Moon effect

В казематах особняка Блэков второй день голодал сальноволосый крючконос, взывая в темноту. — Как настроение, Северус? — встал перед стеной с ложным окном, маг по другую сторону вздрогнул. — Милорд? — просипел, поймав взгляд сияющих глаз. — Где я? Что вы хотите? Почему я здесь? — Дополнить картину, — сложил руки за спиной, вслушиваясь в тишину, — как Лили осталась жива? Странный вопрос от того, кто был непосредственным участником. Да, лорд позабыл детали, ну же. — Ритуал… вы помогли нам. Моя мать болела, свою жизнь за жизнь Лили отдала и потом… потом вы поработали с её памятью. Она забыла Поттера, ребенка, поверила, что мы тайно поженились… — Я обещал тебе что-то? — сомневался. — Не бойся, говори как есть. — Вы дали задание. Помочь вернуться, если исчезнете. Я ждал условного сигнала, милорд. — Полагаю, потому, что план с воскрешением не пригодился. В чем он заключался? — Запитать ваш дневник в пентаграмме пятью жертвами, сварить сублимат и опустить туда. — Мне нужен дневник и рецепт сублимата. — Всё в сейфе, милорд. Только я могу в него попасть, — подготовился, прежде чем к Люциусу идти. Молодец. — Что ж, — кивнул, — встречное предложение. Вступление в род Принцев на правах слуги. Фыркнул, выходя из себя. — Прислуживать той, что уничтожила мой род?! Лучше умереть! Никогда! Слышите?! — Бросишь Лили? У вас ребенок подрастает. Остынь и подумай, Северуссс… Крыса заметалась в клетке, ругаясь под свой длинный крючковатый нос. — Для меня, Лили и сына. С проживанием, без налога на варку, сто тысяч и полный доступ к библиотеке! — Жить будете в сокрытом доме, откуда она сбежала с малышом. Запросы в библиотеку будут идти через меня, как главу рода Принц. Налогов нет, но, если нужен состав, изволь сварить немедленно… и тысяча галеонов на переезд из той дыры, где вы прятались. Спрятал руки в карманы брюк, сражаясь с собой. Моё предложение щедрое, учитывая альтернативы, которые обычно предлагал Темный лорд. Стоит ли рисковать четырьмя жизнями? — Не больше котла в декаду, с расходами на вас, милорд. — Десять котлов в год. Не микстуры же от кашля варить будешь, Северус. — Хорошо, десять. Когда выпустите? Лили волнуется. — Как съешь ужин. В этот раз там будет зелье, — кивнул, — приятного аппетита и до встречи. Второй слуга пошел. До Малфоев с прочими чистокровками далеко, конечно, те поколениями под опеку перспективных магов прибирают. Затем и нужны все эти дотации Попечителей, из массы не кондиции выловить десяток-другой сообразительных, талантливых, соблазнительных. Вальбурга своими не управляла, Сигнус с Друэллой вели дела, половину дохода начисляя в сейф леди Дома. — Он быстро согласился, — ведьма сидела в гостиной, попивая чай, — я бы проконтролировала. — Карм теперь сильна так же, как раньше, — сел рядом, откинувшись на спинку диванчика. — Ты почти не изменился, — провела пальчиками по скулам, — не такой бледный, разве что. — Принцы слабее Блэков, да и роднились слишком часто, — поцеловал запястье, — похорошела. — Спасибо, — мрачно улыбнулась почти Белла, — пара дорогих составов и немного чар гламура. Маленькая гостиная в слизеринском стиле освещалась высоким ложным окном с видом на лес. — Андромеда не просилась вернуться? Тонкс говорила, мать впала в истерику, обиделась на её глупость. — Прислала письмо, — отмахнулась, — проклятия через слово, я не читала. Твари скормила. — Удивительно, что он еще не среди этих, — кивнул на дверь к лестницам, — головушку с плеч. — Хотела, — посмотрела вдаль, на качающиеся ели, — передумала, когда принес медальон. Задумчиво погладила пальчиком копию оригинала в ямочке между стянутых корсетом грудей. — Перечитываешь записку? — моргнула, не зря запирающие чары снимал. — Ты не виновата, Валли. — Может быть, — поставила пустую чашку, прилегла на плечо, — мне нужно отвлечься, Гарольд. Открыла разум, показывая, что имеет ввиду не только спальню, а нечто большее вне дома. — Каждый раз на «Истории магии» я борюсь со сном. Часто, неудачно. Найти учителя истории в наше время почему-то сложнее, чем махателя палочкой первой ступени. Знаешь, почему? — Догадываюсь, — глухо усмехнулась, — домовики вместо сказок читают чистокровным историю на ночь, чтобы крепче спалось. «История магии» нужна грязнокровкам, Попечители на ней экономят. — Проверка показала, что Драко и Тонкс имеют очень далекое представление о Вековой войне. — Оба неверные? — улыбнулся, поцеловал в висок. — Такие кровавые события забывать нельзя. — Согласен, без той войны не было бы министерств, объединения магов, создания школ. Так ведь? — И много чего еще, — возмущалась, — начнутся каникулы, я им покажу, были где-то воспоминания… — Валли, — подняла голубые глазки, — покажи всем. МакГонагалл пойдет на любые условия. Лю-бы-е. — Учить грязнокровок? — изогнула бровки. — Блэки никогда не сближались с маглами! Невозможно! — Найджелус был директором школы, где две трети учеников полукровки. Разве нет? Молчишь? — Когда это было… — пробурчала, отворачиваясь, — еще до Статута поди, вспомнил предка, ха! — Его портрет как-то принял меня за директора, посоветовав пригласить парочку старост на ночь. Посмеялись, вернулась в объятия. Долго думала, успел расцеловать шейку и развязать корсет. — Если будешь помогать проверять эссе и… — поцеловала, — оставаться, то я подумаю, милорд. — Хотел предложить еще в Совет Попечителей войти, для большего уважения со стороны учителей. — Войду, — села сверху, опуская лямочки платья, — когда устанешь входить в меня к утру. Не устану. Гораций бесперебойно снабжает всем необходимым. Старящее, восстанавливающее, оборотка для Минервы, зелья памяти, сна без сновидений, мази от ушибов. Розовый восход над лесом подтвердил, что ласки много не бывает. Зашел в камин, и через секунду уже был в башне директрисы. Ведьма в магловском спортивном костюме как раз делала зарядку на ковре, кивнул. — Доброе утро, мадам директор. Миссия выполнена, учитель с нулевым окладом найден. — Действительно, доброе, — вздохнула, вздернув попку к потолку, — на каких условиях? — Гертруда станет чаще засыпать в одиночестве и проверять эссе в обмен на уроки манер. — Тяжко ей придется, — выгнула спинку по-кошачьи, — не так как вам, конечно, хи-хи. — Я специально напрашивался, — ухмыльнулась, — люблю наказания. Увидимся у ворот, Минни. И прежде, чем жалящее настигло цель, переместился в кабинет учителя зельеварения. Открыл проход в Тайную комнату и вскоре вышел у себя, на ходу сбросив одежду. Бесшумно влетел в душ, смыл прошедшую ночь, переоделся в «Адидас» и шагом-марш под мантией невидимкой наружу. По пути не забыв оставить свиток на тумбочке. Гермиона, в отличии от прочих ведьм, испытывала к цветам полное равнодушие, а вот к копиям страниц из древних фолиантов семейных библиотек относилась с нескрываемым восхищением. — По опушке к озеру, — скомандовала Минерва, едва вышел на крыльцо, — догоняй. — Ауч, — ужалила, сучка, — спасибо, что не Круцио, — бросил вслед виляющей попке. Медитация. Виды Хогвартса давно приелись, бежал, не глядя. Другое дело — эти ягодицы, ходившие вверх-вниз, и фантазия, убирающая обтягивающую ткань костюма. Не жизнь, а рай! — О чем думал на этот раз? — прижалась к дереву, тяжело дыша. Хагрид вдали бросал туши в воду. — Вальгалла, — прилег на пожелтевшую траву, — посмертие викингов. С утра воины облачаются в доспехи и идут на поле битвы, на закате убитые восстают и пьют с убийцами за одним столом, устраивая оргию с сотнями женщин до рассвета, а потом снова идут в бой. — Незавидная участь, если родилась женщиной, — обменялись ухмылками, — Рай справедливее. — Не скажи. Будь у Бога какая-нибудь Богиня, что правила бы миром вместе с ним на равных… — И правда, — посмотрела на серое небо, — никогда о таком не думала. Интересно, что сказал бы отец. — Предложил бы пройти на костер, ведьма-еретичка, — похихикали и побежали дальше. Шутки шутками, но здесь реализовывалась моя версия саг викингов. Помня «Матрицу», знал, что доказать нахождение внутри системы изнутри невозможно. Другие варианты предполагали нечто среднее между миром киборгов, дополнительной реальностью и технологиями моего будущего. Увы, одно не исключало другое. Если долго смотреть в бездну, то бездна посмотрит в ответ. Видимо, я сильно пересмотрел, раз попал сюда. — Загрустил? — всплыла Минни из лазурной воды на фоне пальм. — Обычно у тебя приподнято. — На какаду засмотрелся, — утащила в пруд за собой, — как маги отличают иллюзию от реальности? — Никак, — обвила ручками, ухватил ниже талии, — Гораций не спрашивал, зачем столько оборотки? — Нет. Никогда не догадается, что ты сама в себя превращаешься, — поцеловал, — хочешь на дне? Давление воды придавало поршню мощь, а чары воздуха содержали чистый кислород. Кайф при частом дыхании гарантирован. Совместить с отбойным молотком, и полный улёт готов. — Это ведь ненормально, что мне такое нравится? — вернулись в кабинет, полезла в стол за мазью. — Помочь нанести? — хмыкнула, опустив ручку в трико. — Ненормально лечиться под оборотным. — Отменять больно… к тому же, сам сказал, любые зелья по желанию. Гораций не обеднеет. — Ага, — раскинулся в кресле, — может, не пойдем на завтрак? Подадим нашим плохой пример. Пальчик в мази категорично указал на камин, жалостливый взгляд «Кота в сапогах» не помог. И зачем домовики нужны? Ни разу еще завтрак не пропустил, несмотря на день декады. Выходной или нет — Лорд бодр, уверен в себе, смиренно нянчится с первогодками и слушает новости из мира магов. — Милорд? — Августа напомнила о себе, тронув за плечо. — Мы можем поговорить наедине? Почти все уже закончили с трапезой, перейдя на болтовню за чаем. Гермиона ушла с Кристалл, я и не заметил. — Да, конечно, — допил какао, — идем, — от скуки мозг автоматически отрубается. До апартаментов дошли молча, устроились в креслах напротив ложного окна с видом на горы. — Она ведь не услышит? — помахала палочкой, создав гудящий щит тишины. — Можно говорить? — Директриса печется о Поттере, наша болтовня ей не интересна. Говори. — Кхм, — убрала русую прядку за ушко, сложив ручки на коленках, — моя семья хочет породниться с вами по ветви Принцев. На нашем гобелене проявилось ваше имя, милорд. Шило в мешке не утаишь. Карм предвидела подобный исход, темные тоже мониторят камины. — И какое приданое за тебя дают? — Зависит от того, что вам интересно. Галеоны, доли, люди, информация. — После диктатуры медальоны раскупают быстрее, чем гоблины чеканят. Всё, кроме монет. — Эм, — похлопала длинными ресницами, соображая, — у нас есть доли «Пророка», «Вестника», «Бобатона» и других изданий. Крупные в «ПродуктКонцерн», «НаМетле», «ИмперияСов». И тысяча небольших, вроде «Нимбус», «Комета», «ДрагонБоунс», «ЛонгХерб», «БлэкАртс». Слуги работают по всему миру, восемьдесят семь палочек. По контрактам тысяча шестьсот семьдесят. В сейфе хранится много интересного на всех сотрудников министерств, есть не покупная память. Волдеморту такое не предлагали. Аскет держал на поводке наследников, отдавая приказы, и не вникал, кто и как там исполняет. Мог порешить за книжку, как Гермиона, всё прочее попросту игнорируя. — С моей стороны будет невежливо согласиться, не узнав, какое приданое дает Лорд Малфой за внучку Сциллу и Лорд Паркинсон за Панси. Слабые дома могут пожертвовать очень многим. — Малфои предали вашего отца, милорд, — достала флакон с ртутью, — здесь воспоминание с одного из малых собраний, — взял, — где он открыто об этом говорит. Они всегда играют за себя. Мой отец же сидит в Азкабане, он верно служил и никого не предал. Розье честно ведут дела. Паркинсоны не плохой выбор… — второй флакон, я так предсказуем? — нуждаются в галеонах, готовы на всё за погашение долга. С нашей помощью вы можете их купить, у нас достаточно памяти нарушений ими Статута. Зачем родниться с теми, кто будет рад служить за монеты? Паркинсоны простые работорговцы. — Давай сразу всю память, что есть, и кратко, кого и как с вашей «помощью» можно подчинить. Планы у Розье оказались грандиозные. Используя диктатуру, хотели попустить Абраксаса, взяв под крыло всех. Темных, нейтралов, светлых. Закрепить мои права магией, галеонами, долями, вместо «копий», на которых я сидел. Переворот под покровом тишины, раз, и я правлю миром. — Я могла где-то напутать, — нервно улыбнулась, — суть, думаю, передала. Нейтан всё продумал. — Поработал на славу, — выдумщик, — буду иметь ввиду. Публичные торги провести обязан, даже зная, кто в итоге победит. Через декаду-две встретимся вновь, — встал, — скоро на заседание, не составишь компанию в душе? В последний раз тебе удалось меня впечатлить, — ухмыльнулся. — Составлю, конечно, как раз в горле пересохло, кхе-кхе, — хитро улыбнулась в ответ. Многие ведьмы в её возрасте мастерски владели языком, мало кто задыхался, причмокивая. Карм больше понравилась бы Сцилла. Девочке лет пять, ни о каких наследниках в ближайшем будущем беспокоиться не нужно. Если миледи родит Принцам девочек, будет время дойти до мальчика. По другому раскладу есть выгоды от самой Августы, навыков, ума, положения в обществе. Стычки на почве власти между двумя очень влиятельными родами Абраксас наверняка предусмотрел. Почти всегда такое происходит, когда на доске появляется неоднозначная фигура. Кого же мне выбрать? — Выглядишь замечательно, — оценил переодевшуюся в серебристую парадную мантию ведьму. — Благодарю, — книксен, — в башню директрисы? — К декану, — подал Августе локоть, и вместе шагнули в стену, покидая гостиную Слизерина. Гораций пошел вместе с нами, выйдя из камина в Атриуме. Здоровый кабан. Пропустил вперед, чтобы как ледокол рассекал толпу. Удобно. Любитель сладостей и славы хотел попасть на передовицу, сохранить выпуск для потомков. И тему для обсуждения на встрече клуба Слизней поднять, завтра вечером как раз первое чаепитие. — Давно я здесь не бывал, — улыбнулся морж, окинув взглядом сферу в фиолетовом камне, — давно, когда же это было… — Располагайтесь, где хотите, господин декан. Миледи, — поцеловал ручку, — вы обворожительны. — Вы тоже, диктатор, — чмокнула в щечку под умиление Горация и косой взгляд Риты. Подмигнул. «Кобель!» — транслировала мисс Жукова, отвернулся, скрывая ухмылку. Зал скоро заполнился, все ярусы занимали в сумме почти сто тел, не считая членов Визенгамота. Дамблдор в неизменной феске и мантии-халате со звездами запечатал зал, зачитал список дел на рассмотрение диктатору, и первый представитель пошел. Большую часть запросов отклонял, ибо жулики хотели воспользоваться моей непросвещенностью в структуре министерства. Кармелла по правую руку условным движением сообщала, дурят главы или правда нужно внести изменения. — Подсудимый Джон Ричард Долиш, — представил мага в поднявшемся каменном кресле старик. — Кхе-хе, — из тени на свет рядом с бывшим аврором вышел Крауч в строгом костюме, — диктатор, за эту декаду мой отдел расследовал все эпизоды из признательных показаний с прошлого заседания Визенгамота. Мистер Долиш сотрудничал со следствием, затраты на зелье Истины по итогу составили два галеона. Вследствие этого прошу проявить к подсудимому снисхождение. — Принято к сведению, — кивнул, — не нужно перечислять все нарушения, подведите черту. — Так-так, — Барти развернул свиток, — совокупный штраф равен тридцати тысячам галеонов, либо лишением свободы на срок от трех месяцев до трех лет на верхнем уровне Азкабана, — зал затих. — Оба варианта жестоки, — вздохнул, — могут ли показания мистера Долиша помочь в прочих делах? — За давностью лет, увы, нет, диктатор. Многие из тех, кто мог бы взять часть вины на себя сейчас или мертвы, или ушли на пенсию по выслуге лет. Мистеру Долишу до пенсии оставалось два года. — Хм, — нашел в толпе негра, — мистер Бруствер, встаньте, пожалуйста. — Слушаю, диктатор, — высокий метис в бордовом камзоле с фиолетовым плащом вышел на свет. — Сколько зарабатывают служители Азкабана? За год. — Около пятисот галеонов, диктатор. Служба декада через декаду. — В обязанности авроров входит кормление заключенных? — Нет, во время приемов пищи дементоры отлетают подальше, и еду разносят домовики. — Это небезопасно, повышается риск побега, согласны? — Наверное, — задумался, — предлагаете нанять мистера Долиша вместо домовиков? — И досрочно отправить на пенсию, чтобы не платить жалование. Домовики готовят, он развозит. — Я… — Джон впервые подал голос, — я согласен, диктатор. Лучше так, чем сидеть, монет-то нет… — Отлично, — улыбнулся, — Визенгамот решил наказать мистера Долиша принудительной работой в Азкабане сроком в десять лет. Мистер Бруствер, верните старшего аврора синего плаща на службу и разжалуйте до голубого плаща, отправив на досрочную пенсию. Недополученная выслуга уйдет в счет погашения штрафа в сто галеонов, выписанного ранее, и на покрытие расходов следствия. Соломоново решение вызвало у Джона слезы, Гораций захлопал жирными ладошками, вызвав цепную реакцию. Никому невдомёк, что это часть плана по освобождению заключенных, хе-хе. Заседание завершилось, когда все поутихли. Колдографы приготовились щелкать затворами. — Дадите интервью?! Комментарий! Диктатор! — как обычно преградили путь, подозвал гостей. — Сегодня я пришел не один, — морж встал слева, Августа справа, — профессор Слагхорн, декан Слизерина стал тем, кто подал идею вынесенного мною решения. Всегда ищущий компромиссы Гораций по праву заслуживает звание лучшего декана в истории Хогвартса. Благодаря его труду на факультете старостами становятся такие прекрасные чародеи, как Августа Розье и Горо Джагсон, достойные упоминания в зале Славы. Возможно, что леди с такими талантами станет Принц. Да, вы не ослышались. Недавно я вошел в этот древний, часто роднившийся с Блэками, Дом. Миледи была рада предоставить доступ к алтарю, давно требующему продолжения рода, — черные ручки легли на плечи, сделав снимок эффектнее. Наша троица и ступенькой выше за спиной Нейтан, Кармелла и Абраксас. — Сегодня я бы очень хотел увидеть вас на собрании, милорд, — выдал Шон Коннери в лифте. — Кармелла будет, лучший переговорщик в мире на моей стороне, — черная богиня улыбнулась. — Чувствую, оба лорда не очень довольны вашим выбором, милорд, — издевалась. — Меня, — хмыкнул похожий на Лектора старик Розье, — больше беспокоит ваше влияние, миледи. — Меня тоже, — вздохнул Абраксас, — диктатор очень важен для нас живым и в здравом уме. — Не сомневайтесь, — пресек болтовню, — в случае моей смерти главой рода станет Хвост. Ни Августа, ни Гораций не подавали звуков, пока под лязг лифта лорды размышляли. — Буду рад видеть вас в нашем поместье в шестнадцать, миледи, — кивнул Малфой, — Нейтан. Старички отделились от нашей четверки в сторону ресторана, богиня вильнула попкой и скрылась в снующей толпе Атриума. Гораций закрутил усы и, напевая песенку, пошел следом. Августа была невозмутимой. Внешне. Стоило вернуться в замок, как нервы сдали. Повисла на шее в коридоре, едва вышли из класса. — Милорд, вы понимаете, что сделали? — глазки забегали, ища понимания. — Нет, не до конца, да? — Запустил интригу, торги. Поднял цену твоих дынек до уровня… недостижимого другим ведьмам. — Хи-хи, — зацеловала, — даже если они договорятся о другом, Дэвисы расторгнут помолвку. Меня сосватают Нотту, или Драко, или… да кому-нибудь еще, их силы. А декан-то как раздулся, пха-ха! — Тихо ты, в коридорах всё слышно. Рад за тебя, будешь должна, — и получил затяжной поцелуй. Закончив с ласками, поспешил в башню директрисы. Рита уже устроилась на троне, закинув ножки на стол. Перо танцевал по свитку, интервью началось без меня. Присел на край стола, улыбнулась. — «Возможно» такое интригующее слово. Никак не могу понять, с какой интонацией написать. — Колдография передаст, — провел рукой по гладким икрам, — вернемся к обсуждению газеты? — Газеты? — сложила бровки домиком. — Твоей, что предложил тогда? Магловских новостей? — Ага. Представь обложку с колдографией взлетающей ракеты с мыса Канаверал. Или сжигание джунглей напалмом. Резню в Афганистане среди русских и моджахедов. Сочные заголовки, трупы, плачущие матери и голодные дети. Все ужасы магловской жизни со статистикой жертв… красота! — Хы-хы, — ухмыльнулась, — и кто будет такое читать? Чистокровки? Очень скромный тираж выйдет. — Почему же. Эксперты по чарам, превращениям и боевой магии в каждой статье дадут совет, чем и как лучше всего защититься от подобного вида магловского оружия. Шок и просвещение, что? — Ничего, хи-хи, хочешь выкинуть галеоны — твоё право. Помогу, чем смогу. Название придумал? — «Мордред!», с восклицательным знаком. Каждый выпуск должен вызывать такую реакцию. Звонкий смех разбудил Фоукса, с укором курлыкнувшего в ответ. И что тут смешного? Мне норм.