our love is six feet under

Все оставалось также. Саймон отсутствовал, не подавая признаков жизни. Луи ненавидел себя, закрываясь от всех. По ночам он громко плакал и кричал, снова и снова открывая шкафы, в которых ничего нет. Любая мелочь выводила его из себя. Первые два дня после того, как его любовь ушла, он казался спокойным, скрывая под этим все эмоции, что вырывались наружу при любом вздохе. Первые два дня он страдал, спал около двери и ждал, когда она откроется. И вот прошло две недели, и его место около входной двери все ещё не забыто. В этой квартире нет ничего, что напоминало бы ему о нём, кроме воспоминаний. «Он скучает по мне, он скоро вернётся. Будет дома» Это то, что он говорил себе каждый день. И верил в это всем сердцем и каждой частью своего тела. Луи ненавидел себя за то, что Саймон ушёл от него. «Ему было плохо со мной» Каждый день на работе окрашивался в серый, потому что Томлинсон просто сидел и молча выполнял свою работу, мысленно посылая всех, кому нужна была помощь. Он думает, что никому не нужна помощь так, как она нужна ему. Гарри пытался что-то говорить, пытался шутить и приносить кофе, которое к концу рабочего дня оставалось на столе нетронутым рукой шатена. Луи просто молча выключал компьютер и уходил. ⁃ Луи Томлинсон, это что, мать твою, за дерьмо, — босс стоял около стола, гневно смотря на одного из лучших сотрудников в офисе. Бывшего лучшего сотрудника, — Прекрати писать такое, иначе мне придётся тебя выгнать с этого места, где ты греешь свою задницу и даёшь дерьмовые советы. Для Луи это не имеет никакого значения теперь. Он не может помогать остальным, когда ему самому никто не может помочь. Без единого слова шатен встаёт, вытаскивает его фото с Саймоном из рамки и уходит. Вот так просто оставляет место, которое далось ему большим трудом, которое не превращало его в страдальца, сидящего дома у порога. Гарри и босс остаются на месте, отказываясь верить, что Луи просто так сдался и ушёл. ⁃ Он… ушёл? — ошарашенно спрашивает мужчина, глядя на Стайлса, — Просто взял и сделал это? Гарри молчит, потому что понимает, что происходит в голове Томлинсона. Скорей всего единственный из всего его окружения. Босс проводит рукой по влажным волосам и смотрит на пустое рабочее место. ⁃ Завтра переходишь на его место, — сухо кидает директор и идёт к выходу из кабинета. ⁃ Он вернётся, — голос Гарри убеждающий, потому что он знает, что происходит. Единственный, блять, знает, — Просто дайте ему время, дайте отпуск и ослабьте хватку, пожалуйста. ⁃ Стайлс, ты в своём уме? Пока он будет страдать, кто- ⁃ Будьте человеком хоть раз в жизни, — Гарри резко встаёт из-за стола и заметно повышает тон, — Он помогает людям ежедневно, но никто не хочет помочь ему? — кудрявый в бешенстве. Висит тишина. Долгая и напряжённая. Директор нарушает ее, выходя из кабинета, громко хлопая дверью. Луи возвращается домой, если это место можно так назвать без Саймона. Он снова скатывается по двери и садится в привычной позе у двери. Снова плачет и думает о нем, потому что ему ничего больше не остаётся делать, по его мнению. Игнорируя любые сообщения и звонки, он засыпает. Его друзья каждый день пытались с ним связаться: писали много сообщений, звонили каждые полчаса, приходили к его квартире, долго и настойчиво стучали в дверь, звали его, злились, грозились выломать преграду. Только всхлипы и тихое шептание шатена давали понять, что он жив. Луи не отвечал. Он будто бы не слышал весь мир, не обращал на него внимание, заточенный в собственном мире, где было тесно от одиночества. Или его собственный мир был большой, но пустой после ухода Саймона. Ведь каким бы ужасным не был его парень, он всегда заполнял ту пустоту, что окружала Томлинсона. По крайней мере, так казалось ему. Через неделю после ухода Луи с редакции, Гарри также стоял около его двери. Он ничего не делал, просто вглядывался в неё, будто бы хозяин почувствует это и откроет дверь. Гарри вспоминал. Такое происходило каждый вечер. Кудрявый приходил к Луи, но никак не показывал своего присутствия. Он мог простоять там до глубокой ночи, опомнясь лишь тогда, когда буйный сосед Томлинсона возвращался домой с очередной тусовки. ⁃ Эй, чувак, ты всегда теперь здесь стоишь, — услышал как-то раз за своей спиной Гарри, — Вижу тебя каждый вечер и ночь. Парень усмехнулся. ⁃ Просто ты выходишь из дома только вечером и ночью, — это были первые звуки, который Гарри издал за все время, что он приходит. ⁃ Прожигаю молодость. Я Чарли, — сосед притянул руку, и Стайлс пожал ее в ответ, представившись, — Если не ошибаюсь, то здесь живут два голубка. Луи и Саймон, кажется. ⁃ Они самые. ⁃ Что ж, спросил бы кто ты им, но очень тороплюсь. Но предупреждаю, я видел твоё лицо, так что если ты караулишь их, чтобы убить, то я тебя опознаю, — Чарли засмеялся, заходя в лифт. ⁃ Один из них явно это заслужил, — прошептал Гарри, когда его новый друг уехал. Никто, наверное, не смог бы понять, почему Гарри так заботится о Луи и его жизни. Почему постоянно думает и стоит около этой двери каждый вечер, вслушиваясь в то, что происходит внутри. Каждый звук напоминал ему о его собственном прошлом. ⁃ Гарри? Стайлс оборачивается и видит Найла. На его лице нет привычных эмоций, будто бы это совершенно другой человек. Только тоска, отчаяние, беспокойство и безысходность. Как же это знакомо. ⁃ Найл, — кудрявый тянет руку и грустно улыбается, потому что они разделяют одно и то же горе — их разбитый на части друг. Гарри не знает, успели ли они с Луи стать друзьями, но ему хочется так думать. ⁃ Он знает, что ты здесь? — спрашивает блондин, хмурясь. ⁃ Нет. Около минуты они молчат, осматривая подъезд, но не решаясь смотреть друг другу в глаза. И тогда Найл закрывает глаза и садится, облокачиваясь на дверь. ⁃ Я не знаю, что нам делать, — его голос тихий, полный печали, — Подобное случалось всегда, но это никогда не длилось так долго, максимум два дня. Луи всегда шёл с нами на контакт. Ну, может не всегда, но он все равно давал нам знать, что с ним и как он, — Хоран тяжело вздыхает, — А сейчас абсолютно ничего. Пустота, которая, кажется, никогда и ничем не заполнится, просто потому что он не позволит, не захочет. Гарри смотрит на дрожащего Найла и не знает, что ему сделать и как его успокоить. Кажется, что любое прикосновение и слово разрушит его, вот какой он сейчас хрупкий. Кудрявый просто садится рядом с ним. ⁃ Нам очень страшно, Гарри, — шепчет он, — Луи совсем рядом, но будто бы дальше солнца. Они сидят молча, каждый думает, но явно об одном и том же. Так проходит час, а потом они слышат движение в квартире. Это Луи. Он ходит и громко кричит имя. Имя того человека, который все испортил. Ребята резко встают, и Найл начинает стучать по двери, выкрикивая прозвища Луи. Самые глупые, казалось бы, но такие тёплые и далекие, которые будто бы рассказывают всю их историю. Историю дружбы. Гарри стоит, не решаясь что-либо сделать или сказать. Внутри него все разрывается от желания помочь и исправить, но он, черт возьми, не знает как. Чувствует себя беспомощным и слабым. Полчаса бессмысленной мольбы от Найла и отчаянного бездействия Гарри. ⁃ Ты же слышишь меня, да что с тобой такое, — грозный голос милого блондина отдаётся эхом по всей лестничной клетке, заполняя, наверное, всю квартиру Луи, проникая ему прямо в сердце, — Открой, — шепчет Найл на последнем дыхании. По его взгляду видно, что он устал и совсем потерялся. И тогда он уходит. Сдаётся и спускается по ступенькам вниз, оставляя Гарри одного. Слышны рыдания Луи, когда он, видимо, замечает, что больше никто не тарабанит ему в дверь. Стайлс уверен, что он ненавидит самого себя прямо сейчас. Потому что ему знакомо это чувство, когда близкие люди пытаются проникнуть в твою душу и вынести оттуда всё плохое, а ты отталкиваешь их, отказываешься от помощи, хотя желаешь её больше всего на свете. Тяжело. ⁃ Все не так плохо, как тебе кажется, — в полный голос говорит Гарри, но скорее для самого себя, вспоминая эту фразу, которая стала для него финалом. *** Луи действительно хочет выйти на улицу, встретиться с друзьями, может даже послушать глупые шутки Гарри, но не может. Его пугают все посторонние звуки, которые доносятся с улицы, что уж говорить о том, чтобы быть их частью. Без Саймона всё ощущается по-другому, будто бы солнце больше не светит, а небо куда-то исчезло. Спустя восемь дней, Луи, конечно же, понимает, что оставлять работу было его ошибкой, ведь еда не сможет покупать себя самостоятельно и приносить пакеты до кухни. Как бы ему ни было плохо без Саймона, умирать от голода он все же не хочет, поэтому минимум, что он может сделать — постараться выйти на улицу и купить продукты на деньги, которые у него остались. Или заказать что-нибудь домой. Но ему в любом случае придётся контактировать с людьми, и эта мысль его пугает. Размышления в голове Луи тянутся больше двух часов, и он решается на отважный шаг. Выйти из своей квартиры, приняв на себя ужасный удар реального мира, как он считает. Ради этого выхода, шатену нужно собрать себя по кусочками. Он, казалось бы, бесцельно бродит по квартире, занимаясь несвязанными друг с другом вещами. Где-то берет кружку, чтобы отнести ее на кухню, но оставляет ее в комнате, где на кровати лежат его штаны. В другом месте хватает шапку, надевает ее и выглядит очень забавно. В штанах и шапке. Возвращается в комнату, где нашёл штаны и вновь берет кружку, уже уверенно направляясь на кухню, но по пути замечает толстовку, что висит на спинке стула. Он не знает куда себя деть, хотя в его голове есть четкая цель — выйти из убежища и дойти до магазина. Или хотя бы донести эту чёртову кружку до раковины. Снова вспомнив про неё, возвращается в ванну, где оставил кружку, но нашёл носки, и на этот раз все заканчивается успешно. Луи уверен, что ему нужно взять себя в руки, чтобы справиться с походом в магазин быстро и без этой тупизны, с которой он ходит по квартире уже полчаса. ⁃ Блять, — громко выдыхает Томлинсон, готовый к выходу, — Видимо, я забыл как пользоваться дверью, — он тихо смеётся над собой и понимает, что дошёл до той стадии отчаянности и одиночества, когда всё кажется смешным, но ты на самом деле окутан печалью и болью. Он поворачивает ключ в двери, нажимает на ручку и слегка толкает, но ему что-то мешает. ⁃ Неужели я так сильно ослабел. Пробует ещё раз и думает, что, может быть, это Саймон сидит возле двери, потому что не решается зайти в квартиру. Может быть, он простил Луи и хочет снова быть с ним. Эти мысли как будто придают ему силы, и он уверенней толкает дверь, но все ещё не может ее открыть. И тут же слышит хриплый голос. ⁃ Луи? В маленькой щелке появляется часть лица. ⁃ Гарри? — шатен щурится, чтобы получше разглядеть, и дверь открывается. Да, Стайлс действительно стоит перед ним, удивленно моргая, будто бы видит перед собой огромного слона или пирата с попугаем на плече. Луи изгибает бровь. ⁃ Помнится мне, ты живешь не возле моей двери. Гарри издаёт тихий смешок и облегченно выдыхает. ⁃ Я просто пришёл проведать тебя, — Седьмой раз за восемь дней, думает он, но точно знает, что не скажет об этом. ⁃ Что ж, я иду в магазин, чтобы купить продукты на последние деньги и не умереть от голода, — Луи не улыбается, но его правда забавляет тот факт, что Гарри пялится на него, как на привидение. Неужели он так плохо выглядит? ⁃ И что дальше? — голос Стайлса все ещё тихий, нерешительный, что непривычно для Луи, ведь за все время из знакомства он говорил громко и весело, а его глупые шутки добавляли ему ещё большей обольстительности. ⁃ Что дальше? Вернусь домой и буду постепенно съедать все, что купил. Все просто. Гарри озадачен. Он не ожидал такой легкости в поведение Луи. Не после восьми дней рыданий в квартире и расставания с парнем. Они же расстались? Он не знает, но надеется, что это так, и шатену больше не придётся жить ужасной жизнью. ⁃ Я серьезно, Луи, — Стайлс хмурится, — Деньги имеют свойство заканчиваться и не появляются после этого просто так. Тебе нужно вернуться на работу. ⁃ Я сомневаюсь. ⁃ В чем? Луи сомневается во всем. Например, в том, что его примут назад. И ещё в том, что ему действительно нужна работа. Да даже в своём желание жить дальше. Без Саймона. ⁃ Меня не примут назад. Только не наш босс. Он до жути вспыльчивый и непонимающий. Около десяти секунд Гарри смотрит ему в глаза. Он явно не ожидал, что Луи станет с ним говорить. ⁃ Он тебя не уволил. Я упросил его на отпуск, поэтому делал всю работу за двоих. Вау, может быть это хорошие новости. Луи так чувствует, хотя ему кажется, что проще было бы умереть в нищете от голода, холода и обезвоживания. Но он рад, что есть шанс этого избежать. ⁃ Что ж, — тянет Томлинсон, — Я вернусь, потому что хочу избавить всех нуждающихся в помощи от твои дерьмовых советов, — широкая улыбка появляется на его лице, и он подмигивает, — Но я на самом деле благодарен тебе, Гарри. Спасибо. Гарри слабо кивает и смотрит на свои ботинки. Между ребята висит неловкая тишина, никто из них не знает, что сказать. ⁃ Может хочешь сходить со мной в магазин, а потом, в знак благодарности, я приглашу тебя к себе и налью чай? Кудрявый расцветает. Он искренне и широко улыбается, потому что понимает, каково это, делать шаги к счастью после целого пути неудач и боли. Это очень тяжело. ⁃ Конечно, я как раз приберёг для тебя работку, — отвечает Гарри, а Луи заинтересованно смотрит на него, когда они спускаются по ступенькам, — Натали из Сиэтла попала в очень неловкую ситуацию, а я даже не знаю, что ей посоветовать. Ненавижу такие моменты. Томлинсон радуется, именно радуется этому детскому разочарованию Гарри. Он не понимает, почему кудрявый вообще здесь, и почему он так тянется к нему, помогает. Луи ненавидит принимать помощь из-за страха утянуть человека вместе с собой в никуда. В темноту и хаос. Поэтому он не мог подпустить к себе друзей, они слишком счастливы и полны жизни. А кто Луи такой, чтобы портить это? Его боль и проблемы всегда будут принадлежать только ему, он не в праве разделять их со своими близкими или с теми, кто хочет помочь. Как Гарри. ⁃ Ты счастлив? — неожиданно спрашивает Луи. Стайлс непонимающе смотрит на него, ища подвох и смысл в данном вопросе. ⁃ По-своему, — наконец отвечает он и не врет. У него есть замечательная работа и цели. А также ужасное прошлое, с которым он справился, так что теперь счастье для него совсем в иных вещах, а не в присутствии какого-то человека или в его словах и действиях. Счастье в мелочах. ⁃ По-своему, — повторяет Луи, принимаясь за размышления, что бы это могло значит. По дороге до магазина они молчат. И впервые за восемь дней Луи подумал о чём-то кроме Саймона. Удивительно.