omelas

Он поправляет бабочку на костюме, в котором всегда выглядит превосходно. Поправляет челку и заряжает пистолет, это обычное дело. В его кабинете как обычно пахнет клубникой. Раздаётся телефонный звонок, он подходит к телефону не спеша, скорее всего это Тэхён или Хосок. Но нет, голос другой. До боли знакомый, услышав который, слёзы сами наворачиваются на глаза. — Джин, я собрал нужную сумму денег, — с хрипотцой, голос Намджуна для него как колыбельная, — можешь подъехать? — Сейчас? — Да, я в компании. — Сейчас буду, пересчитай пока. Гордость для него ничего не значит, когда дело касается Намджуна. Он бы приполз и на коленях, только бы тот попросил. Он сделал бы для него всё, чего бы тот захотел. Но от него Джун ничего не хочет. Смотрится в зеркало, набирая Хосока. Говорит коротко и ясно, куда нужно выехать. Встреча с младшими подождёт. Он так долго ждал встречи с ним, именно этой встречи. Когда можно посмотреть в глаза без притворства, когда можно коснуться его. Он хочет этого. bts — fake love В его кабинете никогда не пахло клубникой, даже в его доме этот запах никогда не появлялся. Тут запах дорогого алкоголя и одеколона. Ким сидит за столом, на нём сумка с деньгами. Он хотел выставить её за дверь, даже не встречаясь с Джином. Но совесть не позволила. Это было бы слишком высокомерно или низко, он не знает. Ни о чём не думает. Секретарь говорит о его прибытии и пропускает одного. Хосок стоит за дверью и ждёт сигнала. Или когда нужно войти, или когда нужно уйти. Джин одет в костюм, чем очень удивляет. — Я отменил кое-какие планы ради этой встречи, — объясняется и проходит, садясь за стол. — Вот сумка, в ней вся сумма. От него снова так пахнет. Его глаза всё такие же чёрные, всё так же полны обиды. Джун не хочет, чтоб тот плакал или вспоминал что-то. Он не выдержит и снова начнёт думать о нём. Вырезав из сердца, он не смог избавиться от мыслей о нём. — Намджун, — Джин опускает сумку на пол, смотря на него. Он ищет в ответном взгляде что-то теплее, чем равнодушие. Но находит пропасть, в которую каждый раз валится с головой. — Не начинай этих разговоров, ладно? — начинает листать какие-то бумаги, отводя глаза. — Ты даже не хочешь поговорить? — О чём? Я просил тебя забыть это всё, — бумаги отодвинуты в сторону. — Намджун, я любил тебя, — так просто сказанные слова ранят так сильно. — Я знаю. Отчаяние, этим словом можно описать их чувства сейчас. Оба чувствуют себя ужасно, только Джину хуже. Только он пытался вернуть всё на места, только он держался за эту любовь. — Я и сейчас люблю, слышишь? — слёзы расцветают вокруг глаз, но не катятся вниз. Ему так больно говорить о любви? — Джин, прекрати, — горький ком в горле, и глаза начинают слезиться. Мужчины плачут, им бывает больно. bts — outro: tear — Ты не изменился, но зачем оставил меня? Намджун, просто скажи, зачем? — Ты же знаешь, Джин! Прекрати эти игры! — он поднимается и повышает голос. Он хрипит, может от сигарет, может от возраста. — Да плевать я хотел на неё! — он тоже встаёт, его голос становится выше, но не пищит. — Мы могли воспитать твоего сына вместе, ты не должен был уходить! — Ты понимаешь, что это было невозможно? — он подходит ближе, опустив руки. — Наши чувства не привели ни к чему хорошему, Джин. Это была фальшивая любовь. Слеза стекает с одной щеки, со второй. Он начинает дышать чаще, плача. Даже не всхлипывает, просто смотрит ему в глаза, которые так же полны слёз. — Когда ты говоришь о таком, мне кажется, что я не любил тебя, — Джин вздыхает и берёт его руку в свою. Он коснулся его. Спустя столько лет, он снова чувствует это. Его рука не тёплая, наоборот, холодная. Джин боится, что тот замерз. Его пальцы всё такие же тонкие, ладони всё такие же большие. Он накрывает его руку второй ладонью и смотрит всё так же в глаза. Намджун нервничает, боясь, что может произойти дальше. Но дальше ничего не будет. У них больше ничего не будет. Джин долго ждал этого касания. Такого ненавязчивого, которое не оттолкнуть. Касание рукой, ничего больше не нужно. — Помнишь тот отель, где был наш первый раз? — его голос стал тихим и хрипит так неестественно. Намджун кивает, позволяя ему держать себя за руку. — Он мой уже пару лет, "Omelas", —всхлипывает совсем тихо. — Ты ушёл оттуда, но ведь не все, кто уходят, счастливы. Намджун кивает ещё раз. Не хочет говорить, боится, что если скажет хоть слово, то заплачет. Они не должны проливать слёзы вместе. — Это счастье было таким же фальшивым, как и наша любовь, —он забирает руку. Джин рвано выдыхает, новая слеза катится вниз. Они собираются в уголках мокрых глаз, падая вниз. Намджун отходит, вытирая свои мокрые глаза. Ему давно не было так больно и хорошо одновременно. Больно, ведь этого не должно быть. Он просил его забыть, а теперь сам вдыхает полными легкими его запах. Не только клубники, а и самого Джина. Хорошо, потому что он этого хотел. Не должен, но хотел. Хотел почувствовать его нежные руки, хотел почувствовать его любовь. Ему мало коснуться руки, но он не сделает и шага в его сторону. Просто потому что не должен. Джин вытирает слёзы, начиная дышать ртом. — Намджун! Он оборачивается, замирая. Джин держит в руках пистолет. — Опусти его, не делай глупостей, —поднимает руки вверх, понимая, что нет ни охраны, ни оружия. — Глупостей? Глупостью было потратить молодость на тебя! — Мы не можем вернуть время обратно, мы можем просто забыть это… — Забыть? Ты говорил, что мы будем вместе вечно… — он роняет пистолет, начиная рыдать. Намджун подбегает, забирая пистолет. Его руки трясутся, он боится случайно нажать на курок. Обеими руками он берёт его, наводя на Сокджина. Тот удивлённо поднимает красные глаза. Глаза, полные боли и обиды. bts — the truth untold — Убьёшь меня? Потому что любишь, да? — Я не выстрелю, — он шмыгает носом и моргает несколько раз, чтобы пелена слёз не мешала видеть парня, — я не выстрелю, если сейчас же мои люди увезут тебя отсюда, и я больше никогда не увижу тебя. Джин смеётся, это так смешно. Ради него он присвоил себе отель. Просто для того, чтоб место их первой ночи всегда напоминало о нём. Он убивал людей, которые мешали ему сблизиться с ним. Охрана, мафия, которая скрывала его. Он приставил к его сыну родного брата, заставив того следить за ним. Он пользуется Хосоком, Юнги и жизнями людей, только чтоб удержаться за свою. За ту жизнь, которая была рядом с ним. А теперь он должен уехать, когда коснулся того, к чему стремился столько лет? — Нет. — Джин, забери эти деньги и выйди за дверь, — он делает шаг вперёд. — Я любил тебя так же сильно, как и ты меня. Наша любовь была фальшивой, но ведь она была? — он сочиняет милую ложь. Джин широко раскрывает глаза, выпрямляясь в спине. Искорки и тепло в его чёрных глазах. Боль, неясным туманом, исчезает. Нет, не сразу, лишь на мгновения. На один лишь момент, к которому он так долго шёл. — Я не хотел делать тебе больно, ведь изменил. Я поступил ужасно, но мне страшно извиниться. Этот страх вызван тобой, Джин. Мне просто страшно, пойми. Я хочу, чтобы ты уехал сейчас. Прошу, лиши меня этого страха. Позволь мне снять эту маску. Джин вздыхает, последние слёзы стекают по лицу. Внутри песчаная буря, которая песчинками раздирает легкие, пропуская весь воздух наружу. Он тяжело дышит, пытаясь осознать сказанное. Он просит его помочь? — Ты обнимешь меня на прощание? — протягивает обе руки. — Конечно, — Намджун опускает одну руку. Джин подходит и обнимает его за талию. В голове моменты, все те моменты, когда он вот так обнимал его. Их первая ночь, последний день. Всё это так быстро проносится, оставляя после себя лишь воспоминания. Оно вызывает улыбку. Лёгкую и скромную улыбку. Они все сходят с ума. Намджун отстраняется, улыбаясь ему. — На выходе стоит машина, просто сядь в неё, ладно? — приподнимает его голову за подбородок. Он делал так, перед тем как поцеловать. Но сейчас не поцелует. Сейчас он отпустит его, улыбнувшись на прощание. Он вырезал его из сердца, а теперь отпускает из мыслей, вместе с моментами, которые до сих пор вспоминал.