Nicht so

07.06.14, Суббота

– Вот это красиво, – осматривая крышу здания, протянула Кристина. – Почему всё так? – Ты о чём? Нет, я не тупой, правда было не понятно. Кристине не стоит начинать разговоры так внезапно, ещё и на другую тему. Я о чём думать должен? – Все эти дома старые, да? Но почему какие-то выглядят так, а какие-то. Как те, которые были в том переулке. – Разный возраст, возможно. И уход. Те дома жилые, а это государственные. Понятное дело, что у них больше денег. Вот тут больничка, например. В том доме, который предыдущий, тоже какая-то хрень располагалась. Что хочу сказать – организациям явно полегче поддерживать внешний вид здания в должном состоянии, им и государство может что подкидывать – памятник же архитектуры, всё такое. Да и самим надо поддерживать здание в надлежащем виде. А частникам оно нахуя надо. Хотя, честно, некоторые дома в таком плачевном состоянии, что я вообще не ебу, как там можно жить. Мать вот, например, наш дом, ну, который в деревне, старалась как-то поддерживать, ухаживать за ним, и не только изнутри. Просто чтобы самому приятно было смотреть и думать "Я живу здесь". А с этими людьми что не так, я не знаю. Ну, может, бедные. Фу, нищета. – М-м-м, – задумчиво протянула Кристина, приложив руку ко рту. – Всё равно ничего не понимаю. Как это работает. – Какая разница, господи. Просто любуйся. Хоть что-то красивое здесь есть. Кристина посмеялась. – Мне нравятся ваши контрасты. Вернуться немного назад, и из примечательного там будут только какие-то уже гнилые сгоревшие коробки. А на эти здания советуют посмотреть в путеводителях по городу. Я пожал плечами. Классика, просто классика. И я не знал, что по нашему городу есть путеводители. Ну, типа, серьёзно? Кому-то интересно, какие в этой дыре есть достопримечательности? – И вчера. Где мы ходили? – Комсомольский. – А-а-а, – протянула Кристина, поморщившись, – я это не выговорю. От тебя особо никто ничего и не ждёт. Ты даже "Красноармейская" только с третьего раза нормально выдала. Фу, лох. – Не важно. Просто смешно же? Идёшь, и по левую сторону – деревня восемнадцатого века, – Кристина двинула рукой. – И по правую. Новенькие высокоэтажки, автомобильные салоны, всё цивильно, современно и красиво. Что вообще за хрень? Ну во-первых, разрешите доебаться. Откуда вы знаете, как выглядела российская деревня века восемнадцатого? На каком основании делаются сопоставления? Ладно, это глупо. Во-вторых, что вообще не так? Как будто компании-застройщики должны были забеспокоиться и о другой стороне улицы. С какой стати их вообще должно волновать, что там происходит и как это выглядит. Они свою часть договора выполнили, денежки получили и скрылись. Всё. Больше их ничего не волнует. – Хотя, возможно, ты прав насчёт возраста, – вдруг заговорила Кристина. – Эти дома даже построены над землёй, а не как там. На самом деле, я не был уверен, что это обязательно обозначает то, что они были построены раньше, но такая версия правда была. Кристине она тоже приглянулась, так я понимаю. Не важно. Она попросила меня показать ей тут всё. Не знаю, почему нужно было делать это в четыре утра, сразу по пробуждению (что смешно, даже не моему. Меня нагло разбудили), но почему нет, когда да. С другой стороны, и правда смысл лежать и залипать в потолок? Делать всё равно нечего, да и если гулять – то пока не жарко. И пока на улицах мало людей. А то всякое бывает. Когда живёшь в городе с населением в сто тысяч, и тут приезжаешь в городок, типичный такой российский подзалупинск, где людей побольше в пять раз, можно и охуеть с непривычки. Так что пока школота и прочие животные дремлют, мы спокойно пройдёмся, и всё будет хорошо. Никто морально не пострадает. Хотя я уже пострадал, но мы уже почти дома, так что скоро показатель душевного равновесия поползёт вверх. Надо только дойти. Дом, который, как оказалось, был в списке тех, на которые обязательно надо глянуть туристу (ей-богу, блять, сколько раз мимо ходил, даже не думал о нём в таком ключе), был на пересечении Алтайской и Красноармейской. Уже здесь можно было подняться до Тверской, там выйти на Сибирскую и пройти до дома, но нет, мы дебилы, нам надо в магазин за колой, поэтому на Сибирскую мы пойдём сейчас, по ней поднимемся до Комсомольского, там сходим в единственный в округе круглосуточный магазин, и только потом двинем домой. Я точно сдохну. Как Кристина выдерживает вообще такие нагрузки. Не понимаю я этих людей.. И сердцу моему что-то всё неймётся. Как только мы вышли из квартиры, так мне и не спокойно. Не знаю, что происходит, но мне это точно не нравится. Сначала я думал, что это предчувствие. И пока мы будем ходить, что-то случится. Типа, нас польют или что-то вроде того. Но так ничего и не произошло. Но я всё равно хочу домой, поесть и завалиться спать. И побыть одному. Как же забавно, что даже четверти всего срока не прошло. То есть, ещё очень долгое время у меня будет просто ноль личного пространства, а я уже сейчас заебался. Эх, Арсений. Жалко мне тебя. "Да всем тебя жалко, чмо ты тупое" Но всё, хватит. Давайте без самоунижений. Это плохо. Напротив девятого подъезда, на парковке, на поребрике, сидел какой-то мужик, и Кристина аж вся вытянулась, только заметив его. Ну, она и хотела, кажется, встретить что-то вот такое, снять это на телефон, чтобы потом показать друзьям? Тогда стоит только порадоваться за неё. Минус один пункт из списка дел. Просто это была такая типа "типичная" картина. Мужик сидит на кортах (только вот пятки поднял, лох, фу), в спортивках, с сигаретой в руках и рядом стояла бутылка пиваса. Кристина сказала, что русские гопники и алкаши – это как отдельный вид достопримечательности, и что она очень хотела бы встретить хотя бы одного. Ну, вот ей. Как специально для нас тут сидит, ждёт. Красивый, с полным набором атрибутики. Фотографируй, пока не убежал. Кристина опустила руки, чтобы не было так уж сильно заметно, что она снимает всё происходящее на видео, так что доёбываться до нас никто не стал. Хотя вряд ли у мужика было подобное в планах – кусты напротив, похоже, казались ему более интересными, чем какие-то прохожие ноунеймы, ну и ладно. Я не буду против, если мы сейчас просто спокойно пройдём мимо него и забудем о существовании друг друга. Ну, в случае мужика – даже не узнаем о нём. – Так, ну что? – когда мы отошли от него немного, прошептала Кристина. – Половина всех дел выполнена. Я не просто так упоминал список. У Кристины правда есть такой. Список дел, которые нужно сделать в России. Реально. Хотя, может, это и нормально? Я просто не знаю. Я же не путешественник. – Осталось встретить гопника, посетить окраину города и вечеринку твоего одноклассника. – Зачем тебе. Я не то чтобы против (хотя я не в восторге от мысли, что мне придётся кататься с ней по всяким ебеням), но серьёзно. Что за бред. Сейчас бы ехать в Россию с чётким желанием встретить тут алкаша и гопника и походить по окраинам. Что за хуйня вообще. Это странно. И почему нельзя объединить алкаша и гопника в одно лицо? Технически, это одно и то же. Пьяный – алкаш, в спортивках – гопник. Всё, минус два пункта уже, а не один, вычёркивай и это. И я вот прям вижу, как на всяких сайтах в отзывах про Россию люди писали, что обязательно надо попробовать всё вот это. Иначе не сложится полного ощущения о стране. Не поймёшь всего её величия. Что за бред.. – В смысле? Это интересно. Она так шутит или что? Как, блять, что-то подобное может быть интересным? Мне кажется, она или издевается, или что-то подобное. Все эти шуточки про Россию, ы-ы, алкашей и прочее, это же типа пиздец популярно, вот все и выёбываются. Жалко смотрится, на самом деле. По сути, мы уже сами начали выстёбывать эту хуйню, хотя на самом деле всё не так плохо. Но это типа весело, поддерживать стереотипы о своей нации, а потом так же выёбываться, что все вокруг безграмотное быдло и пиздец вообще, как жить в этой стране. Ненавижу эту хуйню. – При желании, можно найти вещи поинтереснее. – Ну, у меня свои интересы. Да я вижу, что ты с приёбом девочка. – Ладно, просто мои друзья попросили. И друзья у тебя такие же, ей-богу. – Им так интересно, – продолжала Кристина, сама, похоже, удивлённая таким раскладом. – Ну, ты знаешь, что о России в мире думают. Мне даже сказали, что если я увижу медведя, то не стоит подходить к нему близко. Ну да, а то у нас как раз был тут случай. Правда, медведь принадлежал, как бы.. Местной шашлычной. Вопреки шуткам надо сказать, что они просто держат животных у себя во дворе. Как бы, помещение у них находится за чертой города.. Короче, не важно. Я всё равно не могу ничего сказать по поводу содержания животных там, но, вроде, всё нормально. Но вдруг внезапно стало нет, когда некая пьяная мадам полезла к, собственно, этому медведю, и то ли напугала его, то ли что, но он оторвал ей руку. Прям по плечо. Не знаю, как эта женщина там жива осталась. Но вот, после этого началась истерия. Глобальное противостояние долбоёбов и адекватных людей. "Медведя надо усыпить, ы-ы-ы", – кричали первые. Конечно. Давайте усыплять всяких ебланов, которые не могут использовать свои мозги по назначению? Куда больше пользы обществу будет. А медведь в чём виноват? Что какая-то пьяная уёбина его напугала/разозлила? Вот это, блять, да, вот это он пидр. – Ну да ёбанный в рот, – выругался я. – И смысл сюда ехать тогда вообще? Если не подходить к медведям. Хотя после того случая я бы тем более таких вещей делать не стал. И раньше бы вряд ли пошёл на такое. А сейчас даже можно не спрашивать. Нет и идите нахуй. Кристина пожала плечами. – Но ладно, шутка. Мне просто интересно глянуть, как тут вообще жизнь проходит. Ну, ты и сам знаешь. У-у, Россия. Совоклэнд, е-е. Потомки крепостных и уголовников. Полстраны сидит, полстраны стережёт. И боится вместе с тем. – Ладно, это глупо, – хмыкнула Кристина. – Ну ты меня понял. – Да, всё. Она не может объяснить, что хочет донести, ну и не будем мучить девочку. И так понятно, что она имеет в виду. Внимание Кристины вдруг перенеслось на знаменитые российские дороги – мы как раз проходили в месте, где асфальт по неведомым причинам был особенно раздолбан. Если идти по краю, то ещё было нормально, но Кристина вот именно сейчас решила идти в паре шагов от меня, из-за чего и попала прямо в эту хуйню. Не то чтобы случилось что-то страшное, она просто слегка споткнулась. Да и она бы в любом случае обратила на это внимание. Поснимав немного всё это скопление ямок, она подняла камеру на меня. Сейчас начнётся. – Что это такое, а? – с претензией спросила она. – Откуда это взялось. Нашла у кого спросить. Я же прям стою тут целыми днями и рассматриваю, как же на дорогах все эти выбоины появляются, м-м. Заняться мне больше нечем просто. – Моя знакомая, ну, про которую я говорила, помнишь? Она училась здесь. – Ага, которая кореянка. Кристина выразительно на меня посмотрела, типа с осуждением. Типа я расист ебаный, и из всего запомнил о человеке только его национальность. Но, как бы, там было всего два идентификатора – что она кореянка и что училась здесь. Я просто показываю, что запоминаю, что мне рассказывают. Да-да. – Она всё недоумевала, как вы умудряетесь так быстро ходить, особенно по снегу. Я аж нахмурился. Чего? Как, в её представлении, это связано вообще? Она так говорит, будто у нас сугробы тут лежат, прям на дорогах, и люди прям по ним скачут. Во-от когда мы в деревне жили. Сейчас будут мои старческие ностальгические вздохи. Но не важно. И ночью выпадало по дохуя снега. И я с утра должен был ковылять в школу по нечищеным дорогам. Вот там да, вот там можно удивляться, как я не опаздываю на занятия. А в городе с этим проблем вообще никаких нет. Какие вопросы вообще? Хотя если верить Ковальскому.. Орды китайцев и корейцев тоже выходят из общаг рано утром. Может, они так же успевает пройтись по нечищеным дорогам? Или всё же дело в самом снеге? Никогда не узнаем. – Ладно, хрен с этим снегом, дороги чистят. Но как вы быстро ходите по вот этому? – Кристина указала на выбоины на дороге. – Мы по этому не ходим. Мы ходим вот здесь, – я указал на край дороги, где асфальт был нормальным. Всё же просто. Куда проще, чем кто-то может подумать. – В России две беды – дураки и дороги. Меня почему-то посмешило то, что Кристина знает такие выражения. Где она это взяла вообще? Так забавно. – Тебя это уже не удивляет? – спросила она. Как будто ответ не очевиден. – Меня уже ничего не удивляет в этой жизни. После семнадцати лет жизни в Великой и Необъятной – я уже не знаю даже, что должно произойти, чтобы я удивился. И я не шучу. Правда, тут виной, скорее, моё тяжёлое детство и наркота, а не жизнь в России, но да ладно, не суть важно. Будем шутить, как дебилы, типа мы ебать какие остроумные и "ха-ха-ха". Ненавижу себя. По пути до магазина мы встретили ещё троих пьяных мужиков – двое культурно сидели на заборчике у подъезда и о чём-то беседовали, и третий – одиноко сидел на парковке, так же на поребрике, правда, уже убитый в ничто. По-моему, он даже не двигался, хотя по сути беспокоился я о другом. Не рановато ли повыползали? Ещё только семь утра, алло. Или что, раньше начнём – больше выпьем? Девиз Ковальского. И Артёма. И мой иногда. Ладно, у меня просто немного подгорает. Мы прошли всего пятьсот метров и встретили четырёх, блять, пьяных мужиков. Четырёх. Кристина вот сейчас решит, что все те тупые стереотипчики про Россию – это правда, и пиздец. Хотя не то чтобы мне не похуй – какая вообще разница, в конце концов – но просто слегка неприятно. Мда. Пятнают честь Великой и Необъятной. Пидоры. Ну, ещё можно так отмечать начало лета. Начался тёплый период. Все алкаши начали перебираться из квартир на улицу. Прям примета. Когда мы вернулись, все ещё спали, так что надо было вести себя тихо. Особо много проблем с этим не было - пьяным же никто не был. В отличие от некоторых. Кто там ужрался позавчера в ничто и бесоёбить начал? Мать моя, если что. Всё было настолько плохо, что она даже Отто нахер послала несколько раз. Хотя в какой-то мере это было логичным продолжением накалившейся обстановки, но не суть. Я не то чтобы рад, что это произошло – это делалось по пьяне, мать утром ничего даже не вспомнила, а Отто даже не обиделся, но важен сам факт того, что это произошло. Приятно наблюдать за чем-то таким. Моё подсознательное желание самому его послать, наверное. Но конечно, как же я могу. Поэтому остаётся только смотреть и плакать про себя. Но относительно, я неплохо держусь – сам от себя не ожидал просто, потому и удивляюсь. Я почему-то думал, что будет хуже, но в итоге я даже не убиваюсь почти. Хотя и причин-то особо нет..? Да и третий день только пошёл. Но я всё равно хочу, чтобы они поскорее уехали. Да, пошёл только третий день. Мда, простой плохой идеей было звать к себе столько людей, когда вы живёте в такой небольшой квартире. Как бы, ладно, когда вас двое – это ещё нормально, но когда пятеро. Уже совсем другой вопрос. Вот если бы мы по-прежнему жили за городом, там бы вообще проблем с этим не возникало. Мать – у себя, я – у себя, кто-нибудь – в зале, второй кто-нибудь – на кухне, ну и Кристина где-нибудь. У меня, с отцом или в мастерской – была у нас такая, там тоже можно было нормально жить – да где душе только угодно. И никто никому не мешал бы, и все были бы довольны. Порой кажется, что лучше бы мы там и оставались. И вся эта хуйня не начиналась бы.. А-а-а-атставить нытьё. Заебал уже, ей-богу. Хватит. Надо резинку себе на руку надеть и бить ей каждый раз, как только какая-то хуйня в голове начинается. Отличный план. Только все вокруг решат, что я долбоёб. Хотя куда уж там быть большим долбоёбом в глазах других. Меня и так не любят. Телефон, подключившийся к вай-фаю, сразу же засигналил о входящих сообщениях, так что я полез проверять почту. Типа ебать важный. Только пришёл домой, уже проверяю, что там нового мне написали. Не зовут ли меня куда-нибудь потусить случайно. А то я же "Нигде не тусуюсь, никем не интересуюсь". Или ничем.       Чё ты там живой ещё?D:<       Приходи бухать сегодня Это Ковальский. И да, он писал мне. Точно мне, не Артёму. Просто не понятно в таком случае, что это за недовольное ебало там. Он опять издевается надо мной? Что я ему сделал-то опять? – Пойдём сегодня к Ковальскому? – надо было узнать, что хочет дама. – Это твой друг? Какие друзья, Господи. Следи за выражениями, так и оскорбить можно. – Мы одноклассники. – Тебе так стыдно признаваться в том, что у тебя есть друзья? О-о, диванная психология подъехала. Кристин, давай по-русски: напьёмся сначала, а потом будем задушевные разговоры вести. Не могу я по-другому. Мда. Надо завязывать с тупыми шутками. – Ага, я же должен сохранять образ никому не нужного затворника. Мне же так это важно и нужно. И да, я на всех людей, которые общаются со мной по каким-то причинам, леплю ярлык друзей. Так и делаю. М-м. Вот Ковальский общается со мной потому, что надо мной стебаться весело и из-за того, что я "друг" Артёма. Значит, он и мой друг, верно, ебать? Так же это сейчас у людей работает. – Это не смешно, Альбрехт. – А кто тут смеётся? И обязательно было использовать моё имя сейчас? Это попытки манипулировать или что? Ты со мной не шути, а то я же навыдумываю себе всякого разного, не смешно потом будет. – То, что мы общаемся иногда, не делает нас друзьями. – Ты просто сам не хочешь быть "социальным", – Кристина вскинула руки, издеваясь, – вот и гасишься. Блять, снова ебучие попытки разобраться, как я смотрю на мир и почему считаю именно вот так, а не по-другому. Давай серьёзно: вот кто-кто, а Ковальский точно не мой друг. После того, как я у него парня увёл (типа, да, но не будем сейчас над формулировкой думать), он вообще меня убить должен был. Не знаю, что с ним не так. Я ему понравился, наверное. Зря я, что ли, отношения с ним прокачивал? Во-от, получил нужный уровень, мы задружились, и Ковальский на меня не в обиде теперь. Легко же было, ну? Я с самого начала знал, что делаю это не просто так. Но мы всё равно не друзья. Я знаю, эта псина меня ненавидит втайне, но просто терпит по каким-то причинам. Может, знает, что когда я уеду, Артём будет полностью в его распоряжении? Бля, это мерзко звучит. Ну, короче, он знает, что отношения у нас в любом случае рано или поздно распадутся, и какой смысл тогда приближать это? Пусть играются дети, пока время есть, всё равно же разбегутся потом. – Ой, ну да. Он меня ненавидит, на самом деле. – Тебя все ненавидят. Да, я знаю. – Почему ты такой параноик? Ой, знаешь. У меня была тяжёлая безотрадная жизнь. И когда всякие социальноактивные и не знающие бед и горя девочки спрашивают у меня, почему я такой параноик, меня пробивает на нервную усмешечку. Отъебись. – Я не параноик, это правда. – Потом не удивляйся, что с тобой никто не общается. А я когда-то удивлялся этому? – Меня больше удивляет, что кто-то наоборот может долго со мной возиться без особой на то причины. Кристина посмотрела на меня с каким-то пренебрежением. Не ценит мои проблемы, да? Считает, что я тупой нытик, который на внимание напрашивается? Ну да, конечно. Что же ещё обо мне думать. * – Мне страшно, – прошептала Кристина, хватая меня под руку. – Может, не пойдём? – Ты же сама хотела? Не то чтобы я сам хотел идти к Ковальскому сейчас (да и вообще в ближайшее время тоже), но там будет Артём. Которого я уже целых три дня не видел. Так что мне надо было там оказаться. И ничего не знаю, Кристин, но ещё вчера ты сама говорила, что мы пойдём туда. И, между делом так отмечу ненавязчиво, что возвращаться – дурная примета. А мы уже почти пришли. Не дури давай. Ничего с тобой там не случится. Кроме меня и Ковальского ты там особо и не нужна никому. – Сейчас мне уже не кажется, что это хорошая идея. Вдруг меня убьют? – Кто тебя там убьёт? – кое-как сдерживая свои скудные эмоции, спросил я. Реально, что за бред? – Откуда я знаю? – Кристина пожала плечами. – Это же русская вечеринка. Вы там напиваетесь водкой прямо из горла, а потом танцуете под хардбасс. Я аж посмотрел на неё – узнать, шутит она или нет. Кристина, блэт. – Кто нас сдал? – Я не очень в это верю, конечно. Да что ты говоришь? А зря, Кристин, зря-зря. Мы же сейчас зайдём, а там уже все пьяные, и отплясывают под "Раз-раз-раз". Мы же такие, нам только водки дай, и уже всё. – Но кто вас знает. Бля, да серьёзно, что ли? Ты же шутишь, да? Хотя господи, чего я удивляюсь. Один из её друзей на полном серьёзе спрашивал у меня, являюсь ли я другом Путина. Конечно, ебать. Мы тут в России все одна большая семья. И родственники по пятому колену. Ну. Хули нам, работягам. Но я просто думал, что Кристина как-то посвободнее от всех этих стереотипов. Хотя, скорее, я слишком много на себя беру. – Ну вот, пока они все будут танцевать, тебя никто не тронет. Ой, боже, да ладно, – протянул я. – Там парней нормальных по пальцам одной руки пересчитать можно. А от маленьких девочек я тебя как-нибудь защищу. Уж постараюсь не ударить в грязь лицом. – Ой, постарайся, пожалуйста. Здесь Кристина и сама уже шутила, но я всё равно был в немного сбит с толку предыдущими нашими разговорами. Что за бред, блять.. Сейчас бы под хардбас танцевать, ну. Мы же как раз из той категории людей все. – А можно я весь вечер буду ходить рядом с тобой? Ну, вдруг кто-нибудь кинется на меня? Ну, нормальный план. Только можно будет мне пять минут на личные дела? Там немного. – Мне кажется, ты слишком опошляешь всё. – Попроси своего друга присматривать за мной. Ковальский-то присмотрит, да. Почему-то мне пришла в голову мысль, что будет забавно, если Ковальский и Кристина сойдутся. И не просто на поебаться разок. А прям вот начнут встречаться, и до свадьбы дело дойдёт. Это просто шутка века будет, вот правда. Ковальский даже перестанет блядовать, а потом Кристина заберёт его с собой в Германию и они наплодят детишек и будут счастливы. Ух, вот это я фантазёр, вот это я да. Хотя почему нет? Всякое же бывает в жизни. Встретились, и всё, уже детей там планируют, хуё-моё. Кристина как-то рассказывала, ну, про своих ухажёров. Иногда такие ебанутые попадаются, бож. Радоваться даже начинаешь, что парнем родился, и до тебя всякий мусор не доёбывается. Хотя девушки тоже разные бывают, но это ладно. Я пока сильно ебанутых не встречал. Хотя и Кристина только про пару случаев рассказывала.. Зато Даша, которая девушка Ковальского, может поведать много дерьма про девушек, вот да. Так что тут у нас равноправие, похоже. Похуй, пляшем. Куда-то не туда меня унесло. – Так идём или нет? – решил ещё раз уточнить я. А то вдруг всё слишком плохо, и я тащу девушку куда-то, куда она не хочет идти вот прям пиздец сильно? Я должен думать об этом и заботиться о том, чтобы ей всё нравилось. Да-да, я хороший. Было видно, что Кристина сомневалась, так что я даже морально приготовил себя к тому, что мы сейчас развернёмся и пойдём домой. Хотя, может, тогда хотя бы сходим за едой, чтобы родителей не напрягать ("Чего это они вернулись почти сразу же..?"), но посмотрим. Может, Кристина, всё же, решится. Тогда надо будет и правда самому за ней весь вечер ходить, чтобы до неё никто слишком сомнительный не доебался. А то она сейчас сказала, и мне самому страшно стало. Надо постараться не подпускать к ней Ковальского. Хотя Илья ей ничего не сделает, но вот все остальные. Эм, я хуй знает, как на таких мероприятиях обстоят дела со всякими, кхм, нежелательными контактами. Меня это особо не касалось раньше, а тут что-то вдруг важно стало. Хм.. Всё, Кристин, хочешь ты того или нет, но я внимательно за тобой слежу и мы находимся исключительно в одной комнате. Не считается ванная и туалет. Но не является ли это угнетением? В смысле, я веду себя будто она тупая и слабая, не способная самостоятельно за себя постоять, и вдруг её это оскорбляет? Хотя она сама это предлагала ранее, но вдруг она шутила? Хотя на самом же деле я так не считаю? Я не как тот петух, про которого она мне рассказывала. Который что-то там затирал, тип, ".. Поэтому за женщинами всегда присматривали их мужья или старшие родственники, чтобы предостеречь их от глупостей". Вот этому альфа-самцу бы по ебалу за такие слова отвесить. А я нормальный и уважаю "женЩин". Просто присмотрю, чтобы никто не пострадал, и все будут довольны. Но это всё, конечно, если дама захочет пойти. Если нет – то кто я такой, чтобы спорить. Артём же никуда не денется. Возможно, конечно, но более вероятно. Не будет же он снова выпиливаться? Уже во второй раз. Это как шутка, тип, попытался выпилиться, не получилось, и мамка сказала: "Не умеешь – не берись". Вот и Артём. В первый раз проебалася (хотя там человеческий фактор), и во второй так же всё будет. Не учится на своих ошибках парень. Хотя сейчас он может что покруче придумать. Хм.. Мне лучше не думать об этом. А то переволнуюсь. Буду переживать. Мне оно надо. – Ладно, пошли. И года не прошло. Но ладно, не будем издеваться над дамой. Ей было нелегко сделать этот выбор, и тут я ещё издеваюсь, пидр. Всё, закрыли тему. – Так забавно, что вы живёте через дорогу, – когда мы зашли в подъезд, заговорила Кристина. – Я уже расстроилась, что сейчас придётся идти полкилометра. Я аж нахмурился, и Кристина, заметив это, посмеялась. Нет, но правда, какие, нахуй, полкилометра, Кристина, оло. Это не расстояние даже. Мне ещё в детстве надо было километр топать, чтобы в школе оказаться. Полкилометра ей идти страшно стало, блять. Вот что за люди. – Реально, вы так местом раскидываетесь. Я даже хихикнул про себя. – Хотя что ещё от вас ждать, с такой территорией и плотностью населения. Ещё хуже, чем у нас на северо-востоке. Это она про то, что там плотность населения, ну, где-то шестьдесят, если не ошибаюсь. А у нас три. Ну, логично, что у нас и площадь побольше будет. Но население при этом поменьше, да. Классика. – Какая у вас тут плотность населения? – Три, если не ошибаюсь. Не то чтобы я любил знать, где и как у нас дела с демографическим положением. Но бывает иногда. – Три? – переспросила Кристина. – Вы ебанутые? – Никто не хочет тут жить, – хмыкнул я. – Ебучая Сибирь. – Да ладно, прикольно же. Тут же потеплело. Ну да-а-а, теперь даже "-40" только раз за зиму бывает. Тфу, блять. Вот что это, как это называть? Вот скажите мне, разве это зима? Хуйня какая-то. – Теперь это даже как место для ссылки воспринимать нельзя. Да, отлично. Вот же ебучее глобальное потепление, такого места страну лишило. – Ну, я не могу, по крайней мере. А вот те товарищи, которым приходилось тут каторжничать, так не думали. Да, ладно, утрированный бред, да и мы сами уже отметили, что условия изменились, но как же не пошутить. Ух. Считаю день прожитым зря, если я не пошутил как-нибудь по-уебански. Дверь нам открывал Ковальский – ну, как и подобается. Он же тип тут хозяин и все дела. Пусть встречает гостей. Это было плохо лишь с той стороны, что уебанские шуточки начнутся сразу с порога. – Приветики, – усмехнулся Илья, и, заметив Кристину, затянул. – Уху-ху-у. Меня хватило только на глубокий вздох. Начина-а-ается. В колхозе утро. Мда, что-то в последнее время у меня зачастили проскакивать шутки, так или иначе связанные с СССР или теми временами. Не то чтобы я был против. Но это странно. При том, что это началось после приезда наших родственничков и друзей из Германии. Ну, блин, это как-то тупо. Не буду думать об этом тоже. Хватит нам сомнительного юмора. Мы и так к Ковальскому пришли, сейчас количество тупых шуточек увеличится вдвое (вдохуя). Нечего ещё и самому их травить. – Привет. – Это Ковальский, – решил представить его я. Ну так, на всякий случай. Вдруг Кристина и не догадывается, что за звезда перед ней. Хотя как будто она много о нём знает. Ну, сейчас познакомятся, она ещё пожалеет, что согласилась пойти сюда. Или очень не пожалеет. Смотря как сойдутся. – Очень приятно. – Да-а, мне тоже, – протянул Илья, склоняя голову на бок. Ну и лицо у него было в этот момент, конечно. Мне аж страшно немного стало. – Ты говоришь по-немецки? – Кристину же заинтересовало слегка другое. – Я, жил в Германии два года, – хмыкнул Ковальский. – Что-то до сих пор помню. Я не часто слышал разговоры Ковальского на немецком (всего пару раз, если подумать), и то это было давно, так что сейчас с интересом прислушался. Ну, мне просто было интересно, как у него получается. В школе он ведь на английский ходит. А мне интересно слушать, как люди пытаются выдавливать из себя что-то на нацистском. Слушать иностранцев, которые пытаются говорить с тобой на твоём языке, всегда прикольно. Я знаю, да. – О, прикольно, – удивлённо протянула Кристина. – Я думала, Альбрехт тут один такой будет. – Альбрехт, – Ковальский коварно на меня глянул. – Как мне нравится вот это. Альбрехт. Да отъебись ты от меня, а. Заебали. Сейчас ещё будет издеваться надо мной. Я даже могу примерно представить, как он будет это "Альбрехт" затягивать и с каким тоном произносить. Мне это уже не нравится. – Ладно, чего стоите в дверях. Проходите. Сейчас родниться будем. – Что будем делать? – шёпотом спросила у меня Кристина, когда Ковальский ушёл. – Сближаться, – объяснил я. Кристина, видимо, поняла слова "сейчас" и "будем", но херню между ними не разобрала, потому и уточняла. Мда, вот. Но вообще, это разве не слово для обозначения сближения с родственниками? Просто единственный человек, от которого я слышал его раньше, использовал это именно в таком ключе. Хотя я мог просто неправильно понять. Как обычно всё и происходит, мда. – Что, куда идти? – Кристина почему-то так и говорила шёпотом. Как будто реально боялась, что её сейчас услышат, придут, найдут и отпиздят. – Пока вон туда, – я указал на кухню, где сейчас никого не было. Просто если Ковальский реально собрался с нами разговаривать, то этим заниматься мы будем там. Ну, может, ещё кто подтянется попозже. Посмотрим. Или мы присоединимся к тусовке в зале. Чем они там заняты – эти долбоёбы малолетние. Играют в какую-то хуйню, как обычно, наверное. Ну и хрен с ними. Надо узнать, что там у Ковальского в планах. Реально родниться будем, или он так, пошутил так неудачно. Вернувшись, Илья сразу прошёл ко мне – я ещё не садился, так что он чуть ли не вплотную ко мне прижался и, склонившись, шёпотом спросил: – Твоя дама сердца нас понимает? Ей-богу, как будто что-то странное может произойти. Просто у него был такой тон, будто он собирается обсуждать со мной что-то очень стрёмное. Ну будет Кристина понимать, о чём речь идёт. И что дальше? Хотя это смотря что он со мной обсуждать собрался. Потому что кое-какие слова "моя дама сердца" может разобрать. А остальное как-то интуитивно учуять. Не знаю, как она это делает, но да. – Местами. – Буду говорить сложно тогда, – решил Ковальский. – Наш один общий знакомый ничего тебе не писал в последнее время? Я испугался из-за его слов о сложном, так что на время сам как будто отключился, не воспринимая его слова. Потом медленно начало доходить. "Тот самый" наш общий знакомый? А что с ним? Что такое вот пристальное внимание к его персоне. Случилось что-то, да? Опять? – Он вообще планирует приходить? – Ты вообще его звал? Или это так, лишь бы надо мной поиздеваться? Я просто уже не могу нормально его поведение воспринимать. – Звал. Ещё бы он в интернет выходил хоть иногда. Ой, да? А я думал, это он из-за меня так гасится. Ну, я просто иногда проверяю с ноутбука, когда он в последний раз заходил на свою страницу, и судя по тому, как редко он появляется в сети, он очень занят целыми днями. Иногда даже сутками. Потому что вот, например, на той своей странице, про которую я знаю и к которой у меня есть доступ, он был два дня назад в последний раз. Не знаю, что там на остальных аккаунтах, но вот, похоже, и там ситуация не лучше. Хм-хм-хм.. Опять что-то намечается, да? Надо будет попросить Артёма не выпиливаться. Мда, прям вот подойду к нему при встрече и скажу: "Артём, не выпиливайся". Отличный план. – Ну, может, перестанет предаваться унынию и прочитает хоть какой-нибудь диаложек. Так, товарищ майор. Можно вот без этого, пожалуйста? Я же сейчас переволнуюсь. Прямо сейчас пойду проверять, как он там. А ты пока с Кристиной побудешь. Посидите тут, породнитесь. Думаю, оба останетесь довольны. По тому, с каким лицом Ковальский отходил от меня, я понял, что да, он издевается надо мной. Ну и славно. Но всё равно надо будет узнать у Артёма, как у него дела. В целом, это даже будет смотреться нормально, учитывая, в какой пиздец сейчас катилось наше общение. Просто если бы не херня с контактом, я бы не особо волновался. Хотя откуда мне знать, может, Ковальский просто приукрашивает. Чтобы попугать меня. И Артём сегодня не сможет появится, вот Ковальский и решил нагнать немного чернухи, чтобы я поволновался и побесился. Эх, пидр Ковальский. Я понимаю, что ты нам сюжет типа двигаешь, делаешь всё более ярче и все дела (ну, по крайней мере, такие персонажи обычно для того и вводятся), но давай заканчивай уже. Бесит, ну правда. Артём придёт, да? Просто позже или типа того. Или он уже здесь, просто ныкается где-то там. С Ритой, ага. Но не сидит дома, грустный. ** Кристина отлично спелась с Дашей, которая пришла вскоре после нас. По крайней мере, они так воодушевлённо разговаривали. Особенно хорошо общение у них пошло, когда зашла речь про гомоеблю и опыт с девушками. Они действительно начали обсуждать, как противно выглядят женские половые органы, я аж охуел. Ковальский тоже сидел со слегка ошалевшим ебалом. Типа, "Чё, ебать". Твоя девушка, которая до тебя по бабам гуляла, вдруг расписывает, как ей не нравятся вагины, ух, бля. Хотя, может, я чего-то не понимаю, и это не всегда взаимосвязано? Но это реально всрато смотрится: сидят две девушки, у обоих был гомосексуальный опыт, и обе: "Женщины такие противные, ужас, особенно без волос". В рот ебал. Это как тот мемчик, где два чувака сначала говорят что-то, потом смотрят друг на друга и начинают сосаться. Вот так и здесь. Уже даже пошутить об этом успели. Что если Даша и Кристина нам с Ковальским сейчас изменят друг с другом, то мы ну просто обязаны тоже им изменить. Тоже друг с другом, несложно догадаться, да? Думаю, до такой хуйни не дойдёт. И надеюсь. Но я всё равно на всякий случай проверял, чем они там втроём на кухне заняты. Сам я вышел на балкон, проветриться слегка, да и что-то дурно мне стало от всех этих разговор. Я просто с непривычки обсуждать вагины, ну, вы понимаете, да. И ладно бы, мне просто слушать приходилось, но переводить это всё – это уже выше моих сил. Ну и да, будем откровенными, я тоже не в восторге от этих частей в женских телах. Так сказать, солидарен с Кристиной и с Дахой. Ковальский против всех. Сидел, охуевал с нас. "Да вы чё-ё-ё, как можно..". Не хочу дальше вспоминать. Там мерзкое слово. Ещё противнее чем то, что оно под собой подразумевает. Писечка, блять, а-а-а. Уменьшительно-ласкательная форма делает объект обсуждения в десять раз противнее. Блять, трясёт, нахуй. Я не слышал их горячие споры, но видел, что Ковальский и Даша что-то упорно друг другу доказывали. Ссорятся, видать, как можно не любить писечки. И невдомёк обоим, что каждый дрочит, как и на что хочет. Но вообще да, это странно. Даха типа лесбиянка, она должна нормально относится к таким вещам, нет? А не доказывать, что омерзительнее зрелища придумать нельзя. И Кристина тоже. Хотя в её случае это был просто подростковый долбоебизм, когда просто на попробовать. У многих такое было, я думаю. Я сейчас про прогрессивную Европку. В России, возможно, с этим построже, но точно сказать нельзя. Вряд ли найдётся статистика или что-то в таком духе. Ну и Ковальский, наш гордый бисексуал. Всех позащищал – что девушек, что парней, ещё и нас долбоёбами обозвал. Сказал, что мы какие-то ограниченные, и вообще это неправильно и так не должно быть. Мне, как бы, похуй, что правильно, что нет, я же не виноват, что мне это кажется реально мерзким (и у Дахи с Кристиной точно так же). Но я просто надеюсь, что они с Дашей не пересрутся окончательно. А то реально поменяемся же сейчас – Даша с Кристиной меня бортанут, и придётся с Ковальским ебаться. А я не хочу. Мне стало пиздец стыдно, когда я понял, что реально думаю о подобном. Господи, какой пиздец, а. Реально надо завязывать с такими разговорами, это плохо на мне сказывается. И Артём ещё где-то так и ходит. Вот при нём такой хуйни не было бы – мы бы не стали даже разговаривать о таком (он бы наехал на нас тип "Вы чё, конченые, вам поговорить больше не о чём?"), и я бы не стал эти мысли до такой степени развивать. Да я бы вообще об этом не думал, был бы он тут. Но его нет. Грустно Разговорчики о плохих вещах сделали своё тёмное дело, и теперь, как бы мерзко не было в этом признаваться, хотелось физической близости. Но Артёма тут нет, а, как бы.. Идти уединяться? Хотя я лучше просто постою тут и успокоюсь. Не настолько же всё плохо, и надо подумать о чём-нибудь стрёмном. Или просто переключиться. Желание и настроение уйдёт, и станет нормально. Потом вернусь к своим ""друзьям"". Которые, я надеюсь, к тому моменту уже перейдут на тему поприятнее. В какой-то мере, на балкон я пошёл ещё и потому, что отсюда можно видеть, кто ходит мимо дома и заходит в подъезд. Ну, не надо же уточнять, кого именно я выглядывал и надеялся вообще хотя бы увидеть? Так что только заметив более-менее подходящего под критерии человека, я сразу переключил внимание на него, даже ещё не осознав толком, кто это тут к нам пожаловать решил. Почтил нас своим присутствием, так сказать. Но я правда немного даже обрадовался, когда признал в человеке Артёма. Я почти не был пьяным, но это была такая тупая радость. Как когда ты маленький, и твоя мать ушла в магазин, и потом ты видишь её в окне с целым пакетом вкусного. И стоишь себе такой, ждёшь. Не то чтобы ты готов прыгать от радости. Но стоится на месте тебе явно с трудом. У меня вот ноги подкашиваются. Вот это, кстати, возможно, от алкоголя, но боже, а. Дайте сопли поразмазывать. Это я рад видеть Артёма, а не пьяный. Но было бы слишком легко, если бы он просто взял и пришёл. Нет, как же. Надо покурить, ещё медленно, долго, как он умеет. Как будто, блять, это реально приятно, что хочется растягивать это каждый раз. Я даже немного разозлился к середине. Хотелось даже позвать его, чтобы он резче там уже курил и шёл сюда. Его тут ждут, как бы. Все уже бесятся, не могут без тебя. Особенно я. Ковальский там ещё переживает. Ну, по крайней мере, если я всё правильно понял, да. Так что давай уже, всё. Хватит себя травить. Когда он скинул сигарету в лужу под ногами, я аж вытянулся – ура, он скоро придёт.. Но и тут ждал пиздец. Вместо того, чтобы пойти к подъезду, Артём двинул вообще в другую сторону. Домой, похоже, к себе пошёл? Да, звучит отлично. У меня даже вырвалось тихое такое "Ты охуел", но что мне ещё оставалось. Да, можно было позвать его, тип, "Э, ебать, ничего не перепутал? Тебе не в ту сторону немного", но что-то как-то.. Нет. Я был слишком удивлён, зол и расстроен. Я думал, мы хотя бы рядом посидим сегодня, но что в итоге получаю? Нихуя? Класс, Артём, спасибо. Очень приятно. Больше смысла стоять тут не было (в общем-то, его и изначально не много было, но просто), но я всё равно ещё какое-то время стоял тут и рассматривал асфальт внизу. Нет, ну вот и что это было? Артём, конечно, не обещал, что придёт, но это как бы подразумевалось, нет? И что, блять, не так с ним? Он опять расстроился из-за чего-то? Почему он ушёл? Сейчас доебусь же. Ладно, шучу. Не буду я этого делать. Его полное право. Не хочет тусоваться с людьми – пожалуйста, не надо себя заставлять. Но я всё равно огорчён. Ещё только седьмое, блин. Мы когда увидимся нормально? Явно не в ближайшее время, и что делать? Пиздец, Артём, блин. Горю с тебя. *** – Мне кажется, или ты расстроился. Ну, как бы тебе сказать. Человек, на встречу с которым я надеялся, не пришёл, и что я ещё должен делать, как не расстраиваться? Я так-то ждал. Жаждал, ебать. А он пришёл, покурил возле подъезда и исчез. Что к чему вообще было. "Человек на работе устал, что ты хочешь, блять" Не, я всё понимаю.. Ладно, нихуя я не понимаю, ещё и эгоист тупой. Но что поделать-то, блин. – Да, всё нормально. Всего-то небольшое разочарование. Посплю и похуй станет. Голова была такая тяжёлая, что уже просто не держалась. Хотелось лечь спать, и вот правда, почему я до сих пор не в горизонтальном положении? Мы же даже уже дома, у меня в комнате, на кровати. Ложись и спи, блять, долбоёб. Но мне так грустно, так грустно. Утешьте меня, кто-нибудь, пожалуйста, я очень пьян и мне плохо морально. Кристина. Ты тут единственная рядом, можно тебя обнять? Да можно, что я спрашиваю. Сама лезет каждый вечер, и я имею право хотя бы раз себе лишнего позволить.