Ten black roses.

      Майские ночи почему-то всегда манят какой-то особой атмосферой. В них есть что-то магическое, непонятное простому человеческому восприятию, но дико притягательное, отказаться от прогулки такой ночью практически невозможно, вот и Никита не мог остановить себя. Расстегнув пуговицы своего всё ещё идеально отглаженного пиджака, он шагнул в темноту навстречу своему последнему дню, когда он легко может быть просто Никитой, ведь завтра вся Европа увидит его как артиста Alekseeva.       Кристин ждала его всё там же, где они встретились впервые. Она сидела на бетонном парапете, свесив ноги вниз и мечтательно рассматривая звёздное небо у себя над головой. С каждой их новой встречей он по-разному смотрел на неё. Наверное, потому, что и сама девушка преподносила себя каждый раз в новом свете, то она романтичная девушка, делающая селфи у достопримечательности, то она городской турист, любящий необычные места, то она хулиганка, нарушающая законы правопорядка. Кем она будет сегодня? Чем удивит его этой ночью? Только вот удивлять сегодня хотел Никита.       Он подошёл к ней, она спрыгнула с парапета, с ухмылкой глядя на него. Волосы Кристин сегодня были распущены и ниспадали на плечи мягкими волнами, отросшая чёлка с одной стороны была подхвачена заколкой с шёлковой красной розой, такие украшения несколько лет назад носили поголовно все девушки, он даже не знал, что они у кого-то ещё могли сохраниться. Из одежды на ней было полосатое платье-футболка, а сверху маленькая джинсовая курточка, облепленная разными-разными значками, при ней был ставший уже привычным рюкзак. Что она принесла в нём сегодня?       — Мистер Бонд, — она слегка поклонилась ему. — Простите, я выгляжу неподобающе.       — Сейчас мы это исправим, — смекнул Никита, окидывая взглядом свой наряд.       Он снял с себя пиджак, аккуратно перекинув его через локоть, и вытянул из брюк заправленную рубашку, расстёгивая верхние две пуговицы на ней.       — Так лучше? — улыбнулся он.       — Гораздо!       — А теперь? — на этих словах он взъерошил до этого аккуратно уложенные волосы.       — Теперь вообще идеально!       — Сегодня я хочу быть твоим гидом, — начал Никита.       — Вот как? — предложение заинтриговало девушку.       — Да, я хочу сам побывать там и заодно показать это место тебе.       — Ты уверен, что я там не бывала? — скептически спросила Кристин.       — Мне кажется, что да.       — Интригующе!       Чтобы не привлекать лишнего внимания и никоим образом не выдать Кристин, Никита не стал напрягать своего водителя, напротив, он увёл девушку по другой стороне площади, прячась за деревьями, чтобы из окна автомобиля их не было видно. Он поймал такси на проспекте, находящемся за углом, и назвал водителю странный адрес.       — Капу да Рока. Маяк.       Они ехали около сорока минут, хотя, если бы это было днём, то наверняка их путь занял раза в два-три больше времени, но сейчас, глубокой ночью, все дороги были свободны, и они без пробок покинули город. Дороги, по которым они ехали, были пустынны, Кристин не решалась спрашивать, куда они едут. Несмотря на то, что за окном была кромешная темнота, она почему-то слепо доверяла малознакомому парню, который мог оказаться каким угодно психом. Мимо них пролетали небольшие посёлки, пригороды Лиссабона, но не они являлись целью Никиты. Он хотел попасть в то место, которое видел лишь мельком на экскурсии.       — Приехали, — ответил водитель, показывая на счётчик проеханных километров, без слов певец заплатил нужную сумму и вышел из автомобиля, помогая Кристин.       Первое, что почувствовала Кристин, оказавшись на улице, это порыв солёного ветра, ударивший прямо в лицо. Дальше, сквозь шум ветра она стала различать и другие звуки, среди которых был и мелодичный голос Никиты.       — Держись за меня, — он протянул ей руку. — Осторожнее!       В кромешной темноте девушка смогла разглядеть впереди какое-то белое строение. Судя по всему, Никита вёл её туда. Спустя секунду её ослепило ярким светом, будто молния полыхнула прямо перед её глазами. Луч света скользнул с её лица и медленно поплыл по кругу, освещая окрестности ярким светом. Кристин догадалась — в этом здании находился маяк. То, что за этим маяком начинается Атлантический океан, догадаться было несложно. Никита оказался прав: на океане она никогда не бывала. Певец уверенно вёл её вперёд, хотя сам впервые здесь был, но желание познакомиться с новой для себя стихией влекло его, придавая смелости.       — Я проезжал здесь с экскурсией, но мы не спускались сюда, — пояснил он. — Но я «прогулялся» по этой местности на Гугл картах.       Он улыбнулся, будто извиняясь.       — Звучит убедительно. Значит, мы не заблудимся, — сострила девушка. — На всякий случай спрошу: у маяка ведь есть смотритель?       — Наверное, есть, но в комментариях я прочитал, что здесь лучше избегать местных жителей.       — Это ещё почему? — напряглась Кристин.       — А вдруг они высасывают души из туристов? — подкалил обстановку Ники.       Порывы ветра нещадно трепали волосы девушки и полностью стёрли любые следы укладки с головы Никиты. Тем временем они то спускались, то поднимались по крутым тропинкам, периодически спотыкаясь о камни, будто появляющиеся из ниоткуда.       — Это излюбленное место сёрфингистов-экстремалов, — начал рассказывать певец. — Вообще-то здесь для них совсем ничего не приспособлено, но они приходят сюда ради волн.       — Это не удивительно, — насколько это было возможно, Кристин всматривалась в черноту ночи, пытаясь найти границу между бескрайним океаном и бездонным ночным небом. Сейчас это было непросто. Она слышала только шум волн, разбивающихся о скалы.       — Вот. Мы на краю света, — заключил Никита, останавливаясь на месте.       Звучит более чем поэтично, ещё большей эпичности этой фразе придаёт то, что это чистейшая правда. Капу да Рока или мыс Рока — самая западная часть Европы, крайняя точка Португалии, продуваемая всеми ветрами. Это место ещё называют мысом Лиссабона. Здесь поистине рай для тех, кто хочет побыть наедине с собой. На десятки километров вокруг раскидываются завораживающие пустынные пейзажи, туристы часами могут просто стоять у отвесных скал и любоваться бушующими волнами, разбивающимися на миллионы осколков. Здесь, на вершине мыса располагается самый первый в Португалии маяк.       — Onde a terra se acaba e o mar começa, — процитировал Никита слова одного португальского поэта.       (Прим.: Это место, где земля кончается и начинается море)       — Невероятно! — прошептала Кристин, рассматривая в потоке света, исходившем из башни маяка чёрные волны, старавшиеся изо всех сил обнять скалы.       — Говорят, здесь самые красивые в мире закаты, — продолжал рассказывать певец.       — Я в этом ничуть не сомневаюсь, — Кристин находилась под впечатлением.       Несмотря на поздний час спать не хотелось совершенно, девушка думала над тем, как ничтожен человек в сравнении с силой и красотой природы. Ты всего лишь крохотная песчинка перед мощью великой стихии.       Линия горизонта еле заметно начинала розоветь. Близился холодный весенний рассвет, скоро наступит день, а за ним последует новый, что изменит жизнь этого парня. Им пора возвращаться.       Наступивший день обещал быть насыщенным. Седьмое мая для певца Alekseeva означало очень важный этап — генеральная репетиция первого полуфинала, в котором выступал Никита. Всё должно пройти идеально. По его мнению, номер он отработал на все десять баллов из десяти, с розы не упал ни один лепесток, танцовщица не сделала ни одного лишнего шага, сам Никита не пропел ни одной фальшивой нотки. Он был очень доволен собой! И всё шло так до тех пор, пока Ники не оказался в аппаратной, где запись уже просматривал Олег с операторами. Парень тихонько присел на стулья сзади и наблюдал за тем, как его постановщик отдаёт последние указания тем, кто будет снимать конкурс для телевидения. Когда их в комнате осталось двое, Олег подошёл к певцу.       — Как тебе самому? Нравится?       Обычно от Олега этот вопрос исходил с подвохом. Либо он сомневается в чём-то, либо сейчас попытается неявно указать на твой прокол.       — Нравится, — ответил Никита честно.       — Да, это хорошо, — задумчиво заключил мужчина. — Даже слишком.       — В смысле?!       — Ну как-то всё у нас получилось отточено. Будто тебя дрессировали. Слишком всё идеально. А так не бывает. Лучше б какие-то шероховатости были.       — Слушай, тебе не угодить… — перебил его Ник. — Давай немного отдохнём, нам это очень нужно перед завтрашним днём.       С этими словами Олег спорить не стал. Напряжение росло, давление на артиста тоже, нервы были натянуты сильнее струн. Встретив утро с Кристин, Никита решил не тревожить её сегодня вечером. В конце концов, должна же девушка заняться своими делами. Он отправился спать пораньше. Уже погружаясь в сон, он думал о том, как его жизнь изменится уже менее, чем через сутки.