Луна с привкусом корицы

С последних смотрин прошло около двух месяцев. Бэм все также отказывал всем принцессам, какими бы красивыми они не были. Как бы ему не хотелось признавать, но кроме Лалисы его никто попросту не впечатлил. Но видимо, отца парня это порядком достало, именно поэтому он позвал того к себе в кабинет. Принц понимал, что за разговор сейчас будет, поэтому морально готовился ко всем ситуациям, которые могли произойти. — Отец, ты звал меня? — БэмБэм приоткрыл дверь, выглядывая из-за неё. — О, ты пришёл. Отлично. Проходи, садись, — король улыбался и парень сразу понял, что ничего хорошего можно не ждать, — Итак, смею тебе сообщить, что ты завтра женишься на принцессе Монобан, — тот наклонился вперёд, опираясь на руки, которые стояли на столе, — какие либо возражения не принимаются. Мне пришлось хорошенько постараться, чтобы уговорить их вернуться обратно. Мол, мой сын передумал в последний момент.. — Но отец! — прервал его парень, — смотрины должны были продлится ещё как минимум три недели! — Ты думаешь, что я не понял, что ты всем отказываешь ради того, чтобы от тебя отстали? Сынок, я понял это ещё в первый день. Это не может так продолжаться, это и так довольно долго затянулось. Не выдержав, принц молча встал и вышел, не найдя что ответить отцу. Стоило ему переступить порог замка, как он сразу пошёл знакомой, даже выученной дороге. Он шёл быстро и не оглядываясь на все приветствия крестьян. Сейчас он видел перед собой только широкую спину и светлую макушку. На самом деле, он сам особо не понял, как стал проводить время в пекарне Югёма и с ним самим больше времени, чем в замке в целом. Но когда он заметил за собой то, что он засматривается на пекаря так, как не надо, он сразу испугался. Для него это все было ново и он понятия не имел, что это вообще такое, поэтому мысли об этом откладывал в самый дальний ящик, надеясь забыть. — Бэм-и! — улыбнулся кореец, расставляяя руки в стороны и приглашая в свои объятья, куда сразу же и без каких либо проблем упал Бэм, — Что-то случилось? Ты какой-то поникший.. — Ким опустил свои руки тайцу на спину. — Мои родители уже решили, с кем я буду и все распланировали.. — принц на секунду замолчал, думая, как сказать, — Я.. Я женюсь завтра, Югём, — оторвавшись от объятий с парнем, он внимательно посмотрел на лицо того. И лучше бы он это не делал. Бэм своими глазами наблюдал, как улыбка с лица Югёма медленно пропадает, а потом и вовсе исчезает, после которой на лице парня читалось лишь непонимание и некая.. Злость? Канпимук сам не понял, что чувствует парень в этот момент. — И.. Я был бы рад, если бы ты пришёл.. — продолжил принц, но Югём оборвал его на полу-слове. — Да, конечно. Я приду, не волнуйся, — и натянув улыбку, он ушёл обратно в пекарню, оставляя парня одного. — Югём.. — тихо прошептал таец другу вслед, понимая, что потерял последнюю поддержу в этом никчёмном государстве. Бэм стоял на этом месте ещё минут 20, после чего наконец осознал, что Югём больше не придёт. Что сейчас, и, скорее всего всегда, он будет один. Но ему ни капли не становилось лучше от этого, только в разы хуже. Но одновременно он и не понимал парня. Почему он так отреагировал? Почему он ничего не сказал по этому поводу? Неужели эти странные чувства волнуют не одного тайца? Сразу же отбросив эти мысли, он отправился во дворец обратно. Не надо описывать как был рад отец, увидев сына. Король сказал, что уже собирался пускать стражу на его поиск. (Бэм тактично промолчал, зная, что это далеко не первый раз когда он сбегает от чего-то важного, и за ним никогда и никого не посылали) И парня в буквальном смысле закрутили с этой всей подготовкой к свадьбе. К нему подходили многие слуги и поздравляли со свадьбой, на что он сдержанно улыбался и кивал, благодаря их. Они все были так взбудоражены предстоящим событием, что главный зал в замке сейчас напоминал подготовку к апокалипсису. Из одной стороны в другую то и дело сновали разные слуги, кричали друг другу и на друг друга, а у парня уже голова закружилась, когда он попытался проследить хотя бы за одним. Но он решил не стоять на одном месте и отправится к себе в комнату, чтобы никому не мешать. Хотя, честно говоря, он не понимал, почему все рады свадьбе куда больше, чем он сам. Усмехнувшись от этого, принц открыл дверь комнаты и тут же замер, жалея, что пришёл. На него со всех сторон смотрели разные рисунки, которые он рисовал под впечатлением от чего-то. И все бы ничего, если бы не факт того, что на почти каждом рисунке есть Югём. То он сидит, то он лежит, то он стоит. БэмБэм рисовал его почти всегда и с разнообразных ракурсов. Парень тяжело вздохнул и сел на кровать, закрыв глаза руками. Ему ничего не оставалось как ждать завтрашнего дня и этой глупой свадьбы. Как бы он не хотел, как бы не пытался избежать этого, его все равно настигла участь женится на девушке, причём насильно..

***

В день свадьбы погода была словно специально ясная и солнечная. Даже природа радовалась за принца, пока он с нечитаемым лицом надевал костюм. С таким же лицом он вышел и подошёл к алтарю, становясь около священника и ожидая, пока выйдет Лалиса. Он бы соврал, если бы сказал, что не искал глазами в толпе Югёма, его светлую макушку, что он обычно так легко отличал. Но не найдя его, он тихо вздохнул и устремил свой взгляд на двери, которые тут же открылись и помещение зашла его невеста. Таец честно сказал себе, что Лалиса красивая. Не зря он как-то умудрился отреагировать на неё. На лице девушки царила яркая и солнечная улыбка, из-за чего Бэм поджал губы. Вот только если бы они встретились не на смотринах, а где-то на улице или на корабле, он бы не раздумывая влюбился в неё. Но, увы, сейчас он определённо к ней ничего не чувствует. Всё его сердце занято одним прекрасным пекарем. Которого он, кстати, смог найти, ещё раз оглядев весь зал краем глаза. Югём сидел в самом конце зала и внимательно смотрел на принца. Бэм заметил, что в его глазах не было не капли радости, лишь какая-то грусть и злость, причины которых таец так и не мог понять. --...берёшь ли ты в жену Лалису Монобан? — очнувшись вовремя, Бэм посмотрел на священника, потом на саму девушку и вздохнул, кивая. — Беру, — и слегка улыбнулся своей невесте, дабы показать, что он правда не против этого. Дальше все бракосочетание прошло словно под огромным слоем воды для Канпимука. Он не запомнил как они обменялись кольцами, как им пожелали всего самого наилучшего и заставили поцеловаться и пригласили к столу. Немного посидев ради вида, парень встал с места и, ссылаясь на то, что он захотел проветриться, вышел на улицу. На улице был вечер, яркая луна освещала все вокруг, и парень не заметил, как дошёл до сада с цветами. Цветы были буквально везде. Около него, его ног, лица, но это было так красиво, что даже не мешало тому. — Бэм.. — тихо сказал кто-то за спиной принца, и тот немного вздрогнул, повернувшись. — Как.. Как ты нашёл меня? — нахмурился принц, недоумевая. — Я заметил, что ты ушёл, и пошёл за тобой. Вот так и нашёл, — неловко улыбнулся пекарь. На время между ними воцарилась тишина, во время которой каждый думал о чем-то своём. Но Бэм, глянув на луну, а затем на парня, лишь вздохнул. — Ну.. Спасибо, что пришёл, — тот немного поджал губы. — Я же говорил, что приду, — Югём не переставал улыбаться, хоть и также неловко. Таец ещё раз посмотрел на парня, а потом на свое кольцо, и резко усмехнулся. — А знаешь что? — тот снял со своего пальца кольцо и, покрутив его в руке, кинул со всей силы куда-то в сторону, — к чертям это, я не могу больше так. — Что.. Что ты делаешь? — с распахнутыми глазами Югём наблюдал за тем, как принц подходит к нему, кладя руки на шею. — Ты знаешь, чего я хочу? — тихо прошептал Канпимук, уверенность которого испарилась в тот же миг, стоило ему подойти ближе. Дождавшись отрицательного качания головой от Югёма, таец собрал все силы и слегка приподнялся на носочках, касаясь губ пекаря. Это даже поцелуем нельзя было назвать, просто мимолетное касание губ, но принц так хотел донести до парнишки все свои чувства. — Я люблю тебя, Гём-и, — выдохнул тот, когда отстранился. Сначала кореец словно ничего не понимал, а потом сам притянул парня к себе за талию, крепко обнимая, но ничего не говоря. И не нужно было, ведь Бэм сам все понял. А следующая фраза сама сорвалась с его языка, чего он особо не хотел. — Давай сбежим отсюда? Хотя бы в соседнее королевство. Начнём жить там, но вместе. — Но тебе будет плохо от этого, Бэм-и.. — Плевать. Мне не будет лучше в браке с Лалисой. Ну что, ты согласен? — С тобой хоть на край света, — сказал пекарь, улыбаясь.

***

Девушка, которая видела все это, закрывала рот рукой, дабы не выдать своего местоположения. А ведь она поверила, что Бэм реально полюбил её, ведь он казался таким счастливым рядом с ней. Но, как говорится, любовь слепа, и из-за своей любви она не заметила, как тот любит совершенно другого человека. Утерев слезы, Лалиса вернулась обратно в зал, по пути скидывая с себя фату. В зал она вошла разъяренной, и без объяснения какой либо причины, выхватила у стражи меч и встала в соответствующую позу, говоря громко, дабы привлечь всеобщее внимание. — Объявляю стране Канпимука Бхувакуля войну!