Nicht so

15.06.14, Воскресенье

      Выйди встреть меня минуты через три       А то нашумим вам там Я посмотрел на часы, после чего выключил телефон и отложил его на стол. Не шибко мне хотелось из квартиры сейчас выходить, на самом деле. Потому что я сам же сейчас и нашумлю, и кто-нибудь обязательно проснётся. А никому не надо знать, что Артём здесь. Не то чтобы это было чем-то плохим, но это же странно, да? Когда к тебе приходит человек аж в шесть утра. Зная Отто (а нас, по закону жанра, спалит именно он), он непременно что-то заподозрит. Они с матерью и так подозревают, что я долбоёб, а тут ко мне ещё и какой-то там друг заваливается в шесть утра. Вот это да, блять. Вот это я хорошо придумал. Заверения себя, что всё будет нормально, особо не помогли. Ну да, я в это и не верил. Чтобы у меня, и всё прошло нормально? Аха-ха. Отто завалится в самый неподходящий момент, и всё. Отпиздит обоих, и меня с собой в Германию потом заберёт. Ибо нехуй. Хотя это фанфики уже какие-то, хотя я не удивлюсь, если он реально что-нибудь такое натворит. Чего ему стоит, ну. Не хочу умирать.. Да угомонись, боже. Всё будет нормально. Пока он не спалит вас именно ебущимися, всегда можно что-нибудь придумать и как-нибудь отмазаться. Такой мастер отговорок, как я, всегда найдёт способ. Хотя в данном случае есть небольшие проблемы с этим. Ввиду того, что у Отто, как бы.. В общем, у него есть особенный навык. Он прекрасно понимает, когда я вру, а когда нет. Это как в играх, когда на персонажа невозможно воздействовать ядом или сном, и вот тут так же. Я не могу ему врать или делать это достаточно убедительно. Ну, или Отто как-то понимает, где именно я вру. Это очень плохо, на самом деле, но не было бы такой проблемой, если бы я не наворотил кое-какой хуйни, о которой бы так старательно стоило бы умалчивать. И не стоило бы приводить сюда Артёма сейчас.. Можно же просто постоять на улице, господи. Чего я тут развожу драму на пустом месте. Нормальная же идея. Только вот если Отто проснётся и заметит, что меня нет, что я ему скажу? Что ходил в магазин. Но если он скажет показать ему, что я купил..? Ну, надо просто реально что-нибудь купить. Тогда сейчас нужно заранее взять с собой деняк. А это идти в комнату и брать рюкзак. И сделать это так, чтобы не разбудить Кристину. Хотя как будто это будет реально громко. Просто делать всё тихо, и никто не пострадает. Первый кусочек моей миссии и правда прошёл успешно. Удалось пробраться в комнату, никого не разбудить, не привлечь внимания кота при этом, взять рюкзак и так же незаметно выбраться в коридор. Целый квест прям, ух. Но хорошее начало не означает хороший конец. Что грустно. И, более вероятно, будет правдой. Что всё нормально только сейчас, а под конец непременно случится какой-нибудь пиздец. И сердце у меня что-то побаливает опять.. Но мы хотя бы попытаемся. Всё ради встречи с любимым, у-у. Что смешно, на самом деле. Как он вчера себя вёл, и что сегодня. Сам настаивает на встрече, ещё и просится прийти ко мне. Заболел совсем? Дурак, блять. Вместо трёх минут я ждал четыре. Просто не хотелось стоять на улице просто так, ожидая, пока Артём соизволит придти. Ну да, я не считал, что он правда доберётся досюда за такое время. Так уж он прям собирается бежать ко мне, ага. Сказки какие-то. Можно было бы побояться, что Артём отчитает меня за опоздание, но, во-первых, с чего бы мне бояться подобного (пусть только попробует). А во-вторых, это будет поводом наехать на него в ответ. Классно, наверное, думать о таком. Это же ненормально. Наверное, впрочем. Я не то чтобы разбирался, но что-то мне подсказывает. По сути, сейчас это всё равно не важно. Я просто хочу увидеться с ним нормально. Может, даже поговорить о чём-нибудь. О его вчерашнем поведении можно, например. Я бы не отказался. Но настаивать не буду, да. Как обычно. Артём уже был возле подъезда, когда я вышел, но наезжать никто ни на кого не стал. Я был куда больше увлечён разглядыванием своего. Кто он мне там. Парень, да? Всё ещё? А то вдруг я чего-то не знаю. Но сегодня он выглядит получше. Поспокойнее даже, я думаю. И что происходит в итоге? Он вчера забыл лекарства принять, а сегодня сразу за два дня глотнул? Хотя это не должно так работать, да и Артём не на антидепрессантах сидит. Или это в прямой зависимости от того, есть ли рядом Кристина? Ой, вот можно без этого? Не то чтобы мне было важно, чтобы они были хорошими друзьями и всем таким. Но Артём не должен её ненавидеть. Я к Рите нормально отношусь, вот и он пусть мою даму сердца уважает. – Зачем тебе рюкзак? – только я подошёл к нему, спросил Артём. Ещё даже не поздоровался, а уже доёбывается. Что за человек. – В магазин сходить. – Сейчас? – Артём сразу напрягся. – Это обязательно? Ну, вообще-то, правда стоило сходить и купить хоть что-нибудь. С другой стороны, это будет иметь смысл лишь в том случае, если я приду после того, как проснётся Отто. Типа, смотрите, я был в магазине. Но если я вернусь до этого, или мы сейчас пойдём к нам, и Артём уйдёт до того, как все проснутся, то всё нормально, и никуда мне идти не надо. Только вот это никак не контролируется, и шанс успеха очень маленький. Учитывая, как судьба меня любит, лучше вообще не рисковать. Но можно постоять тут. Или пойти к Артёму. Тоже нормальный вариант, чего бы и нет тогда? Кстати, да, нормальный же план. – Желательно. – А, да ладно, – Артём мотнул головой. – Пошли. – К нам? – А куда ещё. – А мы тут постоять не можем? Артём вскинул одну бровь. Ну и выразительный же взгляд у него был. – Там кто-то уже проснулся или что? – Или можно ещё пойти к тебе, – продолжал я. Всё-таки, дурное предчувствие у меня было не просто так? Это что-то значит. Что не надо нам туда идти, Артём, ну давай ты хотя бы раз всё нормально сделаешь. – Не сейчас. Сейчас нельзя. Ну вот почему, ну ёб твою мать? Всегда можно было, а сейчас вдруг стало нельзя? И вот как теперь думать, что всё будет нормально? Когда такое происходит. Всё будет как угодно происходить, но не хорошо уж явно. Артём, давай постоим на улице.. – Да что случилось-то? – он уже начал злиться. – Мы же тихо и быстро. Никто не узнает, что я там был. Хотелось бы верить, но ага. Это не так работает, я уже выучил за семнадцать лет. И если мы пойдём туда, там непременно какая-нибудь срань случится. И стоило бы, конечно, настоять на своём.. Но ладно. Кто не рискует, тот не пьёт. Не причина, конечно, хуйню творить, но а как иначе. – Ладно, хорошо. Я ещё об этом пожалею, но когда мы всё делали по уму. Да никогда. Хотя я сейчас очень неправильно делаю. Блин, ну правда. Если знаешь, что это закончится дерьмово, то, может, не стоит это делать..? Арсений, тебе не пять лет, почему ты страдаешь всякой хернёй? Прекращай давай и не веди никого никуда. Не надо. Отто не одобрит. Наедет ещё на тебя потом. Он и так меня угнетает своим тяжёлым взглядом всё время, мне уже страшно из комнаты выходить в лишний раз, а тут ещё к ситуации добавится вот это. После вчерашнего же ещё.. Не знаю, он просто так недобро оглядел нас с Кристиной, когда мы чистили зубы после всех дел. Логично, мы делали это в ванной, и тут Отто такой выходит из комнаты матери. И смотрит на нас так подозрительно. "Вы что делаете, блять?" – как бы спрашивал он. Исключено, что он мог что-то услышать, потому что всё было тихо, но он всё равно так нас разглядывал. Возможно, конечно, это из-за того, что ему показалось странным то, что мы во второй раз чистим зубы, и типа это странно, но чёрт его знает. Так он ничего не спрашивал. Пока. Возможно. Может же доебаться в любой момент. А может и нет. Надеюсь, что он не придал этому никакого значения, и мы просто забудем об этом. Четыре дня же уже осталось, ну боже. Можно они пройдут спокойно и всё будет хорошо? Они уедут, и мы забудем об этом, как о страшном сне. И стоило бы не осложнять ситуацию и не вести к нам домой никого.. Но вы только посмотрите на лицо Артёма. Он же меня сейчас точно убьёт. Но вот нет, а что такого у него дома происходит, что мы не можем пойти к ним? Алексей Валерьевич давно проблемой перестал быть, ну и что в таком случае? Хотя вот пьяный Алексей Валерьевич.. Хотя это неправдоподобно. Откуда он тут взялся, ещё и пьяный? Даже если бы он приехал вчера, он бы уже протрезвел за ночь. Я просто не думаю, что в шесть утра, и он уже снова пьяный. Ну что за бред, Артём, что ты от меня прячешь там опять? Не доверяешь мне, блядина? Ну я тебя понял, в общем. – Ну так и будем стоять? – Всё же, это плохая идея. Я хотя бы попытаюсь. Снова. Все мы знаем, чем это закончится, но да. – Блять, Арсений. Не дури. Арсений хочет подурить. И не хочет страдать только потому, что ты мудак недальновидный. Ты плохо знаешь Отто. И какой я неудачник. – Пошли давай, – затолкав меня к двери, прорычал Артём. – Нормально всё будет, никто не умрёт. Я умру. Сердце остановится нахрен и всё. Ему и так нехорошо в последнее время, а тут ещё и предвещается срань какая-то. Как тут не умирать, скажи мне? Будет вообще забавно, если мы сейчас зайдём, а там уже жизнь началась. И Отто такой сразу с порога: "Привет. А это что за мудак с тобой". И всё, пока, Арсений. Мда, из-за Артёма мы сейчас так рискуем. И нет бы вести себя как нормальный человек, да, Сений? И не вешать вину на всех подряд, и делать всё нормально самому, чтобы не ныть потом и не страдать. Но конечно же мы не будем. Без страданий ведь и жизнь не жизнь? Значит, будем огребать. Но дома всё было тихо: никто не шумел на кухне, все двери были закрыты, как и до моего ухода, а Бисквит с ехидным ебалом сидел в коридоре. Я почти сразу же при взгляде на него решил, что лучше будет забрать его с нами на кухню. А то я его знаю. Он сейчас как начнёт в двери ломиться, перебудит весь дом. Нет, спасибо, котик, давай ты хотя бы раз в жизни сделаешь вид, что любишь меня. – Опять будешь с котом жамкаться у меня на глазах? – закрывая за нами дверь на ту же кухню, спросил Артём. Я очень захотел кинуть в него что-нибудь, но как-то не было средств под рукой. Не Бисквита же кидать? Это было бы очень странно. – Сейчас бы людей к котам ревновать, – хмыкнул я, отпуская животное на пол. И нет, это делалось не ради Артёма. Просто не хочу шерститься, да и Бисквиту это вскоре бы надоело. Ну, сидеть у меня на руках. Он же у нас такой. Не терпит вторжения в своё личное пространство. Ну, когда это делаю я, конечно. Остальным можно. – Я не ревную. Ой, ну да. Не ревнует он. А "у меня на глазах" ты просто так добавил типа, да? И я помню, как ты осенью заагрился на Бисквита просто за "высокомерный" взгляд. Не ревнует он, м-м. Ни разу. – В чём тогда проблема? В следующий раз, когда ты будешь с вашими собаками няшкаться при мне, я тоже подойду к тебе и скажу.. Что-нибудь. "Алло, ебать". Я же к тебе пришёл не чтобы ты собак гладил, правильно? Ещё и у меня на глазах, у-у. Кошмар, как вообще так можно? Прекращай. Артём, конечно же, не нашёл, что можно сказать на это, так что просто решил перевести тему. – Ты разве не говорил, что они уедут уже через неделю? А какая разница, скажи мне? Отто же всё равно планировал оставаться до восемнадцатого, а именно он мне по шее отвесит за то, что ты здесь. Кристина с её батей тут вообще вторые лица. Речь же про них тогда шла, что это они хотят уехать. Но в итоге все засели тут. – Если бы кое-кто хоть иногда меня слушал, то знал бы, что они поменяли планы. Я ещё когда тебе сказал об этом? Но конечно, зачем слушать Арсения, когда можно позже использовать это как повод для наезда. – Когда я, блять, тебя не слушал? – спросил тот, скрещивая руки на груди. Особой злости не ощущалось, тем не менее. – Тебя никто не слушает внимательнее меня. Правда только на половину. На первую, что меня никто не слушает. Вторая – пиздёж, фраза в целом – тоже. Артём издевается надо мной опять просто. Делает вид, что я ему важен, когда на самом деле нихуя. Думает, что это смешно, да? Хотя чего бы ему и не смеяться. Урод, блять. Не думает, что мне может быть больно с таких шуточек? Хотя что ему до моей боли. Это же прикольно – нервы мне трепать. Мне порой кажется, что только ради этого я ему и нужен. Ну, есть же такая тема, что некоторые люди нарочно издеваются над другими людьми, чтобы посмотреть на их реакцию. Не знаю, правда, на что там Артём смотрит, но, может, он просто как-то по-другому это. Он же психопат. У них свои методы и особенности в таких делах есть. – Ебать я бы себя привидением чувствовал, если бы это было правдой. Ну, если бы Артём слушал меня внимательнее остальных. Остальные тогда бы меня вообще не замечали. Я бы такого не пережил. Артём фыркнул, отворачиваясь ненадолго, но быстро перестал кривляться. – Но уже немного осталось. – Да-а. Это даже радует немного. Только я сказал это, как мне тут же стало стыдно – с чего я вдруг решил, что могу грузить человека своими мыслями? Ему как будто интересно? Или что я вообще думаю о себе. Арсений, кошмар. Начинаем считать, что кому-то не похуй, что и о чём ты там думаешь? Надо упрекающе поцокать на себя. Нельзя так делать. – Да не немного, – усмехнулся Артём. – Надо будет отметить. Так, я тебе отмечу. – Сразу занервничал, – ему это даже смешным показалось. – Да шучу я. Всё будем отмечать после пятнадцатого. Или в апреле. Сразу за все поводы. – Опять будешь блевать потом. Пора ему завязывать пить алкашку чайными кружками, мне кажется. Ну правда. Он так себя доведёт до чего-нибудь плохого. Хотя каждый раз и так заканчивается одним и тем же: "Пойду, побуду поближе к туалету" и поиском анальгина с утра пораньше. Ничему жизнь человека не учит. Я уж не ною ему о том, что анальгин – это хуйня лютая, и принимать его вообще не стоит, иначе Артём меня бы уже давно возненавидел. Но о желудке своём подумай, пожалуйста. И не только о нём. Пора бы уже. – Ой, скажи спасибо, что я хотя до туалета дохожу, а не прямо в комнате или в коридоре себе высказываться даю. "Высказываться", блять? Хотя, кажется, это уже так называли. Когда Ковальского вырвало, Артём говорил об этом как "высказал мне всё, что думал". Но вообще да, что в нём и хорошо, так это что он хорошо себя "чувствует" и понимает. И всегда вовремя может понять, когда ему лучше уйти. Не знаю, как это работает. Но это просто отлично, на самом деле. По крайней мере, если бухать с ним, то утром не будет неожиданных сюрпризов. И убираться не надо. Хорошо же? Просто отлично. Мда, тяжёлая жизнь подростков-долбоёбов. Я уже начинаю хотеть забыть, как её жить. Як мине всьё заибало.. – Спасибо. – Не за что, – Артём махнул рукой, смущённо отводя взгляд в сторону. Милаха такой. Можно я его обниму? Дверь закрыта, успею отойти, если вдруг кто-то зайдёт.. – Хочешь чай? Ай, нет, будем всё, как обычно, делать. Никто же не ел с утра ничего, скорее всего. Ну, я точно, не знаю, что там у Артёма. Во сколько он вообще встал, кстати, и почему вообще так рано, если у него выходной сегодня? Или нет? Да даже если и рабочий день, то какая разница? Он всё равно рано проснулся, это ненормально. Нет бы поспать. Тем более, что он так устаёт, у-у. Бедненький. Но сегодня, да и вчера, в целом, тоже, он не так уж и плохо выглядел. Разве что очень недовольным. Но сегодня и того нет. Ну конечно, отоспался же. И сейчас готов весь день пахать, да? Молодец. – Ой, не, – Артём мотнул головой. – Не хочу. В смысле – не хочешь? И что нам делать теперь, ты думаешь? Ну пиздец, Артём. Все планы убил. – И разве потом Отто не догадается, что я был тут? Типа у-у-у, две кружки. Он издевался сейчас, так что я слегка разозлился. Будет тут ещё подъёбывать меня, пёс старый. Ты его не знаешь, и ещё что-то пиздишь про него и про меня, какой я параноик, и как это смешно. Ха-ха-ха, Артём. По лицу сейчас кто-то получит. – Я бы помыл. А Отто может и по чему-нибудь другому это понять. Он же у нас детектив ебаный. Волос у тебя на одежде найдёт, сломанный ноготь на полу разглядит, следы на коврике рассмотрит, запах чужой учует, что стулья сдвинуты заметит. Как нехер делать вот вообще. Артём просто не понимает всей ситуации, и чем это может закончиться. Наивненький глупый мальчик. Начинаю даже хотеть, чтобы они встретились, и Отто показал ему, что из себя представляет. Ещё и чтоб прям во всей красе, чтобы никаких сомнений не осталось. Но это обещает кончиться хуёво, так что я лучше думать об этом даже не буду, чтобы не сглазить. Хотя как будто это поможет. Это же явно случится, да? Ещё и сегодня. Так что всё, Артём, готовь жопу свою. Это время убеждаться, что я на самом деле не какой-то там долбоёб, а всё на самом деле плохо. А то гляньте на этого умника. – А чё, а где кисятки? – Кисятки? – не понял я. Во-первых, какие нахер кисятки. Если у нас дома есть кисятки, то почему я об этом не знаю? Во-вторых, было странно слышать такие слова от Артёма. Он опять упоролся? Что за хрень? – Вы же с Елисеевым договаривались. Что вы заберёте скольких-то. – А, ну да. Но Гера ещё даже не родила, кого там забирать? Но я жду, да. Усердно и интенсивно. – И где они? "Кисятки", блять, алло. Артём, твою мать. Тебе не идут такие слова, ты не должен их использовать. – Ну, пока в кошке. Заберём, как подрастут. – А он вообще про вас помнит? – Да. Мы даже разговаривали недавно. И что за допрос вообще? К Бисквиту меня поревновал, теперь решил к Елисееву? Ну, там хотя бы повод есть. И Елисеев не кот, с ним можно и поделать что-нибудь не то. Но ты не переживай, Артём, никуда я от тебя не денусь. Хотя не думаю, что тебе не похер, но хотя бы притворимся. – Но это по сути не быстро. Пока кошка родит, пока котята станут более-менее самостоятельными. – Миленько, – протянул Артём. Кажется, он не в особом восторге был. Хотя с чего вообще ради он как-то реагирует на это? Как будто я в его квартиру животных тащу, и при этом у него лютая аллергия. Мои котятки, пусть сходит нахер. Или он уже и к ним успел приревновать? Боже, что за бред.. Это глупо. Как когда женщина после рождения ребёнка начинает уделять всё внимание ему, и мужик бесится с этого. Только ребёнка-то ещё нет. Мда, мы просто долбоёбы оба. – Пошли на балкон? – вдруг предложил Артём. – Там прикольно. Я очень хотел узнать, почему, но так и не спросил. Хотя это и бессмысленно. Как можно объяснить, почему тебе кажется прикольным находиться где-то? Объясни человеку, почему тебе нравится какая-то еда. Нравится и всё. "Потому что вкусно, блять". "Потому что прикольно, блять", и отъебись от меня. Это не имеет смысла. Тем более, это связано с улицей. Я никогда не смогу понять, что хорошего в том, чтобы выходить из дома. Даже если просто на балкон. Вообще не важно. Но раз Артём хочет, то что поделать. Хотя я всё равно не понимал, зачем это нужно. Стоять рассматривать красивый внутренний двор? Ага. Жаль только, что всяких шлюх не получится послушать. Как и стать свидетелями спидозных разборочек, но то ладно. Думаю, Артём не расстроится. А то пару дней назад тут такой треш был. "Ух, бля" просто. Мы с Кристиной посмеялись. Ну, так. Она посмеялась, я про себя хихикнул. Каждый посмеялся в меру своих возможностей, м. Артём сразу же прошёл к окну и уставился куда-то вниз – типа там что-то интересное есть. Я в это время больше был отвлечён на Бисквита, который зачем-то пришёл сюда за нами. Ну, как. Когда я только открыл дверь на балкон, он резко рванулся сюда, будто ему срочно нужно было здесь оказаться. Наверное, опять эти непонятные кошачьи замашки. Никогда мы друг друга не поймём. – Что он от меня хочет? – спросил Артём, когда Бисквит подошёл к нему и громко, протяжно мяукнул. – На руки просится. Он любит это дело. По крайней мере, недавно начал. Теперь, когда кто-то выходит на балкон, Бисквит всегда прибегает и просится на руки. Может, это он так скучает по свободной жизни? Когда можно было спокойно выходить на улицу в любой момент, гулять, дышать свежим воздухом. Не то что сейчас. Так хоть из окошка на природу посмотрит. Не знаю, правда, какая тут природа. Убогий внутренний двор (хотя летом ещё не так страшно, надо признать), какая-то стрёмная огромная коробка, перекрывающая весь обзор.. Бедный Бисквитик. Никогда вообще не понимал, в чём прикол держать животных в квартире, но вот. Вынужден наблюдать за страданиями одного. – Типа, в окно смотреть? – догадался Артём. Лицо он нахмурил, но котика на ручки всё равно взял. Хотя как он мог этого не сделать? Это же котик. И когда он сам прибегает к тебе и просится, как можно ему отказать? Надо быть конченым уродом. Ну, я просто подыхать от счастья готов каждый такой раз. Кто-то меня не понимает, может, конечно, но я просто буду считать, что с этими людьми что-то не так. Аллергия или детская травма, почему они теперь не выносят кошек. Маленьких. Пушистых. Мурчащих. Мнущих тебя лапками. – Ну ебать, ты мне сейчас порвёшь там что-нибудь, – Артём, видимо, оказался не ценителем последнего. Ему футболка и её целостность дороже. С кем я общаюсь, господи. Трачу на этого человека лучшие годы своей жизни, а он не может моего кота потерпеть. Слышь, ты, ебать. Это как называется? Я должен любить твоих собак, но ты не можешь моего кота пару секунд потерпеть? Артём переложил Бисквита у себя на руках, чтобы тот по-прежнему мог смотреть в окно, но не прикасался к нему лапами. Ну, то есть, просто уложил себе на руки, как ребёнка. Аха-х. Но я хотя бы их в прошлом положении успел зафотать. Как Бисквит с довольной мордой лежит головой у Артёма на плече и мнёт его лапками за то же плечо. Так мило. Хоть на рабочий стол ставь. Артём и котик. Что ещё для счастья надо. – Я вижу свой балкон. Мне тебя только поздравить с этим остаётся. Ну, и что у вас в квартире два балкона. Это прикольно. Не знаю, правда, почему, но кто-то явно должен оценить такое расположение вещей. – Можем разговаривать, – продолжал Артём. – Тут такая акустика, что пиздец всё слышно. Да, я уже заметил. Опять же, спасибо всяким быдло-школьникам, которые вечно прибухивают вон в том углу. Их разборки эти два дома слышат просто ну прекрасно. Я, конечно, не то чтобы разбирался в физике, но, вроде как, так получается из-за расположения домов. Этакий амфитеатр, ебать, ну. Суровые сибирские оперы. Ебанатство полное. Представив себе что-то подобное, я про себя хихикнул. Это будет смешно – если кто-то и правда будет переговариваться таким образом. Это же.. Ну ебать. Опять все два дома будут знать, что у вас происходит. Это такой рак. Местным бабушкам привычнее слушать разборки всяких школьниц, а не двух парней. Хотя должно же быть разнообразие хоть какое-то? Да и где презентация однополых отношений, а? Вот поэтому в России все такие гомофобы. У-у-у, плохая Россия. – Даже не смешно. – Да шучу. Хотя знаешь, есть же тема со стаканчиками. Типа, ниткой их связываешь, и они начинают работать по типу телефона. Это разве не для детсадовцев прикол? Я помню, у нас что-то такое делали.. Но это же не работает на самом деле, да? И весь подвох в том, что вы просто в одной комнате или недалеко друг от друга, так что можете слышать друг друга и так, без всяких там стаканчиков. Похеренное детство. – Просто купи себе уже телефон, блять. Хоть как нормальный человек будешь ходить. Серьёзно, Артём, если вы при деньгах, то это вообще не нормально, что у тебя нет телефона. Это даже смешно, на самом деле. Вот тот же наш класс взять, да? Ну, по крайней мере, мне рассказывали, что был там товарищ, который тоже ушёл после девятого. Такой вот типичный мажор, всегда с последними айфонами, но при этом из бедной семьи. И мне вот интересно. Он знал, что у Артёма в семье происходит? А то странно это. Когда собак за сорок, а то и больше, косарей его батя покупает спокойно, но у самого Артёма нет даже телефона. Хотя, скорее, даже если бы тот чел об этом знал, ему было бы похуй. Хотя.. Мало ли. Я вообще удивлюсь, если они разговаривали хотя бы раз. Но можно, в целом, узнать у Артёма, какие отношения у них были. Скорее, там будет наша классика: "Ну мы не сильно общались, так, иногда на контрольных разговаривали или на перемене стояли в одной компании". И всё, больше никаких взаимодействий. Несмотря на все попытки Татьяны Викторовны сблизить класс и убрать все эти компании, ага. Кто бы сомневался, что у неё нихуя не выйдет. Мы же только на словах все такие из себя пиздатые и охуенные, блять. – Деньги ещё на тебя тратить, ага, – фыркнул Артём. – Да и что за хуйня. Нам и так разговаривать не о чём, а если это ещё и через телефон будет происходить, то мы вообще молча сидеть будем. – Так мы и в реальности это делаем. Почему только через телефон. Нам это не помеха. – Ну а я о чём. И телефон для этого покупать как-то тупо. – Его же можно будет использовать не только для разговорчиков со мной. Артём втянул голову в плечи, недоумённо на меня уставившись. – А зачем мне покупать что-то, если это нельзя будет использовать для разговорчиков с тобой? Вот, вот опять он начинает херню нести. Ублюдина. Только вот на этот раз он не так хорошо выбрал момент. – Неуместно. Плохо совмещается с исходной фразой. И смысл ты тоже потерял. Два, садись. Даже не "Удовлетворительно". – Да блять, – шикнул Артём. – Хотел тебя подъебать. Ну я и так понял. Но в следующий раз согласовывай всё получше. А то мало того, что уже на слух не очень, так ещё и смысла не имеет(!). Я такой хуйни не потерплю. Если и подъёбывать, то качественно. А то посмотрите на него. Подгоняет мне тут непродуманные шутки. – Так забавно, – Артём усмехнулся, – ты как ворд, который ошибки помечает. Типа, "Хуёво построенное предложение, мудак ебаный, ты что, жопой думал, поменяй его". Артём пару раз хлопнул рукой по стенке рядом, изображая так ярость. Ну да, а чего нет. Ворды наверняка видят много некоторого дерьма. Но я сейчас должен на него наехать, по сути. Это он вот так меня видит, да? Ну понятно всё, спасибо. – Согласовывай всё нормально, что за хуйню ты написал, блять? – продолжил шутку я. – Ты думаешь, это уместно сейчас? Ты конченый? Что за шаблонные ситуации и фразы? Ещё больше клише добавь, нам их тут как раз не хватало. – Надо запилить программу на основе твоего разума. Будет оценивать тексты. Да она не только их оценивать сможет, как бы. Другое дело, что она заебётся и самовыпилится вскоре после запуска. Учитывая то, какой я искушённый читатель/зритель/слушатель, и какая у меня выносливость всякой хуйни в жизни. Хотя ещё же можно будет запрограммировать, чтобы она не сливалась после пяти минут работы со словами "Я так больше не могу, уйдите..". – "Всё хуйня, Миша, давай по новой". Вот так она будет всё оценивать. Меня всем подряд не корми, ага. – Критик диванный, – Артём тут же решил и поиздеваться. – Только обсирать всё и можешь. А что поделать, оно само. Но я хотя бы себя самым умным не считаю. Хотя сейчас я в небольшой прострации от осознания, что от Риты я мало чем отличаюсь. Она тоже всех обсирает, и я типа такой: "Но ты не може-е-ешь..", а потом: "Ой, как же всё хуёво у людей, что они придумывают *вот такие* отсосные сюжетные повороты". В общем, ладно. Мы оба долбоёбы, которым всё вечно не так. И Кристина с нами. Эта вообще, небось, на разработчика игр и пошла, только чтобы годные штуки для себя пилить. "Кто, если не я, будет давать этому миру годные игрули". "Одно дерьмо в релизах, ну вот что это, даже деньги не на что отложить. Зато вот мои идеи..". Как-то так. "Этому миру нужен герой". Кристина на него выучится сейчас, и ка-а-ак начнёт. Закидывать нас всех годным контентом. Буду ждать. Возможно, даже участвовать. Если про меня не забудут. Я не удивлюсь, если честно, если это случится. – А нечего создавать то, что можно будет обосрать. Как же мне не нравится это слово, блин. Но и замены никакой нет. "Унизить"? "Раскритиковать"? Слишком серьёзно и длинно, мне такие слова вслух произносить крайне не рекомендуется. Не смогу же, с моей-то.. Чем-то там. "Расстройство речи". Я так и не узнал название для этого. Но и похер, как бы. Я же не собираюсь перед людьми выёбываться, что смотрите, какой я классный, у меня после сотрясения в мозгах что-то поехало, и теперь я не могу нормально разговаривать. Ну, ладно, не всё так плохо, но сложные слова мне лучше в речь не помещать. А то запнусь где-нибудь, не так скажу, и всё. Надо мной посмеются, а я потом буду неделю унывать и хотеть умереть. А в "раскритиковать" ещё же и "р" есть. У меня как раз в последнее время на почве постоянной тусни с немцами началась вечная путаница. Теперь надо или контролировать себя в процессе произношения всех слов с ней, или вообще убрать из лексикона все слова с "р". Тяжела жизнь картавого долбоёба. И под долбоёбом я сейчас имею в виду свои проблемки, а не то, что я веду себя как-то не так. – Да в любом же случае найдётся пара недовольных, которые будут сидеть на диване и бомбить "Что за хуйню я прочитал сейчас". Или "Что я посмотрел или прошёл", в твоём случае. Слышь, ты, защитник угнетённых и обиженных. Нет, мне реально не нравится, что Артём иногда свои левацкие замашки проявляет. Можно не при мне хотя бы? А то реально обидно будет расходиться не из-за какой-нибудь там херни, а из-за политических убеждений. Хотя никто ничего сейчас не сказал даже, а я опять свою политику пихаю везде. Присутствие рядом Отто плохо на мне сказывается. Уже бредить начинаю. Из серии тех ебланов, которые любой разговор перетянут на себя или на какую-то другую свою любимую тему. Это как та Кристинина подруга, м-м, Сесил, вроде, её звали. Начинаешь обсуждать при ней фильм какой-нибудь, и тут какой-то шум из помойки: "А там ма-а-ало женщин! А те, которые есть, сексуализированы! У-у-у-у! А все мужчины идеальны! И ни одного чёрного в касте! Вы представляете? Они не думают о меньшинствах". Или как та, как её звали-то, блять. Антон. Да, Антон. Подружка Ковальского какая-то. Начинаете обсуждать сериальчик по книге, который планируют снимать. И тут недовольное урчание из угла: "Весь каст будет белым..". Да ебать тебя в корень, сука. Ты девочка из России. Российской Федерации, понимаешь? Сибири. Томской области. Какое тебе вообще дело до того, будут ли в сериале чёрные или азиаты? У тебя своих проблем, что ли, мало? Иди уроки сделай. Или мусор рассортируй, леваки же любят делать вид, что заботятся о природе. Интересно вот только, поедание ими овощей не считается за каннибализм? Так, ну всё. Заканчивай. Заебал гореть из-за всякой хуйни. Побереги нервы для себя хотя бы. А то так доведёшь себя до чего-нибудь. А нам не надо. – Не хавать же всё подряд, – хмыкнул я. – Это не прикольно. – Поэтому надо до всего доебаться. Я посмотрел на него, пытаясь вложить во взгляд как можно больше недовольства. Сейчас до тебя доебусь, будешь много издеваться надо мной. Хотя по сути, норму он уже выполнил, и повод у меня есть. Где там мои списки по доёбам? – Как у тебя дела? Артём это ненавидел, так что я спрашивал именно это и именно вот так. Хотя вопросов у меня было чуть больше, чем дохуя. Что он вчера Рите покупал, или куда вообще уходил, например. Или чем они были заняты, когда заперлись у него в комнате. Это после вот этого к нему теперь нельзя, да? В чём дело, и что не так с его квартирой вдруг стало? Ещё мне очень интересно, как он относится к Кристине и на чём это основано. Он так себя ведёт чисто из принципа, потому что она ему не нравится чем-то, или что? Какие причины у этого? Я хочу знать. Ой, Артём, зря ты это начал. Я же тебе сейчас все мозги выем, ты что делаешь. – Опять Арсений доебался, – приставив руку ко рту, протянул он. Хотя ничего ещё и не было, по факту. И да, он подал мне новый повод для доёба. Уху-ху, Артём, уху-ху. – Руки хоть помыл, блять, кота ими трогал, теперь за лицо себя же. Совсем тупой? Артём не любил и это – когда его подъёбывали по поводу и без. Собственно, опять же, только поэтому я сейчас это и делал. Хотя можно сказать, что я так типа волнуюсь. Или просто забочусь о своём будущем. Как-то нет желания слушать нытьё о том, что ему опять стоматит мешает нормально функционировать. Ну серьёзно. Хуже женщины, которая садится на диету, потом обжирается и ноет всем, что "бабья доля нелегка". – Всё, заткнись, пожалуйста, – Артём говорил на удивление спокойно, и я аж испугался на секунду – неужели перестало работать? Ну блин. А я так надеялся позлить его. Артём с таким прозаичным видом отвернулся к окну, что я даже не решился продолжать. Да и что там – даже просто разговоры сейчас казались неуместными. Как-то, ну.. Просто не к ситуации, ладно. Может, как-нибудь в другой раз. Но я всё ещё начеку, да. Одно неверное слово, Артём. Только повод дай. – Вот хочу на тебя наехать, – вдруг заговорил он. – Но потом понимаю, что, в целом-то, всё справедливо, и как-то уже неловко что-то тебе высказывать. Как мило, боже.. Ты реально думаешь, прежде чем говорить мне что-то.. Нет, я правда аж опешил с таких откровений. А когда поймал себя на мысли, что жду от Артёма объявления, что он шутит сейчас, слегка посмеялся с ситуации. Коротко о том, как у нас всё классно. Когда Артём, глубоко вздохнув, двинулся ко мне, я по привычке отошёл назад на пару шагов. "Из инстинкта самосохранения", так сказать. Нет, это правда само собой вышло, я даже не думал ни о чём. Мой мозг не наебёшь. Он знает, от чего и кого можно (=нужно) ждать опасности. – Обними меня, – попросила Опасность. – Будем как пара с ребёнком. Ну вот, теперь Артём проникся родительскими чувствами к котику. Хотя он же издевается, чего это я. Да и я против таких раскладов. Был бы кто-то из нас девушкой – хоть сейчас съезжаться. Но так.. Два парня.. Фу. Как быстро я уже всё на жизнь вдвоём переместил. Артём просто попросил его обнять, а я уже всё, улетел. Стыдно, Арсений, стыдно. – Нельзя обниматься. Вдруг кто-то увидит. – Ну да ёб твою мать, – недовольно протянул Артём, слишком громко, так что я тут же шикнул на него, чтобы замолчал. Или пиздел потише. Хотя мы же на балконе, с моей комнатой он не сообщается. Так хотя бы был риск, что Артём может своими воплями Кристину разбудить, но ничего же не случится? Или нет, и я правильно всё делаю? Сложно. Но вот до комнаты матери шум вряд ли дойдёт, это точно. А это главное, по сути. Лишь бы Отто и Феликс не узнали. Хотя и перед матерью палиться не стоит, но это относительно не страшно. Главный пиздец сейчас – это Отто. Конечно же. Жду, когда он появится уже и разнесёт тут всех. Нам нужна кровь. И зрелища. На самом деле, нет, никому они тут нахер не сдались, но кого это волнует, боже. Закон подлости всегда работает. Так вот и не верь потом в карму и прочее дерьмо. Ну правда же. Не то чтобы ты религиозный или суеверный человек, но вся твоя жизнь – один сплошной повод задуматься, что какие-то Высшие силы явно тебя за что-то недолюбливают. И как так жить. – Вот тебе кот, – Артём попытался передать мне Бисквита, но я даже не двинулся. – Держи его. А я тебя обниму. – Нет. – Блять, это твой кот. Моей матери, попрошу заметить. – Он мне ебало разнесёт. Это он у тебя на руках такой спокойный. А я сейчас его возьму, он немного полежит и начнёт бесоёбить. Хотя как будто кто-то серьёзно пострадает, но я всё равно не хочу это делать. Руки потом мыть надо будет.. Не хочу идти в ванную. Выключателями щёлкать ещё, двери открывать. Нет, спасибо. Плюс, в локации "Коридор" стали частенько появляться новые мобы. Они мне не нравятся. – Я тебе ебало разнесу. Бери кота и стой смирно. Надо запомнить этот момент. В следующий раз, если Артём опять начнёт ныть, почему это я его боюсь или не доверяю ему, я ему как кину в лицо конкретные примеры. Чтобы ебало своё завалил и не выёбывался больше. А то действительно, Арсений. Ты что, идиот? Как можно не доверять этому солнышку? Ну ты реально странный какой-то, я даже не знаю, что не так с тобой. Бисквита Артём отпустил на пол, и даже аккуратно, а не как он умеет, и теперь уже можно было подпускать его к себе. Только осторожно. А то ему сейчас как стукнет херня какая-нибудь в голову, а мне потом будет больно. Во что я только ввязался вообще, боже. Я, наверное, неправильно сделал, что дал ему себя обнять, но кого это волнует, верно? И вообще, имею право. Мы в последний раз.. Я даже не помню, когда мы в последний раз даже находились вот так рядом. Потому что это было аж ещё до пятого числа. Представить страшно. Я уже ныл, что мне дико непривычно расставаться с ним из-за того, что раньше мы чуть ли не каждый день виделись? По-моему, да. Так что не буду снова. Я и так в курсе, что я странный. Когда Артём двинулся, как бы разворачивая нас, я про себя выругался. Ну только не танцы, ну ёб твою мать.. Нормально же всё было, не надо снова. – Можно вот без этого? – Не ной, – беря меня за руку, остановил меня Артём. – Всё нормально. – Кто-нибудь увидит. – Да все спят, господи, – прошептал тот. – Бисквит единственный нас видит. Я развернул голову, чтобы видеть кота. Да, он смотрел на нас, ещё и вот обычным своим взглядом таким, осуждающим. Уёбок мелкий. Ну, может, ему весело или он что-то понимает? Есть же тема, что коты любят смотреть на еблю? Или что-то в этом духе. И как-то же это должно объясняться. Я правда, не уверен, что дело в каких-то сложных мыслительных процессах в их головах. Но чёрт вообще знает. – Спалит нас твоей мамке сейчас. – Тебе смешно, а он как-то раз реально это сделал. Мать сказала мне не сидеть допоздна за компом, я всё равно сидел, так он пошёл к ней в комнату и своим мяуканьем её разбудил. Логично, она решила, что что-то не так, встала и пошла давать мне пиздюлей. Вот и думай потом, что кошки тупые и ничего не понимают. Он знал, что делал, я в этом уверен. И делал это мне назло. Коварный уёбок. – Вот ублюдок, – Артёму это всё ещё казалось смешным. – Но сейчас же дверь закрыта. Он не сбежит. А если у них с моей матерью есть некая незримая связь? И он сейчас отправляет ей сигналы, и она проснётся из-за них, и придёт сюда? – В крайнем случае, тут есть шторки. Да, шторки – наше всё. Главное только услышать, когда сюда кто-нибудь зайдёт. А там уже только отойти друг от друга – дело секунды. То и меньше. Я очень надеялся, что со всеми этими разговорами Артём забудет о своих планах на меня, но нет – всё он помнил. И всё он хотел продолжить. Внутреннее недовольное урчание просто. Что ему вечно надо от меня? Это правда так прикольно – с людьми танцевать, или что? Я просто не понимаю этого. И зачем Артёму всё это нужно, я искренне не понимаю. Давно он начал страдать этим? Хотя да, как бы, уже бывали моменты, что он начинал танцевать вдруг, но.. Но всё равно каждый раз ною, как в первый. Ну не нравится мне это, господи. Как ещё я должен реагировать. И вообще, разве у Артёма не должно быть детской травмы по поводу танцев и всего такого? Ему же не нравилось ходить на хореографию. Вот пусть и не тревожит свои детские кошмары. И мне мозги не ебёт. Господи, вот как представлю, как глупо мы со стороны смотримся, так аж сердце прихватывает. – Расслабься, – наклоняя меня назад и так же склоняясь ко мне, сказал Артём. Меня реально напрягал его спокойный голос и тон, и от этого только хуже становилось. – В смысле, блять, расслабься, – ещё больше занервничав, спросил я. – Ты меня сейчас уронишь, и мне будет больно. Это я внезапно понял, в чём дело и ради чего Артём всё это затеял. Меня не проведёшь, м. – Арсений, – недовольно прошипел Артём. – В чём проблема? Он всё-таки решил вернуться в полностью вертикальное положение, так что я слегка унялся. Но не полностью. – Это стрёмно. Это о происходящем в целом. Прям вижу, как ущербно мы со стороны смотримся. Ну и да, я не люблю танцевать. Даже делать что-то вроде этого. Ненавижу просто, так что будь добр, оставь меня в покое. Ты же не доставать меня сюда шёл, верно? Или не верно. Но даже если так, то пусть сходит нахер. С батей своим потанцуй дома. Или с Куртом. Он не откажет. – Знаешь. Выпускной класс.. Я почему-то сразу вспомнил уже упоминаемого сегодня Елисеева. Он же, получается, не с нами больше? Это было слишком внезапное осознание, и слишком грустное. Нет, я правда немного даже расстроился. И как теперь в школу ходить вообще? Меня даже не столько смущает то, что теперь мы занимаем их место, и вообще будем являться выпускным классом. Но Кирилл. На кого он нас оставил? – .. ставили танец, ну, на выпускной. И тоже. Все бабы как брёвна, вот правда. Спасибо, дорогой. – Вызвались танцевать, а сами двинуться не могут нормально. Так, ну я сейчас не вызывался танцевать. Претензии свои при себе оставьте. – Стесняются, – хмыкнул я. – Это нормально, типа. – А соглашаться тогда нахуя было? Вот это уже хороший вопрос. Предлагаю спросить у тех девушек, а не доёбываться до меня. И я вообще не понимаю, как ты это к настоящей ситуации приплёл, но постарайся придумать что-нибудь более-менее логичное, пожалуйста. Мне и так больно, не порти мне настроение. – Но всё же нормально прошло. Не то чтобы я знал, но скорее всего. Не то чтобы меня волновали выпускные, ещё и даже не моего класса. Но от осознания того, что весь следующий год нам будут ебать мозги с этим, мне не очень хорошо сейчас стало. Мы все должны будем участвовать в танце? Вот прям до единого? Или хватит несколько человек. Мне просто интересно, какой шанс у меня избежать этого дерьма. – Ну да. Вот и ты не нервничай. – А какая тут связь вообще? – не понял я. Артём не стал отвечать, только снова попытался наклонить нас. Но тут мне показалось, что пора бы уже перестать строить из себя бедного несчастного мальчика, которого заставляют делать что-то, что он не хочет делать, и хнык-хнык, и всё плохо. При том, что с Артёмом по силе мы примерно равны (не хочу выёбываться просто, м), получилось даже обойтись без драки. Просто перестать быть амёбой и напрячься хоть чуть-чуть. – Ну вот. "Ну во-от" тебе, блять. Нет бы нормально всё делать, будем ебланить как обычно. С чего тебя вообще так пробило на эту муть? Долбоёб. Точно препаратами упоролся, вот и веселится теперь. – А ты же занимался этим, нет? – внезапно вспомнил Артём. – Где твоя грациозность? Снова слишком внезапные смены темы разговора. Я аж потерялся на секунду. Чем я занимался? Потом дошло. – Тебе самому не смешно? Посмотри на меня. Какая, нахер, грациозность? Ты бы ещё пошёл в качалку, к типичным таким суровым сибирским мужикам, которые дыханием могут грелку порвать, и им бы что-то такое сказал. Примерно то же самое. По крайней мере, по параметру "грациозность" мы с ними явно на одном уровне. – Да ладно, – Артём наконец оставил меня в покое. – Почему ты ушёл, кстати? А вот это уже личные вопросы. И можно было и самому догадаться. В конце концов, предельно известный факт из своей биографии. – Ну, я тогда отовсюду уходил. Со школы и оттуда. Когда тебя кроет и ломает, как в последний раз, как-то не до танцев. – А, бля, точно. Я забыл. Мда? Самое главное в моей жизни, и забыл? Ну ясно, Артём. Молодец. – Можно покурить тут? Слив засчитан, дружок-пирожок. И почему на улице это нельзя было сделать? Как бы, без разницы, всё равно пахнуть будет не так сильно, но блин. От самого Артёма же будет потом дымом нести. Даже рядом не постоишь. И руки воняют после этого пиздец как. А то он как-то трогал меня за лицо после этого, так я чуть не сдох там – так пахло ужасно. Но не важно. Просто в тот раз он курил не как обычно. А "обычно" он не часто берёт саму сигарету в руки. И после этого от этих самых рук не так несёт. Вот, да. Да и с чего я вообще взял, что потом он будет стоять рядом или даже трогать меня. Сейчас это вообще не к ситуации. – Да. – Ты не против? – уточнил Артём. Вот как будто я через силу соглашался. Кури, блять, уже. Раньше начнёшь, раньше закончишь. А ещё лучше уже прекрати этой хуйнёй страдать. Хочешь в пятьдесят на все восемьдесят выглядеть? Артём, это же не шуточки. Или словишь инсульт в те же пятьдесят. Тебе оно надо? Ты к этому стремишься? Я тебя понял. – Кури уже давай. О, можно доебаться до него. Когда он бросит курить. Отличный план. – Ты не собираешься завязывать с этим? Артём развернулся ко мне, замерев. Нет бы прикурить нормально, потом выёбываться, раз уж зажигалку даже включил. Так вообще говорят..? Похер. Просто зачем газы тратить. Ну, вот эта водичка – это же сжиженный газ, да? Не важно. Закрыли тему. Я не то чтобы любил разбираться, как работают зажигалки. – Теперь ты будешь строить из себя заботливую хуйню? Я тебя сейчас пну, блять. Достаточно заботливо? – Нет. Но сомневаюсь, что ты хочешь сдохнуть в пятьдесят от какой-нибудь не смешной хуйни. Хотя если это твой злой план, то продолжай в том же духе. – А может, хочу? – с вызовом спросил Артём. – В конце концов. Он резко прервался, отворачиваясь и усмехаясь. – Ой, такая шутка, но мне так стыдно это говорить. Да давай, жги уже. Я, если что, вломлю тебе потом, чтобы неловкость скрасить. – Короче, я думал об этом недавно, – начал объяснять Артём. – Типа, вот ты уедешь. И, скорее всего, навсегда. Что-то не смешная шутка. Где смеяться-то. – И даже если ты и вернёшься, то ты пропустишь какую-то часть нашего студенчества. А это же такая охуенная пора. Да скажешь тоже. Я на тебя гляну через года два этой охуенной поры. Как ты сопьёшься с горя, заебёшься, и вот это всё, что там ещё у студентов происходит. Ничего весёлого, в общем, я там не вижу. Артём, ты дебил? Думаешь, студенчество – это бухаловки и веселье? Ага, а сессия сама себя закроет, практика сама себя сдаст и защитит. Еблан, ты Артём, учиться в универе или где-то там ещё – это ни разу не круто. Сериалов меньше смотри, может, поумнеешь. – И блин. От этого так грустно становится. О-о-о.. Артём сказал, что будет грустить, когда я уеду.. Хотя это мои додумки. Он сказал, что то, что я уеду и не буду с ними в эту весёлую пору – это грустно. Ну да, ему будет некому ныться. Хотя у него по-прежнему будет Ковальский – вот уж кто точно не бросит. А вот Рита уедет, тут ничего не попишешь. Хотя это в лучшем случае для неё. То есть, пока ничего точно неизвестно. Может, Отто разрешит поступить где-нибудь здесь..? Просто почему я обязательно должен уезжать. У меня же нет будущего там. Да и здесь тоже, на самом деле, но тут хотя бы люди. "Милые мне". Пожалуйста, можно я не буду никуда уезжать? Я изначально этого не хотел, а теперь ещё и Артём такие вот вещи говорит мне прям в лицо. Е-е-ех.. Хотя звучит так, будто я только ради него хочу тут остаться. Нет. Но пока он вполне существенная причина сделать это. Жаль только, что эти причины ничего не меняют, ха. – Так, а где смеяться? – А, – вспомнил Артём. – Короче, я хотел сказать, что, типа, нахуя мне беречь здоровье, если большую часть своей жизни я не смогу быть с тобой. Ой, да иди ты.. Это было слишком внезапно и слишком мило. Я даже не выдержал, пришлось отвернуться, чтобы успокоиться и не видеть довольное лицо Артёма. Говорю же, ему нравится надо мной издеваться. Он специально говорит такие вещи, блять. Ему нравится, он хочет, чтобы я понервничал. Он вскоре решил продолжить: – Но мне особенно обидно за вот эти четыре, ну, или пять лет. Самое охуенное время. А тебя с нами не будет. Ага, конечно. Не над кем будет издеваться. И время будет не таким весёлым, каким бы могло быть. Я угадал? Ой, да ладно. Просто поумиляйся и не думай о людях плохо. – Что-то теперь на откровения потянуло. Я просто должен был что-то сказать. Как-нибудь обозначить, что мне неловко, и чтобы Артём завязывал с этим. – А ты что об этом думаешь? Ой, вот можно без этого, пожалуйста. Мне и так грустно осознавать свою.. Эм. То, что мне не дают решать в этом вопросе ничего. А теперь ещё Артём меня подначивает на мысли о том, как всё могло бы быть, останься я тут. Вот зачем так делать. – О чём? – я решил уточнить. А то вдруг он о чём-то другом говорит вообще. – Ты хочешь уезжать? – Нет, конечно. И мне почему-то кажется, что это было понятно. Мы разве никогда не обсуждали это? Но только долбоёб будет думать, что я хочу туда. Или хотя бы просто не против. Нет, я против. Я хочу остаться здесь. Я не хочу жить под надзором Отто. Только вот кто меня спрашивал. Забавно, что в своё время он поддерживал мою мать в её отделении от их родителей, которые типа давили на неё и не давали ей жить. Но при этом он не понимает, что делает примерно это же со мной сейчас. Хм. Мне надо обдумать своё отношение к жизни. Хотя как будто это поможет. Я маленький анархист и хочу жить своей жизнью. Остаться в Великой и Необъятной. Ну вот. Артём сделал из меня беспокойного дурачка. Только почему-то на этот раз никто довольно не ухмыляется. Но ладно хоть, он не стал дальше мне ничего говорить. А то вечное вот это "Ты можешь решать сам, у-у". Как люди любят говорить, типа они все такие из себя умные, хотя вообще не разбираются в ситуации, в которой оказался человек, которому они пытаются помочь. На деле только хуже делают. Да, напомните мне ещё раз, что я чмо, и у меня нет выбора. Спасибо, надеюсь, вы остались собой довольны. Вообще, в чём прикол. Мне казалось, Артём будет только рад моему уезду? Ну, типа, он не может бросить меня по каким-то своим, непонятным мне, причинам, но моё исчезновение, назовём это так, облегчит ему это дело. Типа, я перестану у него перед глазами маячить, и ему будет легче бросить меня. Но сейчас он так говорит, будто реально этого не хочет. Хотя, может, я слишком очерняю его образ. Опять. Или он тоже относится к этому двояко. Потому что с одной стороны – нам надо разойтись, это объективно правильно, это лучший вариант для обоих. По крайней мере, у этого будет хоть какое-то дальнейшее развитие. Но с другой. И вот же дожили. Стоять с утра пораньше на балконе и пиздеть о чём-то грустном. Не такой жизни я хотел. – Ой, драма кругом и везде. Вот не смешно, Артём. Хотя тебе-то – конечно, а я вот буду рыдать в самолёте, и никто меня не пожалеет. Бедный я. Как же я справлюсь с этими страданиями.. Артём почти докурил, когда на кухне хлопнула дверь. Судя по тому, что к нам на балкон никто заходить не стал, это был кто-то из взрослых. Но да, внезапно, мне уже было похер. Смущало, конечно, что нас таки запалили, но все эти наши разговорчики выбили меня из себя, так что мне уже было всё равно. Отто, не Отто – один хер всё плохо будет в конце. Да и я предвидел же, что это случится. Как можно ярко реагировать на что-то такое? Ай, нахер это всё. Просто давайте уже закончим с этим и всё. Я уже устал. Внезапно так устал за вот эти последние пять минут. Умеет же Артём из себя вывести, ну это просто талант у него такой, похоже. Лучше бы молчал. И без его шуток было бы нормально. На кухне – какая неожиданность – нас поджидал Отто. Немного помятый после сна, но всё равно суровый и опасный. И уже жутко всех оглядывающий. Блять, серьёзно? Мы даже стояли в паре метров друг от друга, почему он бесится? Хотя, скорее, его смущает то, что ко мне пришли в такую рань. Это же должно говорить о чём-то? Надо срочно что-то придумать. – Привет. Я не успел даже рот открыть, чтобы поздороваться, как начался допрос: – Почему гости так рано? А ты почему так рано проснулся? Иди спи дальше. У вас акклиматизация не прошла ещё, иди спи. Нужно хорошо спать. Для здоровья полезно. – Он всё ещё нас понимает. Не знаю, почему именно это, но допустим. Первое, что пришло в голову. Хотя я очень плохо сейчас сделал. – Мда? – Отто покосился на Артёма, и тот подвигал рукой в воздухе. – Как неловко получилось. Мне почему-то казалось, что он прекрасно об этом помнил, и ему просто было похуй. Ну да, что-то я слишком много думаю. Отто просто выражает неприязнь вот так. Пиздец, что сейчас будет. – Когда он уйдёт? Я про себя захотел умереть. Вот зачем он так себя ведёт? Всё так плохо, что ли? Ему-то Артём чем западлил? Они даже не знакомы, блять. Почему он таким уродом внезапно стал? – Мда, ладно, – хмыкнул Артём, опуская голову. – Мне тут не рады. Я тебе рад. – Так что пойду, пожалуй. Пф-ф-ф.. Вот как угодно, но не так это должно было закончиться. Хотя я так смешно выгляжу. Чувствовал же, что будет пиздец в конце. А теперь стою и ною. Молодец. Пиздец, но мне правда было стыдно. Что перед Отто, что перед Артёмом. Отто не должен был так себя вести, а мы не должны были спалиться. Блять, но какого чёрта вообще. Почему всё вечно должно быть через жопу. Окей, мы спалились, ладно. Но Отто было жизненно необходимо таким мудаком себя выставлять сейчас? Могли же нормально разойтись, ну пиздец. Я сразу же пошёл за Артёмом в коридор – надо было закрыть дверь, ну и да, я думал (и надеялся), что удастся переговорить напоследок или типа того. Надо было хотя бы извиниться за поведение своего родственничка. Только вот Отто, похоже, решил в режиме злого ублюдка провести весь день. Иначе я не понимаю, что ему было нужно и зачем он пошёл за нами. Псина, блять. Вот серьёзно – я нормально к нему отношусь, но сейчас он рискует похерить абсолютно в с е отношения со мной. Оно ему точно надо? А то мы на прямом пути к этому. Хотя как будто ему не всё равно. Типа я реально могу что-то сделать, ага. Когда Артём попрощался, Отто повторил за ним по-русски "До свидания". Это было даже немного мило, и если бы не предшествующие всему этому события, я бы даже поумилялся немного. Но нет. Мало того, что всё хуёво, так мне сейчас ещё пизды дадут. Отлично день начался, вот ей-богу. Закрыв за Артёмом дверь, я развернулся к Отто. У которого на лбу просто было написано: "Ух, сейчас попиздим с тобой за жизнь", так что я уже сейчас начал моральную подготовку. Мобилизацию всех сил, так сказать. Когда Отто мотнул головой в сторону кухни, так вот молча приглашая меня проследовать за ним, у меня в голове почему-то началось "Объявление войны". Ну, то самое, которое Молотов по радио пиздел. "Граждане и гражданки Советского Союза..". О, боже. Почему я такой долбоёб. – Силке сказала, что вы больше не общаетесь, что он тут забыл? Да в рот я тебя ебал, почему я должен тебе что-то объяснять? Вам какое дело вообще? Забыл и забыл, идите нахуй. Каким дерзким я могу быть. Жаль только у себя в голове. – Обязательно было так себя вести? – это я всё же должен был сказать. – Это было убого. – Ну, – Отто усмехнулся. – Зачем приходить так рано? Будить тебя. Травить этой дрянью. Он у себя покурить не может? Днём пусть сидит тут сколько хочет. Но не в шесть утра. То есть, дело только в этом? Реально, или он просто отмазывается? Типа, днём я его в любом случае сюда приводить не стану по очевидным причинам, а Отто мне сейчас просто зубы заговаривает? – У тебя и так проблемы со здоровьем, а ты с курящими общаешься. Но не курю же сам, ну ёб твою мать, а. – Он не курит при мне или рядом со мной. В общем, похуй, ладно. Оправдываться сейчас не к месту. Отто может неправильно это воспринять. Хотя куда уже ему что-то неправильно воспринимать.. – Ладно, – повторил он. – Силке мне жаловалась. Что что-то вы слишком подружились. Ну вот даже если и да, то что в этом плохого? Я сейчас тоже начну до тебя доёбываться. Чего это ты Феликса с собой взять решил, м? Почему один не поехал? Нахуя тебе вообще друзья нужны? Что, одному совсем никак? А ко мне тогда какие претензии? – Что? – спросил я. В который раз про себя отмечая, как же хорошо быть безэмоциональным чмом. А то я бы сейчас бровью как-нибудь не так повёл, а Отто, сука, он такой – всё замечает, всё видит. Псина глазастая. Всё ему не так. И где только научился. Или это врождённое? Есть же тема, что мы даже на животном уровне различаем на лице собеседника какие-то эмоции и действуем исходя из этого. В таком случае, Отто явно стоит призадуматься над своим поведением. Хотя какой смысл. Если это врождённое, то как это поддастся корректировке. Ха-ха, блять. Вроде это и смешно (очень смешно, блять), но не когда у тебя такие товарищи в родственниках. Хм, по-моему, для таких людей было даже название.. Бессердечные и неэмоциональные, вот. Хотя это для детей. Чтобы не клеймить их, бедных, психопатами, их зовут так. А для взрослых да, психопаты. Но похер, пляшем. – Дома не ночуешь, вечно где-то пропадаешь. У него. – Ну, во-первых, у нашего одноклассника, а не у него. Надо это, немного нагнать пурги. Чтобы никто не волновался. – А во-вторых, вы бы больше думали там. Это же намёк на то, что меня подозревают в гомосексуальных связях, да? Лол, надо было ещё ущербнее сейчас назвать это.. Но правда. Отто намекает на то, что они всё знают, да? Да? Я же правильно всё понял? – Вы разве не перестали общаться в мае? – он меня не сильно слушал, похоже. – Ну, да. – И зачем начали опять? Зачем, блять? Серьёзно? – Силке так обрадовалась. Вот опять. "Твоя мать была так рада, почему ты расстраиваешь её?". Эмоциональный шантаж в чистом виде. Единственное различие, что в этом случае я, похоже, поведусь на это. Потому что это же мать. Как можно делать что-то, что не нравится матери? Ну вот. Но даже не думайте, что я брошу Артёма ради вас. Как бы, мы и так с ним расстанемся только потому что вы долбоёбы. Досрочно по этой же причине я делать ничего не буду. Так, надо срочно что-то придумать. Почему мы начали общаться снова? – Это из-за. Его отец должен был забрать вас. Мы просто разговорились, когда ждали вас. Отто мне явно не поверил. В лице он особо не изменился, но я просто чуял. Ух, как страшно. Боюсь-боюсь. – Что ему от тебя надо? – В смысле? – Или тебе от него. Зачем? Блять, да ты заебал, оставь меня в покое. Хочу общаться с людьми, окей? Это нормальная потребность, ничего такого в этом нет. А ты, раз умный такой, иди нахуй. Мда, всё же, как забавно, что такое ему высказать я могу только у себя в голове. Чмошник. – Вам так нравится, когда я сижу дома в одиночестве? Это не весело, вообще-то. – Но так хоть можно было не волноваться, где ты и с кем ты. И чем занят. То есть, я должен снова захикковать и сидеть у себя в комнате, только чтобы мои любимые родственнички не волновались о том, как у меня дела, и не повлияет ли на меня плохая компания? О, да, звучит отлично. – А чем я могу быть занят? Пить с одноклассниками? Вот преступление. Отто усмехнулся. "Вот зачем ты мне врёшь, дурак". "Я же всё знаю, ну чё ты выпендриваешься". – Ещё раз, – протянул он, двигая рукой в воздухе. – Когда ты сидел дома, было спокойно. Что ты не общаешься с сомнительными людьми, не ходишь по сомнительным местам. А сейчас? Откуда знать, что всё нормально. Я.. Не могу. Он так слова разделяет, это сильно влияет на восприятие его речи. Он всё знает, да? – Почему выставлены сразу две крайности? Выход из дома только по нужде и постоянное пропадание в притонах. Кхем. Простите, но у меня сейчас только одно в памяти всплывает. Когда Ковальского пытались оскорбить тем, что он пидорас, и он выдал: "Мне чё, тебе жопу показать? Не ды-ря-ва-я". Просто по ощущениям, от меня примерно этого же хотят сейчас. Хотите, я с Кристиной что-нибудь сделаю? Хотя сначала надо у неё узнать, насколько она не против вот такого. А то насиловать кого-то только чтобы доказать твоим ебанатам-родственникам, что ты не потраченный – такое себе. Как бы, об этом даже думать противно. Фу, Арсений, прекращай. – А вы сами предполагаете какой-то вариант между этими двумя? – спросил я, и тут же решил уточнить, пока не забыл. – Тебя мать попросила со мной поговорить? – Нет, но она тоже волнуется. Думаю, она бы хотела этого. Заботливые вы мои, я аж ебал вас обоих. Вот что я вам такого сделал, что вы так меня ненавидите, скажите мне? Это из-за моего отца, да? Это потому что он русский? Хотя сейчас как-то не до шуток. – Та-ак. Про крайности будем продолжать, нет? – Мне исповедь зачитать, что я слишком долго сидел дома и теперь из-за этого в отрыв ушёл? – Это правда? – Это просто оправдание, – фыркнул я. – И то шуточное. А то вдруг непонятно. – Чего вы вообще хотите от меня? Серьёзно, чтобы я сидел дома и людей в глаза не видел? Или чтобы просто реже стал ходить. Тусоваться с одноклассниками? – Вообще перестал, – поправил меня Отто. – Я бы предпочёл забрать тебя со школы вообще. Так, иди нахер с этим. Много хотите. Вообще, попрошу заметить, я не самый худший вариант. И я даже не гей. Так что претензий к себе не понимаю вот вообще. Ну ебусь с парнем, ну ладно. Кто не пробовал? Ты, когда три года нары грел, что, тоже себя хранил, м? Воздерживался там, да? Да пизди больше. Просто скрываешь это, чтобы о тебе не подумали ничего. А то вот же хохма: то ты весь такой ноцыст, у-у, "геи не люди", но в тюрячке, конечно, можно и это, то самое. "Нет лучше влагалища, чем очко товарища". Ты меня извини, конечно, мне самому стыдно плохо о тебе думать. Но давай объективно смотреть. То, что я сейчас занят какой-то хуйнёй, не делает из меня маргинальную единицу. И даже то, что я ебусь с парнем. Хватит мне мозги ебать. Свои дети вырастут – им будешь дичь затирать, а меня оставь в покое. "Не трож". Блин. Хочу, чтобы и у меня был батя, который бы сейчас такой зашёл сюда и надавал бы всем пизды. Потому что Отто примерно так и будет за своих детей впрягаться. А меня вот никто не защитит. Бедный я. Молчание подозрительно затянулось, и я не знаю, поэтому ли, или из-за чего-то ещё, Отто решил слегка сбавить напряжённость. – Я не тот, кто должен учить тебя жизни. Он не выёбывался сейчас, но я всё равно про себя хихикнул. Не тот он, конечно. Скажи ещё, что не собираешься этого делать, и просто объяснишь мне некоторые моменты. – Но, кажется, надо обговорить некоторые моменты. Да я прям его мысли читаю. Или он мои. – Следующим летом ты переедешь жить к нам. Да, давайте, скажите мне это ещё раз. Мне надо, просто жить уже не могу без напоминаний об этом по три раза на дню. – В Кассель, я имею в виду, – добавил Отто сразу же. – Я не буду заставлять тебя жить с нами. Ну хоть так, спасибо. Я бы точно повесился тогда. Не столько из-за соседства со своим любимым дядюшкой, сколько с тремя маленькими детьми. Это же пиздец. – Но и сидеть на плечах у кого-то ты не будешь. Даже тут свободы выбора не дают, ну что за люди. – Не знаю, что ты думаешь. Что Силке будет тебя обеспечивать всю жизнь? А куда ей все эти деньги девать, прости меня, конечно? Ей самой столько нахуй не сдалось. Хотя да, будем откровенны, сидеть у неё на плечах мне моя принципиальность не позволяет. И так разочарование сплошное, а не сын, так ещё и не делает нихуя и деньги выпрашивает. Ну ёбанный в рот. – Но это же не так. Ты не собираешься помирать содержанцем. Ну вообще-то.. Опять же, как единственному сыну, мать оставит мне всё своё имущество. А это не мало. Вообще, я видел это так: я уеду к Дойчлянд, поживу там, чтобы Отто успокоился, потом вернусь сюда, ну, или как только мать состарится или ей станет плохо настолько, что нужна будет помощь в повседневных делах, побуду тут с ней, пока она не уйдёт в мир иной (хотя она, скорее, уедет умирать куда-нибудь в другое место), и заживу тут припеваючи и счастливо. Вот такой план на жизнь у меня был. Но, судя по всему, внезапный хуй мне за щёку. Хотя по сути, ничего крупно не изменится. Куда-то же нужно будет все эти квартиры девать, когда мать умрёт, верно? Ну и всё. Надо только чуть-чуть потерпеть. Всего-то полжизни, да. – Тебе уже семнадцать. Ой, вот только не это. Меня уже Кристина заебала этим, давайте не снова. – Не знаю, как в России, но все школьники, вроде как, уже должны быть обеспокоены поступлением в университет. – У нас тоже, я просто тупой. Не надо на меня много надежд возлагать. – Ты даже не думал над этим, да? – спросил Отто, уже сейчас с небольшим отчаянием в голосе. Даже обидно немного стало. Но да, я не думал об этом. Хотя после появления в моей жизни Даши, ну, которая девушка Ковальского, я всерьёз начал рассматривать профессию ветеринара, но что-то не знаю, не знаю. Не моё это – учиться. И ладно бы, я в России это делал – по словам той же Дахи, в нашем сельскохозяйственном универе сплошная халява и учиться вообще не напряжно. Даже пятидневка. Кайф же. Но вот если учиться надо будет в Германии, то ну нахуй. Не хочу. Вдруг там будут дрочить дико? Я так не могу и не умею. И не хочу, будем совсем уж честными. Можно я просто пойду в клинику, прибьюсь там к кому-нибудь и сразу с практики начну? Сначала с чего-нибудь мелкого, на что образование специальное не нужно, а там потихоньку, помаленьку.. Вот так я согласен. А то ну правда – пять лет за партой жопу просиживать чтобы потом котам яйца отрезать – ну это бред, согласитесь же? – Почему я не могу остаться тут? Может, они уже передумали? Или хотя бы подостыли к этой идее и больше не так настаивают на этом. А я просто не знаю. – Что тебе тут делать? Ой, ебать. Много что, ты даже не представляешь. Жить вот, например. – А в Касселе мне что делать? – Учиться или работать, чего только душа пожелает. Моя душа желает остаться тут. Ну, знаешь, там, Россия. Берёзки. Все дела. – А здесь нельзя? Тут, как бы.. – Тебя тут как бы ничего не держит, да, – Отто выставил руку, как бы останавливая меня. – И ты поедешь. Сдашь там экзамены. Поступишь куда-нибудь. Хоть через шесть лет, хоть через десять. Но когда-нибудь. Получишь образование, и будешь жить там как нормальный человек. – Здесь.. – снова попытался я. – Нет, – и меня так же снова прервали. – Не здесь. Из-за его ухмылочки хотелось ему ебало начистить, вот серьёзно. Но у нас прямая родственная связь по восходящей линии. Я не могу. Ладно бы по нисходящей, так бы ещё было полное право. Но увы. – Думай, у тебя ещё целый год. Можно за этот год ты сдохнешь где-нибудь, и всё уладится? Я правда не хочу тебе зла, но это единственный выход из ситуации, который я вижу. – Никто не собирается подкидывать тебе информационные брошюры. Я сначала не понял даже, о чём речь. Есть брошюры про избавление от гомосексуализма? Я что-то упустил? Потом дошло, что он про получение высшего образования. Типа, подкидывать мне брошюры университетов и вот этого всего. Мда, я дебил немного. – Ты взрослый человек, я надеюсь. И сам можешь разобраться. Ха-ха. Теперь он типа давит на меня с тем, что я взрослый и 'что-то' могу решать сам. Только вот почему мне дано выбирать вуз, но не страну жительства? Я чего-то не понимаю? – Просто не наделай ничего, о чём ты можешь пожалеть в будущем. Да я уже жалею. Спасибо, блять, вот надо было тебе проснуться и всё испортить? А потом сделать ещё хуже. Ты стал счастливее? Надеюсь, что да – так хоть кто-то что-то с этой ситуации хорошего поимеет. Пиздец, блять. Я знал, конечно, что весь день по пизде пойдёт, но не настолько же всё плохо? * Артём появился в сети только ближе к вечеру. Ну, в конце концов, рабочий день, все дела. Когда работаешь на стройке как-то не до проверки, кто и что тебе там написал. Сообщения в диалоге с самим с собой и вовсе легко пропустить. Я спросил, не обиделся ли он, почти сразу же, как Отто закончил проводить со мной профилактические беседы. Или как это ещё назвать можно. Воспитательные. Не ебу в душе, да и думать сейчас об этом не хочу. Меня там под конец так трясти начало, что ещё чуть-чуть, и дом бы обвалился от таких волн. Или что это.. Не важно. Главное, что Артём там что-то мне пишет. У-у..       Я не какая-то там пизда, окей. Но ей-богу, я бы ему уебал, если бы мог Ой, жизненно, аж опять в сердце защемило.       Это не обида, а такая хуйня       "Тип, знаешь, случается что-то, на что ты никак не мог повлиять, но блять, это так бесит Ага, знаю. Удивительно, наверное?       Пиздец, а. Горело у меня знатно, если тебя это волнует Всё-таки обиделся. Такая, ну, злая обида. Что-то в этом духе.       Не знаю, насколько это уместно. Но не бери в голову. Или типа того Мастер утешать я, конечно. Интересно вот, кому-нибудь помогали вот эти "не бери в голову"? Как бы, ты это уже взял, окей? Нет бы другое чё посоветовать, понормальнее. А не "не делать того, что я уже по сути сделал".       Я уже взял       И принял ОЧЕНЬ близко к сердцу Да кто бы сомневался.       Ну, я не планирую извиняться       Ты и не должен. Как бы, я просто делюсь ощущениями       Пиздец:)       Когда ты сможешь придти?       Девятнадцатого И то не факт. Надо же будет для вида дома посидеть. Ну, типа, чтобы мать не думала: "Этот петух опять сбежал. Только Отто за порог, а он уже уёбывает, вот сука".       Бляяяяять       Я ебал эту жизнь, ну нахуй Так, давай вот без этого. А то похоже на слова перед прыжком с балкона. Лично я вижу их только в таком ключе.       Мне тоже не смешно тут, как бы. Отто, после того, как ты ушёл, всё мне высказал, что думал       Да?       Ебать. Сейчас скажет тебе типа всё, ебать, обратно летишь с нами       Иди нахер, блин       Чё, тебе тоже грустно?       Хуёво мне       Неудобно типа. Что-то такое. Хочу схлопнуться       Схлопнись и материализуйся у меня в квартире Пхех. Можно мне такую суперспособность? Срочно надо.