И.С.Т. - 3. Синим пламенем

Приветствие сквозь зевок было невнятным. Но, зная Ромку, повторения можно было не ждать. Поэтому Фрей только хмыкнул и бесцеремонно толкнул его, заставляя отступить и впустить в квартиру. — И тебе доброго утра, милый. — Какого хрена ты тут делаешь? — Рома закрыл за ним дверь, поежился и взъерошил взлохмаченные со сна волосы. — Соскучился? Ты такой милый, — Фрей качнулся вперед, звонко поцеловал его в губы и снова толкнул. — Иди оденься. А я пока кофе сварю. Он хоть у тебя есть? — свой вопрос он задавал уже из кухни, успев по дороге снять куртку и ботинки. — Понятия не имею, — донеслось из спальни. Сам Рома на пороге комнаты появился спустя почти десять минут. В домашних джинсах, босиком, майке, но хоть причесанный. Фрей окинул его долгим взглядом и, поставив на стол две чашки, сел на стул. — И завтраком можешь не кормить. Давно спать лег? — Часа три назад? Не знаю. Так что ты тут делаешь? — Рома пожал плечами и сел напротив. Фрей изменился по сравнению с собой студентом очень сильно. Пожалуй, в этом ему мог составить конкуренцию только Аян. Он вытянулся. Вернулся к своему настоящему цвету волос и теперь щеголял стильной дерзкой стрижкой вполне в его духе. Красивый, резкий, острый на язык, беспокоящийся и будоражащий. — Это у тебя надо спросить, — Фрей сделал глоток и прикрыл глаза. Дорога была хоть и быстрой, но утомительной. — Я все еще твой якорь. И ты меня тянешь. — Я тебя не тяну, — Рома нахмурился. — Кому лучше знать: тебе или мне? А еще мне очень хочется знать, какого хрена здесь сижу я, а не Серафим. Вы внезапно перестали друг друга чувствовать? — Я закрываюсь, — Рома отвернулся к окну. — Пытаюсь, по крайней мере. — Как всегда — не хочешь впутывать его в свои страдашки? — Да иди ты… — лениво огрызнулся Ромка. — Он слишком трепетно ко мне относится. Пользоваться этим… — Он тобой пользуется точно так же. — Из нас двоих эмо — это я. Поэтому я закрываюсь, а он делает вид, что у меня получается. — Детишки, — фыркнул Фрей. — Кстати, вы бы все-таки поосторожней с этой вашей телепортацией. Когда-нибудь вероятностей, где вы рядом, может просто не оказаться. Рома нахмурился: — В таком случае мы просто останемся на своих местах. К чему разговор? — Пытаюсь понять, что происходит. Ты хандришь. — Приближающаяся осень? — Не заговаривай мне зубы. Сима отлично научился справляться с твоим сплином, аж завидно. Твоя хандра — лишь ширма. А за ней — очень странные ощущения. Поэтому я не уйду, пока не вытяну из тебя всю правду. Так что-либо меняй постель, либо начинай рассказывать. — Сволочь, — тоскливо выдохнул Рома. Но Ягодка и правда не отстанет. Слишком сильно они связаны. В каком-то смысле даже сильней, чем с Симой. И Фрея своими проблемами грузить не страшно. — Я ушел из Департамента. — В курсе, ага. «Эфир» два дня бурлил от этой новости. «Великий Оракул бросил всех на произвол судьбы». Рома поморщился: — Ты отлично знаешь, что я там только штаны протирал. Почти верно. Почти правда. Когда обучение осталось позади, у Ромки начались проблемы. С ним просто не знали, что делать. Хоть и огромный, но слишком капризный и непредсказуемый Дар делал его опасным на оперативной работе. Работать с Симой, как пара, они вполне могли, но Рома все еще слишком зависел от эмоций, и это сказывалось на самой работе. К тому же, когда-то «натасканный» на глобальное видение его Дар на пустяки не разменивался. Но то, что может произойти через десять лет, волновало мало кого, гораздо больше интересовал день завтрашний. И Рома, в конце концов, «осел» в Департаменте стратегического планирования. Историю с Шафранским забыли еще до того, как Рома покинул стены филиала, и на «волю» он вышел известным только одногруппникам да Совету, но, работая в Департаменте, они с Симой смогли предотвратить парочку катастроф, и это снова подняло интерес. Сима сбежал в Грузию, изучать какие-то древние практики и разводить пчел, а Ромка… Ромка остался. Им нашли занятие, в конце концов, но Рома вот уже второй год ощущался неупокоенным духом, который болтается между небом и землей, удерживаемый здесь только якорями: Анжеем, Ванькой, Симой, самим Фреем и внезапно Пашкой, который точно таким же неприкаянным привидением болтался на планарах. Работа в Департаменте была лишь иллюзией работы и нужности — для самого Романа иллюзией. — Ты поэтому хандришь? Потому что ушел? — Фрей толкнул его коленом, возвращая с небес на землю. — Нет, — Рома задумчиво покачал головой. — Пообещай мне кое-что. Фрей нахмурился. Что-то было не так. Очень сильно не так. Он прикрыл глаза и тут же провалился на планар. Привычно огляделся и только потом обратил внимание на Романа. А тот сиял Даром. Очень ярко, почти нестерпимо. Пульсировал. Дрожал. Знакомо и незнакомо. Дар разбалансирован. И очень сильно. Странно, что та часть, что принадлежала Симе, была нетронутой. Очень странно. Как и этот вот щит, который Рома явно пытался поставить сам, чтобы что? Защититься от Симы? Защитить Симу? Что?! — Рома? — протянул Фрей, вернувшись в реальность. Очень спокойно. Очень опасно. Такого его, Корректора Фрея боялся даже Анжей. — Я жду объяснений. — Я вижу будущее, Ягодка, — глухо произнес Рома. — И я не могу его понять. Только то, что не успеваю закрыться, и Сима гибнет. И поэтому я прошу тебя — заблокируй мою связь с Симой полностью, когда придет время Я не могу сделать это сам. Но ты — сможешь. — Ты — Истинный, — Фрей облизнул пересохшие вдруг губы. — Это… — Возможно, — Рома подошел к нему стремительно и присел перед ним на корточки, заглядывая в глаза снизу-вверх. — Это раньше никто не знал, кто мы и что можно сделать. Но и ты, и я — мы оба знаем, что это возможно. Нас невозможно разорвать. Но нас можно заблокировать так, чтобы я не тянул дар Симы. Сам по себе я просто оракул и не могу принести никому вреда. Но если я буду использовать свой дар… — Ты поэтому свалил из Департамента? — Фрей сузил глаза от пришедшего вдруг понимания. — Чтобы спрятаться? Уйти с глаз? Из-за предчувствия? — Черт. Нет. Да. Плевать. Просто сделай это. — Ты универсал. Если я заблокирую Симу, ты притянешь любого оператора. — Не любого, и ты это знаешь. Равного. — А таких немного — это ты хочешь сказать? — Да. И каждый из них сможет дать отпор или хотя бы понять, что что-то не так и успеть что-то предпринять. К тому же это будет еще нескоро и все может измениться. Просто я должен знать, что у меня будет подстраховка. Фрей стиснул зубы, а потом подался вперед, вжался лицом в его волосы на макушке. — Как ты это Симе объяснишь? — Как-нибудь. Главное, что он будет в безопасности. — Он почувствует твою ложь. — Я не хочу лгать, но и предсказать сейчас, как и что это будет тоже не могу. Поэтому отруби меня от Симы. Его от меня отрезать не обязательно, — Рома вскинул лицо ему навстречу, коснулся губами губ. — Фрей, пожалуйста. Я знаю, что это работа ювелирная, но ты мастер в этом. — Ты не хочешь рассказать об этом старшим? Об этих твоих предчувствиях, — Фрей принял его поцелуй, углубил и вернул. — Когда придет время. И… не пора ли справляться самим, Фрей? Мы не студенты. Мы взрослые люди. Пора перестать надеяться на кого-то. — Ты не в Совете. Да и я тоже. Рома выдохнул, обмякая. — Это не дело сообщества, а только мое. Может, мой блок поможет, и ничего не случится. Фрей медленно выпустил воздух: — Хорошо, Ромашка. Хорошо.