Разные

Я и подумать не могла, что почти каждый будний день буду встречать эту оборзевшую морду около своего дома. Честно, я думала, что Даниил забудет про то, кто я и где я живу, в первую же неделю. Или даже в тот же день, когда впервые пошёл со мной вместе в школу. Но я ошибалась. К огромному сожалению, ошибалась. Сначала я очень сердилась. По моему лицу с крайне скудной мимикой и то это можно было заметить. Парень ещё тогда подшучивал надо мной. Мол, у меня типичный ПМС или с нервами проблема. Это ещё больше меня раздражало. Сильнейшее желание треснуть его чем-нибудь тяжёлым усиливалось с каждым днём. К тому же, Даниил был искусным мастером подливать масло в огонь. Я искренне не понимала, зачем он всё это делает. Но потом до меня дошло. Он так развлекается. Ему нравится доставать меня. Он получает от того, что я его кляну, внутренне бешусь как истеричка, какой-то нереальный мазохистский кайф. Больной извращенец. Я пыталась найти хоть какие-нибудь обходные пути. Опаздывала, что сама категорично не люблю делать. Уроки начинаются в 8:00, а я только выходила в это время. И что? Его, по-моему, вообще это не волновало. Стоял себе преспокойно курил. А я хваталась за голову. Пробовала выходить раньше — тот же эффект. Несколько раз ещё у порога надевала наушники и выходила, будто его не замечая. Но с меня тут же сдёргивали их и прятали к себе в карман, а отдавали только в школе. Но это были ещё цветочки. Ад начался тогда, когда Даниил начал подходить ко мне и в школе. Под предлогом поговорить с Региной и Полиной, ведь за это время они стали хорошими приятелями. Но я-то знала настоящий мотив, будь он неладен. Далее парень начал присоединяться ко мне ещё и по дороге домой. И тогда я просто хотела на стену лезть. Его стало слишком много в моей жизни. Настолько, что я в малейших подробностях изучила его лицо, походку, жесты и уже с легкостью могла бы отличить в толпе, если бы парень стоял ко мне спиной. Порой даже в своих снах я не могла избавиться от него. Это пугало. И моим огромным счастьем было то, что он ещё не пробрался ко мне в дом. А он может. Иногда после школы мы шли не вдвоём. К нам подтягивался, как я поняла, его лучший друг — Стас. И он, хочу сказать, приятнее собеседник будет. Не такой бесящий. Да и иногда тормозил Даниила в высказываниях. Не думала, что его кто-либо вообще может остановить. Но, оказывается, есть такой. И с ним у меня сложились более или менее хорошие отношения. Если сравнивать их внешне, то они похожи только телосложением. Кожа у Стаса более смуглая, чем у Даниила. Но волосы темнее у последнего: он шатен, а Стас — русый. У Даниила холодные серые глаза с прищуром, а у его друга — добрые тёмно-карие. Губы Стаса тоньше и уже. В целом у Даниила более грубая внешность, Стас намного миловиднее. Мне хватило три недели, чтобы понять, что бороться с парнем бесполезно. Самый лучший и безболезненный для меня выход — смирение. Да и я уже устала думать о том, как бы от него отвертеться. Поэтому уже неделю я покорно ходила с ним, разговаривая на отвлечённые темы. Таким образом, я вернула себе былую гармонию и покой. Уже не злилась. Его присутствие в моей жизни стало нормальным явлением, на которое я реагировала безразличием. Правильно всё-таки говорят, что для того, чтобы развить в себе привычку, необходимо продержаться двадцать один день.

***

Очередной учебный день. Выхожу из дома, застёгивая по дороге куртку. Странно. И где же эта ненавистная рожа? Неужели сдался? Или дела какие? Пожимаю плечами собственным мыслям, разворачиваюсь, чтобы закрыть калитку. Замок заедает, приходиться некоторое время провозиться с ним. Совсем не ожидая никакой подлости, стою и пилю взглядом замок. Я в ужасе округляю глаза, когда получаю шлепок по заду. Отскакиваю, хватаясь за горящую ягодицу, и быстро разворачиваюсь. — Ну у тебя и костлявая жопа, — с напущенным расстройством говорит Даниил, будто ожидал чего-то другого, — чуть руку не сломал. — Ты… ты… — задыхаюсь от возмущения, когда вижу его довольную мину, — кретин! Идиота кусок! У меня чуть сердце не вылетело, чтобы пробежать марафон. Больной. Просто больной! Кто тебе вообще позволял распускать руки? — Ты ещё не поняла? — парень подходит ко мне вплотную, хватая за подбородок, чтобы я смотрела на него, — Мне не нужно разрешение. Я делаю то, что хочу. — Да-да, я помню, сам себе указ, сам себе король и так далее по списку, — я вырвалась из его плена и вернулась к замочной скважине. — Будь хорошим мальчиком и сделай хоть раз что-нибудь полезное. Помоги, пожалуйста, с замком. А то я ключ вытащить не могу. — Давай, — шатен жестом показывает мне, чтобы я подвинулась, а затем с лёгкостью вытаскивает заветный ключ. — Вуаля. — Спасибо, — принимаю переданный ключ и прячу его в карман сумки. — Ты где-то затаился, да? Чтобы сюрпризом сделать гадость. — Ага, стоял за огромной трубой, — парень кивает и улыбается. — Детский сад, — выношу я вердикт, закатывая глаза к небу.

***

Сижу на химии. Это, пожалуй, самый последний предмет, который я понимаю. Учитель пляшет у доски около двадцати минут, распинается там что-то, говорит на своём заумном химическом языке. Я оглядываю класс. Большинство бездумно втыкают в телефоны. Непосредственно сам предмет слушают только две девочки на первой парте и мальчик, сидящий позади них. Остальным это не сдалось. Я решаю, что контрольную работу потом как-нибудь на четыре напишу, как это обычно происходит, и обращаюсь к виду из окна. Длительное время наблюдаю за собирающимися тучами, дуновением ветра, от которого деревья клонятся к земле, а также за простыми прохожими. — Воскресенская! — окликает меня учитель, от чего я чуть ли не подскакиваю. — Я? — неуверенно то ли спрашиваю, то ли утверждаю я. — Ты. Принеси мел из подсобки на первом этаже. Ты же знаешь, где это? — Разумеется. — Тогда бегом.

***

Подходя к подсобному помещению, я услышала там какой-то грохот. Стою около двери, переминаюсь с ноги на ногу, вслушиваюсь в звуки, которые больше не дают о себе знать. Ещё пару секунд медлю. В итоге решаюсь и нажимаю на ручку. Чёрт бы вас побрал! Почему именно сейчас и почему именно я? А открылась мне следующая картина: Даниил и некая блондинистая особа, которую я вижу впервые, откровенно говоря, заглатывали друг друга. У-у… Похоже, я попала на начало прелюдии. Хорошо, что не на самый разгар. Они замечают, что их кто-то побеспокоил, и переводят на меня свои затуманенные взгляды. Почему занимаются здесь этим они, а дико стыдно мне? Но я не теряюсь. Перевожу взгляд на шкаф. — Извините, конечно, что прерываю, — я ловко прошмыгнула внутрь, ловя на себе удивлённые взгляды, они, наверное, надеялись, что я сразу уйду. — Но мне без мела возвращаться нельзя. Сразу же нахожу свою цель, хватаю целую коробку. Они не успевают проследить за моими молниеносными действиями, поэтому ничего не успевают сказать мне, стоя в том же положении и не шевелясь. — Приятного времяпрепровождения! — быстро удаляюсь и захлопываю дверь. Фух… Покинув помещение, я поняла, что у меня горят щёки. Немудрено. Застать пикантный момент и не выбиться из колеи, скорее всего, невозможно. Никогда ещё никого не ловила на подобном. Тоже мне, нашли место. Хоть бы дверь, что ли заперли. Сами виноваты.

***

На следующий день парня возле своего дома я не встретила. Как бы не искала его за каждым кустиком и углом. Несколько раз даже позвала его по имени, чтобы наверняка убедиться. «День отдыха», — подумала я. «Не торопись с выводами», — кричало моё подсознание. За долгое время смогла насладиться любимой музыкой. Боже, я уже так отвыкла, оказывается. 7:45 на часах. Что-то я рано сегодня. И школа так пустынна в это время. Здесь бы сейчас уместно смотрелось перекати-поле из фильмов. Прохожу мимо злосчастной подсобки. Невольно вспоминаю вчерашний инцидент и морщусь. Внезапно дверь открывается, и неизвестный затягивает меня внутрь. Я не успеваю никак среагировать. Оказываюсь прижатой к стене. Мои руки перехватывают одной рукой и прижимают к моей груди. Свет тусклый, но мне всё же удаётся рассмотреть лицо. — Дан… — не успеваю договорить. Меня затыкают поцелуем. А я впадаю в состояние шока. Парень требовательно сминает мои губы. Размеренно скользит по ним языком. Я чувствую его горячее дыхание и… запах кофе? Этот запах смешивается с ароматом его туалетной воды. Чертовски приятный запах. О чём я думаю вообще? Пытаюсь упереться руками ему в грудь, но его правая рука блокирует любые подобные попытки. Пальцы другой руки легонько касаются шеи, оставляя после себя табун мурашек, затем перемещаются на мою талию, резко сжимая её. Я прикусила язык, чтобы не издать стон от неожиданности. А вот он не стесняется и издаёт звук, похожий на тихое рычание. Голова ничего не соображает, я теряюсь в ощущениях. Ноги подгибаются, хоть это и не заметно, ведь шатен достаточно сильно вжимает меня в стену. Будто пытается слиться со мной воедино. Я отчётливо ощущаю, как кровь прилила к лицу. Губы уже опухли от его манипуляций. Воздуха перестаёт хватать. Я чуть ли не начинаю задыхаться, но Даниил, похоже, ощущает то же самое. Немного отстраняется, продолжая находиться непозволительно близко. Оба тяжело дышим, обдавая тёплым дыханием друг друга. — Стало легче, — шепчет он, будто в бреду, всматриваясь в мои глаза. Проклятая кладовка какая-то. Я подозреваю, здесь часто происходят непристойные вещи в главной роли с Даниилом. — Тебе что, твоих подружек мало уже? — возмущаюсь я, толкая его ослабленную правую руку ему же в грудь, — Спермотоксикоз? — У меня не бывает длительного воздержания, чтобы был спермотоксикоз, — хитро ухмыляется он и отпускает мои руки, но не отходит. — У тебя сколько сегодня уроков? — Шесть, а что? — я упираюсь руками в его плечи, что, в общем-то, бесполезно. — Отлично, у меня тоже, — парень обворожительно мне улыбается. — Только попробуй смыться по-быстрому после школы без меня. Найду и накажу.