Воспоминания из Эо

— Крэйг, почему ты так отличаешься от других темных эльфов? — проводив взглядом очередного Норкейн, спешащего по своим делам, спросила Старейшина Шайкан. Цитадель была многолюдной — или скорее «многоэльфной»? — как никогда.  — Что ты имеешь в виду?  — Цвет волос и кожи. Я слышала, что в уплату за союз с Тенями Норкейн отдали часть жизненной силы и потому изменились. Но почему это не затронуло тебя?  — На самом деле Союз тут ни при чем. Видишь ли, Шайкан, все дело в моде.  — Что? Темные эльфы меняют свою внешность, как фасоны нарядов? — Старейшина не удержалась от смеха — до того абсурдно это звучало.  — Так и есть, — ничуть не обидевшись, подтвердил Крэйг. — После того, как Сорвина выпила яд, ее кожа стала восково-желтой, а волосы поседели. В подражание ей многие стали принимать тот же облик, даже Найтария — та, к счастью, ограничилась лишь волосами, чтобы не выделяться. К новому веянию остался равнодушен только я да еще, может, Малькут — до Поющего Стекла такие вести не доходят. И сама Сорвина, что неудивительно, ведь для нее это было болезнью.  — Жутковатая мода. Вид действительно нездоровый…  — Это еще ничего. Лет за пятьсот до Призвания, когда стали широко известны Забытые Королевства, все стали подражать дроу. Синяя кожа в сочетании с белыми волосами — то еще зрелище, большинство скорее напоминало утопленников. Особенно когда попадалась некачественная краска с зеленым отливом.  — Той моде ты тоже не последовал?  — Не совсем… я тогда был молод и изображал Дзирта До’Урдена. Но что-то пошло не так, — Крэйг явно не желал говорить об этом дальше, и Старейшина задала следующий вопрос:  — Значит, ты один сейчас выглядишь естественно?  — Нет. Я просто старомоден, а черную краску для волос и белила достать легче всего.  — Какие же тогда темные эльфы на самом деле? — Старейшина почувствовала, что вконец запуталась.  — Разные, как и люди. Но мои сородичи ни за что в этом не признаются даже самим себе — если только в моду не войдет естественность…