительность.       В конце концов, я сел на кровать, пробуя собрать все воедино.       Доминик знал кто я. Знал кто мой отец, а значит, мы не случайные жертвы. Моего папу заказали, но не для убийства, однако я тоже подойду. Похоже на торговлю людьми, но я никогда не думал, что кому-то захочется купить сорокалетнего омегу, у которого в добавок двое детей. Мне всегда казалось, что в ходу товар вроде... Вроде меня, что ли.       Но Доминик точно всего лишь исполнитель. Он даже оружие сам в руках не держал. Это была китаянка. А если она главная? Но тогда почему он отдавал ей приказы.       Скорее всего, у них есть какой-то начальник. Раз у них есть своё помещение, или даже если они его снимают, значит, это, наверняка, не единичный случай. Это точно торговля людьми!       Вот только с какой целью? Сексуальное рабство? Но тогда опять, почему мой отец? Или какой-то извращенец решил, что ему нужен именно Тони Старк?! Ну, и в крайнем случае, сойдёт и его сын. Звучит, как полное безумие.       Но кто знает...       Пока я вслух обсуждал свои догадки, со стороны двери послышалось шобуршание. Кто-то вставил ключ в замок и открыл мою темницу.       Передо мной показался мужчина лет тридцати, невысокий, худощавый, с неярким макияжем на лице и большой сумкой в руке.       У него были длинные обесцвеченные волосы собранные в хвост. Это был азиат. Он вошёл в комнату и сразу же закрыл за собой дверь.       - Нужно собираться, - сказал он без каких-либо эмоций. У него был иностранный акцент, но говорил он без ошибок.       - Куда? - Я выпрямился на кровати.       - Смотр через несколько часов, - совершенно спокойно сказал он. - Не задерживай меня, ты тут не один, - бормотал он, доставая серые пакеты из своей сумки. - Нам много всего надо успеть.       - Сколько сейчас времени? - Запоздало спросил я.       - Семь двадцать три... - На его руках были белые часы без цифр.       - Значит, я провёл тут целую ночь... - Вздохнул я. А сам понадеялся, Уэйд мог что-то заподозрить. Папа, возможно, тоже.       - Первая ночь не самая тяжёлая, - неожиданно сказал китаец, глядя на меня с некоторым сочувствием, видимо, заметив мой растерянный вид.       Я удивленно посмотрел на него, не понимая, к чему он клонит.       - В первую ночь у тебя ещё есть надежда, - пожал плечами он, - в третью уже есть смирение, а во вторую нет ни того, ни другого. Так что, если повезет, свалишь отсюда совсем скоро.

***

      Китайца звали Ча Джу. Он занимался приведением "товара" в соответствующий вид. Мы провели вместе часа четыре, и в какой-то момент разговорились.       Он удивительно легко относился к тому, что здесь происходило, или по крайней мере говорил об этом не слишком вникая. Сказал, что ему нельзя "сливать" фактическую информацию, но делиться эмоциями он может.       Он сказал мне:       "Люди приходят и уходят. Они жили одной жизнью и начинают другую. Это не часть моей работы, но я помогаю им это принять." Он вообще оказался хорошим парнем.       Я пытался узнать, что привело его к работе в таком месте, но он только коротко сказал: семья, и больше я не докапывался.       Я перестал ощущать волнение, стараясь отвлечься на действия Ча Джу. Тем более, он сразу меня предупредил, что за дверью охрана, и если я попытаюсь сбежать, у меня будут проблемы. Так что оставалось только смириться и ждать.       - А это ещё что? - Я посмотрел на небольшой разогревающийся механизм, напоминавший машинку, которой клеймят скот. Он выглядел, как маленький белый катерок с зеленой вязкой жидкостью, внутри которого торчала деревянная палка.       - Это тебе придётся потерпеть. Но это самая важная процедура. - Пояснил Ча Джу. - Раздевайся.       - Зачем? - Я порядком напрягся, натягивая поглубже рукава.       - Так надо. - Он хлопнул в ладоши. - Твоя клиентура любит, когда все гладко и блестит.       - В смысле? - Я уже догадывался обо всем, но все-таки надеялся, что смогу избежать экзекуции.       - В прямом. Не строй дурачка, снимай с себя все. - Он не шутил.       Я разделся до белья и снова встретил раздражённый взгляд Ча Джу.       - Я же сказал все.       - Может, мой покупатель окажется редкостным извращенцем и... - Попытался было я, но не тут-то было.       - Тогда отрастишь заново. Мое дело все почистить.       Я был обескуражен его ответом. Как всегда, он говорил все прямо и все в лоб.       Пришлось подчиниться.       - Если что, можешь кричать и ругаться, - сказал он, нависая надо мной как стервятник, - первый раз самый болезненный. Потом, если делаешь регулярно...       - Я не буду делать регулярно. - Серьезно сказал я.       - Это уже не тебе решать, - грустно улыбнулся Ча Джу. - Согни ногу в колене и прижми к другой голени.       Я лежал на кровати, зажмурившись, полностью обнаженный под внимательным взглядом Ча Джу.       Мы, конечно, оба омеги, но это было даже удивительно, насколько его не смущала сложившаяся ситуация.       И удивительно, насколько я был уверен, что ничего не произойдёт. Внутри меня почему-то засела крепкая вера, что Уэйд найдёт мой телефон, и что он вытащит меня отсюда. Или хотя бы сообщит в полицию. Я верил в него до последнего.       Когда Ча Джу завершил свой ритуал и усадил меня в ванну, я уже ничего не чувствовал. Только то, что теперь вода касается тех мест, которых в принципе и раньше касалась, но теперь она делает это как-то по-другому. Все мое тело было таким чувствительным. При этом мне было страшно опустить голову и посмотреть, как оно теперь выглядит. И если я понимаю, почему он обработал мои подмышки, ноги и даже пах, то зачем он решил ещё и руки сделать, я не знаю. Но после паха все остальное было легким поглаживанием. И все же, это был самый безумный опыт в моей жизни.       Пока я лежал в тёплой воде, Ча Джу мыл мне голову. Впервые, с тех пор как мне было десять лет, кто-то помогал мне мыться.       Я даже начал засыпать. Я был измотан, сутки на ногах, определенный физический и психологический стресс и приятные движения рук Ча Джу. Ещё и тёплая вода. Когда тело расслабилось, вернулось беспокойство. Куда меня отдадут? Успеет ли Уэйд? Сможет ли найти меня полиция? А ищет ли она меня вообще?       Моя уверенность таяла. Вода начинала казаться холоднее.       Когда Ча Джу закончил с головой, он начал говорить о вещах, куда менее обыденных для меня.       - Питер, все эти процедуры обязательны, но есть одна, которая по желанию. Ее предлагаю я и предлагаю не всем. Обычно кому-то вроде тебя. - Он критически осмотрел мое тело. - У тебя ведь ещё не было партнера?       - Партнера? - Переспросил я, - у меня есть парень, но мы... Мы просто встречаемся.       - Он входил в тебя? - Напрямую спросил Ча Джу.       - Нет, - отбрасывая неловкость, ответил я. - Ещё нет.       - Сегодня высока вероятность того, что тебе предстоит испытать это. Не в полной мере. Клиентам нельзя заниматься сексом во время смотра, но пробовать на "товаре" некоторые не травмирующие игрушки - можно. И я не могу гарантировать, что твой клиент будет снисходителен к тебе. А я не палач, я здесь не для того, чтобы сделать твою жизнь ещё хуже. Поэтому я могу подготовить тебя.       - В каком смысле? - Я широко раскрыл глаза.       - В прямом. Могу дать несколько советов, кое-чему научить и даже кое-что показать. - Спокойно сказал он.       Я замер на месте, вцепившись в ванну, как в свой щит.       - Я согласен на советы.       - Когда у тебя течка?       - Недели через две, может раньше. - Ответил я.       - Тогда придётся потерпеть. Конечно, как я сказал, это вряд ли будет опасно для твоего здоровья, но тут всякое бывает, так что нужно быть готовым ко всему.       - Подожди. Я могу спросить тебя кое о чем? - Неожиданно переключился я.       - Ты знаешь, что не на все вопросы я могу ответить, но спрашивай.       - Меня могут не купить после смотра?       - Могут. За смотр отдельная плата. - Пояснил он.       - Так это бордель? - Озвучил свою догадку я.       - Нет. - С сомнением ответил Ча Джу. - Это скорее магазин. Иногда они проводят аукционы, но это примерно раз в месяц.       - А у вас можно заказать кого-то конкретного? - Осторожно поинтересовался я.       - Почему ты спрашиваешь? - Его вопрос явно меня удивил.       Тогда я рассказал Ча Джу правду о том, как попал сюда. О том, что на моем месте должен был быть мой отец и о том, что возможно, если б не эта дурацкая анкета ничего бы не случилось.       - Это не часто... - Осторожно сказал Ча Джу, - и это очень дорогая услуга, обратиться к которой могут не все. То есть... Не достаточно просто быть при деньгах, нужно иметь определенный кредит доверия. Я всего дважды работал с таким "товаром". А тут... Тем более, когда заказывают публичную персону. Я не слышал раньше его имени, но раз ты говоришь, что он дизайнер, и у него частые показы, то наверняка, есть те, кто слышал. А это серьёзно.       - Получается тот, кто его заказал, важная персона? - Спросил я.       - Скорее всего. Такой заказ обошёлся бы миллионов в девять, не меньше.       - Что?! - Я аж на месте подскочил.       - А ты как думал? - Усмехнулся Ча Джу. - Это очень дорогая услуга.       - А я тогда...       - Ты выставлен на обычный смотр. - Опередил меня Ча Джу. - Так как по индивидуальному заказу тебя бы не отправили вместо твоего отца. Возможно, Доминик просто хочет хоть как-то сгладить свой провал.       - Всё-таки это сексуальное рабство, - заключил я.       - Вроде того. Только это более продвинутая компания.       - И тебя не волнует, что происходит с "товаром" потом? - С искреннем интересом спросил я.       Ча Джу задумался:       - Главное - слушай своего нового хозяина или того, кто просто придет на смотр. Не перечь ему, пока не заработаешь кредит доверия, - серьёзно сказал он. - Я знаю, что такое быть "товаром". И это не худшее, что может с тобой случиться       После его слов, я решил, что возможно он тоже в прошлом был на моем месте.       - Боюсь спросить, что же худшее...       - Аукцион тоже сомнительное удовольствие. Похоже на один публичный смотр, который продолжается, пока тебя не выберут. А если на тебя не набрался даже минимум или если тебя не купили после нескольких смотров, отправишься «на благотворительность». - Сказал он.       - Что это значит?       - Бордель. - Коротко пояснил Ча Джу.       Я сидел тихо, смотря на него во все глаза. Мое сердце бешено колотилось, отказываясь принимать жестокую правду.       И это Америка? И это Нью-Йорк? Двадцать первый век, а с людьми тут обращаются хуже, чем в шестнадцатом. Пробуют, продают, заказывают. Мне стало настолько не по себе. Я шестнадцать лет жил совсем рядом и даже представить себе не мог, что такое возможно.       И я бы поверил, что в какой-то Мексике или там в Индии возможно подобное, но в Америке? Прямо в сердце нашей страны. Глаза сами собой намокли, но слезы я сдержал, просто стало страшно. Накатило ощущение обреченности. А если ничего нельзя будет сделать? А если я тут навсегда? Если меня сегодня заберут и я навсегда потеряю связь со своей семьей?       - Похоже, Ча Джу, тебе лучше научить меня всему, чему ты там хотел. - Тяжело вздохнул я.