division by two

      Каждый день проходит одинаково: Тэхён просыпается, потягивается на кровати как маленький котёнок и счастливо улыбается. Он поднимается, надевает на себя белую футболку и какие-то короткие шортики, несётся на первый этаж, чтобы приготовить завтрак. По кухне витает приятный запах. Блины, думает Чонгук, когда спускается вниз после ненавистного трезвона будильника. Не ошибается: Тэ и вправду стоит у плиты и переворачивает очередной панкейк. Чонгук скользит взглядом по телу старшего, ухмыляется, когда замечает открытое плечо и облизывается, чувствуя, как в штанах нетерпеливо дёргается орган. — О, Чонгукки, ты уже проснулся? — Тэхён оборачивается и улыбается широко, прямоугольно, как умеет только он. Чонгук застывает на несколько секунд и молится, чтобы Ким не заметил в его взгляде ноток возбуждения. — Да, пап, доброе утро, — альфа улыбается, заключает Тэхёна в свои объятья и глубоко вдыхает родной запах. Тэхён отвечает, стоит в объятьях сына несколько секунд, а потом шлёпает его по руке, напоминая о том, что младшему как бы в школу собираться пора, а у него, вообще-то блин горит. Чонгук нехотя отстраняется, скользит рукой по спине непозволительно нежно и выходит из комнаты. Для Чонгука сплошное испытание находиться под одной крышей с папой. Целыми днями наблюдать за ним, изучать идеальные черты лица, вдыхать невозможный ванильный запах и скулить от непонятного и неправильного желания. А Тэхён семью хочет, полноценную, с любящим и заботящимся о нём альфой, а не с сыном, который каждый день дрочит на него. Только вот младшему всё равно на желание старшего, поэтому он даже не заботится о том, что омега его может заметить за очередным грязным делом, когда он вдыхает запах на омежьей длинной футболке и обильно изливается в свою руку. Тэхён не чувствует нездорового интереса его сына к себе. Для него Чонгук — самое близкое и родное. Идеальное. То, что не сможет его никак обидеть или сделать больно. Жаль, что он так плохо знает своего сына. — Ты куда-то собираешься? — за завтраком спрашивает Чонгук, когда встаёт со своего места, выходит из кухни и смотрит на носящегося по всему дому Тэхёна. Тот на секунду останавливается, смотрит на сына с нежностью и легонько улыбается, заставляя сердце сына пропустить болезненный удар. — Сотрудник с работы позвал прогуляться, — говорит омега, смотря в зеркало и подправляя свой макияж. Чонгук сводит аккуратные брови к переносице и смотрит на старшего с не скрытой ревностью. — Альфа? — получается как-то слишком озлобленно, но Чонгук не обращает на это внимания. Старший тоже не придаёт этому никакого значения, улыбается широко и счастливо кивает, удивлённо наблюдая за тем, как белая кружка в руках сына крошится осколками и звенит по полу. — Ох, милый, аккуратнее быть нужно! — восклицает Тэхён, подлетая к альфе, — не поранился? — спрашивает Тэ. — Нет, всё в порядке, — но я тебя ревную рычит внутренний голос. Тэхён обеспокоенно оглядывает ладони альфы на наличие повреждений, потом облегчённо выдыхает и садится на пол руками собирая осколки. Чонгук думает, что Тэхён не плохо бы смотрелся так же на коленях перед ним, но немного в другом положении, садится рядом на корточки, — поранишься, пап, — заботливо говорит Чонгук, собирая оставшиеся осколки. Тэхён беззаботно улыбается, младший забирает из его рук осколки и заходит в кухню, чтобы выкинуть их в мусорное ведро. Тэхён идёт за ним, заботливо наливает кофе в другую кружку и протягивает её сыну. — Ты надолго? — сквозь плотно сжатые зубы спрашивает Чонгук. — Как получится, — Тэхён натягивает на себя карамельное пальто, а Чонгук ловит взглядом красные щёки и впивается ногтями в нежную кожу своих ладоней. Старший прощается с сыном, выходит из квартиры и совсем не слышит злобный рык и звон ещё одной порции осколков по полу. Тэхён приходит поздно ночью, в компании неприлично счастливой улыбки и ярким синим пятном на длинной шее. Чонгук, сидевший в гостинной, переводит на старшего злобный взгляд. — Ой, Чонгукки, — удивляется Тэ, а альфа ловит в его голосе немного алкоголя, — ты чего не спишь ещё? — омега подходит к младшему, зарывается руками в его волосы и нежно поглаживает кожу головы. Чонгук рычит, перехватывает руку Тэхёна, больно сжимает запястья и поднимается со своего места на диване почти вплотную прижимаясь к остолбеневшему старшему. Чонгук не сдерживая себя проводит носом по длинной шее омеги, вдыхает родной запах ванили вперемешку с чужим мятным запахом. У Чонгука в груди альфа рычит слишком громко, скребёт грудную клетку и пытается полностью принять образ волка, но Чон из последних сил сдерживает себя, смотрит в тэхёновы глаза со злостью, срываясь с места и поднимается в свою комнату громко хлопая дверью. Чонгук почти неделю не пересекался с папой, выходя из своей комнаты рано утром, а приходя тогда, когда старший всё ещё работает и закрывался в своей комнате, погружаясь в виртуальный мир и выплёскивая свою детскую ревность в играх. Тэхён потухал, потому что знал, что сын игнорирует его. Старший несколько раз пытался поговорить с Чонгуком, но тот прятался каждый долбанный раз. Тэхёну надоело. Он ведь уже взрослый омега, так почему он переживает из-за такого же взрослого сына? Омега считает, что нужно подобрать время. Он его подбирает и сообщает об этом сыну, когда тот заходит в кухню. Тэхён отрывается от раскладывания столовых приборов и подходит к открывшему холодильник сыну, опираясь на шкафчик рядом. — Чонгукки, — мягко зовёт старший, когда Гук продолжает игнорировать его, — сегодня у нас будут гости, — проговаривает Тэ, а потом переводит взгляд на настенные часы, — точнее сейчас, — Чонгук переводит удивлённый взгляд на папу, смотрит тому в глаза, а потом рычит громко, в один шаг оказываясь рядом с ним и укладывая сильные руки по обе стороны от его бёдер. — Это твой альфа? — шипит Чонгук. Тэ испуганно дёргается, хочет вырваться, но его сын выглядит сейчас безумно пугающим и разозлённым, из-за чего старшему хочется сжаться испуганно до размеров бактерии и не видеть эти горящие гневом глаза. Слава богу, раздаётся громкий звук дверного звонка, который заставляет Чонгука усмехнуться и отойти от старшего, давая тому проход. Тэхён сбегает, открывает дверь квартиры, а Чонгук ухмыляется своим мыслям и следует за ним, опираясь на дверной косяк. Он вдыхает раздражающий рецепторы мятный запах его потенциального соперника и устремляет взгляд в его сторону. — Юнги… хён, — добавляет омега, когда они приближаются к Чонгуку, стоящему в дверном проёме, — познакомься, это Чонгук. Чонгукки — это Мин Юнги, мой… — омега мнётся, запинается и не знает, что нужно говорить в такой ситуации. Чонгук смотрит на папу пристально, пытается понять все его чувства. Юнги смотрит хитро и ухмыляется, заставляя младшего альфу напрячься. — Парень, — завершает Мин и протягивает свою красивую руку, с невозможно длинными пальцами — приятно познакомиться, Чонгук-а, — и выдавливает из себя сахарную улыбку, а Чонгук старается не поморщится, думая, что этот альфа намного слабее его и разобраться с ним будет очень легко. — Мне тоже, Юнги-хён, — улыбается также приторно, как и старший, пожимая протянутую руку в ответ, больно сжимает её в своей крепкой хватке. Юнги сжимает руку Гука так же сильно, как и младший, продолжая давить из себя сладкую улыбку. Они стоят так несколько секунд, пока не раздаётся вскрик Тэхёна и омега не убегает на кухню, говоря о том, что ужин уже почти готов. Чонгук меняется в лице тут же, тянет старшего альфу на себя за руку и зло смотрит ему в глаза. — Он мой, — рычит Гук, а Юнги ухмыляется, смотря на разъярённого альфу. — Папа, — завершает Юн и ухмыляется шире прежнего. Чонгук чувствует, как волк внутри него неприятно скребёт грудную клетку, а зубы начинает сводить из-за того, что те рьяно хотят отрасти и вгрызться в бледную шейку Юнги, но его прерывает низкий отцовский голос с кухни. Гук только рычит и быстро уходит, встречаясь с добрым взглядом Тэхёна. Мин заходит за ним. От прежней ухмылки не осталось и следа — на её месте нежная, даже трепетная улыбка. Тэхён улыбается в ответ, переводит взгляд на стол и склоняется над ним, поправляя что-то. Чонгук смотрит на упругие ягодицы, обтянуты узкими джинсами, несколько секунд. Старший альфа, замечая его взгляд секундно ухмыляется и проводит рукой по заднице омеги, а на смущённый взгляд отвечает неловкой улыбкой, ссылаясь на случайность. Однако в его взгляде Чонгук улавливает насмешку над собой и это заставляет его плотно сжать отрастающие клыки и скрыть блеск краснеющих глаз, отводя взгляд в свою порцию. Тэхён садится рядом с Юнги, а Гук просто не может не поднимать на них взгляда. Омега щебечет что-то, не обращая внимания на злобные переглядки альф, смеётся слишком невинно и по-детски, для его лет и краснеет, когда Мин под столом сжимает его бедро в своих руках, у Чонгука, когда он замечает этот жест старшего альфы, пар из ушей валит от неконтролируемой ярости. Младший альфа срывается с места в эту же секунду, сжимает тонкую шейку Юнги в своих руках и, не обращая внимания на испуганный крик папы и на перевёрнутый стол, прижимает Мина к стене, перекрывая когтистой рукой доступ к кислороду. — Сука, я сказал тебе… — рычит Чонгук, сильнее сжимая руку на шее альфы, — какого чёрта ты… Чонгук не успевает договорить, потому что старший ногтями впивается в кожу на разрисованных паутиной вен руках и, не прилагая почти и грамма своих сил, отводит сжавшуюся на шее руку в сторону и заламывает её младшему за спину. Тэхён испуганно подлетает к ним, но ловит на себе строгий и немного разозлённый взгляд Юнги, поэтому тут же останавливается в нескольких шагах от них. — А теперь слушай сюда, щенок, — рычит Мин, склоняясь на ухом Гука, — меня заебали твои закидоны. Видимо, Тэхён-и слишком плохо тебя воспитал: ты вырос слишком эгоистом. Сразу видно, что тебе не хватало альфовского воспитания. Но, слушай меня, — Юн понижает тембр голоса, продолжая рычать в ухо злого Чонгука, — твой папа пашет как проклятый, чтобы прокормить тебя и обеспечить тебе хорошее воспитание. А что делаешь ты, вместо того, чтобы отблагодарить его? Дрочишь на его фотографии в ванной и представляешь, как ебёшь во время его течек? — произносит Юнги. Чонгук бледнеет, успокаивается из-за гневных слов Мина и не поднимает свой взгляд на омегу, боясь представить его реакцию на слова, произнесённые старшим альфой. Странно, но все они точно и больно ударяют Чонгуку под дых, — теперь у Тэхёна появился альфа и я, блять, обещаю, что сделаю из тебя человека, а не того, кто и днём и ночью мечтает о собственном папе. Я ясно выразился? В кухне наступает напряжённая тишина, прерываемая редким пением птиц за окном. Чонгук сжимает руки в кулаки, молчит, склонившись, хотя Юнги уже давно не держит его. Чонгуку не стыдно поднимать взгляд. Он просто боится увидеть презрение в тэхёновых медово-карих глазах. Юнги мысленно хвалит себя и усмехается. Тэхён удивлённо прикрывает рот ладошкой, смотрит на своего сына, пытаясь взглядом спросить о правдивости слов Юнги, но младший даже глаза поднять на него боится, что может свидетельствовать о том, что всё сказанное Мином — одна сплошная грязная правда. Омега дёргается и хочет списать это движение на шокированность от всей этой ситуации, но нет, это… Течка… Течка, которая начинается в одной комнате с двумя безумно привлекательными, сильными, приятно пахнущими альфами, и, блять, просто плевать на то, что один из них твой родной сын, как бы, а другой парень, который этого сына только что унизил при нём. Плевать! Главное, что и у одного и у второго сейчас запах безумно яркий и в штанах у них дёрнулось кое-что большое и сладкое. — Тэхён? — возбуждённо хрипит Юнги, вдыхая яркий ванильный запах, раздавшийся по кухне. Ким громко скулит, рукой хватается за стол, пытаясь не осесть на колени, но у него это так плохо получается. Нежные коленки касаются холодной кафельной плитки, и это должно было хоть как-то отрезвить омегу, но вместо этого, Тэхён стонет громко, заставляя обоих альф вздрогнуть и пократься мурашками. — Уйди отсюда, щенок, — рычит старший альфа, подлетая к сжавшемуся Тэхёну. — Нет, это ты свали, — так же рычит Чонгук, повторяя действия Мина. Оба переглядываются злобно и готовятся вгрызться друг другу в глотки, но Тэхён, словно понимая это, стонет и укладывается на пол. Парни поворачивают головы в сторону текущего омеги и хищно облизывают губы. У Юнги уже была близость с Тэхёном, но он никогда не думал, что во время течек у младшего будет такой яркий и приятный запах. Чонгук никогда не был так близко к текущему папе и не наслаждался любимой с детства ванилью с такого близкого расстояния. А Тэхён часто-часто дышит, потому что не может насладиться невозможным сочетанием горького шоколада и мяты. Всем безумно плохо, но одновременно хорошо. — Пожалуйста… — голос омеги звучит слишком сипло и возбуждённо, трезвость взгляда исчезает с первой смазкой, вытекающей из дырочки, зато вместо неё во взгляде плещется похоть и невероятное желание. Ощущение неправильности и мысль ощутить два члена в себе возбуждают только больше. — Свалил быстро, — Юнги снова повторяет свои слова, более грозно. Омега стонет от хрипоты голоса старшего, а Чонгук недовольно рычит. — Ну уж нет, — младший альфа хватает Мина за руку и тянет на себя, — он мой, сколько раз тебе повторять? — старший альфа грозно шипит, выпускает когти и впивается ими в кожу Гука. Младший в долгу не остаётся, сжимает руку в кулак и проезжает им по наглому лицу Юнги. Альфа злится, ударяет Чонгука в ответ. Оба рассержены, оба наслаждаются только усиливающимся запахом ванили и продолжают наносить удары, борясь за свою территорию. — Просто трахните меня оба, а-а-ах~. В комнате воцаряется непонимающая тишина, прерывающаяся громкими стонами омеги и тяжёлым дыханием альф. Тэхён стягивает с себя футболку, откидывая её в непонятное направление, скользит руками по стройному телу, оглаживая, и несдержанно стонет, под пристальными взглядами альф, которых он сейчас безумно хочет. — Тэ..? — слышится непонимающий голос Чонгука. Тэхён стонет, сжимает в аристократичных пальцах свои соски и прикусывает губу. — Ну же, чего в-вы… ах, стоите? Я в вас т-так ну-у-уждаюсь, пожалуйста-а-а. И всё. Обоим срывает крышу. Чонгук подлетает слишком быстро, подхватывает хрупкое тело омеги на свои руки и несёт в тэхёнову комнату, тут же кидая его на кровать. Юнги входит следом, потому что противостоять слишком привлекающим желаниям Тэ нет сил. Чонгук валится на кровать, впивается в пухлые губы папы страстным поцелуем, покусывает губы и рычит, когда Тэхён хрупкими руками обвивает его шею. Юнги садится на кровать, отталкивая Чонгука и властно прижимая млеющее тело к себе. Чонгук шипит, прижимается губами к хрупкой шее, а Юнги целует нежные омежьи губы. Чонгук мысленно считает секунды, потом так же отталкивает старшего от родного тела. Юнги грозно стреляет взглядом в обнаглевшего мелкого, но ничего не говорит и, следуя примеру Гука, покрывает тело Тэ поцелуями и маленькими алеющими собственническими пятнышками. Ким плавится под властными прикосновениями альф, откидывает голову на плечо Юнги, тут же получая нежный чмок в лобик. Чонгук раздвигает его ноги и устраивается между ними. — Я буду первым, — произносит таким тоном, который не терпит возражений. — Да ты..! — Ю-юнги… — тихо стонет Тэхён, поворачивая голову назад и прикасаясь к губам Мина, — пусть о-он… а-ах. Старший альфа недовольно рычит, смотрит на Гука ужасно злым взглядом, встречая такой же ответный и кусает Тэ в нежное ушко. Чонгук усмехается самодовольно и сдёргивает с папы узкие джинсы, прихватывая и бельё. Под омегой образовалась влажное пятно, Чонгук наклонился и жадно вдохнул сладкий ванильный запах, конкретно кайфуя от такого положения Тэ. Он ухмыляется, языком проводит между ложбинкой ягодиц, слыша стон наслаждения сверху, и слизывает сладкие полупрозрачные капельки со смуглых бёдер. — Не наглей, мелкий ублюдок, — Мин неожиданно громко рычит, оттягивает за волосы Чонгука от сладкой дырочки, заставляя того недовольно зашипеть, а Тэхёна неудовлетворённо свести брови к переносице. Чонгук прикусывает губу, осматривает нежное тело Тэхёна, поднимает взгляд на его лицо и смотрит прямо в глаза, ухмыляясь, а сердце Тэ ухает куда-то в пятки. Вот никогда он не думал, что у его малыша Гукки, может быть вот такой вот грязный и похотливый взгляд, от которого уже кончить хочется. Тэхёна вздрагивает, когда в него проникают сразу два пальца, но для текущего омеги это — совсем ничто. Тэхён ёрзает нетерпеливо, получает трепетный поцелуй от Мина и несдержанно стонет, прикусывая губу старшего альфы. Чонгук смотрит на старших, рычит и притягивает бёдра омеги к себе слишком властно, заставляя целующуюся парочку отстраниться друг от друга. Чонгук входит резко, Тэхён широко распахивает глаза, откидывает голову назад и несдержанно стонет. — А-ах, Гукки, т-ты такой большо-о-ой, — омега ёрзает и пытается насадиться на возбуждённую плоть альфы. Мин рычит ему под ухо и обхватывает поперёк груди, сжимает набухшие соски в руках и покрывает шею поцелуями, оставляя засосы, пытаясь этим Тэ присвоить себе. Только вот все втроём понимают, что после этого, Тэхён не будет ни Чонгука, ни Юнги. Он будет общий. Один, на двоих. И это нисколько не пугает никого. Чонгук бешено толкается в Тэхёна, тот захлёбывается в своих стонах. Мин переводит злобный взгляд на Чонгука, а младший понимает всё без слов. Он выходит из разгоряченного тела, заставляя папу недовольно простонать, быстро чмокает того в губки, и переворачивает на живот ставя в коленно-локтевую. Юнги ухмыляется, меняется с Гуком местами и уже прижимается собственными бёдрами к бёдрам омеги. Чонгук переползает вперёд, бережно оглаживает покрасневшее лицо и тычет головкой члена тому в приоткрытые губки. — Открой ротик, Тэхённи, — лукаво улыбается. Тэхён стонет, и борется с неожиданным резким желанием назвать Чонгука папочкой, несмотря на то, что говорить это должен как раз таки Гук. Ким покорно открывает рот и проводит языком по влажной головке внушительных размеров члена, целует. Чонгук хрипит что-то, грубо, с присущей подростку нетерпеливостью, толкается в открытый рот, заставляя Тэ взять его орган почти на всю длину. Юнги с ревностью смотрит на то, как Тэхён жадно вылизывает Чонгука, поэтому толкается нежно внутрь, и лениво начинает двигаться. Омега пытается насадиться на член Мина, ведь тот двигается слишком медленно и мучительно, отчего Тэхён хныкает и пытается принять в себя больше. Чонгук скрипит зубами, толкается во влажный ротик слишком резко и грубо, омега мычит что-то, из-за неожиданности царапает чувствительную плоть острыми зубками, заставляя Гука зашипеть, а Юнги усмехнуться. — Спрячь зубки, малыш. Ты ведь не хочешь, чтобы твоему сынишке было больно, да? Хриплый голос Юнги где-то сзади и довольный стон Чонгука, когда Тэхён берёт за щёку — это заставляет Тэ громко застонать и позорно кончить, даже не прикоснувшись к себе. Ким начинает сосать сильнее, сжимает стенки анала, заставляя альф быстрее прийти к разрядке. Тэхён довольно проглатывает всё, что излилось в его рот, даже губки облизывает, как довольная кошечка, и счастливо подмечает, что по его бёдрам скатывается капельки спермы Юнги. Омега безвольной куклой валится на кровать, парни помогают ему удобно лечь, устраивают между своих горячих тел и покрывают длинную шею нежными и грубыми поцелуями. Юнги и Чонгук впиваются в тонкую омежью шею клыками, оставляя на ней свои метки. Обе не сходят на следующий день. Обе метки от истинных альф.