Я не должен лгать...

pov Снейп Мне не хотелось давать Поттеру Сыворотку Правды, но только так я смог бы узнать ответы на свои вопросы. Подлить зелье в бульон ничего не стоило, но я долго не решался. Сделав это, мальчик полностью потерял доверие ко мне. Упрямство взяло свое, и бесцветная жидкость была добавлена к еде. Я надеялся, что Поттер нормально отнесется к моему эксперименту, может быть покричит пара часов, закатит истерику, но результат стоит того, так думал я сначала. Гарри ничего не заметил, но на душе было тяжело. Я начал сомневаться в правильности своей затеи. Начав допрос, я и не догадывался на что пойдет Поттер, чтобы не проронить ни слова. Мальчик отчаянно сопротивлялся зелью, пытался предпринять попытки сбежать, и даже, когда был остановлен, не соглашался сотрудничать. На первые пару вопросов волшебник ответил достаточно быстро, правда его взгляд был намного красноречивее слов. Зелёные глаза Лили смотрели на меня с таким холодом и презрением, что я потерял на несколько секунд дар речи. Чем больше вопросов я задавал, тем больше убеждался в том, что Поттер магнит для неприятностей. Я не знал, кто такой Дадли, но узнав, преподал бы ему несколько уроков. Травмы, полученные Гарри, были настолько серьёзными, что он мог легко умереть. После того, как мне удастся разобраться со своими делами, я пообещал себе обязательно разыскать всех, кто был причастен. Они поплатятся за то, что сделали. Также мне было важны мотивы, почему гриффиндорец после выздоровления не предпочел покинуть меня. Наши отношения всегда были непростыми и даже натянутыми, не мог ведь он из-за благодарности за спасение вдруг резко поменять мнение на счёт меня. Этого просто не могло быть. Что точно знал зельевар, так это то, что люди не привыкли так просто меняться После следующего вопроса выражение лица Гарри изменилось. Его глаза стали какими-то другими, словно совершенно чужими. В них не было больше злости, но отражалась доля безумства. Я смотрел на взбалмошного подростка, не решаясь повторить свой вопрос. Одно промедление, и я с ужасом взираю на кровь, стекающую по подбородку гриффиндорца. Он весь подрагивал и казалось готов вцепиться в горло тому, кто приблизиться к нему. Я был испуган и поражен новой выходкой Поттера. Неужели он лучше ранит себя, чем ответит на мой вопрос. Сам не знаю почему я приблизился к бледному лицу Поттера и кончиками пальцев убрал кровавый след. Я больше не мог рисковать самочувствием мальчишки ради удовлетворения своего любопытства. Мой эгоизм и так привел к тому, что Гарри был истощен в моральном плане. Я решил дать время волшебнику прийти в себя, но напоследок оставил Животворящий эликсир. Мальчик скорее рефлекторно взял то, что я протянул ему, но головы так и не поднял. Я вышел, но остался стоять за дверью, предвкушая, как Поттер начнет осыпать меня проклятьями, метаться и крушить комнату, но этого не случилось. На протяжении всего времени не было слышно даже шороха. Испугавшись, что с мальчишкой что-то опять случилось, я поспешил вернуться. Весь вид Поттера говорил о том, что мой приход он не заметил, продолжая глядеть куда-то вниз. Его безразличный взгляд злил меня ещё больше, потому что таким он совсем не был похож на Джеймса. Сейчас он больше походил на потерянного ребенка, который нуждался в утешении. Но ждать от меня сочувствия не стоит. Я не знал, что мне делать с Поттером. Решив хоть как-то расшевелить подростка, я крикнул, чтобы он не вел себя, как ребенок, и наконец выпил зелье, но реакции не последовало. После слов о его родственниках Гарри все же слабо зашевелился, но это продлилось недолго. Значительных изменений не последовало, и я, раздраженно выдернув пузырек из чужих рук, начал вливать в Поттера зелье. Несмотря на мои весьма грубые движения, подросток ни разу не содрогнулся и даже не поежился, когда малоприятная на вкус жидкость попала на язык. Закончив, я в гневе громко захлопнул дверь, напоследок наложив следящие чары. Время шло, Волан-де-морт скоро обнаружит мальчика. Я понимал, что со мной Гарри Поттер в большой опасности, но не мог оставить его в таком состоянии. Подросток нуждался в лечении, и как бы я ни недолюбливал мальчика, оставить его одного не мог. Я отдал бы жизнь, ради того, чтобы Поттер выжил в этой войне. Слова Дамблдора о том, что Гарри-последний крестраж Того-Кого-Нельзя-Называть застали меня врасплох. Сын Лили в итоге должен был умереть от руки Темного Лорда, но я не готов был смириться с этим. -Вы растили его словно свинью на убой, — кричал я на директора Хогвартса, не в силах остановиться. Зачем все это нужно было. Чтобы Гарри, как и его мать, пожертвовал собой. То последнее, что оставила после себя Лили, единственное о ней напоминание будет также, как и она убито. Я не мог смириться. Я не мог вновь потерять… Но не мог ничего изменить. С самого рождения Гарри, я ненавидел себя, ведь одной из причин смерти семьи Поттеров являлся сам. Все, что я мог сделать для погибших- присмотреть за их сыном. Альбус пообещал позаботиться о ребенке, и я доверился ему. Много раз я думал навестить Гарри, но я боялся. Боялся встретиться со своим прошлом. Боялся возродить ту боль в сердце при взгляде на ее дитя. -Прости меня Лили, я снова подвёл тебя, — шептал я по вечерам, заглушая свою боль пятой кружкой огневиски. — Я был трусом, я не смог стать тем, кем ты меня всегда видела. Директор Хогвартса заверил меня, что Гарри в надежном месте. Сестра Лили и ее муж заботятся о Поттере и делают все необходимое. После этого я успокоился, надеясь, что Петунья, не смотря на вражду со своей сестрой, сможет воспитать Гарри. За эти долгие 11 лет я почти не вспоминал о существовании Поттера, лишь в тот самый роковой день предаваясь воспоминаниям. Но наступил новый год, и на этот раз в Хогвартс должен был прибыть особенный ребенок. -У него глаза матери, — посетила меня первая мысль при взгляде на мальчика. Но в остальном Гарри был точной копией Джеймса. Такие же растрепанные волосы, те же черты лица. Гарри Поттер вызывал во мне бурю эмоций. Я не мог совладать с собой и с теми странными ощущениями внутри меня. Влипать в разные переделки было видимо наследственное, поэтому мне приходилось все время быть на чеку. Наглый гриффиндорец не сидел на месте, попадая вновь в новую беду. С каждым разом я все больше убеждался в том, что Гарри такой же, как и его отец. Все свою злость на Джеймса я переносил на Поттера, хотя знал, что не прав. Был уже вечер, и, опомнившись, я попросил Нелли отнести на второй этаж в комнату Гарри поесть. Я надеялся, что подростку хватит мозгов, чтобы не отказываться от еды, но был не прав. Через час ко мне в лабораторию заглянула эльфийка и рассказала о том, что гость хозяина не притронулся к угощению. Я был почему-то готов к этому, поэтому не сильно удивился нежеланию Поттера принимать еду из его рук. Они оба друг друга ненавидят, так откуда взяться доверию. Я желал только одного, чтобы мальчишка побыстрее выздоравливал. Он, наверное, будет счастлив вернуться к его родственникам, которые любят и заботятся о нем. А что мог дать ему я, тот, который за всю свою жизнь видел лишь смерти и страдания людей. *** Следующий день прошел на удивление спокойно. Гарри почти весь день спал, лишь изредка просыпаясь. Снейп давал зелья, и Поттер неохотно выпивал их. Гриффиндорцу, наверное, хотелось побыстрее покинуть его, поэтому он даже рискнул немного перекусить в обед, -предположил мужчина. Северус отметил, что Гарри быстро идёт на поправку. Ещё пару дней и он будет полностью здоров. Но Снейп помнил, что завтра Поттер покидает его, поэтому он утром сварил несколько зелий. Гарри проснулся рано от уже привычного тона Мастера Зелий. Сегодня он возвращается к Дурслям, и подросток уже сомневался в том, хорошо это или плохо. Снейп оставил ему на стуле одежду, которая на удивление была не в черных тонах. Одевшись, подросток спустился вниз, где его уже ждал мужчина. Они за мгновение ока переместились из одного места в другое. Гарри раздражённо смотрел на идеально подстриженные лужайки и клумбы, на одинаковые дома с красными крышами с аккуратными побеленными заборами. Отдаленно видневшиеся крыльцо подсказало о том, что они были почти на месте. Снейп шел рядом и с нескрываемым пренебрежением оглядывал маггловские строения, наводящие смертельную скуку. Он старался идти позади и краем глаза следить за тем, чтобы мальчишка без происшествий добрался до дома родственников. Явный дискомфорт волшебник пытался скрыть под маской безразличия ко всему окружающему, и это у него отлично получалось благодаря многолетнему опыту шпионажа. Его лицо было абсолютно бесстрастным, оно не выражало ни одной эмоции, так что даже самый проницательный человек не смог бы понять, что на уме у этого волшебника. В отличие от Снейпа, Гарри не мог так искусно владеть своими чувствами и эмоциями, поэтому на его лице можно было различить очень многое: страх, гнев, грусть. Подростку каждый шаг давался с огромным трудом. Ноги одеревенели и двигались произвольно, кидая Поттера то в одну, то другую сторону. Он надеялся, что сможет не показать свое состояние Снейпу, замаскировав это притворным волнением. К его удаче зельевар видел лишь его спину, да и то его взгляд все время был направлен в другую сторону. Как будто под гипнозом, он вглядывался в эти однотипные крыши домов, пытаясь найти что-то для себя. Воображение рисовало отнюдь не гостеприимную встречу и радужное воссоединение блудного племянника и всей семейки Дурслев. Будет просто чудо, если они примут его обратно после побега. Гарри с поразительной точностью представлял покорёженные физиономии тети и ее мужа, а также глумливое выражение их сына. И как долго ему придется вновь играть роль послушного раба. Сколько он еще будет вынужден видеть этих людей, которые вызывали у него лишь ненависть. Они ничего ему не дали, кроме осознания своей ущербности и ненужности. Все, что Гарри понял, так это то, что он никогда не познает любви и заботы. Смотря на страдания других, внутри него все не так сильно содрогалось как раньше, его сердце зачерствело и ссохлось после всех испытаний. Все, что-то хотели от Гарри, ждали невероятных свершений, совсем не интересуясь мнением «избранного». Они думали лишь о себе, забывая, что мальчик тоже человек и у него есть чувства. Все пророчили ему великое будущее, хотя совсем его не знали. Сам Гарри никогда не считал себя особенным. До нужного дома оставалось всего пару метров, и Поттер, покачнувшись, все-таки сумел выровняться. Он никому не покажет своего страха. Расправив плечи, Гарри в сопровождении мужчины, одетого в черное, оказались перед самым крыльцом дома. Волшебник неуверенно преодолел лестницу и постучал кулаком в дверь…